Книги в жанре «Остросюжетный любовный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»

Моим преподавателем в универе стал настоящий бандит!
С первой же секунды он сильно меня невзлюбил.
И, стоило нам оказаться вдвоём в одной аудитории…
— Прошу, не надо, — всхлипываю испуганно, зажимаясь в угол.
Давид ощупывает меня взглядом, задерживается на моей груди, моей короткой юбке.
— Ты хочешь этого, — говорит бандит хрипло. — Я это вижу по твоим глазам. Ты сама хочешь, чтобы я наказал тебя, девочка.
В аудитории никого, все сейчас на парах.
Даже если буду кричать, никто не услышит.
Никто не помешает ему сделать это со мной…
— Ты слишком красивая для скромной студентки, — улыбается он, берёт меня рукой за подбородок и…
Касается меня своими горячими губами.
— На вкус ты приятнее, чем я думал, — усмехается бандит, — к тому же я знаю твой грязный секрет из прошлого, Вера, и я давно искал тебя, чтобы наказать за него. Поэтому… раздевайся. Или…
Он резко прижимает меня к себе.
— Я сам тебя раздену.

- Что ж, Вероника Викторовна, - Соколов нарочно делает акцент на моем имени и отчестве, хладнокровно подавляя меня взглядом.
- Удачи на новом месте. Вам она пригодится.
- Благодарю, Артем Андреевич, - копирую его ледяной тон.
- Удача всегда со мной.
«Подонок!» - так и хочется мне добавить. Благо, вовремя прикусываю язык. Окинув его презрительной ухмылкой, хватаю бумаги и гордой походкой выхожу из кабинета, ощущая, как земля уходит из-под ног. Артем Соколов - тот человек, который пять лет назад уничтожил мое сердце, растоптал душу, бросив одну с огромной дырой в груди. Но даже спустя годы он не оставит меня в покое, ведь теперь этот безжалостный предатель - мой босс.

- Пообещайте мне, что ваша дочь не узнает о нас.
- Думаешь, я обсуждаю с дочерью с кем вечера провожу?! - хищно скалится в ответ, оценивающе проходясь по моей фигуре.
- Как вы…
- Смею! - жестко обрывает меня. - Ты будешь молчать, девочка, или же у тебя появятся большие проблемы.

Моим первым мужчиной стал отец подруги. Хуже ситуации быть не может. Хотя нет, наверное, может. Если кто-то об этом узнает.

— Кажется, ты кого-то ждёшь, — он не спрашивает, подавляет своим присутствием.
— И вам здравствуйте, Марк Владимирович, — отвечаю я спокойно.
— Твои планы изменились, Аня, — фамильярно обращается Романов. — Сегодня твоим развлечением буду я.
Смотрю на него внимательно и молчу. Что сказать тому, кто понимает только определённый язык, и это не русская речь?
— У вас появилась новая информация, и вы спешите ею поделиться со мной? — спрашиваю всё так же спокойно. — Если нет, то не нужно отнимать ни мое драгоценное время, ни своё тратить понапрасну.
— Даже интересно, а в постели ты тоже такая же рациональная и отрабатываешь всё по пунктам? — ещё один вопрос, и моё низкое женское желание разодрать его лицо просто зашкаливает.

Миллиардер с темным прошлым против бойкой журналистки.

По заданию редакции мне нужно сделать серию из трех интервью. И все бы ничего, но одним из респондентов оказывается – самый загадочный бизнесмен Питера красавец-миллиардер Ярослав Вольский – тот самый человек, который однажды уже разрушил мою жизнь и сгноил в тюрьме самого любимого человека.
Самостоятельная история. Однотомник
Ярослав Вольский - дядя Клима Хаванского из "Ложь между нами"
https://litmarket.ru/books/lozh-mezhdu-nami-2

– Ну, привет, маленькая моя.
Он схватил меня за шею, заставил привстать на цыпочки. Легонько нажал двумя пальцами на сонную артерию, и я отключилась.
Спустя несколько часов я очнулась абсолютно голая на шелковых простынях, а рядом он...
– Шторм?! – я закричала во все горло. – Где мой муж, что происходит?
– Ты не выйдешь замуж за моего папашу, Стефания. Потому что тогда, мне придется его убить...

Я прислушиваюсь.
— Ты с ума сошел, Алмаз? — шипит мачеха. — Зачем она тебе? Девка порченная, от неё жених в день свадьбы отказался. Весь город уже знает. Ты хочешь свою фамилию опозорить?
— Я друг Руслана, — спокойно отвечает Алмаз. — И я знаю, что он хотел для дочери счастья. Дай мне её в жены. Я заплачу хороший калым. Ты получишь деньги, дом останется тебе. И ты избавишься от обузы.
Тишина. Я замираю, прижимаясь ухом к двери. Сердце колотится так громко, что, кажется, его слышно во всём доме.
— Сколько? — голос мачехи меняется. В нём появляются новые нотки. Жадность. Расчёт.
— Столько, что ты сможешь жить припеваючи до старости, — отвечает Алмаз. — И не думать ни о чём.
— Она порченная, — повторяет мачеха, но теперь это звучит не как аргумент, а как торг. — Ты понимаешь? Давид сказал...
— Давид — щенок, — перебивает Алмаз.

— Я спасаю тебя от позора, — жестко дергает меня за подбородок. — Так что относись ко мне соответственно!
Брат моего сбежавшего жениха нависает надо мной как коршун.
— С-спас... — вторю это страшно слово.
— Я беру тебя в жены, — говорит тот, кого я боюсь. — И это не фиктивный брак. Так что готовься и к церемонии, и к первой брачной ночи.
— Я никогда не пойду за тебя замуж! — выкрикиваю.
– Твое мнение меня не интересует. Ты будешь меня ублажать за мою милость.

Годовщина свадьбы всегда совпадала с днем рождения свекрови. Я ждала домой мужа, а в ответ: "Я подал на развод!" Вся жизнь пошла наперекосяк: семьи, оказывается, и не было, муж устал от брака и ответственности, да еще дети похожи на меня... А его мама и рада подзуживать и поддакивать, обливая меня грязью. Конец?
Ни за что! Я не просто разведусь, я восстану из пепла. Они не раздавили меня, а разозлили. Месть это же блюдо, которое подают охложденным? Я потерплю, подготовлюсь и отомщу. Только потом не надо плакать и приползать назад с повинной головой...

- Ты ничтожество, - произносит он тихим, пробирающим до мозга костей голосом.

Инстинктивно толкнув плечом автомобильную дверь, я принимаюсь шарить рукой по панели в поисках рычага, откроющего ее. У меня всего секунда, чтобы убраться из его машины, потому что еще мгновение, и страх парализует.

- Ничтожество, о которое вытирают ноги все, кому не лень, - продолжает он, словно не замечая моих трепыханий.

- Открой... открой дверь...

- Тебя не то, что хотеть, на тебя смотреть противно.

- Открой дверь!.. - хриплю через пережатое спазмом горло, - Или я...

- Что?.. - пригвождает меня тяжелым мрачным взглядом, - Заплачешь?