Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
Подруга подняла на меня взгляд – усталый, виноватый, будто перед ней не я, а судья.
– Ксюша, я понимаю, – начала она хрипло, – ты, наверное, не поймёшь. И уж точно не простишь. Я не собираюсь оправдываться. Это не имеет значения. Просто… так получилось.
– Что получилось? – спросила я, не узнавая собственный голос.
– Я беременна от Паши.
Секунду я не понимала. А после будто ледяной водой окатило.
– От какого Паши? – машинально переспросила я. – От моего Паши?
Она кивнула.
– Да, от твоего мужа.
Мир вокруг будто сжался в одну точку. Воздух пропал. Я не чувствовала ни рук, ни ног, только стук сердца – глухой, рваный, не свой.
Боль пришла неожиданно – не как удар, а как рваная рана. Всё обрушилось сразу: годы брака, доверие, дружба, любовь. Я не знала, за что хвататься. Но точно знала, как было уже никогда не будет.
– Ксюша, я понимаю, – начала она хрипло, – ты, наверное, не поймёшь. И уж точно не простишь. Я не собираюсь оправдываться. Это не имеет значения. Просто… так получилось.
– Что получилось? – спросила я, не узнавая собственный голос.
– Я беременна от Паши.
Секунду я не понимала. А после будто ледяной водой окатило.
– От какого Паши? – машинально переспросила я. – От моего Паши?
Она кивнула.
– Да, от твоего мужа.
Мир вокруг будто сжался в одну точку. Воздух пропал. Я не чувствовала ни рук, ни ног, только стук сердца – глухой, рваный, не свой.
Боль пришла неожиданно – не как удар, а как рваная рана. Всё обрушилось сразу: годы брака, доверие, дружба, любовь. Я не знала, за что хвататься. Но точно знала, как было уже никогда не будет.
– Жалко, что твоя клуша завтра прилетает, – произнесла девушка с обиженной ноткой. – Нарушит нашу с тобой идиллию.
Сердце больно кольнуло. "Клуша". Это она обо мне. Я – его жена, женщина, с которой он прожил пять лет, и теперь я – клуша.
– Забей, – лениво ответил Игнат. – Как прилетит, так и улетит. Она вечно пропадает в своих командировках. Так что скучать нам придётся недолго.
Я перестала дышать.
Слова били, как пощёчины. Каждое – в сердце. Все это говорил любимый человек… мой муж.
– Обещаешь? – продолжила она, голос стал тише, мягче. – А то я ведь тоскую по тебе. Мне с тобой так хорошо, Игнат...
– Верь мне, – ответил он. – Уже через несколько дней мы с тобой обязательно повторим.
Я сделала шаг вперёд. И сама не узнала свой голос, когда заговорила. Он звучал ровно, холодно, без истерики.
– Не побрезговала лечь под чужого мужа, – спросила я, глядя прямо на неё, завернутую в мой халат. – Так ещё и мой халат износить решила?
Сердце больно кольнуло. "Клуша". Это она обо мне. Я – его жена, женщина, с которой он прожил пять лет, и теперь я – клуша.
– Забей, – лениво ответил Игнат. – Как прилетит, так и улетит. Она вечно пропадает в своих командировках. Так что скучать нам придётся недолго.
Я перестала дышать.
Слова били, как пощёчины. Каждое – в сердце. Все это говорил любимый человек… мой муж.
– Обещаешь? – продолжила она, голос стал тише, мягче. – А то я ведь тоскую по тебе. Мне с тобой так хорошо, Игнат...
– Верь мне, – ответил он. – Уже через несколько дней мы с тобой обязательно повторим.
Я сделала шаг вперёд. И сама не узнала свой голос, когда заговорила. Он звучал ровно, холодно, без истерики.
– Не побрезговала лечь под чужого мужа, – спросила я, глядя прямо на неё, завернутую в мой халат. – Так ещё и мой халат износить решила?
— В следующий раз смотри под ноги, — буркнул я, отпуская её.
Она нахмурилась.
— А вы могли бы просто извиниться.
Я усмехнулся. Честно говоря, слегка охренел от такой наглости.
— За что? За то, что ты врезалась в меня?
— Потому что вы стояли посреди тротуара, как столб!
В её голосе появились нотки раздражения. Забавно.
— О как... — я лениво смерил её взглядом, — это запрещено?
Она скривилась, замахала перед лицом руками, будто отгоняла злых духов.
— Нет, просто невежливо.
