Читать и слушать книги
— Пожалуйста, ответь, что происходит? Скажи мне, зачем ты это сделал?
— Неправильный вопрос, дорогая. Вообще-то, это я должен спрашивать тебя. Зачем ты так поступила, любимая? Зачем предала меня? Я тебя любил, боготворил. Я был готов на всё ради тебя. А ты что сделала? Ты предала меня!
— Нет, Матвей, всё было не так. Совсем не так. Я…
— Ты предала меня, а твой муж меня обманул и подставил. Вы думали, я ничего не узнаю? Я решил испортить тебе жизнь, чтобы ты почувствовала, каково это. Побудешь у меня в камере пару недель, пока не надоест. Я развлекусь с тобой, а потом отдам в соседнюю камеру. Там тебя продолжат рвать на части.
— Неправильный вопрос, дорогая. Вообще-то, это я должен спрашивать тебя. Зачем ты так поступила, любимая? Зачем предала меня? Я тебя любил, боготворил. Я был готов на всё ради тебя. А ты что сделала? Ты предала меня!
— Нет, Матвей, всё было не так. Совсем не так. Я…
— Ты предала меня, а твой муж меня обманул и подставил. Вы думали, я ничего не узнаю? Я решил испортить тебе жизнь, чтобы ты почувствовала, каково это. Побудешь у меня в камере пару недель, пока не надоест. Я развлекусь с тобой, а потом отдам в соседнюю камеру. Там тебя продолжат рвать на части.
— Я приду только ради тебя. Не жди, что он меня заинтересует, я не люблю подобных мудаков, пусть они сто раз раскаялись.
И вот теперь я сижу напротив Марата, смотрю на его губы и понимаю, что отлично помню, как он целуется. Слишком хорошо целуется, зараза.
***
— Остроумная, да? — прямо сейчас хочется оказаться как можно дальше от этой язвы.
— Есть такое. Хочешь уйти? Что, даже кофе не попьёшь?
Рука так и тянется сжать эту шейку. Несильно так придушить, чтобы стереть эту ухмылочку. Вместо этого кладу ладонь на затылок, тяну на себя и целую.
И вот теперь я сижу напротив Марата, смотрю на его губы и понимаю, что отлично помню, как он целуется. Слишком хорошо целуется, зараза.
***
— Остроумная, да? — прямо сейчас хочется оказаться как можно дальше от этой язвы.
— Есть такое. Хочешь уйти? Что, даже кофе не попьёшь?
Рука так и тянется сжать эту шейку. Несильно так придушить, чтобы стереть эту ухмылочку. Вместо этого кладу ладонь на затылок, тяну на себя и целую.
Он - лучший друг моего отца и по совместительству тот, кто разбил мне сердце отказом. Я уже отчаялась, смирившись, что мы не будем вместе. Но всё круто меняется в один день.
История Стаса и Оли
- Стас, поцелуй меня!
- Воу, воу, рыжик, полегче. Ты что-то путаешь...
- Я что, не красивая? - надула губки.
- Красивая, то есть, черт... Оль ты классная девочка, но во-первых извини, без обид, но рыжие не в моем вкусе, а во вторых ты же своя, Оль.
- Вот поцелуешь и перестану быть своей! - снова потянулась к парню и он снова меня остановил.
- Ну Стас, давай попробуем. Если не понравится, забудем и спишем на алкоголь и творившееся безумие вокруг, ну?
- Ох Олька, ну давай...
И Стас, расслабив руки, сам обхватил большими ладонями мое лицо и раскрыл на встречу губы.
Сплетение наших языков, ударило мощной волной в тело, прокатившись от кончика языка вниз и осело ноющим чувством в первой чакре.
- Что, не понравилось?
- Нет, - ответил, пытаясь восстановить сбившиеся дыхание.
- Стас, поцелуй меня!
- Воу, воу, рыжик, полегче. Ты что-то путаешь...
- Я что, не красивая? - надула губки.
- Красивая, то есть, черт... Оль ты классная девочка, но во-первых извини, без обид, но рыжие не в моем вкусе, а во вторых ты же своя, Оль.
- Вот поцелуешь и перестану быть своей! - снова потянулась к парню и он снова меня остановил.
