Книги в жанре «Эротика» по тегу «erotika-chitat-besplatno»
– Мариночка, посмотри на меня, – он снова улыбался, на этот раз покровительственно. – Всё, как мне и сказали. Ты сокровище… Девственница.
Я нехотя открыла глаза, и снова потекли слезы.
– Мариночка, ты теперь будешь на меня работать… – сказал он буднично.
– Кем? – судорожно хватая ртом воздух, спросила я.
– Не кем, а чем. Ротиком… – усмехнулся Сергей Викторович, коснулся пальцем моей нижней губы и окинул взглядом всё тело. – И остальным. Будешь дарить мужчинам удовольствие. Неужели ты не поняла?
– Но я не хочу так работать… – пробормотала я.
– Если не хочешь, – сказал Сергей Викторович, и достал из портупеи пистолет. – Разговор будет коротким. Ты детдомовская. Никто тебя искать не будет. С соцслужбой я уже всё обсудил.
– Вы меня убьёте?
– Убью…
То есть у меня не было выбора? И, как ответ на этот незаданный вопрос, в мой висок уткнулось дуло.
– Поработаешь годик, потом тебя отпустим, – сказал Сергей Викторович, оглаживая пистолетом изгиб моей шеи. – Согласна?
Я нехотя открыла глаза, и снова потекли слезы.
– Мариночка, ты теперь будешь на меня работать… – сказал он буднично.
– Кем? – судорожно хватая ртом воздух, спросила я.
– Не кем, а чем. Ротиком… – усмехнулся Сергей Викторович, коснулся пальцем моей нижней губы и окинул взглядом всё тело. – И остальным. Будешь дарить мужчинам удовольствие. Неужели ты не поняла?
– Но я не хочу так работать… – пробормотала я.
– Если не хочешь, – сказал Сергей Викторович, и достал из портупеи пистолет. – Разговор будет коротким. Ты детдомовская. Никто тебя искать не будет. С соцслужбой я уже всё обсудил.
– Вы меня убьёте?
– Убью…
То есть у меня не было выбора? И, как ответ на этот незаданный вопрос, в мой висок уткнулось дуло.
– Поработаешь годик, потом тебя отпустим, – сказал Сергей Викторович, оглаживая пистолетом изгиб моей шеи. – Согласна?
— Я люблю Вас.
— Повтори…
— Люблю. Хочу быть Вашей женой.
Пятнадцатилетняя Вика бросается в ноги взрослому мужчине с разницей в 15 лет. Худая, в царапинах, с облупленным лаком на ногтях — она для него всего лишь ребёнок.
— Какой, к чёрту, женой? Иди уроки учи.
Он отталкивает её. Жёстко. Безжалостно.
Но она не сдаётся.
— Я буду ждать. Сколько потребуется.
Слёзы по щекам, крик вслед: «Я изменюсь! Стану идеальной!»
Алексей фыркает: «Вырастет — забудет».
Он ошибается.
Через пять лет эта девочка вернётся. Взрослая. Красивая. Опасная.
И перевернёт его мир с ног на голову.
Запретная страсть, которая началась с детской влюблённости, вот-вот вспыхнет пожаром.
Сможет ли он сопротивляться? Или сломается под напором той, кого когда-то оттолкнул?
— Повтори…
— Люблю. Хочу быть Вашей женой.
Пятнадцатилетняя Вика бросается в ноги взрослому мужчине с разницей в 15 лет. Худая, в царапинах, с облупленным лаком на ногтях — она для него всего лишь ребёнок.
— Какой, к чёрту, женой? Иди уроки учи.
Он отталкивает её. Жёстко. Безжалостно.
Но она не сдаётся.
— Я буду ждать. Сколько потребуется.
Слёзы по щекам, крик вслед: «Я изменюсь! Стану идеальной!»
Алексей фыркает: «Вырастет — забудет».
Он ошибается.
Через пять лет эта девочка вернётся. Взрослая. Красивая. Опасная.
И перевернёт его мир с ног на голову.
Запретная страсть, которая началась с детской влюблённости, вот-вот вспыхнет пожаром.
Сможет ли он сопротивляться? Или сломается под напором той, кого когда-то оттолкнул?
«Я сбежала от мужа, чтобы спасти свою жизнь, но в этих горах меня ждал зверь пострашнее...»
