Книги в жанре «Остросюжетный любовный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»
— Разденься. Хочу посмотреть на то, что мне досталось по наследству, — властно говорит мужчина.
Подходит вплотную, касается кончиками пальцев щеки. А я мертвой хваткой вцепилась в полы халата.
— Не трогай меня своими грязными руками!
— Ты моя собственность, Вика. Твое тело принадлежит мне. А теперь становись на колени, там самое место для такой дряни, как ты.
Он дикий.
Непредсказуемый.
Злой.
И он… Винит меня в смерти своего отца. Слушать оправдания он не желает. Хочет наказать, сделать больно.
Но разве может быть что-то больнее, чем любовь к человеку, который тебя ненавидит?
Подходит вплотную, касается кончиками пальцев щеки. А я мертвой хваткой вцепилась в полы халата.
— Не трогай меня своими грязными руками!
— Ты моя собственность, Вика. Твое тело принадлежит мне. А теперь становись на колени, там самое место для такой дряни, как ты.
Он дикий.
Непредсказуемый.
Злой.
И он… Винит меня в смерти своего отца. Слушать оправдания он не желает. Хочет наказать, сделать больно.
Но разве может быть что-то больнее, чем любовь к человеку, который тебя ненавидит?
- Я ненавижу тебя! – выпалила, глядя в темные, как ночь, глаза Ратмира. – Ты сломал мою жизнь!
- Не люблю об этом напоминать, но вообще-то, жизнь я тебе спас, дал еще один шанс, а ты так ничего и не поняла. Опять стала продавать себя!
Сильная, звонкая пощечина оставила след на смуглом лице Ратмира. Он усмехнулся и потер щеку:
- Разве я не прав?
- Ты понятия не имеешь, чем я занимаюсь и для чего мне это! – процедила, едва сдерживая слезы.
- Хочешь угадаю? – его красивое лицо исказила гримаса презрения. – Ты приехала из маленького городка, чтобы заработать на образование, на лечение брата или мамы, у тебя огромные кредиты. Слышал все это сотни раз от таких же, как ты…
Больше нам не о чем было говорить. Ратмир ни за что бы мне не поверил, я не нашла в себе сил переубеждать его и что-то доказывать. Любые слова звучали бы как оправдание
- Не люблю об этом напоминать, но вообще-то, жизнь я тебе спас, дал еще один шанс, а ты так ничего и не поняла. Опять стала продавать себя!
Сильная, звонкая пощечина оставила след на смуглом лице Ратмира. Он усмехнулся и потер щеку:
- Разве я не прав?
- Ты понятия не имеешь, чем я занимаюсь и для чего мне это! – процедила, едва сдерживая слезы.
- Хочешь угадаю? – его красивое лицо исказила гримаса презрения. – Ты приехала из маленького городка, чтобы заработать на образование, на лечение брата или мамы, у тебя огромные кредиты. Слышал все это сотни раз от таких же, как ты…
Больше нам не о чем было говорить. Ратмир ни за что бы мне не поверил, я не нашла в себе сил переубеждать его и что-то доказывать. Любые слова звучали бы как оправдание
— Мам… а мы всегда будем тут жить? С Мишей?
Я будто не слышу сначала.
Замираю.
— Нет, Машенька. Это временно, — отвечаю осторожно. — Мы скоро вернемся домой.
Она нахмурилась.
— Почему? Тут лучше. И Миша добрый… Он с нами… — ее голос дрожит. — Почему нельзя остаться?
Я вздыхаю. Медленно, глубоко.
Не готова.
Черт, я не готова.
— Солнце мое, — тяну руку, сжимаю ее ладошку. — Потому что… это не наш дом. И… Миша нам просто помогает.
— Но мы же теперь друзья! — вскидывается она. — Он мне плетет косички… он нас защищает…
— Маша, нельзя… — я шепчу. — Нельзя так привыкать. Потом будет больно. Мы… мы с ним не останемся вместе.
— Почему? — ее глаза уже в слезах. — Почему ты все время все ломаешь, мам?!
Она резко отодвигает стул, а я остаюсь с дыханием, застрявшим в груди.
Никак не скажешь ребенку: “Потому что он — не для нас”.
Я будто не слышу сначала.
Замираю.
— Нет, Машенька. Это временно, — отвечаю осторожно. — Мы скоро вернемся домой.
Она нахмурилась.
