Читать и слушать книги
— Что вам нужно? — слова сами падают с моих губ.
Откуда любовница моего мужа узнала, что я здесь?
— Лишь поговорить. Садитесь, я подвезу вас, куда надо.
Оказаться с ней в одной машине? Ну уж нет!
— Я не хочу с вами разговаривать, неужели неясно? Вы прислали мне фото, что ещё вам нужно?
Она поджимает идеально накрашенные губы.
— Я хочу объяснить, почему вам стоит отойти в сторону.
От наглости я немею и не сразу нахожусь, что сказать.
— С чего вы решили, что я буду с вами разговаривать? Мне всё и так ясно после ваших… сообщений.
— Я люблю вашего мужа. Мы знакомы много лет. И я прошу вас отпустить его.
Я узнаю, что муж не устоял перед своей первой любовью и изменил мне; у меня есть доказательства. Он же настаивает, что ничего не было, пока его любовница просит меня его отпустить. Я оказываюсь в треугольнике, из которого отчаянно хочу выбраться, но что-то подсказывает мне, что всё может быть не так просто.
Откуда любовница моего мужа узнала, что я здесь?
— Лишь поговорить. Садитесь, я подвезу вас, куда надо.
Оказаться с ней в одной машине? Ну уж нет!
— Я не хочу с вами разговаривать, неужели неясно? Вы прислали мне фото, что ещё вам нужно?
Она поджимает идеально накрашенные губы.
— Я хочу объяснить, почему вам стоит отойти в сторону.
От наглости я немею и не сразу нахожусь, что сказать.
— С чего вы решили, что я буду с вами разговаривать? Мне всё и так ясно после ваших… сообщений.
— Я люблю вашего мужа. Мы знакомы много лет. И я прошу вас отпустить его.
Я узнаю, что муж не устоял перед своей первой любовью и изменил мне; у меня есть доказательства. Он же настаивает, что ничего не было, пока его любовница просит меня его отпустить. Я оказываюсь в треугольнике, из которого отчаянно хочу выбраться, но что-то подсказывает мне, что всё может быть не так просто.
– Бусинка, ты чья? – спрашиваю у малышки.
Она сидит в моем офисном кресле и теряется в нем. Из-за стола почти не видно.
– Мамина, – заявляет серьезно.
– Так. Ну понятно, что мамина. А мама-то где? Или хотя бы папа.
– Ты мой папа! – выдает ребенок. – Пошли маму искать!
Вот тебе на!
Кажется, Бусинка что-то путает. Ну не может у меня быть дочки!
Она сидит в моем офисном кресле и теряется в нем. Из-за стола почти не видно.
– Мамина, – заявляет серьезно.
– Так. Ну понятно, что мамина. А мама-то где? Или хотя бы папа.
– Ты мой папа! – выдает ребенок. – Пошли маму искать!
Вот тебе на!
Кажется, Бусинка что-то путает. Ну не может у меня быть дочки!
— Почему? — шепчет она в пустоту. — Почему так вышло?
Слёзы скатываются по коже, оставляя на лице влажные следы. Катерина опускает голову на руки, чувствуя себя раздавленной, ничтожной, нелюбимой.
Где-то в глубине сознания всплывает мысль: «Я беременна...» Она крепко сжимает себя руками, словно пытаясь удержать ребёнка внутри. Волнение, страх, надежда. Катерина глубоко вздыхает, стараясь удержать слёзы.
Потеря контроля, чувства опустошённости, невозможности дышать. Голова кружится, сердце колотится. Катерина, скрестив руки на животе, тихо произносит:
— Я люблю тебя, малыш... Я не подведу тебя...
Слёзы скатываются по коже, оставляя на лице влажные следы. Катерина опускает голову на руки, чувствуя себя раздавленной, ничтожной, нелюбимой.
Где-то в глубине сознания всплывает мысль: «Я беременна...» Она крепко сжимает себя руками, словно пытаясь удержать ребёнка внутри. Волнение, страх, надежда. Катерина глубоко вздыхает, стараясь удержать слёзы.
Потеря контроля, чувства опустошённости, невозможности дышать. Голова кружится, сердце колотится. Катерина, скрестив руки на животе, тихо произносит:
— Я люблю тебя, малыш... Я не подведу тебя...
