Книги в жанре «Эротика» по тегу «rasskazi»
“Джо, душка, ну ты и влипла!” — твердил внутренний голос. И он был абсолютно прав.
Все пошло наперекосяк, когда мне, инженеру ИИ, пришлось сесть за руль магикара вместо травмированного друга. На кону — огромный приз. Педаль в пол, я обязана победить!
Но кто этот загадочный наглец на черном «Дастере»? Наше безумное противостояние на треке оказалось лишь первой искрой. Я думала, что соревнуюсь с обычным мажором, но победитель этой гонки жаждет получить не только кубок. Он пугающе силен, принадлежит к опасному Ордену, и, кажется, теперь мне придется играть по его правилам...
Все пошло наперекосяк, когда мне, инженеру ИИ, пришлось сесть за руль магикара вместо травмированного друга. На кону — огромный приз. Педаль в пол, я обязана победить!
Но кто этот загадочный наглец на черном «Дастере»? Наше безумное противостояние на треке оказалось лишь первой искрой. Я думала, что соревнуюсь с обычным мажором, но победитель этой гонки жаждет получить не только кубок. Он пугающе силен, принадлежит к опасному Ордену, и, кажется, теперь мне придется играть по его правилам...
– Наташ, ты дура конченая! – визгливо заорал на неё недавний дружбан Тёма, – Ты мне нос свернула, идиотка!
– А нечего было под лифчик лезть, – огрызнулась Наташа, оправляя помятую кофточку, – Ты мне пуговицу оторвал! Где я её теперь найду?
– Под кроватью посмотри, она у тебя на соплях болталась, я не виноват, – Тёма кинулся к платяному шкафу и дёрнул ручку дверцы, всмотрелся в своё отражение в зеркале, – Ну точно шнобель свернула, дура! Ты же сама попросила! Вот ты коза, Степанова!
Лихие 90-е. Отец погиб в уличной драке, брат сидит, а мать пьёт и водит в дом мужиков. Наташа старается жить честно, но о ней всё равно говорят всякое. Потому что нельзя жить в дерьме и не запачкаться. А, может, не надо ломаться и строить из себя недотрогу, найти покровителя и стричь лавэ? Но Наташа хранит себя для "того самого". Только вот оценит ли её старания "тот самый"?
– А нечего было под лифчик лезть, – огрызнулась Наташа, оправляя помятую кофточку, – Ты мне пуговицу оторвал! Где я её теперь найду?
– Под кроватью посмотри, она у тебя на соплях болталась, я не виноват, – Тёма кинулся к платяному шкафу и дёрнул ручку дверцы, всмотрелся в своё отражение в зеркале, – Ну точно шнобель свернула, дура! Ты же сама попросила! Вот ты коза, Степанова!
Лихие 90-е. Отец погиб в уличной драке, брат сидит, а мать пьёт и водит в дом мужиков. Наташа старается жить честно, но о ней всё равно говорят всякое. Потому что нельзя жить в дерьме и не запачкаться. А, может, не надо ломаться и строить из себя недотрогу, найти покровителя и стричь лавэ? Но Наташа хранит себя для "того самого". Только вот оценит ли её старания "тот самый"?
Она — принцесса мафии, закованная в цепи своего мира, мечтавшая о свободе. Он — бесчувственный садист в обличии аристократа, чья тьма поглотила его до последней искры человечности. В её глазах он — единственный шанс на спасение, и она верит, что в его объятиях найдет выход из лабиринта своего мира. Но тьма Натаниэля настолько глубока, что он уже не видит ничего, кроме собственной выгоды. Для него нет места чувствам, ничто не имеет значения — кроме власти и контроля.
Когда их пути пересекаются, она обнаруживает, что вместо обещанной свободы ее ждет лишь иллюзия, а его холодное сердце не способно подарить ей любви. Вместе они вступают в мир, где нет ни прощения, ни милосердия, а каждый шаг — это шаг в бездну.
Дарк-роман о властных играх, предательствах и поиске силы в мире, где ничто не может остановить их падение.
Когда их пути пересекаются, она обнаруживает, что вместо обещанной свободы ее ждет лишь иллюзия, а его холодное сердце не способно подарить ей любви. Вместе они вступают в мир, где нет ни прощения, ни милосердия, а каждый шаг — это шаг в бездну.
