Книги в жанре «Женский роман»

Вера сидела у окна, листала ленту, когда дверь открылась и вошёл он.

Роман.

А рядом с ним — девушка.
Двадцать три года. Максимум двадцать четыре. Длинные тёмные волосы, уложенные почти так же, как Вера укладывала свои в двадцать один. Светлое платье свободного кроя — очень похожее на то, которое она носила на их третьей годовщине. Даже манера держать сумку… та же.
Вера замерла. Кофе остыл в руках. Сердце сделало что-то странное — не удар, а провал. Как будто кто-то вытащил из груди пол.
Девушка засмеялась. Звонко. Молодо. И Роман посмотрел на неё так, как когда-то смотрел на Веру.

Поздний вечер. Ливень. Удар.

Алёна приходит в себя под чужими руками — незнакомая девушка прижимает к её голове шарф, вызывает скорую и остаётся рядом, пока сирены не разрезают ночь.
Она спасает ей жизнь.

А через несколько дней Алёна находит её в соцсетях… и видит на фотографии рядом со своим мужем.
Двенадцать лет спокойного брака.

Восемь месяцев чужой тайны.

И две женщины, которым рассказывали совершенно разные версии одной жизни.
Это не история войны жены и любовницы.

Это история о том, как ложь proигрывает, когда две преданные наконец сравнивают свои правды.

В день моего пятидесятилетия дочь подарила мне крем от морщин, сын — очередное обещание вернуть долг, а первая любовь — сорок три страницы о том, почему мой дом мне больше не принадлежит.

Тридцать лет назад я выбрала не Алексея Воронова. Теперь он представляет людей, чьи деньги мой покойный муж, возможно, вложил в «Синюю веранду». Суд арестовал дом. Зять уже ищет покупателя. Дочь знает больше, чем говорит. Сын слишком торопится помочь. А в стенах, где выросли мои дети и теперь смеются внуки, спрятаны доказательства чужой беды.

Чтобы спасти дом, мне придётся выяснить, кто разрушал мою семью. И довериться мужчине, который вернулся врагом.

Только чем ближе правда, тем труднее понять, что страшнее: потерять всё или снова выбрать не того.

Анна три года училась жить без Дмитрия.

Без его ревности. Без его контроля. Без взгляда, от которого когда-то подкашивались колени, а потом становилось нечем дышать.

Чтобы он наконец отпустил её, она сделала единственное, что точно должно было убить их брак: солгала, что изменила ему.

С тех пор у Анны своя квартира, свой бизнес и главное правило — никогда больше не возвращаться к мужчине, рядом с которым она однажды потеряла себя.

Но судьбе на её правила плевать.

По дороге на похороны близкого друга Анна выкупает купе целиком. Ей нужна тишина, несколько часов одиночества и возможность собраться с силами.

Вместо этого проводник открывает дверь.

На пороге стоит Дмитрий.

Её бывший муж.
Мужчина, которого она бросила.
И единственный мужчина, которого её тело до сих пор помнит слишком хорошо.

Одна ночь. Одно тесное купе. Две полки, слишком мало воздуха и слишком много того, о чём они молчали три года.

Он всё ещё знает, когда она врёт.
Она всё ещё замечает, ка

Табло мигнуло. Рейс приземлился.
Я вытянула шею. Люди начали выходить. Я искала его глазами. Вот показался мужчина в куртке. Высокий. С сумкой. Дима. Я узнала его сразу. Сердце застучало быстрее. Я хотела шагнуть вперёд. Хотела закричать. Хотела броситься к нему.
Но что-то меня остановило. Рядом с ним шла женщина.
В форме. Стюардесса.
Она держала его за руку. Я замерла. Смотрела, как они идут. Как он улыбается ей. Как она смотрит на него. Как они останавливаются. Как он притягивает её к себе. Как целует. Долго. В губы.
Я стояла. Не могла двинуться. Букет хризантем дрожал в моей руке. В ушах шумело. Я смотрела на них, и в голове проносились слова: «Мой молодой человек, Дима, заказывал его у мастера... Специально для меня делали». Два года. Она сказала, что они вместе два года. А я... я была дома. С Аней. Ждала его. Пекла блины. Ставила в вазу его букеты.
Я смотрела на её руку. На браслет. Точно такой же, как у меня. С сердцем. С надписью «С любовью от Димы». Я посмотрела на сво