Диана думала, что хуже побоев может быть только смерть, и сбежала в глухую горную деревню, где муж точно её не найдет. Но вместо долгожданной свободы она получила ещё один ад — в лице Айдархана.
Жёсткий, замкнутый и абсолютно дикий горец, он не привык жалеть и не терпит гостей в своём доме. Его взгляд жжёт сильнее огня, голос режет острее кинжала, а прикосновения опаснее смертельного обрыва.
Но почему тогда под его суровой защитой она впервые чувствует себя желанной?
Он обещал ей только убежище, но, кажется, намерен забрать всё до последней капли.
От него нельзя убежать. Его невозможно забыть.
«Ты пришла в мой дом сама. Теперь ты — моя».
Диана думала, что хуже побоев может быть только смерть, и сбежала в глухую горную деревню, где муж точно её не найдет. Но вместо долгожданной свободы она получила ещё один ад — в лице Айдархана.
Жёсткий, замкнутый и абсолютно дикий горец, он не привык жалеть и не терпит гостей в своём доме. Его взгляд жжёт сильнее огня, голос режет острее кинжала, а прикосновения опаснее смертельного обрыва.
Но почему тогда под его суровой защитой она впервые чувствует себя желанной?
Он обещал ей только убежище, но, кажется, намерен забрать всё до последней капли.
От него нельзя убежать. Его невозможно забыть.
«Ты пришла в мой дом сама. Теперь ты — моя».
— Отпустите меня, и мой брат заплатит вам, сколько скажете… —вздрагиваю, когда незнакомец грубо обхватывает мой подбородок. — Если вам нужны деньги, скажите, сколько…
— Думаешь, дело в деньгах? — его верхняя губа хищно задирается. Глаза прожигают мое лицо лазером.
— Зачем еще похищать невесту со свадьбы? — произношу шепотом, и незнакомец ухмыляется.
— Твой жених задолжал мне одну жизнь, — голос незнакомца пришибает бетоном. — И ты закроешь его долг. В машину её…
Меня украли прямо из-под венца. Накинули на голову мешок и бросили в машину под носом у жениха и всех гостей. Этот варвар хочет, чтобы я играла по его правилам, но я так просто не сдамся.
— Думаешь, дело в деньгах? — его верхняя губа хищно задирается. Глаза прожигают мое лицо лазером.
— Зачем еще похищать невесту со свадьбы? — произношу шепотом, и незнакомец ухмыляется.
— Твой жених задолжал мне одну жизнь, — голос незнакомца пришибает бетоном. — И ты закроешь его долг. В машину её…
Меня украли прямо из-под венца. Накинули на голову мешок и бросили в машину под носом у жениха и всех гостей. Этот варвар хочет, чтобы я играла по его правилам, но я так просто не сдамся.
Я на всю ночь застряла в офисе с двумя боссами. Один — холодный и властный, перед ним дрожит весь отдел. Другой — соблазнительный и настойчивый, привыкший получать всё, что захочет. И между ними я. В темноте, где исчезают правила.
Демонстративно захлопывает дверь и встает так, что мне не выйти.
– Не смешно, – бросаю другу сына. – Я не собираюсь играть с тобой в игрушки.
– Я тоже, – парень стягивает с себя футболку. – Как насчет взрослых игр?
Стараюсь не смотреть на его проработанный мышцы и кубики пресса.
– Не дорос еще.
– Сейчас мы это проверим, – усмехается.
– Не смешно, – бросаю другу сына. – Я не собираюсь играть с тобой в игрушки.
– Я тоже, – парень стягивает с себя футболку. – Как насчет взрослых игр?
Стараюсь не смотреть на его проработанный мышцы и кубики пресса.
– Не дорос еще.
– Сейчас мы это проверим, – усмехается.
- Булка, открывай! Ты меня опять топишь!
Бывший орет на меня через дверь, пока под ногами хлюпает вода! Мда. И ведь это даже не месть неверному мужу, который ушел от меня к соседке снизу. Это реально гнилые трубы!
- Булка, открывай по-хорошему, не то я за себя не ручаюсь! Что молчишь, жрешь, небось?
От обиды хочется плакать. Да, я полная. Да, он уже дал понять, что хочет не меня, а нашу тощую соседку. Но унижать зачем? Я и так знаю, что несимпатичная, и что на меня такую никто и не посмотрит.