- Ну Стас, давай попробуем. Если не понравится, забудем и спишем на алкоголь и творившееся безумие вокруг, ну?
- Ох Олька, ну давай...
И Стас, расслабив руки, сам обхватил большими ладонями мое лицо и раскрыл на встречу губы.
Сплетение наших языков, ударило мощной волной в тело, прокатившись от кончика языка вниз и осело ноющим чувством в первой чакре.
- Что, не понравилось?
- Нет, - ответил, пытаясь восстановить сбившиеся дыхание.
- Куда тебя, красотка?
- Вперёд! – показываю рукой.
- О! Да нам по пути. Подбросить? – Он пялится мне в декольте.
- Буду благодарна!
- Будь, - великодушно соглашается водитель и тянется, чтобы приоткрыть переднюю дверцу.
Ещё раз бросаю взгляд на будущего спутника. Подтянутый. Рукава лонгслива сдвинуты так, что обнажают тугие волосатые предплечья. Вырез-мыс подчеркивает мускулатуру груди. В общем, мне повезло.
- Я не понял, ты ехать или посмотреть? – торопит мужик.
Да ладно.
Что я прям трясусь, будто душу продаю? Набираю в грудь воздуха для храбрости и сажусь в машину.
Я подобрал её на обочине шоссе. Дочь жениха моей мамы. Она постоянно врёт и вляпывается в неприятности. Более того, втягивает в них всех окружающих. Но стоит закрыть глаза, я снова вижу её без ничего, мысли вязнут, и хочется ей верить.
И просто хочется.
- Вперёд! – показываю рукой.
- О! Да нам по пути. Подбросить? – Он пялится мне в декольте.
- Буду благодарна!
- Будь, - великодушно соглашается водитель и тянется, чтобы приоткрыть переднюю дверцу.
Ещё раз бросаю взгляд на будущего спутника. Подтянутый. Рукава лонгслива сдвинуты так, что обнажают тугие волосатые предплечья. Вырез-мыс подчеркивает мускулатуру груди. В общем, мне повезло.
- Я не понял, ты ехать или посмотреть? – торопит мужик.
Да ладно.
Что я прям трясусь, будто душу продаю? Набираю в грудь воздуха для храбрости и сажусь в машину.
Я подобрал её на обочине шоссе. Дочь жениха моей мамы. Она постоянно врёт и вляпывается в неприятности. Более того, втягивает в них всех окружающих. Но стоит закрыть глаза, я снова вижу её без ничего, мысли вязнут, и хочется ей верить.
И просто хочется.
Он представился другом моего отца. Но почему тогда я ни разу в жизни не видела этого мужчину? И, кажется, мои подозрения только подтверждаются, когда меня насильно запихивают в машину и увозят в неизвестном направлении. Что вообще происходит?!
Выпустите меня из этого черного дома, я на свидание опаздываю!
Выпустите меня из этого черного дома, я на свидание опаздываю!
Владислава -- военная журналистка, походница и экстремалка, – не собиралась заводить отношений, выходить замуж, тем более, за главного врага всего своего существования – майора Андронова, которого ненавидела всей душой. Но...
Чего только не случается в этой жизни, особенного, когда выясняется, что Андронов не так плох, как кажется, а от ненависти до любви... ну, вы в курсе.
Чего только не случается в этой жизни, особенного, когда выясняется, что Андронов не так плох, как кажется, а от ненависти до любви... ну, вы в курсе.
— Я хочу вот такую тату на спину.
Рина покопалась в сумке и выудила листок с рисунком.
Макс мельком глянул и покачал головой.
— Нет. Эту дрянь я бить не буду.
Чем-то зацепила его девчонка. Непонятно, ведь, чем.
Может, своими глазами, с ореховой зеленцой, может, нелепой растрепанной прической, может, упрямством своим.
Ведь боялась, он видел, что боялась, а настаивала.
Пришла, вся такая чистенькая, хорошенькая, сама невинность, мать ее.
Глазки такие удивленные, широко распахнутые.
На него смотрела, как на монстра какого-то.
Словно набросится сейчас и покусает.
Ну, так-то, она от истины недалеко ушла.
Покусать ее очень хотелось.