— А мне плевать на вежливость.
Она посмотрела на меня так, будто я только что признался в убийстве.
И тут меня осенило. Яркой вспышкой пронеслось в моей голове, где я её видел…
Она нахмурилась.
— А вы могли бы просто извиниться.
Я усмехнулся. Честно говоря, слегка охренел от такой наглости.
— За что? За то, что ты врезалась в меня?
— Потому что вы стояли посреди тротуара, как столб!
В её голосе появились нотки раздражения. Забавно.
— О как... — я лениво смерил её взглядом, — это запрещено?
Она скривилась, замахала перед лицом руками, будто отгоняла злых духов.
— Нет, просто невежливо.
— А мне плевать на вежливость.
Она посмотрела на меня так, будто я только что признался в убийстве.
И тут меня осенило. Яркой вспышкой пронеслось в моей голове, где я её видел…
Из спальни доносится стон. Женский. Чужой.
– Мама, тебе туда нельзя! – дочь перекрывает вход в нашу супружескую комнату. – Папа занят! У него переговоры с иностранцами!
Внутри меня всё переворачивается. Я не глупая, чтобы не понять всю суть происходящего.
– Переговоры?! – кричу на дочь, покрывающую измены отца. Предательница обо всём знала и молчала!
– Да!
– Прочь пошла! – толкаю дочь-негодяйку в сторону и распахиваю дверь в нашу с мужем спальню.
Мой супруг обнимается с какой-то брюнеткой в нашей постели!
Предатель не реагирует на моё появление. Слишком сильно увлечён своей молодой мочалкой! Мерзавец даже голову в мою сторону не поворачивает.
Он лишь сильнее сжимает пальцами бёдра гадюки, едва прикрытые чёрными кружевами.
Брюнетка поворачивается ко мне лицом, широко улыбается и бросает в мою сторону ехидный, самодовольный и наглый взгляд.
От увиденного меня бросает в дрожь. Любовница моего мужа – она…
Лучшая подруга нашей дочери!
– Мама, тебе туда нельзя! – дочь перекрывает вход в нашу супружескую комнату. – Папа занят! У него переговоры с иностранцами!
Внутри меня всё переворачивается. Я не глупая, чтобы не понять всю суть происходящего.
– Переговоры?! – кричу на дочь, покрывающую измены отца. Предательница обо всём знала и молчала!
– Да!
– Прочь пошла! – толкаю дочь-негодяйку в сторону и распахиваю дверь в нашу с мужем спальню.
Мой супруг обнимается с какой-то брюнеткой в нашей постели!
Предатель не реагирует на моё появление. Слишком сильно увлечён своей молодой мочалкой! Мерзавец даже голову в мою сторону не поворачивает.
Он лишь сильнее сжимает пальцами бёдра гадюки, едва прикрытые чёрными кружевами.
Брюнетка поворачивается ко мне лицом, широко улыбается и бросает в мою сторону ехидный, самодовольный и наглый взгляд.
От увиденного меня бросает в дрожь. Любовница моего мужа – она…
Лучшая подруга нашей дочери!
Тамила спалила мужа... Он в одних боксерах, а его сводная сестра сидит верхом на нём в одном пеньюаре...
Тамилу ничто не заставит остаться с предателем. Даже малолетний сын...
Героиня - НЕ тряпка. Ноги об себя вытирать НЕ позволит!
Тамилу ничто не заставит остаться с предателем. Даже малолетний сын...
Героиня - НЕ тряпка. Ноги об себя вытирать НЕ позволит!
– И давно ты перешел на девушек, которые годятся тебе во внучки?
– Не надо утрировать. У нас разница всего тридцать лет. Тоня – моя женщина, – в голосе Влада проступает нота раздражения. – И ты всё поняла. Чемоданы собраны. Давай без сцен.
___
После восьми лет брака муж завел любовницу и хочет подарить ей мой бизнес!
– Не надо утрировать. У нас разница всего тридцать лет. Тоня – моя женщина, – в голосе Влада проступает нота раздражения. – И ты всё поняла. Чемоданы собраны. Давай без сцен.
___
После восьми лет брака муж завел любовницу и хочет подарить ей мой бизнес!
Моя студия красоты «Алиса» находилась в центре города.
Ровно в пять дверь студии открылась, и вошла она. Карина Мулина.
Я подняла голову от телефона. Эта девушка была... ослепительной. Она выглядела лет на двадцать пять, может, чуть моложе.