Днем она – неприметный бухгалтер, серая мышка в строгом костюме, чья жизнь кажется расписанной по минутам среди цифр и отчетов. Но с наступлением ночи обыденность отступает, уступая место тайне, скрытой за стенами БДСМ-клуба.
Там она – Госпожа, властная и уверенная, повелевающая чужой волей.
Но однажды привычный порядок нарушается: на сессию приходит Он. В его глазах Елена видит не страх или подчинение, а что-то иное, что заставляет её сердце, давно привыкшее к контролю, дрогнуть.
Маска Госпожи начинает трескаться, обнажая ранимую женщину, жаждущую не власти, а любви.
Там она – Госпожа, властная и уверенная, повелевающая чужой волей.
Но однажды привычный порядок нарушается: на сессию приходит Он. В его глазах Елена видит не страх или подчинение, а что-то иное, что заставляет её сердце, давно привыкшее к контролю, дрогнуть.
Маска Госпожи начинает трескаться, обнажая ранимую женщину, жаждущую не власти, а любви.
— Извините, что помешала, — говорю холодно.
Мой муж и моя подруга. В кабинке туалета в ресторане. Хочется грохнуться в обморок и очнуться в какой-то другой реальности.
— Марина… — раздраженно выдыхает Юра, быстро взяв себя в руки. — Какого черта…
— Развод, — спокойно произношу.
Он усмехается.
— Перестань. Не смеши. Никто не разводится после стольких лет брака. Ты же понимаешь, что это невыгодно. Дом, бизнес, дети… Да и кому ты нужна-то в таком возрасте?
— Никто не разводится? — спрашиваю. — Посмотришь, как быстро я соберу твой чемодан.
Мой муж и моя подруга. В кабинке туалета в ресторане. Хочется грохнуться в обморок и очнуться в какой-то другой реальности.
— Марина… — раздраженно выдыхает Юра, быстро взяв себя в руки. — Какого черта…
— Развод, — спокойно произношу.
Он усмехается.
— Перестань. Не смеши. Никто не разводится после стольких лет брака. Ты же понимаешь, что это невыгодно. Дом, бизнес, дети… Да и кому ты нужна-то в таком возрасте?
— Никто не разводится? — спрашиваю. — Посмотришь, как быстро я соберу твой чемодан.
– Слушай, я понимаю, что это звучит эгоистично. Свет, ну ты же сама понимаешь, что изменилась. Посмотри на себя. Разве на такой женщине я женился? Ты запустила себя. И до сих пор не пришла в форму. И я бы мог с этим смириться. Понимаю, что все женщины набирают лишний вес. Но ты стала просто невыносима! Вот серьезно! Тебе слова сказать нельзя! Ты тут же взрываешься и выдаешь шквал претензий!
Я чувствую, как внутри начинает закипает ярость. Зато слезы мгновенно высыхают. Как можно оплакивать разрушенные отношения, с подобным муд… мужиком?
– Ты в своем уме? Нашему сыну всего четыре месяца! Я физически не могу разорваться! У меня не всегда хватает времени чтобы поесть или лишний раз помыться! Но вместо того, чтобы помочь жене, ты завел любовницу. Потому что она тонкая и звонкая! Не испортившая фигуру родами!
Я чувствую, как внутри начинает закипает ярость. Зато слезы мгновенно высыхают. Как можно оплакивать разрушенные отношения, с подобным муд… мужиком?
– Ты в своем уме? Нашему сыну всего четыре месяца! Я физически не могу разорваться! У меня не всегда хватает времени чтобы поесть или лишний раз помыться! Но вместо того, чтобы помочь жене, ты завел любовницу. Потому что она тонкая и звонкая! Не испортившая фигуру родами!
- Мама, а что здесь происходит? – вернувшись домой с поминок по мужу, нахожу в своём доме свекровь, командующую ордой мужчин в синей униформе, которые двигают мою мебель, собираясь грузить её в грузовую машину, стоящую во дворе.
- Петра больше нет, дом и всё остальное оформлено на меня, а тебе слишком жирно будет жить в таких хоромах…собирай вещи, ты с детьми переезжаешь! Да, и не зови меня больше мамой, я только ради сына тебя терпела!
В один миг моя жизнь разделилась на до и после...всё имущество, движимое и недвижимое записано на свекровь...ни мне, ни детям ничего не достанется...как теперь нам жить?