В начале сентября Вера Лаврова узнаёт, что любимый когда-то муж подделал её подпись, чтобы продать квартиру погибших родителей, расплатиться с долгами своей семьи и окончательно превратить жену в бесплатную прислугу. Единственным, кто срывает сделку, становится жёсткий Андрей Северин — давний враг её мужа. Пока супруг-нарцисс, его властная мать и избалованная «сестра» ведут войну за имущество и репутацию Веры, ей предстоит раскрыть семейную тайну, возненавидеть обоих мужчин за попытки рушить её жизнь и понять, что настоящая любовь не решает за счёт женщины свои проблемы, а возвращает её к жизни.

Любовница моего мужа пришла ко мне выбирать шторы.
В нашу спальню.
Она была уверена, что мы давно разводимся. Я — что у меня обычный брак.
Иногда новая жизнь начинается не с громкого скандала, а с образца ткани, чужой лжи и решения больше не соглашаться на бежевый.

На двадцатилетие дочери мой муж подарил ей квартиру.

Точнее, половину.

В документах рядом с именем Киры стояло имя Степана — человека, которого восемь лет вся наша семья знала как крестника Глеба.

— Степан не мой крестник.
— Тогда кто?
— Мой сын.

Глеб уверяет, что я знала правду с самого начала. Степан уверен в том же. Но его переписка с отцом показывает другое: восемь лет мой муж прикрывался моим именем, объясняя сыну, почему тот должен оставаться для нашей семьи чужим.

А потом выясняется, что тайный сын — далеко не единственная часть жизни Глеба, о которой мне забыли рассказать.

В сорок четыре года мне придется разделить двадцать два года брака, дом, бизнес, деньги и прошлое, которое оказалось совсем не таким, каким я его помнила.

Но главное — впервые перестать позволять другим решать, что для меня лучше.

Даже если для этого придется начать жизнь заново.

— Вы знаете, кто я.
— Конечно, знаю. Вы жена Леонида Аркадьевича. — Она сняла платок, сложила вдвое, повесила на ручку чемодана. — Я вас в среду видела в зале. Вы стояли у стеклянной стены, как встречающая, и не встретили. Я подумала, что вы всё-таки не подойдёте. Вы и не подошли.
— Я пришла сейчас.
— Пришли. — Она посмотрела на часы. — Он будет в семь. Вторник — наш день. Вы, наверное, знаете расписание, у вас же отель.
— Он мне вас вдовой сослуживца представил.
— Это он придумал, чтобы вы не расстраивались. — Она понизила голос, как для пассажирки, которая боится летать. — Он вас бережёт, Влада Сергеевна. Он всех бережёт. У нас семья. Четыре года. А у вас — отель. Он выбрал давно, просто вам не сказали. Чаю?
— Он женат. На мне.
— Я знаю. С первого дня знаю. — Она пожала плечами, и плечи под синей формой были такими же ровными, как спина. — Это ничего не меняет. У нас дети. Двое. Гоше он папа с пяти лет, Ника — его дочь, ей год. Вы можете посмотреть, она в комнате спит.

💥КНИГА ЗАВЕРШЕНА!
💥МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!
— Ты сделал ДНК тест... не сказав мне?
— А надо было тебя предупредить, чтобы ты успела подготовиться и замести следы? — усмехается муж.
Таращусь на него так, будто у него внезапно выросла вторая голова.
— Ты с ума сошёл?
Он делает шаг ко мне.
— Я нет, а вот ты скажи мне: ребёнок, которого я растил как своего, выходит, мне чужой?!
Из детской доносится радостное:
— Ма-а-а!
Сердце рвётся на части от одного этого звука.
Чужой? Он сказал — чужой?
Про нашего сына?
— Это невозможно, — выдыхаю я. — Просто невозможно. У меня не было другого мужчины!
— О, вот это особенно смешно, — усмехаясь, бросает Егор. — Давай ещё скажи, что это было непорочное зачатие.