Книги в жанре «Эротика» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
Александр Белов - брат моего бывшего мужа - привык получать то, что хочет. А хочет он доказать, что я сломаюсь первой. Каждое совещание - дуэль. Каждый взгляд - прикосновение. Каждая случайная встреча заканчивается тем, что я мечтаю остаться с ним наедине, хоть и ненавижу его всем сердцем из-за родства с бывшим. Он говорит, что я должна выиграть тендер. Но я начинаю подозревать, что настоящая игра ведется не за прибыль... а за меня. И, кажется, я готова проиграть.
Его голос заставляет меня забыть, о чем я хотела сказать. Его руки, когда он поправляет галстук, я представляю на своей талии. Мы встречаемся на совещаниях, спорим до хрипоты, делаем вид, что между нами ничего нет. Но в каждом его «не опаздывайте» слышится «я жду».
Его голос заставляет меня забыть, о чем я хотела сказать. Его руки, когда он поправляет галстук, я представляю на своей талии. Мы встречаемся на совещаниях, спорим до хрипоты, делаем вид, что между нами ничего нет. Но в каждом его «не опаздывайте» слышится «я жду».
С тех пор, как я вынужденно переехала в стаю моего отца, ни один день не был добрым. Сегодня меня заставили нарядиться и приехать на унизительные смотрины, не спрашивая моего согласия, ведь я омега — а мой отец считает, что это волки второго сорта.
Но когда в зал ворвался тот, кому меня хотели отдать, я поняла всё: он силён, невероятно зол и против этого союза. Все боятся его. Но его феромоны бушуют, не давая ему отказаться и сводя с ума нас обоих.
Это притяжение заставит нас подчиниться инстинктам вопреки собственным желаниям и чувствам.
🌕
Все истории цикла «Оборотни Волковецкого автономного округа» можно читать отдельно ✨
Но когда в зал ворвался тот, кому меня хотели отдать, я поняла всё: он силён, невероятно зол и против этого союза. Все боятся его. Но его феромоны бушуют, не давая ему отказаться и сводя с ума нас обоих.
Это притяжение заставит нас подчиниться инстинктам вопреки собственным желаниям и чувствам.
🌕
Все истории цикла «Оборотни Волковецкого автономного округа» можно читать отдельно ✨
– Я, наверное, пойду.
Острое чувство опасно вспыхнувшего желания прокатилось мурашками по телу, которое помнило бесстыдные прикосновения той ночи. Оставаться с ним наедине становилось всё безумнее.
– Никуда ты не пойдёшь, – сказал врач твёрдо. – Ты же пришла на консультацию, и ты её получишь. Будь уверена, эти пальцы знают своё дело.
Гинеколог поднял руки и играючи пошевелил пальцами.
– Я не знала, что ты гинеколог.
– Конечно, ведь нам было не до разговоров.
Ладонь мужчины властно легла на подбородок, бесцеремонно заставляя меня взглянуть в его тёмные глаза.
– Как хорошо, что мы встретились снова и сейчас у нас есть время поболтать. Не правда ли?
Я решилась на приём к гинекологу-мужчине, но осмотр пошёл совсем не по плану. Ведь врачом оказался мужчина, которого полгода назад я оставила одного после жаркой ночи. Что же он теперь собирается предпринять?
Острое чувство опасно вспыхнувшего желания прокатилось мурашками по телу, которое помнило бесстыдные прикосновения той ночи. Оставаться с ним наедине становилось всё безумнее.
– Никуда ты не пойдёшь, – сказал врач твёрдо. – Ты же пришла на консультацию, и ты её получишь. Будь уверена, эти пальцы знают своё дело.
Гинеколог поднял руки и играючи пошевелил пальцами.
– Я не знала, что ты гинеколог.
– Конечно, ведь нам было не до разговоров.
Ладонь мужчины властно легла на подбородок, бесцеремонно заставляя меня взглянуть в его тёмные глаза.
– Как хорошо, что мы встретились снова и сейчас у нас есть время поболтать. Не правда ли?
Я решилась на приём к гинекологу-мужчине, но осмотр пошёл совсем не по плану. Ведь врачом оказался мужчина, которого полгода назад я оставила одного после жаркой ночи. Что же он теперь собирается предпринять?
- Ты сошёл с ума, Егор, я выхожу замуж.
