Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР»
- Один нужен. Чей это ребенок?
От этого вопроса все внутри меня ухнуло вниз и гнев превратился в страх. Закралось подозрение, что он не просто так спрашивает у меня это. Я как никогда остро ощущала опасность для своего малыша от обоих мужчин.
- Он мой.
- Я еще раз спрашиваю, чей это ребенок?- повторяет вопрос Марсель и сверлит меня тяжелым взглядом.
- Он мой. - спокойно отвечаю, а у самой ноги ватными становятся от страха.
- Хорошо, перефразирую вопрос. Кто отец этого ребенка?
- Специально подобранный донор. Можно сказать у него нет отца.
Молчание затягивалось.
С предложения переспать началось мое общение с Марселем? Нет, это только последствие увиденной картины в офисе. Последствие фразы, что я кинула своему мужу. Мы разводимся. Я не задавала вопроса, а ставила его перед фактом. Черт, даже зная, что наш брак был скорее сделкой, я надеялась, что мы сможем с ним создать подобие семьи.
От этого вопроса все внутри меня ухнуло вниз и гнев превратился в страх. Закралось подозрение, что он не просто так спрашивает у меня это. Я как никогда остро ощущала опасность для своего малыша от обоих мужчин.
- Он мой.
- Я еще раз спрашиваю, чей это ребенок?- повторяет вопрос Марсель и сверлит меня тяжелым взглядом.
- Он мой. - спокойно отвечаю, а у самой ноги ватными становятся от страха.
- Хорошо, перефразирую вопрос. Кто отец этого ребенка?
- Специально подобранный донор. Можно сказать у него нет отца.
Молчание затягивалось.
С предложения переспать началось мое общение с Марселем? Нет, это только последствие увиденной картины в офисе. Последствие фразы, что я кинула своему мужу. Мы разводимся. Я не задавала вопроса, а ставила его перед фактом. Черт, даже зная, что наш брак был скорее сделкой, я надеялась, что мы сможем с ним создать подобие семьи.
Я приехала в клуб учиться тому, что здесь продают за большие деньги. Но я даже предположить не могла, через что мне в результате придется пройти.
— Как же ты меня бесишь! — раздраженно выдохнул мой сводный брат, впиваясь пальцами в мои плечи. — Почему ты вечно везде суешься?
— А твое какое дело! — прошипела я в ответ. — Вали давай к своим длинноногим тупым красоткам.
— Ревнуешь, Алиса? — зло ухмыльнулся он, и мне захотелось вмазать прямо по этим идеальным губам.
Ну потому что это нечестно быть таким красивым и одновременно такой бесчувственной скотиной!
— Братьев не ревнуют, тупой ты придурок!
— Вот именно. Ни на какие мысли не наводит?
— Да пошел ты! — вспыхнула я и попыталась вывернуться из его рук. — Отпусти!
Но Ник только еще крепче схватил меня и притянул к себе.
— Я бы отпустил тебя, Алиса, — опасно прошептал он. — Обязательно отпустил. Если бы мог…
— А твое какое дело! — прошипела я в ответ. — Вали давай к своим длинноногим тупым красоткам.
— Ревнуешь, Алиса? — зло ухмыльнулся он, и мне захотелось вмазать прямо по этим идеальным губам.
Ну потому что это нечестно быть таким красивым и одновременно такой бесчувственной скотиной!
— Братьев не ревнуют, тупой ты придурок!
— Вот именно. Ни на какие мысли не наводит?
— Да пошел ты! — вспыхнула я и попыталась вывернуться из его рук. — Отпусти!
Но Ник только еще крепче схватил меня и притянул к себе.
— Я бы отпустил тебя, Алиса, — опасно прошептал он. — Обязательно отпустил. Если бы мог…
- Добрый вечер, Агата, - произносит… Матвей.
Перевожу взгляд на того, который… первый Матвей. Ну, который секунду назад ласкал мою грудь, и ни черта не могу понять. Я что, попала в зазеркалье? Какого черта тут происходит?!
- Кто это? - шепчу я.
- Мой брат Матвей.
- А ты кто?
- А я - Дэн.
- Вы… близнецы? - спрашиваю очевидное.
Перевожу взгляд на Матвея, который располагается в кресле и внимательно смотрит на нас с Дэном.
- Продолжайте. Я хочу посмотреть, - говорит Матвей.
Перевожу взгляд на того, который… первый Матвей. Ну, который секунду назад ласкал мою грудь, и ни черта не могу понять. Я что, попала в зазеркалье? Какого черта тут происходит?!
- Кто это? - шепчу я.
