Книги в жанре «Dark romance»
— Пожалуйста… Мне больше не к кому обратиться.
Ратмир зло усмехается, поворачиваясь ко мне боком, от чего тени на его скулах становятся глубже, делая лицо острее.
— Что ты можешь мне предложить?
Я замираю. Деньги? Они у меня есть — жалкая пачка купюр в конверте. Но что-то мне подсказывает: не о деньгах речь.
Неужели я ничего не могу ему дать, кроме...
Мужская грубая ладонь останавливается на талии и властно сжимается.
— Тогда раздевайся.
Я пришла к нему за лечением, а получила нечто большее.
Ратмир не просто врач. Он — тот, к кому приползают без селезёнки и без надежды. Его методы запрещены, его пациенты вне закона, его руки знают кровь лучше, чем воду. Когда я спустилась в его подвал, я думала, что хуже травмы ничего быть не может.
Я ошибалась.
Ратмир зло усмехается, поворачиваясь ко мне боком, от чего тени на его скулах становятся глубже, делая лицо острее.
— Что ты можешь мне предложить?
Я замираю. Деньги? Они у меня есть — жалкая пачка купюр в конверте. Но что-то мне подсказывает: не о деньгах речь.
Неужели я ничего не могу ему дать, кроме...
Мужская грубая ладонь останавливается на талии и властно сжимается.
— Тогда раздевайся.
Я пришла к нему за лечением, а получила нечто большее.
Ратмир не просто врач. Он — тот, к кому приползают без селезёнки и без надежды. Его методы запрещены, его пациенты вне закона, его руки знают кровь лучше, чем воду. Когда я спустилась в его подвал, я думала, что хуже травмы ничего быть не может.
Я ошибалась.
Один год. Именно столько я должна принадлежать двум братьям, в уплату долга моего покойного мужа.
Я ненавидела их и презирала себя за то, что тело предает меня каждый раз, когда они прикасаются.
Десять лет брака мой муж почти не прикасался ко мне, а теперь эти двое мужчин делают со мной то, о чем я даже не смела мечтать.
Но чем дольше я нахожусь между ними, тем сильнее понимаю, что это уже не просто долг.
Это одержимость.
Это ревность.
Это любовь, от которой невозможно сбежать.
Я – их долг. А они – мое самое большое и самое стыдное желание.
Я ненавидела их и презирала себя за то, что тело предает меня каждый раз, когда они прикасаются.
Десять лет брака мой муж почти не прикасался ко мне, а теперь эти двое мужчин делают со мной то, о чем я даже не смела мечтать.
Но чем дольше я нахожусь между ними, тем сильнее понимаю, что это уже не просто долг.
Это одержимость.
Это ревность.
Это любовь, от которой невозможно сбежать.
Я – их долг. А они – мое самое большое и самое стыдное желание.
Стивен замечает, что Кейт пропала, но не сразу понимает, насколько это опасно. Он считает, что отправилась домой, пока на его телефон не поступает тревожный звонок...
Магическая связь между Кайленом и Серой дарит им невероятную силу. Но она же пробуждает тёмную сторону его натуры — ревность, что граничит с одержимостью.
Он — властный герой, привыкший контролировать всё. Его инстинкт защиты превращается в клетку. Он хочет, чтобы она была только его.
Она — сильная героиня, что не потерпит рабства. Её душа требует свободы. Её тело жаждет его, но разум кричит об опасности.
Когда прошлые измены всплывают, а предательство стучится в дверь, их сложные отношения достигают точки кипения.
Любовь — это не владение. Это выбор. Но как отпустить того, без кого не можешь жить?
Он — властный герой, привыкший контролировать всё. Его инстинкт защиты превращается в клетку. Он хочет, чтобы она была только его.
Она — сильная героиня, что не потерпит рабства. Её душа требует свободы. Её тело жаждет его, но разум кричит об опасности.
Когда прошлые измены всплывают, а предательство стучится в дверь, их сложные отношения достигают точки кипения.
Любовь — это не владение. Это выбор. Но как отпустить того, без кого не можешь жить?
Для меня существовал только мой мотоклуб. Но как только я увидел ее, то понял, что не смогу уйти. Она была моей всех отношениях. Мне плевать, что она замужем и ее муж полицейский. Если он поднимает руку на нее, то ему придется иметь дело со мной. Как и каждому кто решит пойти против нас.
История Кая и Элейн.
История Кая и Элейн.
Он любит причинять боль. Это единственное, что он умеет делать по-настоящему. Деньги, власть, клубы — всё это служит лишь декорациями для его темных желаний. Пока в его жизни не появляется Агния — девушка со шрамами на запястьях и голосом, пробирающим до мурашек.
Он похищает её, чтобы растоптать гордость и доказать себе, что все женщины одинаковы. Но даже прикованная она умудряется сохранять королевское достоинство.
Это откровенная, жесткая и чувственная история о том, как за маской хищника прячется мужчина, до смерти боящийся тишины и одиночества.
Он похищает её, чтобы растоптать гордость и доказать себе, что все женщины одинаковы. Но даже прикованная она умудряется сохранять королевское достоинство.
Это откровенная, жесткая и чувственная история о том, как за маской хищника прячется мужчина, до смерти боящийся тишины и одиночества.
Она — марионетка в руках собственного разума. Скверные обличия людей изо дня в день являются ей ужасом наяву из ниоткуда, а после бесследно исчезают, оставляя лишь нечеткий, бледный силуэт своего присутствия. Симптомы неоднозначны. Врачи разводят руками. По всем показателям она здорова. Таблетки едва притупляют страх. Но даже во сне неизвестный, до боли знакомый голос, говорящий загадками, переплетается в кошмары, которые невозможно забыть.
