Книги в жанре «Эротика» по тегу «rasskazi»
— Ты думаешь, мы боимся потерять клан? — Тимур сжал мои пальцы так, что хрустнули костяшки. — Мы боимся проснуться и не увидеть твоих глаз. Мы боимся, что ты уйдёшь, потому что решишь, что мы не стоим твоей боли.
— Но я не могу быть той, кто разрушит вашу семью, — прошептала я, чувствуя, как горло сдавливает от слёз. — Я не хочу, чтобы вы выбирали между мной и кровью.
Руслан шагнул вперёд, и его голос дрогнул, как натянутая струна:
— Мы уже выбрали. Кровь — это прошлое. А ты — наше настоящее. И если клан не примет тебя, мы сожжём все мосты. Не ради долга. Ради любви, которая сильнее любых законов.
Я подняла на них глаза и впервые увидела не хищников, не боссов — двух мужчин, готовых отдать всё за женщину, которую мир считал «не ровней». И я поняла: счастье не там, где тебя принимают. Оно там, где за тебя готовы биться до последнего дыхания.
— Но я не могу быть той, кто разрушит вашу семью, — прошептала я, чувствуя, как горло сдавливает от слёз. — Я не хочу, чтобы вы выбирали между мной и кровью.
Руслан шагнул вперёд, и его голос дрогнул, как натянутая струна:
— Мы уже выбрали. Кровь — это прошлое. А ты — наше настоящее. И если клан не примет тебя, мы сожжём все мосты. Не ради долга. Ради любви, которая сильнее любых законов.
Я подняла на них глаза и впервые увидела не хищников, не боссов — двух мужчин, готовых отдать всё за женщину, которую мир считал «не ровней». И я поняла: счастье не там, где тебя принимают. Оно там, где за тебя готовы биться до последнего дыхания.
— Ты знаешь, что они никогда не простят тебя. Ты навсегда останешься чужой для нашего мира.
— Я не просила их прощения. Я просила лишь одного — чтобы вы были живы.
— Мы можем потерять всё — власть, имя, будущее. И ради чего?
— Ради того, чтобы каждое утро просыпаться и знать: вы рядом. Ради того, чтобы смотреть в ваши глаза и не бояться, что это в последний раз.
— А если завтра нас разлучат?
— Тогда сегодня я буду с вами. Каждую секунду, каждый миг. Потому что я уже теряла вас — и не переживу этого снова.
— Ты готова идти до конца?
— Я готова идти сквозь огонь, горы и вражду. Потому что вы — моя правда. И я не променяю её ни на какие законы этого мира.
— Я не просила их прощения. Я просила лишь одного — чтобы вы были живы.
— Мы можем потерять всё — власть, имя, будущее. И ради чего?
— Ради того, чтобы каждое утро просыпаться и знать: вы рядом. Ради того, чтобы смотреть в ваши глаза и не бояться, что это в последний раз.
— А если завтра нас разлучат?
— Тогда сегодня я буду с вами. Каждую секунду, каждый миг. Потому что я уже теряла вас — и не переживу этого снова.
— Ты готова идти до конца?
— Я готова идти сквозь огонь, горы и вражду. Потому что вы — моя правда. И я не променяю её ни на какие законы этого мира.
Тифлинг Гесперид прошла путь от храмовой послушницы до боевого мага гильдии. Здесь она нашла не только мастерство, но и того, ради кого готова свернуть горы — загадочного плута Марса. Но их история — не свидание под луной: интриги гильдии, демоны Инфрамура, похищения и испытания, после которых уже не стать прежней. Сумеет ли Гесперид сохранить себя, когда пламя страсти грозит сжечь всё дотла? И найдёт ли Марс способ вернуть ей свет веры?
— Мне нужно отомстить этой кудряшке! — я с грохотом опускаю стакан на барную стойку.
— Да зачем тебе это надо? — Эрик лениво потягивает коктель через трубочку.
— Она взяла и не послушалась меня. Меня! Пошатнула авторитет при всей аудитории.
— А может, ты её просто хочешь?
— Молчи! — рычу я. — Она миленькая, но не в моём вкусе.