- Мой брат Матвей.
- А ты кто?
- А я - Дэн.
- Вы… близнецы? - спрашиваю очевидное.
Перевожу взгляд на Матвея, который располагается в кресле и внимательно смотрит на нас с Дэном.
- Продолжайте. Я хочу посмотреть, - говорит Матвей.
Столько времени я искал встречи с ней, бросал все дела, летел на другой конец света, а она каждый раз ускользала от меня! Но теперь, олененок, тебе придется вернуться. Теперь играть будем в мою игру!
***
Я присел рядом и посмотрел на Свету. Она изменилась — стала еще красивее.
— Так вот...
— Глеб, потише, — спокойным тоном попросила она. — Глеб, тиш… блинство!
Откуда-то сбоку раздался писк, похожий на детский плач. Я навострил уши, пытаясь понять, что это и откуда это. Даже на телефон малышки посмотрел — вдруг это оттуда, но тот не подавал признаков жизни.
— Ну, спасибо, блин! — Света захлопнула книгу, бросила в меня недовольный взгляд. Она ловко перегнулась через борт беседки, подставляя моим глазам свою пятую округленькую точку. — Я ее час укачивала! ЧА-АС!
А потом она выпрямилась, повернулась ко мне, а в руках у нее был ребенок! Маленький такой, крохотный ребенок, завернутый в какой-то плюшевый кокон.
***
Я присел рядом и посмотрел на Свету. Она изменилась — стала еще красивее.
— Так вот...
— Глеб, потише, — спокойным тоном попросила она. — Глеб, тиш… блинство!
Откуда-то сбоку раздался писк, похожий на детский плач. Я навострил уши, пытаясь понять, что это и откуда это. Даже на телефон малышки посмотрел — вдруг это оттуда, но тот не подавал признаков жизни.
— Ну, спасибо, блин! — Света захлопнула книгу, бросила в меня недовольный взгляд. Она ловко перегнулась через борт беседки, подставляя моим глазам свою пятую округленькую точку. — Я ее час укачивала! ЧА-АС!
А потом она выпрямилась, повернулась ко мне, а в руках у нее был ребенок! Маленький такой, крохотный ребенок, завернутый в какой-то плюшевый кокон.
— У меня сын, понимаете? — отступаю к двери, обнимаю себя руками, — мой муж просто исчез, оставив совсем одну! Я мать! И не буду вашей любовницей!
Кай и Руслан переглядываются, затем встают. Обходят меня, словно два хищника, загоняющие жертву. Берут в клещи.
— Мамочка, — говорит лысый, — мы всё понимаем.
— Твоя роль матери священна, — вторит ему Климов.
— Но помимо этого, ты красивая и сексуальная женщина, — Кай нежно проводит кончиком пальца по моей шее, вызывая шквал мурашек, — той ночью тебе было невероятно хорошо. Не ври, я видел...
— И мы не спрашиваем, Вася, хочешь ты стать нашей или нет, — Руслан подцепляет мой подбородок, заглядывает в глаза, — потому что ты уже принадлежишь нам.
После исчезновения мужа я осталась совсем одна с маленьким сыном. Нет ни работы, ни радужных перспектив. Лишь ипотека и свалившиеся, как снег на голову, два суровых мужика, заявляющие, что мой почти бывший муж должен им большую сумму. Его долг теперь выплачивать мне… и вовсе не деньгами.
Кай и Руслан переглядываются, затем встают. Обходят меня, словно два хищника, загоняющие жертву. Берут в клещи.
— Мамочка, — говорит лысый, — мы всё понимаем.
— Твоя роль матери священна, — вторит ему Климов.
— Но помимо этого, ты красивая и сексуальная женщина, — Кай нежно проводит кончиком пальца по моей шее, вызывая шквал мурашек, — той ночью тебе было невероятно хорошо. Не ври, я видел...
— И мы не спрашиваем, Вася, хочешь ты стать нашей или нет, — Руслан подцепляет мой подбородок, заглядывает в глаза, — потому что ты уже принадлежишь нам.
После исчезновения мужа я осталась совсем одна с маленьким сыном. Нет ни работы, ни радужных перспектив. Лишь ипотека и свалившиеся, как снег на голову, два суровых мужика, заявляющие, что мой почти бывший муж должен им большую сумму. Его долг теперь выплачивать мне… и вовсе не деньгами.
— У Арины есть ребенок?
— Дочь.
В моей башке случается короткое замыкание.
— Ты… не говорил… — хрипло замечаю.
— Ну а теперь говорю.
— Рязанцев отец?
Это логично.
