Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubov-vopreki»

Но счастье оказалось хрупким. Через неделю после той ночи Елизавета нашла в кабинете Кирилла документы, которые перевернули всё.
Это были отчёты его юристов. Датируемые ещё до их свадьбы. Из них следовало, что Кирилл знал о проблемах её отца задолго до того, как предложил сделку. Более того — он сам спровоцировал эти проблемы, скупив долги компании Морозовых через подставные фирмы.
Елизавета сидела на полу его кабинета, держа в руках бумаги, и чувствовала, как мир рушится во второй раз. Всё было ложью. Его забота, его нежность, его признание в любви — всё это было частью плана. Он не спас её семью. Он загнал её в ловушку.
Когда Кирилл вошёл в кабинет и увидел её с документами, его лицо побледнело.
— Лиза...
— Не смей, — она встала, и её голос был ледяным. — Не смей называть меня так.
— Дай мне объяснить.
— Объяснить? Что ты разрушил мою семью, чтобы получить меня? Что вся эта свадьба, этот брак, эти ночи — всё это было расчётом?
— Нет! — он шагнул к ней.

Элиана всегда считала себя обычной девушкой. Пока однажды ночью на её ладони не появился древний серебряный знак, а в небе не открылись врата в другой мир.

Теперь за ней охотятся те, кто хочет использовать её силу, ведь Элиана — последняя наследница Звёздной крови и единственная, кто способна открыть путь в загадочную Этерну.
Единственный человек, который может её защитить, — Каэль, загадочный брюнет с золотыми глазами и тёмным прошлым. Он знает о её происхождении больше, чем говорит, и когда-то уже совершил предательство, изменившее судьбу двух миров.
Между ними нет доверия. Есть тайны, опасность и магическая связь, которую невозможно разорвать.
Но когда выясняется, что ради спасения миров один из них должен пожертвовать собой, Элиане и Каэлю предстоит сделать невозможный выбор:
забыть друг друга — или бросить вызов самой судьбе.
Потому что иногда настоящая любовь — это не то, что предначертано звёздами.
Это то, что мы выбираем сами.

Она любила его два года. Он любил другую.

Лея никогда не собиралась влюбляться в Марка. Сначала они были просто друзьями: разговоры до ночи, случайные встречи, кофе после занятий и доверие, которое постепенно стало для неё чем-то большим.
Но у Марка уже было сердце, занятое другой девушкой.
Лея знала правду. Знала, что он не обещал ей ничего. И всё равно надеялась, что однажды он посмотрит на неё иначе.
Пока однажды она не решилась признаться.
Его ответ разбил её сердце.
Лея уходит, решив наконец забыть человека, которого любила сильнее всего. Но спустя время Марк понимает, что потерял не просто подругу. Он начинает скучать по ней, ревновать и задаваться вопросом: а не была ли она той самой, которую он слишком долго не замечал?
Однако чувства, которые приходят слишком поздно, могут оказаться не менее болезненными, чем безответная любовь.
Это история о страсти, надежде, боли и выборе между человеком, которого любишь, и собой.

Он герцог который привык высшему свету светским дамам которые жемано приподавали себя ему

Она дерзкая своевольна
Огненная бестия с зелёными глазами
И волосами под стать характеру

Он увидел её лиш раз и растаял
Предложив зделку
На её сердце ❤️

Победит ли любовь в сердце разум?

Вчера я гуглила, нормально ли кричать от счастья. ГУГЛИЛА! В сорок пять лет!

С Гоги я двадцать лет была тише церковной мыши. А зачем шуметь, если он засыпает через две минуты?

А вчера соседка постучала в стену: "Или потише, или научите моего мужа!"

Я покраснела. И подумала: может, открыть курсы "Анатомия женского удовольствия для мужчин старше сорока"? Судя по спросу, я озолочусь.

А потом наткнулась на тест "10 признаков хорошей любовницы". Прохожу – десять из десяти. И это про МЕНЯ. Про женщину, которая двадцать лет думала, что климакс – это когда перестаешь притворяться в постели.

Оказывается, климакс – это когда перестаешь притворяться в жизни».

Лие сорок пять. Шеф-повар ресторана, куда столик бронируют за месяц. Двое взрослых детей. Двадцать лет брака, который все подруги называли идеальным.

А потом нотариус открыл завещание – и выяснилось, что семей у мужа было две. И деньги ресторана давно ушли на вторую.

И тут появляется ОН.

Что, если катастрофа — это не конец света, а начало игры, в которой время само выбирает, кому жить?

