Книги в жанре «Эротика»
Продолжение романа между Викторией и Виктором.
Я часто видела его во сне. Только там мы снова были счастливы, пусть не долго, пусть совсем чуть-чуть, но даже тогда я понимала, что это все сон., мираж, который оборвется через секунду. В такие моменты я боялась проснуться. Я наслаждалась каждым мгновением, в котором Виктор дарил мне свою любовь и ласку. Он мне нужен, хотя я знаю, что он меня никогда не простит…
Но каждый раз такие сны заканчивались кошмарами. Руки, которые только что дарили ласку и обнимали с такой теплотой, со всей силы отталкивали меня от себя. Нежная и добрая улыбка превращалась в ужасный оскал, такие родные голубые глаза в которых я постоянно тонула, расплывались передо мной в ледяную маску, в которой я узнавала лицо Олега. Он смеялся надомной, не сдерживая своих эмоций. Он делал шаг на встречу мне и протягивал руки, которые были все в крови. И я просыпалась.
С криком…
Я часто видела его во сне. Только там мы снова были счастливы, пусть не долго, пусть совсем чуть-чуть, но даже тогда я понимала, что это все сон., мираж, который оборвется через секунду. В такие моменты я боялась проснуться. Я наслаждалась каждым мгновением, в котором Виктор дарил мне свою любовь и ласку. Он мне нужен, хотя я знаю, что он меня никогда не простит…
Но каждый раз такие сны заканчивались кошмарами. Руки, которые только что дарили ласку и обнимали с такой теплотой, со всей силы отталкивали меня от себя. Нежная и добрая улыбка превращалась в ужасный оскал, такие родные голубые глаза в которых я постоянно тонула, расплывались передо мной в ледяную маску, в которой я узнавала лицо Олега. Он смеялся надомной, не сдерживая своих эмоций. Он делал шаг на встречу мне и протягивал руки, которые были все в крови. И я просыпалась.
С криком…
Когда-то меня считали неудачником, а её – королевой школы. Я помню каждую её чёрточку. А она меня даже не узнала.
Что ж. Теперь я – кумир и любимец публики, один из самых завидных холостяков империи. А она – никто.
Пришло время мести.
Пьянящей мести.
Куда она нас заведёт?
Что ж. Теперь я – кумир и любимец публики, один из самых завидных холостяков империи. А она – никто.
Пришло время мести.
Пьянящей мести.
Куда она нас заведёт?
Меня зовут Мира. И я — Госпожа.
Это дневник женщины, которая научилась быть собой в мире, где правят чужие правила. Это исповедь Госпожи, чья власть над телами и душами стала для неё единственно возможной формой свободы. Это история о том, как за фасадом примерной секретарши, заботливой дочери и вежливой коллеги живёт та, для кого боль — это искусство, подчинение — это дар, а настоящая близость возможна только там, где стёрты все границы дозволенного.
Если вы готовы смотреть в бездну — добро пожаловать.
Если вы готовы увидеть изнанку обычной жизни, где за строгим офисным костюмом скрывается кожа и латекс, а за дежурной улыбкой — стальной взгляд Госпожи, — переворачивайте страницу.
Если вы хотите понять, что такое настоящая власть и настоящее подчинение, — оставайтесь.
Но предупреждаю сразу: обратной дороги не будет.
Как не было её у меня.
Это дневник женщины, которая научилась быть собой в мире, где правят чужие правила. Это исповедь Госпожи, чья власть над телами и душами стала для неё единственно возможной формой свободы. Это история о том, как за фасадом примерной секретарши, заботливой дочери и вежливой коллеги живёт та, для кого боль — это искусство, подчинение — это дар, а настоящая близость возможна только там, где стёрты все границы дозволенного.
Если вы готовы смотреть в бездну — добро пожаловать.
Если вы готовы увидеть изнанку обычной жизни, где за строгим офисным костюмом скрывается кожа и латекс, а за дежурной улыбкой — стальной взгляд Госпожи, — переворачивайте страницу.
Если вы хотите понять, что такое настоящая власть и настоящее подчинение, — оставайтесь.
Но предупреждаю сразу: обратной дороги не будет.
Как не было её у меня.
— Ты снова была с ним? — Джон смотрел на меня так, словно впервые видел.
— А если и была? — я ухмыльнулась.
— Ты обещала начать новую жизнь… со мной.
— Бедный Джон. Ты и правда в это поверил?
