Книги в жанре «Эротическое фэнтези»
В центре сюжета 38-летняя одинокая Алёна. Её дочь уезжает учиться в Москву, и женщина, оставшись в полном одиночестве, начинает замечать странности в собственном доме. Её новая «игрушка» ломается, по утрам куда-то пропадает нижнее бельё, снятся эротические сны, а ещё мужчины, что захаживают к ней на кофе, бегут сломя голову. Все эти странности заставляют женщину поверить в призраков, но виной всему далеко не призрак, а... домовой.
Через полчаса, совсем продрогнув до костей и гарантированно получив небольшое обморожение, после которого я слягу с воспалением лёгких, я поднялась, стряхнула шубу, и она полетела вниз. Я просто не смогла её удержать замёрзшими пальцами.
Я перегнулась через борт, чтобы посмотреть, где моя пропажа, и заметила кусок меха, зацепившийся за какую-то деревяшку.
«Слава богу!» — подумала я.
Мне ещё возвращать эту вещь.
Я попыталась дотянуться пальцами, но не смогла. Перегнулась через борт, ещё больше повисла на животе, почти схватила и полетела вниз.
— Мара!! — услышала я голос слуги моего будущего мужа, но сделать уже ничего не могла. Я ударилась об ветки и приземлилась в большой сугроб.
Я перегнулась через борт, чтобы посмотреть, где моя пропажа, и заметила кусок меха, зацепившийся за какую-то деревяшку.
«Слава богу!» — подумала я.
Мне ещё возвращать эту вещь.
Я попыталась дотянуться пальцами, но не смогла. Перегнулась через борт, ещё больше повисла на животе, почти схватила и полетела вниз.
— Мара!! — услышала я голос слуги моего будущего мужа, но сделать уже ничего не могла. Я ударилась об ветки и приземлилась в большой сугроб.
Я была подарком для золотого падишаха. Рабыней в шёлке, которую вывели танцевать перед троном.
Я станцевала так, что весь двор замолчал. И дракон выбрал меня.
Он думал, что получит моё тело до рассвета. Я упала в обморок у его ног. А очнувшись, сделала то, чего не делает ни одна наложница, — заговорила с ним как свободная. Отец-писец научил меня читать договоры. Дворец — тот же договор, только мелкие строки в нём пишут кровью.
Теперь наложницы шепчутся за каждой колонной, визирь считает меня чужим клинком, а падишах смотрит так, будто готов сжечь мир за один мой вздох.
Но страшнее другое. На моём запястье проступила золотая линия — знак, по которому дракон узнаёт истинную. Я прячу её под рукавом.
Потому что во дворце, где казнят за меньшее, я ещё не решила, что это — приговор или единственный путь к отцу, который, говорят, жив.
Я станцевала так, что весь двор замолчал. И дракон выбрал меня.
Он думал, что получит моё тело до рассвета. Я упала в обморок у его ног. А очнувшись, сделала то, чего не делает ни одна наложница, — заговорила с ним как свободная. Отец-писец научил меня читать договоры. Дворец — тот же договор, только мелкие строки в нём пишут кровью.
Теперь наложницы шепчутся за каждой колонной, визирь считает меня чужим клинком, а падишах смотрит так, будто готов сжечь мир за один мой вздох.
Но страшнее другое. На моём запястье проступила золотая линия — знак, по которому дракон узнаёт истинную. Я прячу её под рукавом.
Потому что во дворце, где казнят за меньшее, я ещё не решила, что это — приговор или единственный путь к отцу, который, говорят, жив.
Она — наёмница, которая ненавидит рабство. Он — дроу, который мнит себя королём. Их встреча была ошибкой.
Нари должна доставить его до места. Зеф должен использовать её как прикрытие. Но чем дальше они идут, тем сильнее разгорается между ними адское пламя: ярость, страсть, желание убить и желание обладать.
Они балансируют на грани между ненавистью и чем-то большим. Но у каждого свои тайны, и одна из них может уничтожить всё.
Когда тени Зефа сомкнутся вокруг неё, она поймёт: он не просто сумасшедший. А он поймёт: она не просто наёмница. Но будет уже поздно.
Нари должна доставить его до места. Зеф должен использовать её как прикрытие. Но чем дальше они идут, тем сильнее разгорается между ними адское пламя: ярость, страсть, желание убить и желание обладать.
Они балансируют на грани между ненавистью и чем-то большим. Но у каждого свои тайны, и одна из них может уничтожить всё.
Когда тени Зефа сомкнутся вокруг неё, она поймёт: он не просто сумасшедший. А он поймёт: она не просто наёмница. Но будет уже поздно.
— Значит, ты Авдий. Будем соседями.
Аврора думала, что хуже быть не может. Её исключили из женской академии после взрыва в лаборатории. Ни одна другая её не примет. Оставался один путь — мужская академия, куда не ступала нога женщины за восемьсот лет.
Парик. Бинты. Поддельные документы. И сосед — эльф, который смотрит слишком внимательно.
— Ты интересный.
— Я не интересный. Я самый скучный человек в этой академии.
— Нет. Ты далеко не скучный.
Аврора думала, что хуже быть не может. Её исключили из женской академии после взрыва в лаборатории. Ни одна другая её не примет. Оставался один путь — мужская академия, куда не ступала нога женщины за восемьсот лет.