Так я думала, пока не познакомилась с нашим сантехником. Он пришел починить мой стояк и показать – свой. И как в фильмах для взрослых: и починил, и прочистил, и увлажнил маслом и даже… ах!
Я стонала так, что муж и соседка всю ночь тарабанили по трубам. Но мне плевать. Ведь теперь я знаю, что я желанна и любима!
Бывший орет на меня через дверь, пока под ногами хлюпает вода! Мда. И ведь это даже не месть неверному мужу, который ушел от меня к соседке снизу. Это реально гнилые трубы!
- Булка, открывай по-хорошему, не то я за себя не ручаюсь! Что молчишь, жрешь, небось?
От обиды хочется плакать. Да, я полная. Да, он уже дал понять, что хочет не меня, а нашу тощую соседку. Но унижать зачем? Я и так знаю, что несимпатичная, и что на меня такую никто и не посмотрит.
Так я думала, пока не познакомилась с нашим сантехником. Он пришел починить мой стояк и показать – свой. И как в фильмах для взрослых: и починил, и прочистил, и увлажнил маслом и даже… ах!
Я стонала так, что муж и соседка всю ночь тарабанили по трубам. Но мне плевать. Ведь теперь я знаю, что я желанна и любима!
Мой парень назвал меня в бревном в постели. Сразу после того, как я застукала его в постели с другой.
Я убегаю от него к единственному человеку, который сможет защитить и утешить меня - отчиму. Но роковая случайность и обманчивая темнота переворачивают все с ног на голову в наших отношениях...
На такое утешение я надеяться и не смела...
Я убегаю от него к единственному человеку, который сможет защитить и утешить меня - отчиму. Но роковая случайность и обманчивая темнота переворачивают все с ног на голову в наших отношениях...
На такое утешение я надеяться и не смела...
Савин распахивает мой пиджак, сорвав с него единственную пуговицу.
— Уйдите! — выдыхаю я. — Что вы себе… Что вам надо от меня?!
— Проучить тебя, — шепчет Савин, играючи вытаскивая мою майку из-за пояса брюк. — И буду продолжать, пока ты не возьмёшь свои гадкие слова назад. И не извинишься за фару, которую мне раскурочила…
— Я не сплю с клиентами! Это непрофессионально! — я отпихиваюсь из последних сил, только Савина это не останавливает.
Всё. Допрыгался.
Я нащупываю на столе скоросшиватель и наотмашь хлопаю его по лицу.
Воцаряется тишина.
В глазах Савина – густое бешенство.
Нет, Сказкина. Это ты допрыгалась. Сейчас с тебя спросят и за фару, и за пощёчину, и за все людские прегрешения...
— Уйдите! — выдыхаю я. — Что вы себе… Что вам надо от меня?!
— Проучить тебя, — шепчет Савин, играючи вытаскивая мою майку из-за пояса брюк. — И буду продолжать, пока ты не возьмёшь свои гадкие слова назад. И не извинишься за фару, которую мне раскурочила…
— Я не сплю с клиентами! Это непрофессионально! — я отпихиваюсь из последних сил, только Савина это не останавливает.
Всё. Допрыгался.
Я нащупываю на столе скоросшиватель и наотмашь хлопаю его по лицу.
Воцаряется тишина.
В глазах Савина – густое бешенство.
Нет, Сказкина. Это ты допрыгалась. Сейчас с тебя спросят и за фару, и за пощёчину, и за все людские прегрешения...
— Я выиграл. Стягивай тряпье и приступай к делу.
Растягивает губы в хищной полуулыбке.
— Ч-что? Это ошибка.
— Твоя проблема, я здесь, чтобы получить свой приз.
***
Я всего лишь хотела помочь подруге, а оказалась на нелегальных гонках. Потом этот опасный тип решил, что выиграл меня. Вот и сейчас, забросил меня на плечо и несет к себе в кабинет.
Ой, мамочки, а он и правда раздевается…
Растягивает губы в хищной полуулыбке.
— Ч-что? Это ошибка.
— Твоя проблема, я здесь, чтобы получить свой приз.
***
Я всего лишь хотела помочь подруге, а оказалась на нелегальных гонках. Потом этот опасный тип решил, что выиграл меня. Вот и сейчас, забросил меня на плечо и несет к себе в кабинет.
Ой, мамочки, а он и правда раздевается…
Выберите полку для книги