— А как же любовь? — он сжал кулаки.
— Любовь? — я фыркнула. — Ты целуешь меня так, будто боишься сломать. А я закрываю глаза и вижу его. Его руки, его зубы. И мне это нравится.
— Ты больная…
Я наклонилась к нему ближе и прошептала:
— Нет. Просто честная.
Джон молчал, но его взгляд говорил громче слов.
— Ты всё ещё думаешь, что спасёшь меня? — спросила я.
— Нет, — он чуть склонил голову. — Но мне это начинает нравиться.
Эмма скрывает своё прошлое… и готова на всё, чтобы сохранить своё будущее. Но что, если в её игре на два фронта кто-то из мужчин сорвётся первым
— А если и была? — я ухмыльнулась.
— Ты обещала начать новую жизнь… со мной.
— Бедный Джон. Ты и правда в это поверил?
— А как же любовь? — он сжал кулаки.
— Любовь? — я фыркнула. — Ты целуешь меня так, будто боишься сломать. А я закрываю глаза и вижу его. Его руки, его зубы. И мне это нравится.
— Ты больная…
Я наклонилась к нему ближе и прошептала:
— Нет. Просто честная.
Джон молчал, но его взгляд говорил громче слов.
— Ты всё ещё думаешь, что спасёшь меня? — спросила я.
— Нет, — он чуть склонил голову. — Но мне это начинает нравиться.
Эмма скрывает своё прошлое… и готова на всё, чтобы сохранить своё будущее. Но что, если в её игре на два фронта кто-то из мужчин сорвётся первым
Алиса думала, что голод можно утолить, бросая в огонь все, что имеешь, но ее голод был особенным, неутолимым. Тот самый, который живет под кожей и требует новых прикосновений, взглядов, шепота в полумраке. Требует доказательств своего существования, и главным доказательством является чужая страсть.
Пугающие!
Развратные!
Безбашенные!
Как мне сбежать от них? Как устоять? Ведь я одна, а
ИХ ДВОЕ!!!
Я хотела поехать на Мальдивы, а оказалась в затерянном в снегах деревенском доме. И не одна! Смогу ли устоять и остаться самой собой наедине с ДВУМЯ хищниками? Не уверена…
ОЧЕНЬ ЭМОЦИОНАЛЬНО
ОЧЕНЬ ВЕСЕЛО
Развратные!
Безбашенные!
Как мне сбежать от них? Как устоять? Ведь я одна, а
ИХ ДВОЕ!!!
Я хотела поехать на Мальдивы, а оказалась в затерянном в снегах деревенском доме. И не одна! Смогу ли устоять и остаться самой собой наедине с ДВУМЯ хищниками? Не уверена…
ОЧЕНЬ ЭМОЦИОНАЛЬНО
ОЧЕНЬ ВЕСЕЛО
– Ты убьёшь меня? – севшим голосом спросила я.
– Зачем мне убивать такую прелесть? Нет, малышка, у меня на тебя другие планы, – хрипло произнёс бандит, заправляя прядь волос мне за ухо. От его прикосновения по телу прошла лёгкая дрожь.
Но от сердца у меня не отлегло. Вряд ли он привёз меня в этот лес за чем-то хорошим.
Будто подтверждая мои мысли, бандит взял меня за талию и осторожно прижал спиной к своей машине. Навалился своим мощным телом. Отчего мой пульс мгновенно сошёл с ума.
– Зачем мне убивать такую прелесть? Нет, малышка, у меня на тебя другие планы, – хрипло произнёс бандит, заправляя прядь волос мне за ухо. От его прикосновения по телу прошла лёгкая дрожь.
Но от сердца у меня не отлегло. Вряд ли он привёз меня в этот лес за чем-то хорошим.
Будто подтверждая мои мысли, бандит взял меня за талию и осторожно прижал спиной к своей машине. Навалился своим мощным телом. Отчего мой пульс мгновенно сошёл с ума.
Если ты хочешь жить спокойно, лучше не читай эту историю. А если готов заглянуть в бездну желаний и безумий, которые разрывают сердце героини на части — пристегни ремни. Это будет взрыв.
Джон обнимал меня, мечтая о семейной идиллии. А Джейк? Он запирал в камере и наказывал до тех пор, пока я не буду умолять о пощаде.
Но при виде кого земля уходила из-под ног, когда он тихо произнесил:
— Эмма… Ты скучала по мне?