— Почему? Тут лучше. И Миша добрый… Он с нами… — ее голос дрожит. — Почему нельзя остаться?
Я вздыхаю. Медленно, глубоко.
Не готова.
Черт, я не готова.
— Солнце мое, — тяну руку, сжимаю ее ладошку. — Потому что… это не наш дом. И… Миша нам просто помогает.
— Но мы же теперь друзья! — вскидывается она. — Он мне плетет косички… он нас защищает…
— Маша, нельзя… — я шепчу. — Нельзя так привыкать. Потом будет больно. Мы… мы с ним не останемся вместе.
— Почему? — ее глаза уже в слезах. — Почему ты все время все ломаешь, мам?!
Она резко отодвигает стул, а я остаюсь с дыханием, застрявшим в груди.
Никак не скажешь ребенку: “Потому что он — не для нас”.
Я сирота, после смерти отца лишившаяся всего. Мачеха выгнала меня на улицу, подделав завещание. Как отомстить и вернуть своё, если у меня ни денег, ни власти?
Выход один: обратиться к тем, кто живет вне закона. Опасным, жестоким. Демонам криминального мира.
Но какую цену придется заплатить? Ведь оба мужчины пойдут на что угодно, лишь бы заполучить меня целиком…
Выход один: обратиться к тем, кто живет вне закона. Опасным, жестоким. Демонам криминального мира.
Но какую цену придется заплатить? Ведь оба мужчины пойдут на что угодно, лишь бы заполучить меня целиком…
– Спасибо, что помогли. Но дальше я справлюсь сама!
– Нет, – кадык кавказца внушительно дернулся. – Не справишься.
– Да чего вы прицепились ко мне?
Он улыбнулся. Красиво, соблазнительно, хищно. Обнял так, словно я его женщина. Наклонился к моему уху, обдувая теплым дыханием:
– Я не прицепился, Марианна. Все гораздо хуже, моя девочка.
——
Он появился неожиданно и спас жизнь моей дочери. Я была ему благодарна, пока не узнала кто он и зачем пришел. Но я не могу ничего сделать, я пешка в его игре. А он – кавказский палач для моей души.
– Нет, – кадык кавказца внушительно дернулся. – Не справишься.
– Да чего вы прицепились ко мне?
Он улыбнулся. Красиво, соблазнительно, хищно. Обнял так, словно я его женщина. Наклонился к моему уху, обдувая теплым дыханием:
– Я не прицепился, Марианна. Все гораздо хуже, моя девочка.
——
Он появился неожиданно и спас жизнь моей дочери. Я была ему благодарна, пока не узнала кто он и зачем пришел. Но я не могу ничего сделать, я пешка в его игре. А он – кавказский палач для моей души.
Я наполовину осетинка. Мои родители расстались, когда мне было около шести. Сложившиеся обстоятельства вынуждают меня покинуть родной город и уехать на поиски отца во Владикавказ. Что меня там ждет?
- Далеко собралась, красавица? - скалится он, впервые заговорив при мне на русском.
- Отпустите! Я ничего плохого не сделала!
- А это что? - он руку демонстрирует, показывая забинтованную рану.
- Вы хотели убить Беллу!
Этот мужчина… Он вызывает страх. Панику. Желание спрятаться и никогда не видеть его больше.
От него веет властью и опасностью. Хищная красота, которая уничтожает в один бросок.
- Давайте вы меня просто отпустите, - лепечу я, не зная, на что надеясь. - А я обещаю, что навсегда забуду ваше лицо.
- Ты запорола дело, к которому я очень долго готовился. Так что прощения будешь просить долго и старательно, красавица.
Мужчина склоняется еще ближе, его губы оказываются прямо напротив моих.
- На коленях, - продолжает говорить, а я распахиваю широко глаза от этих слов. - И всеми способами, какими я захочу.
Я спасла сестру на кавказской свадьбе. И сама стала заложницей бандита. Он ужасный, безжалостный. И я для него лишь игрушка. И способ отомстить.
- Отпустите! Я ничего плохого не сделала!
- А это что? - он руку демонстрирует, показывая забинтованную рану.
- Вы хотели убить Беллу!
Этот мужчина… Он вызывает страх. Панику. Желание спрятаться и никогда не видеть его больше.
От него веет властью и опасностью. Хищная красота, которая уничтожает в один бросок.
- Давайте вы меня просто отпустите, - лепечу я, не зная, на что надеясь. - А я обещаю, что навсегда забуду ваше лицо.