Парик. Бинты. Поддельные документы. И сосед — эльф, который смотрит слишком внимательно.
— Ты интересный.
— Я не интересный. Я самый скучный человек в этой академии.
— Нет. Ты далеко не скучный.
Для ректора Восточной Академии наступают тяжёлые времена... Демида Шторма тянет к студенту! И все бы ничего, но это мальчишка! Он в недоумении... Волк злится! Сам он в ярости!
Адриана применила иллюзию, и спряталась в Академии под личиной парня...
Что же их ждёт!?
Адриана применила иллюзию, и спряталась в Академии под личиной парня...
Что же их ждёт!?
Я думала, что моя жизнь не сахар? Семья смотрит косо, личные отношения не складываются, а все потому что чуть ли не на каждом шагу вижу созданий, в существование которых не верят нормальные люди. И ладно бы я только видела их и говорила с ними... Кто же стерпит изгнание лярвы прямо в разгар семейных праздничных посиделок?
А как тебе – очнуться на холодном алтарном камне в обществе страхолюдин в балахонах и выяснить, что ты очутилась в чужом мире, в теле любимой постельной игрушки тамошних правителей? Да моя прежняя жизнь просто сказка, и я хочу назад! Вот и рванула с одним очень-очень странным спутником из дворца-тюрьмы. Навстречу шансу вернуться домой, сквозь ужасы Пустоши и в компании двух пугающих проводников. Проводников, которые требуют за свои услуги цену, что может стать мне непосильно дорогой. Ведь я рискую расплатиться с ними собственным сердцем.
А как тебе – очнуться на холодном алтарном камне в обществе страхолюдин в балахонах и выяснить, что ты очутилась в чужом мире, в теле любимой постельной игрушки тамошних правителей? Да моя прежняя жизнь просто сказка, и я хочу назад! Вот и рванула с одним очень-очень странным спутником из дворца-тюрьмы. Навстречу шансу вернуться домой, сквозь ужасы Пустоши и в компании двух пугающих проводников. Проводников, которые требуют за свои услуги цену, что может стать мне непосильно дорогой. Ведь я рискую расплатиться с ними собственным сердцем.
Я жила у берегов Ошура, в отдаленном замке на севере империи, вдали от столичной суеты и неурядиц, рядом с любящим отцом, в окружении тепла и заботы.
Но однажды в наши края приехали вестника раан-хара, и моя жизнь в один миг переменилась. Меня увезли в чужой город, разлучили с близкими и отдали человеку, который пугает меня до дрожи в коленях. И пусть бы я стала зваться его женой, но обходится он со мной не лучше, чем с рабыней, купленной на невольничьем рынке. Он приходит лишь по ночам, никогда не говорит со мной и не смотрит в глаза.
А еще у него есть ТАЙНА, которую он хранит за семью печатями. Но я обязательно ее узнаю!
Но однажды в наши края приехали вестника раан-хара, и моя жизнь в один миг переменилась. Меня увезли в чужой город, разлучили с близкими и отдали человеку, который пугает меня до дрожи в коленях. И пусть бы я стала зваться его женой, но обходится он со мной не лучше, чем с рабыней, купленной на невольничьем рынке. Он приходит лишь по ночам, никогда не говорит со мной и не смотрит в глаза.
А еще у него есть ТАЙНА, которую он хранит за семью печатями. Но я обязательно ее узнаю!
После ухода на пенсию жизнь только начинается? Как бы не так! Инфаркт нечаянно нагрянет, когда его совсем не ждешь... Но вместо посмертия я очнулась в чужом, юном теле, в мире, где магия — реальность, а я — товар на рынке. В прямом смысле этого слова. На который сразу же нашелся покупатель. Он смотрит на меня так, будто знает ту, прежнюю, владелицу этого тела. Ту, чье имя я даже не помню...
Кто я теперь?
И какие тайны скрывает этот мир, этот мужчина и это тело, в котором я заперта?
Кто я теперь?
И какие тайны скрывает этот мир, этот мужчина и это тело, в котором я заперта?
Я — генерал. Я никогда не проигрываю.
Но этот эльф смотрит на меня так, будто я его добыча. Наглый, опасный, с карими глазами, от которых становится жарко. Я купила его на невольничьем рынке, чтобы использовать как спарринг-партнёра. А он использует меня.
В постели он не подчиняется. Он берёт. Рвёт контроль, ломает броню, вырывает из меня то, что я прятала годами. И я позволяю.
— Ты моя.
— Посмотрим.
Война закончилась. Но настоящая битва только начинается. И если король решит его убить — я сожгу этот чёртов дворец дотла.
Но этот эльф смотрит на меня так, будто я его добыча. Наглый, опасный, с карими глазами, от которых становится жарко. Я купила его на невольничьем рынке, чтобы использовать как спарринг-партнёра. А он использует меня.
В постели он не подчиняется. Он берёт. Рвёт контроль, ломает броню, вырывает из меня то, что я прятала годами. И я позволяю.
— Ты моя.
— Посмотрим.
Война закончилась. Но настоящая битва только начинается. И если король решит его убить — я сожгу этот чёртов дворец дотла.
Выберите полку для книги