Девочки, цикл "Красно-черное" будет состоять из 5 , не связанных между собой героями и мирами повестей. Общим у них будет вайб: красно-черный, острый и горячий.
Вторая часть цикла уже на сайте, УРАГАН - https://litmarket.ru/books/uragan-1
Рина покопалась в сумке и выудила листок с рисунком.
Макс мельком глянул и покачал головой.
— Нет. Эту дрянь я бить не буду.
Чем-то зацепила его девчонка. Непонятно, ведь, чем.
Может, своими глазами, с ореховой зеленцой, может, нелепой растрепанной прической, может, упрямством своим.
Ведь боялась, он видел, что боялась, а настаивала.
Пришла, вся такая чистенькая, хорошенькая, сама невинность, мать ее.
Глазки такие удивленные, широко распахнутые.
На него смотрела, как на монстра какого-то.
Словно набросится сейчас и покусает.
Ну, так-то, она от истины недалеко ушла.
Покусать ее очень хотелось.
Девочки, цикл "Красно-черное" будет состоять из 5 , не связанных между собой героями и мирами повестей. Общим у них будет вайб: красно-черный, острый и горячий.
Вторая часть цикла уже на сайте, УРАГАН - https://litmarket.ru/books/uragan-1
"В его власти" - роман Дины Данич, входит в цикл "Братья Воронцовы", жанр современный любовный роман, остросюжетный любовный роман, романтическая эротика.
Поехав в командировку, я по ошибке оказалась одна в зимнем лесу. Ночью. Единственная возможность выжить - постучаться в дом лесника. Вот только там живет вовсе не смотритель леса, а Семен Терехов! Мужчина, которому два года назад я лично подписала приговор, найдя доказательства его вины.
Содержание цикла "Братья Воронцовы":
Ты станешь моей
Во власти бывшего
В его власти
Бывший. Снова моя
Музыка: audionautix.com
Jason Shaw / The Assasins
Внимание! Содержит нецензурную брань.
© Данич Дина
© ИДДК
Поехав в командировку, я по ошибке оказалась одна в зимнем лесу. Ночью. Единственная возможность выжить - постучаться в дом лесника. Вот только там живет вовсе не смотритель леса, а Семен Терехов! Мужчина, которому два года назад я лично подписала приговор, найдя доказательства его вины.
Содержание цикла "Братья Воронцовы":
Ты станешь моей
Во власти бывшего
В его власти
Бывший. Снова моя
Музыка: audionautix.com
Jason Shaw / The Assasins
Внимание! Содержит нецензурную брань.
© Данич Дина
© ИДДК
– Я тебя заждалась, ты в пробке застрял, да? Моя фирменная утка почти готова, пальчики оближешь.
– Я не приеду, Оль.
– Что, Влад? Повтори, пожалуйста, я не расслышала, – свободными руками я беру бутылку каберне, а он безразличным голосом рушит мою Вселенную.
– Я не приеду, Оль, – и жестко добавляет, чтобы добить наверняка: – я не люблю тебя. Никогда не любил.
По статистике под Новый год наблюдается пик расставаний. Люди стараются избавиться от ненужного «хлама» не только среди вещей. Но Оля свято верит, что это не про нее. Она выбирает подарок, готовит праздничный ужин, ждет своего мужчину с работы, а он звонит и бесстрастным голосом сообщает, что никогда ее не любил. И теперь ей предстоит выбрать: убиваться по не сбывшимся надеждам или станцевать сальсу на осколках разбившихся чувств.
– Я не приеду, Оль.
– Что, Влад? Повтори, пожалуйста, я не расслышала, – свободными руками я беру бутылку каберне, а он безразличным голосом рушит мою Вселенную.
– Я не приеду, Оль, – и жестко добавляет, чтобы добить наверняка: – я не люблю тебя. Никогда не любил.
По статистике под Новый год наблюдается пик расставаний. Люди стараются избавиться от ненужного «хлама» не только среди вещей. Но Оля свято верит, что это не про нее. Она выбирает подарок, готовит праздничный ужин, ждет своего мужчину с работы, а он звонит и бесстрастным голосом сообщает, что никогда ее не любил. И теперь ей предстоит выбрать: убиваться по не сбывшимся надеждам или станцевать сальсу на осколках разбившихся чувств.
Выберите полку для книги