Кровь приливает к вискам.
— Кхм… нет… она наша, Беккер.
— В каком смысле Беккер?
— Долгая история. Она Альбертовна по деду, если коротко.
Сдавив пальцами руль, смотрю в лобовое стекло и не вижу дорогу.
В ушах шумит.
Ребенок?
— Сколько ей лет?
***
Я больше не наивная девочка, до безумия влюбленная в лучшего друга своего старшего брата. Мужчина, которого я любила, уехал, не собираясь что-либо менять в своей жизни ради меня. Теперь у меня все прекрасно, но он врывается в мою жизнь, как ураган, топча и ломая на своем пути все то, что я построила и к чему я привыкла за годы без него.
КНИГУ МОЖНО ЧИТАТЬ ОТДЕЛЬНО
ХЭ
— Дочь.
В моей башке случается короткое замыкание.
— Ты… не говорил… — хрипло замечаю.
— Ну а теперь говорю.
— Рязанцев отец?
Это логично.
Кровь приливает к вискам.
— Кхм… нет… она наша, Беккер.
— В каком смысле Беккер?
— Долгая история. Она Альбертовна по деду, если коротко.
Сдавив пальцами руль, смотрю в лобовое стекло и не вижу дорогу.
В ушах шумит.
Ребенок?
— Сколько ей лет?
***
Я больше не наивная девочка, до безумия влюбленная в лучшего друга своего старшего брата. Мужчина, которого я любила, уехал, не собираясь что-либо менять в своей жизни ради меня. Теперь у меня все прекрасно, но он врывается в мою жизнь, как ураган, топча и ломая на своем пути все то, что я построила и к чему я привыкла за годы без него.
КНИГУ МОЖНО ЧИТАТЬ ОТДЕЛЬНО
ХЭ
Привлекательная разведёнка, успешная бизнес-леди за тридцать, втайне мечтает о женском счастье, которого так не хватает одинокой душе. Заказывали? Получите. Распишитесь. Красавчик-малолетка, девятнадцати годков от роду, бурные ночи (и не только) обеспечены, вынос мозга прилагается, беременность бонусом. Ну, а как вы этим богатством распорядитесь, Олеся Егоровна, только ваше личное дело.
Возвращаясь в родной город, я искренне надеялась, что он уехал, исчез, испарился, пропал без вести. Но встреча была неминуемой. Моя первая любовь, моя боль, мой личный ад. Между нами пролегло пять лет, за плечами десятки ошибок, взлеты, падения, попытки выстроить свою идеальную жизнь, но все оказалось пустым стоило только раз его увидеть.
***
Я уже не надеялся на встречу, и оттого ее появление было более чем неожиданным, внезапным, ошеломляющим, бьющим наотмашь. Между нами пролегли годы и не было ни дня, что бы я не думал о ней.
***
Я уже не надеялся на встречу, и оттого ее появление было более чем неожиданным, внезапным, ошеломляющим, бьющим наотмашь. Между нами пролегли годы и не было ни дня, что бы я не думал о ней.
У меня была семья, крепкий брак, красавица-дочь и престижная работа, но в один миг я всего лишилась…
Любовница моего мужа прислала снимок, где они вместе. Оставила послание:
«Я вернулась за своим. Молодец, что подменила, но теперь все будет иначе. Советую не переходить мне дорогу. Сотру в порошок любое препятствие на пути, потому что Антон всегда был моим»
Муж долго не стал томить.
- Я подаю на развод. Давай без истерик, прошу. Я так решил. Все годы, что мы были вместе – не любил тебя. В моих мыслях была другая, и теперь мы воссоединимся. На дочь это никак не повлияет. Она уже выросла и поддержит меня. Нет ничего хуже, чем супруги, живущие ради долга.
Простить его? Нет, я преподам предателю урок, который украл у меня тринадцать лет жизни, скрывая правду…
Любовница моего мужа прислала снимок, где они вместе. Оставила послание:
«Я вернулась за своим. Молодец, что подменила, но теперь все будет иначе. Советую не переходить мне дорогу. Сотру в порошок любое препятствие на пути, потому что Антон всегда был моим»
Муж долго не стал томить.
- Я подаю на развод. Давай без истерик, прошу. Я так решил. Все годы, что мы были вместе – не любил тебя. В моих мыслях была другая, и теперь мы воссоединимся. На дочь это никак не повлияет. Она уже выросла и поддержит меня. Нет ничего хуже, чем супруги, живущие ради долга.
Простить его? Нет, я преподам предателю урок, который украл у меня тринадцать лет жизни, скрывая правду…
Выберите полку для книги