— Ну, как знаешь, — усмехается друг. — Я бы на твоём месте её влюбил, а потом бросил, как ненужную вещь.
Я медленно поднимаю бокал. На губах расцветает волчья улыбка.
— А это идея, Эрик. Просто суперская идея!
— Да зачем тебе это надо? — Эрик лениво потягивает коктель через трубочку.
— Она взяла и не послушалась меня. Меня! Пошатнула авторитет при всей аудитории.
— А может, ты её просто хочешь?
— Молчи! — рычу я. — Она миленькая, но не в моём вкусе.
— Ну, как знаешь, — усмехается друг. — Я бы на твоём месте её влюбил, а потом бросил, как ненужную вещь.
Я медленно поднимаю бокал. На губах расцветает волчья улыбка.
— А это идея, Эрик. Просто суперская идея!
Я перестала бороться и приняла судьбу — в этом моё спасение и моё проклятие.
Теперь я не просто их игрушка, я их королева, я танцую и трепещу от их грубости, ненавидя и желая одновременно.
Я переродилась в этом аду, и теперь я хочу большего — хочу власти, хочу контроля, хочу снова чувствовать их руки.
Я — их девочка, но я играю по своим правилам.
🔥 Строго 18+ ! Открывать с особой осторожностью... 🔥
Теперь я не просто их игрушка, я их королева, я танцую и трепещу от их грубости, ненавидя и желая одновременно.
Я переродилась в этом аду, и теперь я хочу большего — хочу власти, хочу контроля, хочу снова чувствовать их руки.
Я — их девочка, но я играю по своим правилам.
🔥 Строго 18+ ! Открывать с особой осторожностью... 🔥
УПС! SOS!
Моим сексологом оказался бывший свекор!
— Ну не зажимайся, — просит он. — Рабочий момент.
— Я не смогу с вами… — лепечу.
— Мой сын совсем тебя сломал. Но ничего. Мы все исправим, дорогая.
— Мы?
— Угу. Сейчас позову гинеколога на подмогу.
Все становится и вовсе катастрофичным, когда оказывается, что гинеколог — это мой текущий свекор.
Черт!
Моим сексологом оказался бывший свекор!
— Ну не зажимайся, — просит он. — Рабочий момент.
— Я не смогу с вами… — лепечу.
— Мой сын совсем тебя сломал. Но ничего. Мы все исправим, дорогая.
— Мы?
— Угу. Сейчас позову гинеколога на подмогу.
Все становится и вовсе катастрофичным, когда оказывается, что гинеколог — это мой текущий свекор.
Черт!
Сообщение с неизвестного номера. Без подписи. Всего три слова:
«Я нашёл тебя, Ника».
Сон слетел мгновенно. Сердце бухнуло в грудь с такой силой, что я испугалась — Давид услышит. Он спал рядом, на боку, закинув на меня тяжёлую руку. Его дыхание было ровным и спокойным.
Я смотрела на экран и не могла дышать.
Ника.
Меня не называли так три года. Три года, два месяца и одиннадцать дней. Для всего мира я была Верой Саидовой. Ника осталась в прошлом, в том городе, в той жизни, в том аду.
Ника — это уменьшительное от Вероника. Так меня называл только один человек.
Артур.
Мой бывший муж.
Я дрожащими пальцами набрала ответ: «Кто это?»
Три точки. Он печатал. Или не он. Может, старая знакомая? Может, совпадение?
«Ты знаешь кто. Скучал. Скоро увидимся, Ника».
Я выронила телефон. Он глухо стукнулся о ковёр. Давид пошевелился, пробормотал что-то сквозь сон, притянул меня ближе. От его тела шло тепло, безопасность, сила...
«Я нашёл тебя, Ника».
Сон слетел мгновенно. Сердце бухнуло в грудь с такой силой, что я испугалась — Давид услышит. Он спал рядом, на боку, закинув на меня тяжёлую руку. Его дыхание было ровным и спокойным.
Я смотрела на экран и не могла дышать.
Ника.
Меня не называли так три года. Три года, два месяца и одиннадцать дней. Для всего мира я была Верой Саидовой. Ника осталась в прошлом, в том городе, в той жизни, в том аду.