- Нет, не выходишь. Никто не смеет смотреть на тебя, трогать. Только я.
- Кто дал тебе на это право? - пытаюсь высвободить запястье из его крепкого захвата.
- Оно всегда у меня было.
Они были лучшими друзьями, пока он не лишил её невинности. Всё изменилось, дружба сломалась, превратившись в пытку, пока он не исчез. Пропал на два года. Но что такое настоящий кошмар, она поняла, когда он вернулся...
- Нет, не выходишь. Никто не смеет смотреть на тебя, трогать. Только я.
- Кто дал тебе на это право? - пытаюсь высвободить запястье из его крепкого захвата.
- Оно всегда у меня было.
Они были лучшими друзьями, пока он не лишил её невинности. Всё изменилось, дружба сломалась, превратившись в пытку, пока он не исчез. Пропал на два года. Но что такое настоящий кошмар, она поняла, когда он вернулся...
Я выбрала орков сама. Голодная смерть на улице или жизнь в горах среди чудовищ? У меня не было выбора. Я слышала сказки о девушках, что становятся счастливыми женами вождей. И верила, что мне повезет тоже.
Но красота и сила - валюта в мире чудовищ. У меня не оказалось ни того, ни другого.
Меня не выбрали. Я стала общей женой - телом для низших орков, инкубатором без имени. Каждую ночь я принадлежу всем. Мои крики тонут в их рычании, а душа давно молчит.
Я пыталась сбежать. Меня ловили. Я умоляла отпустить - меня не слышали.
Среди них есть лишь один, кто никогда не прикасался ко мне. Он просто сидит в стороне и смотрит. Его лицо не выражает ничего.
Но почему-то я боюсь его больше всех остальных...
Бежать. Я должна бежать. Чего бы мне это не стоило!
Но красота и сила - валюта в мире чудовищ. У меня не оказалось ни того, ни другого.
Меня не выбрали. Я стала общей женой - телом для низших орков, инкубатором без имени. Каждую ночь я принадлежу всем. Мои крики тонут в их рычании, а душа давно молчит.
Я пыталась сбежать. Меня ловили. Я умоляла отпустить - меня не слышали.
Среди них есть лишь один, кто никогда не прикасался ко мне. Он просто сидит в стороне и смотрит. Его лицо не выражает ничего.
Но почему-то я боюсь его больше всех остальных...
Бежать. Я должна бежать. Чего бы мне это не стоило!
– Неудовлетворительно. Приходите на пересдачу через две недели.
За две недели выучить весь курс физики? Это казалось невозможным. Но и отчисление – тоже не вариант. В голове созрел отчаянный план.
– Я понимаю, что не готова к пересдаче. Но… может быть, мы найдём другой способ?
Преподаватель приподнял бровь, явно заинтригованный, медленно откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди.
– Другой способ, Семёнова?
– Я… я могу предложить вам себя.
Мирон Владимирович встал из-за стола и обошёл его, создавая между нами опасную близость и заставляя невольно попятиться. Шажок, ещё один… Я упёрлась бёдрами в край парты и испуганно замерла.
– Предлагаешь себя в качестве оплаты? Ты до конца понимаешь, на что намекаешь?
– Понимаю. Я готова на всё.
– «На всё» – это очень широкое понятие, – усмехнулся мужчина. – Давай проверим, как далеко ты готова зайти…
За две недели выучить весь курс физики? Это казалось невозможным. Но и отчисление – тоже не вариант. В голове созрел отчаянный план.
– Я понимаю, что не готова к пересдаче. Но… может быть, мы найдём другой способ?
Преподаватель приподнял бровь, явно заинтригованный, медленно откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди.
– Другой способ, Семёнова?
– Я… я могу предложить вам себя.
Мирон Владимирович встал из-за стола и обошёл его, создавая между нами опасную близость и заставляя невольно попятиться. Шажок, ещё один… Я упёрлась бёдрами в край парты и испуганно замерла.
– Предлагаешь себя в качестве оплаты? Ты до конца понимаешь, на что намекаешь?
– Понимаю. Я готова на всё.
– «На всё» – это очень широкое понятие, – усмехнулся мужчина. – Давай проверим, как далеко ты готова зайти…
Я — военный психолог с пятнадцатилетним стажем. После развода я думала, что моя жизнь кончена. Пять лет одиночества, пять лет пустоты. Но всё изменилось, когда меня отправили в командировку в военную часть.