- Петра больше нет, дом и всё остальное оформлено на меня, а тебе слишком жирно будет жить в таких хоромах…собирай вещи, ты с детьми переезжаешь! Да, и не зови меня больше мамой, я только ради сына тебя терпела!
В один миг моя жизнь разделилась на до и после...всё имущество, движимое и недвижимое записано на свекровь...ни мне, ни детям ничего не достанется...как теперь нам жить?
Екатерина, успешная галеристка, привыкла к стабильности и комфорту. Десять лет брака с Игорем, харизматичным бизнесменом, казались безоблачным счастьем. Но за фасадом благополучия зрела буря. Тревожные звоночки, отстраненность мужа, поздние возвращения с работы – все это лишь предвестники сокрушительного удара. И вот - измена! Имя разлучницы – Алина. Молодая и амбициозная секретарша готова на все ради достижения цели. В один миг мир Екатерины рушится. Сможет ли она простить? Или единственный выход – развод, болезненный и неизбежный?
❤Подписк
- Ты мне изменяешь со своей бывшей?
- Просто когда-то я сделал неправильный выбор, — цедит сквозь зубы муж.
- Жалеешь, что женился на мне? Не поздно одумался? У нас двое детей, — всё тело трясёт, но я гордо держу подбородок.
- Надо было выбирать любовь, — Тамил говорит, смотря прямо в глаза. Как пощёчину мне влепляет сейчас.
- Так зачем ты так мучился со мной? Деньги и бизнес моего отца? Угадала?
- Да. И это всё я заберу себе!
***
Годы вранья, любовница мужа, предательство близких людей, — это только начало той горькой правды, что предстоит мне узнать…
Теперь я хочу сделать свой шаг, милый!
Смогу ли я добиться справедливости? Смогу ли я поверить, что жизнь даёт мне второй шанс на счастье и любовь?
- Ты мне изменяешь со своей бывшей?
- Просто когда-то я сделал неправильный выбор, — цедит сквозь зубы муж.
- Жалеешь, что женился на мне? Не поздно одумался? У нас двое детей, — всё тело трясёт, но я гордо держу подбородок.
- Надо было выбирать любовь, — Тамил говорит, смотря прямо в глаза. Как пощёчину мне влепляет сейчас.
- Так зачем ты так мучился со мной? Деньги и бизнес моего отца? Угадала?
- Да. И это всё я заберу себе!
***
Годы вранья, любовница мужа, предательство близких людей, — это только начало той горькой правды, что предстоит мне узнать…
Теперь я хочу сделать свой шаг, милый!
Смогу ли я добиться справедливости? Смогу ли я поверить, что жизнь даёт мне второй шанс на счастье и любовь?
– Коленька, как же так? А наши отношения? – визгливо выкрикнула девица. – Будь мужчиной и поставь уже точку с этой своей…
Муж как раз поймал мой локоть и потянул на себя, заставляя остановиться.
– Каримова, скройся с глаз! Я с тобой завтра в ВУЗе поговорю! – рыкнул он на красотку.
Я зло выдернула руку:
– Зачем ждать? Иди и говори сейчас! Мне твои объяснения не нужны, Коленька! – я отвернулась, но вспомнив сцену в квартире, вновь взглянула на мужа. – Чуть не забыла!
Звон пощёчины порадовал слух, а выражение лица мужа – моё чувство прекрасного. На породистом лице разливался красный след от моей руки.
– Не смей меня трогать, Кравцов! Вещи выставлю на площадку, – твёрдо добавила я и побежала вниз.
Муж как раз поймал мой локоть и потянул на себя, заставляя остановиться.
– Каримова, скройся с глаз! Я с тобой завтра в ВУЗе поговорю! – рыкнул он на красотку.
Я зло выдернула руку:
– Зачем ждать? Иди и говори сейчас! Мне твои объяснения не нужны, Коленька! – я отвернулась, но вспомнив сцену в квартире, вновь взглянула на мужа. – Чуть не забыла!
Звон пощёчины порадовал слух, а выражение лица мужа – моё чувство прекрасного. На породистом лице разливался красный след от моей руки.
– Не смей меня трогать, Кравцов! Вещи выставлю на площадку, – твёрдо добавила я и побежала вниз.
Выберите полку для книги