Ника — это уменьшительное от Вероника. Так меня называл только один человек.
Артур.
Мой бывший муж.
Я дрожащими пальцами набрала ответ: «Кто это?»
Три точки. Он печатал. Или не он. Может, старая знакомая? Может, совпадение?
«Ты знаешь кто. Скучал. Скоро увидимся, Ника».
Я выронила телефон. Он глухо стукнулся о ковёр. Давид пошевелился, пробормотал что-то сквозь сон, притянул меня ближе. От его тела шло тепло, безопасность, сила...
Он всегда был частью моря. Пока однажды море не привело его к людям, которые отняли его шкуру и превратили свободного селки в раба. Теперь он — молчаливый пленник, вынужденный день за днем нырять на дно в поисках жемчуга для тех, кто видит в нем лишь ценный инструмент.
Когда болезнь свалила его с ног, судьба свела его с женщиной, которая не побоялась помочь. Но она не была готова к тому, что этот странный тихий пациент пробудит в ней нечто большее, чем сострадание. Только вот цена его спасения может разрушить ее жизнь. И разбить сердце.
Когда болезнь свалила его с ног, судьба свела его с женщиной, которая не побоялась помочь. Но она не была готова к тому, что этот странный тихий пациент пробудит в ней нечто большее, чем сострадание. Только вот цена его спасения может разрушить ее жизнь. И разбить сердце.
Она — душа любой компании, острая на язык, но при виде красивого мужчины превращается в тень. Его тело — идеал, привыкший к вниманию женщин. Он привык брать своё, но она — единственная, кто не падает к его ногам.
— Ты красивая, — сказал он, глядя ей в глаза.
— Ты говорил это уже.
— Повторю, если нужно.
— Ты не знаешь меня.
— Я хочу узнать.
Она — пышка, которая ненавидит своё отражение. Он — мажор, который готов доказать, что её тело — его мечта. Между ними — запретное притяжение, которое невозможно игнорировать. Но сможет ли она поверить, что он видит в ней не просто «ещё одну», а ту самую?
— Ты красивая, — сказал он, глядя ей в глаза.
— Ты говорил это уже.
— Повторю, если нужно.
— Ты не знаешь меня.
— Я хочу узнать.
Она — пышка, которая ненавидит своё отражение. Он — мажор, который готов доказать, что её тело — его мечта. Между ними — запретное притяжение, которое невозможно игнорировать. Но сможет ли она поверить, что он видит в ней не просто «ещё одну», а ту самую?
Она прижата к стене, и её сердце колотится мне в рёбра.
— Скажи моё имя. Правильно.
— Илюша, — шепчет она мне в губы, и приторно улыбается, и я знаю, что это провокация, и всё равно от этого ласкового, невозможного «Илюша» у меня темнеет перед глазами.
Мои пальцы в её волосах. Тяну, запрокидывая голову, и её горло передо мной, открытое, беззащитное.
— Пусти.
— Неправильно. Скажи.
— Заслужи.
Наклоняюсь к её шее. Не касаюсь. Веду дыханием от ключицы к уху, и она вздрагивает, и поворачивает голову, подставляясь, и ненавидит себя за это, я вижу, как сжимаются её пальцы в моей хватке.
— Скажи.
— Илия, — выдыхает она наконец, и от звука собственного имени её голосом я теряю контроль.
— Хорошая девочка...
— Скажи моё имя. Правильно.
— Илюша, — шепчет она мне в губы, и приторно улыбается, и я знаю, что это провокация, и всё равно от этого ласкового, невозможного «Илюша» у меня темнеет перед глазами.
Мои пальцы в её волосах. Тяну, запрокидывая голову, и её горло передо мной, открытое, беззащитное.
— Пусти.
— Неправильно. Скажи.
— Заслужи.
Наклоняюсь к её шее. Не касаюсь. Веду дыханием от ключицы к уху, и она вздрагивает, и поворачивает голову, подставляясь, и ненавидит себя за это, я вижу, как сжимаются её пальцы в моей хватке.
— Скажи.
— Илия, — выдыхает она наконец, и от звука собственного имени её голосом я теряю контроль.
— Хорошая девочка...
Популярные эротические рассказы
Выберите полку для книги