Двое молодых солдат перевернули мой мир. Потом появился третий и моя жизнь стала ещё интереснее.
Но, кажется, на этом сюрпризы не закончились и меня ждёт ещё что-то новенькое...
Двое молодых солдат перевернули мой мир. Потом появился третий и моя жизнь стала ещё интереснее.
Но, кажется, на этом сюрпризы не закончились и меня ждёт ещё что-то новенькое...
Мой план на первый год в универе был прост: не высовываться и сдать сессию. Но всё пошло к чёрту, когда я согласилась подменить тётю и поработать домработницей у самых популярных парней факультета.
Я думала, что отработаю два часа и сбегу, но меня застукали с тряпкой в руках именно те, перед кем меньше всего хотелось позориться. Теперь мой секрет под угрозой, а весь университет жужжит о закрытой вечеринке там, где я вчера драила полы.
Подруга подбивает на авантюру — украсть приглашения и пробраться на вечеринку в масках. Это чистое безумие. Но, кажется, это мой единственный шанс зайти в их дом не как прислуга.
Я думала, что отработаю два часа и сбегу, но меня застукали с тряпкой в руках именно те, перед кем меньше всего хотелось позориться. Теперь мой секрет под угрозой, а весь университет жужжит о закрытой вечеринке там, где я вчера драила полы.
Подруга подбивает на авантюру — украсть приглашения и пробраться на вечеринку в масках. Это чистое безумие. Но, кажется, это мой единственный шанс зайти в их дом не как прислуга.
Она пишет стихи — не для славы, а чтобы не утонуть в мире, где ее не слышат. Он привык получать всё по щелчку пальцев — деньги, внимание, победы. Их миры не должны были пересечься. Но одно кафе, один дерзкий ответ — и все меняется.
***
— Смотри-ка, толстуха от счастья онемела! — хохочет друг Игоря, подходя к нам. — Дружище, я знал, что ты бабам нравишься, но чтобы настолько…
— Ну, так как тебя зовут? — ухмыляется Игорь. — Анна Ахматова или Марина Цветаева?
— А может она Агния Барто? — продолжает издеваться парень, имя которого я так и не знаю. — Ей же только про бычков и писать.
— Неужели еще не все мозги пропили? — наконец-то, подаю голос я. — Даже Агнию Барто знаете.
— О! Смотри, — замычала! — друг толкает Игоря в бок. — А я уже думал, что она глухонемая.
— Слушай, — тихо говорю я. — Если у тебя проблемы со слухом, то тебе надо показаться отоларингологу. Если проблемы с головой, то прямая дорога к психиатру. Потому что я никак не могу уразуметь, что непонятного в слове НЕТ?
***
— Смотри-ка, толстуха от счастья онемела! — хохочет друг Игоря, подходя к нам. — Дружище, я знал, что ты бабам нравишься, но чтобы настолько…
— Ну, так как тебя зовут? — ухмыляется Игорь. — Анна Ахматова или Марина Цветаева?
— А может она Агния Барто? — продолжает издеваться парень, имя которого я так и не знаю. — Ей же только про бычков и писать.
— Неужели еще не все мозги пропили? — наконец-то, подаю голос я. — Даже Агнию Барто знаете.
— О! Смотри, — замычала! — друг толкает Игоря в бок. — А я уже думал, что она глухонемая.
— Слушай, — тихо говорю я. — Если у тебя проблемы со слухом, то тебе надо показаться отоларингологу. Если проблемы с головой, то прямая дорога к психиатру. Потому что я никак не могу уразуметь, что непонятного в слове НЕТ?
Соглашаясь пойти с подругой на вечеринку мажоров, я не думала, что одна ошибка поставит меня в зависимость от тех, кто привык получать всё. Они называют это “спасением” и выставляют счёт: теперь я должна играть по их правилам.
— Будешь делать, что скажем.
— Я на такое не соглашалась.
— Тогда вернём всё, как было.
— Не надо!
Значит, я всё-таки в игре. Только вот кто кого сломает — они меня или я их?
— Будешь делать, что скажем.
— Я на такое не соглашалась.
— Тогда вернём всё, как было.
— Не надо!
Значит, я всё-таки в игре. Только вот кто кого сломает — они меня или я их?
Подборка очень откровенной эротики
Выберите полку для книги