- Ты запорола дело, к которому я очень долго готовился. Так что прощения будешь просить долго и старательно, красавица.
Мужчина склоняется еще ближе, его губы оказываются прямо напротив моих.
- На коленях, - продолжает говорить, а я распахиваю широко глаза от этих слов. - И всеми способами, какими я захочу.
Я спасла сестру на кавказской свадьбе. И сама стала заложницей бандита. Он ужасный, безжалостный. И я для него лишь игрушка. И способ отомстить.
— Я не хочу с тобой. Я по любви хочу! Тебе придется взять меня силой, — кричу я.
— Силой — значит силой, — шагает на меня мужчина, хватает пятерней за скулы. — Ты дышишь только потому, что я тебе позволил. Но я могу изменить свое решение. Подо мной будешь — не обидят. Иначе знаешь, что произойдет.
Знаю.
Отец оставил меня на растерзание бандитам. И Назар единственный шанс спастись.
Я любила его, а он стал моим худшим кошмаром — мужчина без морали, жестокий монстр, который решает все силой. Он требует покорности, но я никогда не сдамся. Буду бороться, чего бы мне это ни стоило.
— Силой — значит силой, — шагает на меня мужчина, хватает пятерней за скулы. — Ты дышишь только потому, что я тебе позволил. Но я могу изменить свое решение. Подо мной будешь — не обидят. Иначе знаешь, что произойдет.
Знаю.
Отец оставил меня на растерзание бандитам. И Назар единственный шанс спастись.
Я любила его, а он стал моим худшим кошмаром — мужчина без морали, жестокий монстр, который решает все силой. Он требует покорности, но я никогда не сдамся. Буду бороться, чего бы мне это ни стоило.
🔥 ЗАВЕРШЕНА!
🔥 ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!
– Я видела, как ты залепила пощечину этой актриске! – восторженно вопит подруга.
Тяжело вздыхаю. Ну хоть кто-то оценил мои действия.
– Что у вас случилось?
– Она говорила про себя и Андрея ужасные вещи. Я не сдержалась.
– Ты думаешь, они все-таки...
Не даю договорить Юльке:
– Она вчера призналась на пресс-конференции во всеуслышание, что любит моего мужа.
– Капец! И что ты будешь делать?
🔥 ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!
– Я видела, как ты залепила пощечину этой актриске! – восторженно вопит подруга.
Тяжело вздыхаю. Ну хоть кто-то оценил мои действия.
– Что у вас случилось?
– Она говорила про себя и Андрея ужасные вещи. Я не сдержалась.
– Ты думаешь, они все-таки...
Не даю договорить Юльке:
– Она вчера призналась на пресс-конференции во всеуслышание, что любит моего мужа.
– Капец! И что ты будешь делать?
— Конечно же, я не могла пропустить столь знаменательное событие. Моя лучшая подружка выходит замуж за человека, которого я очень любила. От которого хотела детей. Такого красивого и мужественного Валерия, умеющего нравится женщинам, — голос ее был мелодичен и до безобразия спокоен.
— Эми, зачем? — смог глухо выдать Валерий и глаза его подозрительно заблестели влагой. Посерел заметно, относительно белоснежной рубашки.
Сродни отчаяния сквозило во взгляде. Не отболело еще, не прошло. Видеть бывшую девушку, все равно, что смотреть на сварку… Красиво, но больно. В ее голубых глазах такая же агония, будто смотришь на свою собственную боль в зеркало.
Два глубоко раненых человека, которые ломают все вокруг.
Валерий решил забыться, связавшись в по уши в него влюбленную Даночку.
Эмилия где-то долго пропадала, исчезнув со всех радаров, после скандала на девичнике.
— Эми, зачем? — смог глухо выдать Валерий и глаза его подозрительно заблестели влагой. Посерел заметно, относительно белоснежной рубашки.
Сродни отчаяния сквозило во взгляде. Не отболело еще, не прошло. Видеть бывшую девушку, все равно, что смотреть на сварку… Красиво, но больно. В ее голубых глазах такая же агония, будто смотришь на свою собственную боль в зеркало.
Два глубоко раненых человека, которые ломают все вокруг.
Валерий решил забыться, связавшись в по уши в него влюбленную Даночку.
Эмилия где-то долго пропадала, исчезнув со всех радаров, после скандала на девичнике.
Подборка остросюжетных любовных романов
Выберите полку для книги