Книги в жанре «Эротика» по тегу «erotika-chitat-besplatno»

Если Игорь подаст на развод, то это может и к лучшему.
– Вы женаты меньше трех месяцев.
– Видимо не надо было ждать до свадьбы. Похоже мы не совместимы в кровати, – ответила я, наблюдая, как Вадим наливает нам по кружке чая.
– Ерунда.
– Но Игорь прав. Я нечего не чувствую. Таким как я не нужен брак. Все это было ошибкой.
– А если я тебе помогу?
– И как ты это себе представляешь?
– Уверен, что со мной ты все почувствуешь, – ответил Вадим.
Мой брак дал трещину. Помочь вызвался мой свекор, но хватит ли у меня смелости согласиться на его предложение? Ведь мне так не хватает смелости!

Когда он предал и ты внезапно понимаешь, что у него есть отчим и отец, оба красивые, мускулистые, поджарые и точно знающие, как нужно утешать девушку.

Фирель и Ламберт - наёмники из одного отряда. Ламберт ранен, и Фирель приходится взять на себя заботу о пострадавшем целителе. Никто не ожидает, что она окажется с ним действительно нежной. И что Ламберт захочет видеть её ещё и властной.

Мира приезжает в деревню к подруге Ладе на праздник Ивана Купалы и совершает старый обряд: пускает по реке венок с зажжённой свечой и трижды ныряет, шёпотом призывая суженого. По примете, если венок поймает мужчина — он и есть её судьба.
Её венок перехватывает Яр — отец Лады. Между ними мгновенно вспыхивает тяжёлое, запретное притяжение. Яр не узнаёт её сразу, он видит перед собой взрослую девушку. Однако во время праздничного гуляния он понимает, что Мира — подруга его дочери.

«Если венок подхватит чужая рука — значит, суженый сам тебя нашёл.»

Он переводит взгляд с венка на меня. В карих глазах что-то вспыхивает. Он молча кивает и снова наклоняется — теперь ближе, к самому уху.
— Нельзя так смотреть на мужчину, — говорит он тихо. — Кто-то может решить, что ты зовёшь его.

Я преподаватель этики. Каждый день объясняю студентам, где проходит грань между правильным и недопустимым. Но однажды сама переступила черту, которую всегда считала неприкосновенной.

Он — мой студент. Избалованный мажор. Сын главного спонсора университета. Мужчина, которого я должна была держать на расстоянии.

Я знаю, чем закончится эта история, если о ней узнают: увольнение, разрушенная репутация и конец моей карьеры. Поэтому убеждаю себя, что между нами всё кончено. Что это была ошибка. Что я смогу поставить точку.

И каждый раз предаю собственные правила.

В доме графа Дортвуда всё было подчинено порядку. Слуги молчали, стены хранили холод, рабы знали своё место.
Но Аллет не знала своего места. Она знала только, что эльф в южном флигеле умирает и что она не может пройти мимо.
Он швырял в неё вещи, кричал о ненависти к людям, не брал еду, которую она приносила. Граф обещал казнить их обоих, если еще раз поймет, что она ходила к этому существу. Аллет - дочь графа и возиться с эльфийским рабом - это позор для их статуса.
Но она возвращалась. Снова. И снова.
Пока однажды он не протянул ей руку.

Вглядываюсь в его непроницаемое лицо. Кто ты вообще такой, Азам?

— Тебя просто нет. Ни в моей жизни, ни в этом доме. Ты даже ночевать приходишь через раз — мой голос звучит ровно.

Он медленно поднимает глаза. Взгляд — черный лед.

— Я прихожу тогда, когда считаю нужным.

По его жестким губам скользит усмешка.

— Прекрати, Маш. А ты им на что? Ты — мать, это твоя территория. Быт, дети, болезни — это всё твое, и меня оно касаться вообще не должно. Избавь меня от необходимости выслушивать эту чушь, у меня голова забита совершенно другим.

Сглатываю острый ком в горле.

— Ты сам просил эту семью. Сам хотел много детей, — говорю я, глядя в непроницаемую черноту. — А в итоге я разрываюсь между ними одна. Скорая, температура… у меня открылось кровотечение. Я не могла быть везде одновременно. Я ведь могла там и остаться, Азам.

Мне ведь не нужны были подвиги. Просто чтобы кто-то забрал у меня из рук больного ребенка.

Он не меняется в лице.
— Ну не сдохла же.

— Скажи, чтобы я остановился, — прохрипел он, вжимая меня в стол переговорной.
— Нет, — выдохнула я, царапая его спину до крови.

Шесть лет назад он бросил меня умирать.
Теперь он — царь и бог частной клиники, а я единственный хирург, способный спасти его дочь.
Я согласилась на операцию, но моя цена — ребёнок, его племянник, его кровь, мой сын.

Я хотела мести. Но ненависть вспыхнула таким пожаром, что задымились даже стерильные простыни.

Пышка Маша гостит у бабушки в деревне. Собирая в лесу грибы она набрела на лесной дом, где живут трое... А дальше начинается уже совершенно недетская сказка
Очень горячо и откровенно

— Зачем вы пришли в мой дом? — вся дрожащая отступаю под нашествием своих боссов.
Невыносимые мерзавцы. Опасные. Само воплощение запретного.
— Считаем, что нужно отточить твои навыки и умения! — хрипит Туманов, и у меня сердце заходится.
***
Мои боссы — отменные подонки. Горячие. Сексуальные. И я вынуждена работать на них. Но с каждой секундой все тяжелее контролировать свои темные фантазии, оживающие рядом с этими мужчинами.