Мира два года пытается смириться с гибелью Алекса — человека, которого любила. Но в день, когда город погружается во тьму, она получает загадочное сообщение и слышит знакомый сигнал, который мог придумать только он.
Алекс оказывается жив. Но он знает то, чего не знает никто: эта катастрофа уже происходила. Двенадцать раз.
Каждая попытка изменить судьбу заканчивается смертью Миры. Каждый раз Алекс возвращается назад, надеясь спасти её. Но теперь появляется тринадцатая версия реальности — и в ней начинают раскрываться тайны, которые были скрыты от них самих.
Почему Мира забыла своё прошлое?
Кто на самом деле запустил катастрофу?
Почему Вика знает больше, чем говорит?
И что произойдёт, если выяснится, что они вовсе не возвращались в прошлое?
Когда любовь сталкивается с возможностью изменить судьбу, Мира и Алекс должны сделать невозможный выбор: спасти друг друга или спасти целый м

Она приехала во Флоренцию, чтобы начать новую жизнь.

Елена Риччи была уверена, что оставила прошлое позади. Пока однажды на вокзале не встретила мужчину, который посмотрел на неё так, будто знал её всю жизнь.
Алессандро Витале был именно таким мужчиной, о котором мечтают: красивым, внимательным, загадочным и невероятно чутким. Он замечал то, чего не замечали другие. Знал её страхи. Предугадывал желания. И постепенно становился для Елены всем её миром.
Но любовь незаметно превращается в зависимость.
Забота — в контроль.
Ревность — в доказательство чувств.
Молчание — в наказание.
А страх потерять его становится сильнее страха потерять себя.
Пока однажды Елена не обнаруживает фотографию, сделанную за четыре месяца до их знакомства.
На ней — она сама.
И это невозможно.
Следы прошлого приводят её из роскошной виллы во Фьезоле в Рим, а затем к берегам озера Комо.

Алиса услышала его музыку случайно. В четверг, в маленьком баре на окраине города, куда зашла погреться. На сцене — мужчина с гитарой. Голос низкий, бархатный, с надломом. Он пел о том, как теряет кого-то. О том, как тишина громче крика.
Она узнала его по рукам. По тому, как он держал гриф. По родинке на запястье. Кирилл. Её Кирилл. Три года назад он ушёл в музыку, в гастроли, в другую жизнь. Сказал: «Я не могу быть чьим-то. Я принадлежу песням».
Она сидела за угловым столиком и слушала. Он не видел её. Пел, закрыв глаза. А она смотрела и думала: «Неделя. Дай мне неделю».
После концерта она подошла к сцене. Он убирал гитару в футляр. Поднял глаза. Замер.
— Алиса?
— Привет, Кир.
— Ты... как ты здесь?
— Случайно. — Она не врала. — Ты хорошо поёшь.
Он усмехнулся. Усталая, кривая усмешка.
— Спасибо. Ты... хорошо выглядишь.
— Ты тоже. Худой только.
— Гастроли.
Тишина. Она повернулась, чтобы уйти. Он окликнул:
— Алиса. Подожди. Может... кофе?
Они сидели в гримёрке, пили остывши

Агния читала будущее по воде. Гидромантия — редкий и опасный дар, требующий абсолютной чистоты помыслов и стальных нервов. Вода помнит всё. Она хранит отражения лиц, шёпот слов и тени преступлений.
Роман Викторович, владелец гигантского судоходного флота, пригласил её на свою частную яхту «Афродита», когда его корабли начали тонуть один за другим. Не от штормов. От саботажа. Кто-то из его ближайшего окружения методично уничтожал его империю, подставляя его под международные трибуналы и огромные штрафы. Роман был на грани. Его нервы были натянуты как струны, он не спал неделями, его взгляд стал тяжёлым и параноидальным.
Яхта стояла на якоре в уединённой бухте Чёрного моря. Ночь была тёплой, бархатной, море тихо плескалось о борт. В главном салоне, обшитом красным деревом и украшенном золотом, Агния расставляла свои инструменты: серебряную чашу, кувшин с родниковой водой и свечи.
Роман сидел напротив, вертя в руках бокал с коньяком. Ему было сорок пять, его виски посеребрила седина.

Второй сеанс был через неделю. Тимур пришёл без галстука. В расстёгнутой на одну пуговицу рубашке. Уже что-то.
— Я не спал три ночи, — сказал он, садясь. — Думал о том, что вы сказали. Про паузу. Про то, что тело говорит.
— И что вы услышали?
— Что я устал. Что я пятнадцать лет жил по чужому расписанию. Что я не знаю, чего хочу сам.
— Чего хотите сейчас?
Он задумался. Долго. Я не торопила.
— Тишины, — сказал он наконец. — И чтобы кто-то не требовал от меня быть... машиной. Чтобы просто был рядом. Без ожиданий.
Мы говорили час. О его браке. О том, как близость стала ритуалом — по субботам, после ужина, свет выключен, быстро, без слов. О том, как он забыл, что прикосновение может быть не про результат. А про тепло. Про то, что ты существуешь. Что кто-то чувствует тебя.
На третьем сеансе я предложила упражнение. Не интимное. Простое.
— Тимур Аркадьевич. Я хочу, чтобы вы сегодня вечером, перед сном, легли в кровать. Без телефона. Без мыслей о работе. И просто почувствовали своё те