Дарк-роман о властных играх, предательствах и поиске силы в мире, где ничто не может остановить их падение.
— Сколько ты стоишь?
Меня бросает в жар. Он произнёс это так спокойно, безразлично, словно обсуждал цену на бутылку вина или дорогие часы.
— Что? — мой голос звучит слабо, слишком тихо в этой огромной комнате.
Он делает шаг вперёд, сокращая дистанцию.
— Ты ведь здесь не просто так, — голос низкий, хриплый, почти ленивый. — Я купил тебя.
Слова падают на меня тяжелыми каплями. Купил. Как вещь. Как товар.
— Нет… — я качаю головой, пятясь назад. — Это ошибка.
— Ошибка? — усмешка кривит его губы, но в глазах нет ни намёка на веселье. — Ты правда думаешь, что я допускаю ошибки?
Он вновь приближается. Крупный, сильный, самоуверенный. Мужчина, которому принадлежит этот мир.
— Я не на аукционе, — мой голос дрожит, но я сжимаю кулаки, заставляя себя говорить. — Никто не может меня купить. Я… я не вещь, — заикаюсь.
Он не отвечает. Просто протягивает руку и касается моего подбородка. Одно лёгкое движение — и мое лицо оказывается в нескольких сантиметрах от его.
— К
Меня бросает в жар. Он произнёс это так спокойно, безразлично, словно обсуждал цену на бутылку вина или дорогие часы.
— Что? — мой голос звучит слабо, слишком тихо в этой огромной комнате.
Он делает шаг вперёд, сокращая дистанцию.
— Ты ведь здесь не просто так, — голос низкий, хриплый, почти ленивый. — Я купил тебя.
Слова падают на меня тяжелыми каплями. Купил. Как вещь. Как товар.
— Нет… — я качаю головой, пятясь назад. — Это ошибка.
— Ошибка? — усмешка кривит его губы, но в глазах нет ни намёка на веселье. — Ты правда думаешь, что я допускаю ошибки?
Он вновь приближается. Крупный, сильный, самоуверенный. Мужчина, которому принадлежит этот мир.
— Я не на аукционе, — мой голос дрожит, но я сжимаю кулаки, заставляя себя говорить. — Никто не может меня купить. Я… я не вещь, — заикаюсь.
Он не отвечает. Просто протягивает руку и касается моего подбородка. Одно лёгкое движение — и мое лицо оказывается в нескольких сантиметрах от его.
— К
Она — серая мышь в Академии, где правят два короля.
Они — соперники, поспорившие на нее, как на игрушку.
Один хочет сломать её повиновением.
Второй хочет завоевать её лаской.
А она хочет их обоих.
Что, если единственный способ не проиграть в этой игре — это сдаться сразу двоим?
Они — соперники, поспорившие на нее, как на игрушку.
Один хочет сломать её повиновением.
Второй хочет завоевать её лаской.
А она хочет их обоих.
Что, если единственный способ не проиграть в этой игре — это сдаться сразу двоим?
Он сломал меня и избавился, как от ненужной вещи. Я так хотела выжить, но судьба распорядилась иначе – теперь я в теле его погибшей невестки. Я боюсь его, ненавижу, мечтаю сбежать, а он мечтает на мне жениться, и его не волнует, согласна ли я.
Откровенная история девушки о том, как важно соблюдать за рулём ПДД. А ещё о том, что улица полна неожиданностей.
— Твой отец в моей тюрьме. Он должен мне. Ты проведешь со мной ночь в обмен на свободу твоего отца. Без условий. Без права сказать «нет».
Я трясусь уже от того, что слышу этот низкий, вибрирующий голос. Ведь я знаю кому он принадлежит…
— Это плата. Ты поняла?
— Я п-поняла… — я не могу дышать.
— Правильно трясешься, Златовласка. Я не буду нежным.
Мне пришлось отдать этот долг. Он делал со мной всё, что хотел. А утром я ушла… свободной. Но это свобода оказалась клеткой…
💙ЖЕСТКО, ГОРЯЧО, НЕЗАБЫВАЕМО
💙ЖАРКИЕ СЦЕНЫ
💙ОКЕАН СТРАСТИ
Я трясусь уже от того, что слышу этот низкий, вибрирующий голос. Ведь я знаю кому он принадлежит…
— Это плата. Ты поняла?
— Я п-поняла… — я не могу дышать.