Однажды грань между сном и явью стирается окончательно. В день своего совершеннолетия Ренесми получает неожиданный подарок. Вместо близких ее встречает ОН. Его силуэт залит полуночной тенью, взгляд ледяной — как у смерти, что ходит по пятам. Речь и вовсе — чистый яд, обернутый в шелк. Он делает странное заявление и требует игры, где ставка — ее жизнь.
Она напугана. С виду — обычный псих. Но почему-то уверена: он единственный, кто способен ответить на главный вопрос — почему она видит то, чего не видят другие?
Однажды грань между сном и явью стирается окончательно. В день своего совершеннолетия Ренесми получает неожиданный подарок. Вместо близких ее встречает ОН. Его силуэт залит полуночной тенью, взгляд ледяной — как у смерти, что ходит по пятам. Речь и вовсе — чистый яд, обернутый в шелк. Он делает странное заявление и требует игры, где ставка — ее жизнь.
Она напугана. С виду — обычный псих. Но почему-то уверена: он единственный, кто способен ответить на главный вопрос — почему она видит то, чего не видят другие?
— Хорошо бегаешь, ёжик.Но не туда.
— Отпустите, пожалуйста.Я не хочу быть вашей вещью.
—Ты — вещь, но только моя.Ещё раз попытаешься уйти от меня—найду.Верну.И буду наказывать тебя до тех пор, пока не поймёшь, что твоё место — рядом со мной.
— Пожалуйста,отпустите.
— Нет.Я же сказал: больше не отпущу.
— Вы такой же, как он.
— У тебя будет возможность сравнить.Со временем.
Я должна бояться.Я должна бежать.Но когда он рядом,я не хочу ничего,кроме его рук,его голоса,его власти надо мной.
Она—живой долг брата.Её тело—цена его жизни.Она пыталась бежать.Но от Захара Вавилова,местного «хозяина»,сбежать невозможно.Теперь она—живая посуда для бандитского ужина.Выхода нет.Кроме одного—того, который приведёт её в руки человека, которого боится даже Захар.
Он—криминальный авторитет, который не должен был выжить, человек, перед которым на колени ставят даже хозяев.Он думал,что забирает её,как трофей,но сам уже попал в ловушку.
Ведь даже бесов можно укротить.
— Отпустите, пожалуйста.Я не хочу быть вашей вещью.
—Ты — вещь, но только моя.Ещё раз попытаешься уйти от меня—найду.Верну.И буду наказывать тебя до тех пор, пока не поймёшь, что твоё место — рядом со мной.
— Пожалуйста,отпустите.
— Нет.Я же сказал: больше не отпущу.
— Вы такой же, как он.
— У тебя будет возможность сравнить.Со временем.
Я должна бояться.Я должна бежать.Но когда он рядом,я не хочу ничего,кроме его рук,его голоса,его власти надо мной.
Она—живой долг брата.Её тело—цена его жизни.Она пыталась бежать.Но от Захара Вавилова,местного «хозяина»,сбежать невозможно.Теперь она—живая посуда для бандитского ужина.Выхода нет.Кроме одного—того, который приведёт её в руки человека, которого боится даже Захар.
Он—криминальный авторитет, который не должен был выжить, человек, перед которым на колени ставят даже хозяев.Он думал,что забирает её,как трофей,но сам уже попал в ловушку.
Ведь даже бесов можно укротить.
В закрытом колледже время течет иначе, а плата за музыкальный гений измеряется человеческими жизнями. Старинный орган, вплетенный в готические своды замка, оживает в полночь, а призрачный оркестр ..... Чтобы остановить цепочку смертей и разорвать проклятие, героям придется принять условия зловещей игры молчания.
Продолжение с полюбившимися героями.
Лера Хорророва ушатала бизнес Макса, но угодила в ямку в лесу... Вместо «расхода» она стала его главной больной фантазией и яблоком раздора для всей безумной братвы.
В этом цирке Апрель, катаясь на любимой вишне, одновременно пускает слезу и пересчитывает рёбра. Барс настолько перегорел, что спит в гробу. Киса, хихикая, превращает разборки в фарс на розовом Порше.
Как выжить, когда тело путается в показаниях, а на коленях в темноте приходится выбирать..
Непонятно, кто кого любит, кто предаст, и почему пахнет уже не только порохом, но и жареными кальмарами.
Внимание: третья часть — отдельный вид угара. Текст содержит откровенные сцены безумия и полный цирк, где главные клоуны — Барс и Киса.
Лера Хорророва ушатала бизнес Макса, но угодила в ямку в лесу... Вместо «расхода» она стала его главной больной фантазией и яблоком раздора для всей безумной братвы.
В этом цирке Апрель, катаясь на любимой вишне, одновременно пускает слезу и пересчитывает рёбра. Барс настолько перегорел, что спит в гробу. Киса, хихикая, превращает разборки в фарс на розовом Порше.
Как выжить, когда тело путается в показаниях, а на коленях в темноте приходится выбирать..
Непонятно, кто кого любит, кто предаст, и почему пахнет уже не только порохом, но и жареными кальмарами.
Внимание: третья часть — отдельный вид угара. Текст содержит откровенные сцены безумия и полный цирк, где главные клоуны — Барс и Киса.
Выберите полку для книги