В тот момент я не знала, что ответить. Только сдавленно прошептала:
— Ненавижу тебя.
— Ложь, — усмехнулся Ирвин, запирая меня в своём горячем взгляде. — Ты мечтала обо мне. А теперь будь хорошей девочкой и иди в машину.
Как далеко готова зайти Эмма ради собственного желания? Сможет ли она разорвать цепи прошлого или оно затянет её снова?
Ведь она никогда не была хорошей девочкой…
Джон обнимал меня, мечтая о семейной идиллии. А Джейк? Он запирал в камере и наказывал до тех пор, пока я не буду умолять о пощаде.
Но при виде кого земля уходила из-под ног, когда он тихо произнесил:
— Эмма… Ты скучала по мне?
В тот момент я не знала, что ответить. Только сдавленно прошептала:
— Ненавижу тебя.
— Ложь, — усмехнулся Ирвин, запирая меня в своём горячем взгляде. — Ты мечтала обо мне. А теперь будь хорошей девочкой и иди в машину.
Как далеко готова зайти Эмма ради собственного желания? Сможет ли она разорвать цепи прошлого или оно затянет её снова?
Ведь она никогда не была хорошей девочкой…
Она поняла, что ее босс стоит слишком близко к ней и молча смотрит на нее. Она бросила на него неодобрительный взгляд, прежде чем снова уткнуться в свой мобильный телефон. Рабочий день закончился, и не было никакой необходимости быть с ним дружелюбной или вежливой.
- Светлана, у вас какие-то проблемы при общении со мной? - внезапно спросил он.
- Почему вы так думаете? – спросила она.
- Потому что вы... - он замолчал, когда лифт внезапно, со скрежетом, остановился. Свет погас, погрузив их в темноту, и она оказалась прижатой к нему. Сотовый вылетел у нее из рук и ударился о стену лифта с хрустом, заставившим ее вздрогнуть. Она прижалась к нему, сердце бешено колотилось в груди. С тихим жужжанием включилось аварийное освещение, заливая лифт тусклым красным светом. Она все еще была прижата к нему слишком уж интимно. Он держал ее, обхватив большими руками за полные бедра, а она покраснела и оттолкнулась от его твердой груди.
- Светлана, у вас какие-то проблемы при общении со мной? - внезапно спросил он.
- Почему вы так думаете? – спросила она.
- Потому что вы... - он замолчал, когда лифт внезапно, со скрежетом, остановился. Свет погас, погрузив их в темноту, и она оказалась прижатой к нему. Сотовый вылетел у нее из рук и ударился о стену лифта с хрустом, заставившим ее вздрогнуть. Она прижалась к нему, сердце бешено колотилось в груди. С тихим жужжанием включилось аварийное освещение, заливая лифт тусклым красным светом. Она все еще была прижата к нему слишком уж интимно. Он держал ее, обхватив большими руками за полные бедра, а она покраснела и оттолкнулась от его твердой груди.
— Ты куда это собралась? — пробурчал он преграждая мне путь. — Не пори горячку, Света. Подумай головой. Куда ты пойдёшь? Кто ты без меня?
— Кто я без тебя? — усмехнулась я, глядя ему прямо в глаза. В его глазах читалось недоумение и злость. — Я – это я, Николай. И я была «я» задолго до того, как ты появился в моей жизни. И буду «я» после того, как ты из неё исчезнешь. А вот кем будешь ты без меня, это ещё большой вопрос.
Двадцать четыре года брака, бизнес, уютный дом, взрослая дочь…
И внезапное откровение: муж мне изменяет.
В сорок семь лет я оказываюсь на распутье, мир рушится на глазах и я не знаю, что мне делать. Но сдаваться не собираюсь.
Я создам новую версию себя и все будет только так, как я того пожелаю!
— Кто я без тебя? — усмехнулась я, глядя ему прямо в глаза. В его глазах читалось недоумение и злость. — Я – это я, Николай. И я была «я» задолго до того, как ты появился в моей жизни. И буду «я» после того, как ты из неё исчезнешь. А вот кем будешь ты без меня, это ещё большой вопрос.
Двадцать четыре года брака, бизнес, уютный дом, взрослая дочь…
И внезапное откровение: муж мне изменяет.
В сорок семь лет я оказываюсь на распутье, мир рушится на глазах и я не знаю, что мне делать. Но сдаваться не собираюсь.
Я создам новую версию себя и все будет только так, как я того пожелаю!
Выберите полку для книги