— Правильно трясешься, Златовласка. Я не буду нежным.
Мне пришлось отдать этот долг. Он делал со мной всё, что хотел. А утром я ушла… свободной. Но это свобода оказалась клеткой…
💙ЖЕСТКО, ГОРЯЧО, НЕЗАБЫВАЕМО
💙ЖАРКИЕ СЦЕНЫ
💙ОКЕАН СТРАСТИ
— Снова ты, принцесса? — этот голос она узнала бы из тысячи. Хриплый, с легкой издевкой, он прозвучал прямо над её ухом, заставив волоски встать дыбом.
Она обернулась.
Доминик стоял, прислонившись к железной балке, скрестив руки на груди.
На нем была та же кожанка, только теперь на лице не было шлема, и его взгляд — дерзкий, раздевающий до самой души — бил наотмашь.
— Я пришла на выставку, — холодно ответила она.
— Выставка окончена, детка. Началось настоящее шоу
Он кивнул в сторону импровизированной трассы, где несколько мотоциклистов прогревали моторы, наполняя воздух едким белым дымом.
— Что, папа не рассказывал, что за пределами Садового кольца тоже живут люди?
Доминик вдруг сделал шаг вперед, вторгаясь в её личное пространство.
— А может, ты просто боишься? — он прищурился. — Боишься, что если один раз почувствуешь свободу, то больше не сможешь вернуться в свою привычную жизнь.
— Я ничего не боюсь, — соврала Ника, глядя ему прямо в глаза.
— Докажи.
Она обернулась.
Доминик стоял, прислонившись к железной балке, скрестив руки на груди.
На нем была та же кожанка, только теперь на лице не было шлема, и его взгляд — дерзкий, раздевающий до самой души — бил наотмашь.
— Я пришла на выставку, — холодно ответила она.
— Выставка окончена, детка. Началось настоящее шоу
Он кивнул в сторону импровизированной трассы, где несколько мотоциклистов прогревали моторы, наполняя воздух едким белым дымом.
— Что, папа не рассказывал, что за пределами Садового кольца тоже живут люди?
Доминик вдруг сделал шаг вперед, вторгаясь в её личное пространство.
— А может, ты просто боишься? — он прищурился. — Боишься, что если один раз почувствуешь свободу, то больше не сможешь вернуться в свою привычную жизнь.
— Я ничего не боюсь, — соврала Ника, глядя ему прямо в глаза.
— Докажи.
«Ты даже не спросила, виновен ли я»
Пруденс Митчелл мечтает о переводе в отдел по особо тяжким. Когда в лесопарке находят тело, а улики ведут в резервацию, она думает — это её звёздный час.
Подозреваемый — огромный индеец с жёлтыми глазами. Не сопротивляется аресту. Не требует адвоката, но смотрит на Прю так, будто она восьмое чудо света.
Пруденс не задаёт лишних вопросов. А зря.
Потому что этот мужчина — альфа стаи оборотней. Потому что она — его истинная пара. И потому что правда о мире, в котором она живёт, страшнее любого убийства.
Теперь у неё есть выбор: остаться на стороне закона, где вершат суд монстры, или бежать с тем, кого сама арестовала.
Первая книга цикла «Сент-Клэр. Ночные хроники». Оборотни, вампиры, истинная пара и история о том, как простая полицейская узнала, что монстры существуют — и что некоторые из них не те, за кого себя выдают.
Пруденс Митчелл мечтает о переводе в отдел по особо тяжким. Когда в лесопарке находят тело, а улики ведут в резервацию, она думает — это её звёздный час.
Подозреваемый — огромный индеец с жёлтыми глазами. Не сопротивляется аресту. Не требует адвоката, но смотрит на Прю так, будто она восьмое чудо света.
Пруденс не задаёт лишних вопросов. А зря.
Потому что этот мужчина — альфа стаи оборотней. Потому что она — его истинная пара. И потому что правда о мире, в котором она живёт, страшнее любого убийства.
Теперь у неё есть выбор: остаться на стороне закона, где вершат суд монстры, или бежать с тем, кого сама арестовала.
Первая книга цикла «Сент-Клэр. Ночные хроники». Оборотни, вампиры, истинная пара и история о том, как простая полицейская узнала, что монстры существуют — и что некоторые из них не те, за кого себя выдают.
Популярные эротические рассказы
Выберите полку для книги