— Добрый вечер! — ее голос был звонким, молодым.
— Да, конечно, Проходите, присаживайтесь.
— Хочу освежить стрижку, мне нужно выглядеть идеально.
— Какое-то особенное событие?
— Да! — Карина расплылась в улыбке, и ее глаза засияли. — Мы с моим любимым летим в Турцию!
— Как здорово, — я улыбнулась.
— Артем так заботится обо мне. Говорит, что я заслуживаю только лучшего. Он вообще очень романтичный, — Карина достала телефон — Вот, смотрите!
Я взяла телефон. Пролистнула дальше. Фото в примерочной магазина — она в вечернем платье. И вдруг... В отражении, чуть сзади, размыто, но различимо — мужская фигура. Темные волосы. Широкие плечи в черной футболке. Профиль... Знакомый профиль. Нет. Не может быть.
Мой Артем!!!
Ровно в пять дверь студии открылась, и вошла она. Карина Мулина.
Я подняла голову от телефона. Эта девушка была... ослепительной. Она выглядела лет на двадцать пять, может, чуть моложе.
— Добрый вечер! — ее голос был звонким, молодым.
— Да, конечно, Проходите, присаживайтесь.
— Хочу освежить стрижку, мне нужно выглядеть идеально.
— Какое-то особенное событие?
— Да! — Карина расплылась в улыбке, и ее глаза засияли. — Мы с моим любимым летим в Турцию!
— Как здорово, — я улыбнулась.
— Артем так заботится обо мне. Говорит, что я заслуживаю только лучшего. Он вообще очень романтичный, — Карина достала телефон — Вот, смотрите!
Я взяла телефон. Пролистнула дальше. Фото в примерочной магазина — она в вечернем платье. И вдруг... В отражении, чуть сзади, размыто, но различимо — мужская фигура. Темные волосы. Широкие плечи в черной футболке. Профиль... Знакомый профиль. Нет. Не может быть.
Мой Артем!!!
Я кладу фото на стол перед Ветром.
– Это кто? – спокойно, почти лениво, вопросительно выгибает бровь Макс
– Мой сын. – с трудом выдавливаю из себя.
Он чуть подаётся вперёд, глаза темнеют, но голос по-прежнему холоден:
– И? Мне эта информация к чему?
Горло сжимает страх, но я смотрю прямо в его глаза:
– К тому что ты его отец. Его похитили… И если это ты…
– Во-первых, я не похищаю детей. Во-вторых, если нужна помощь, могла просто попросить. Не стоит заливать мне бред про отцовство. Поздно для дешёвых спектаклей, Алиса.
Пять лет назад, я убежала прочь от этого человека. Так далеко, насколько смогла. Но теперь, ради сына, я вновь вынуждена с ним столкнуться.
– Это кто? – спокойно, почти лениво, вопросительно выгибает бровь Макс
– Мой сын. – с трудом выдавливаю из себя.
Он чуть подаётся вперёд, глаза темнеют, но голос по-прежнему холоден:
– И? Мне эта информация к чему?
Горло сжимает страх, но я смотрю прямо в его глаза:
– К тому что ты его отец. Его похитили… И если это ты…
– Во-первых, я не похищаю детей. Во-вторых, если нужна помощь, могла просто попросить. Не стоит заливать мне бред про отцовство. Поздно для дешёвых спектаклей, Алиса.
Пять лет назад, я убежала прочь от этого человека. Так далеко, насколько смогла. Но теперь, ради сына, я вновь вынуждена с ним столкнуться.
🍁САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ПЕРВЫЕ ДНИ!🍁
– Я не знаю, сколько еще выдержу эту игру, – звякает пряжка ремня, и сердце мое замедляет ритм. - Иногда мне кажется, что, если бы не ее наследство и не этот дурацкий бизнес, я бы не выдержал и месяца рядом с ней. Ее вечные разговоры о любви, о семье... Тошнит.
– Пять лет мы скрывались от ее отца, — прозвучал сладкий, ядовитый голос в ответ. — Пять долгих лет я терпела прикосновения этого старика, лежа рядом с ним и мечтая о тебе. Мы дождались своего часа. Старик наконец-то отправился в гроб, где ему и место. А мы с тобой…
Я больше не могу это терпеть. Боль была такой острой, такой всепоглощающей, что я резко шагаю вперед, толкаю приоткрытую дверь. О чем сразу же жалею…
Мой муж и моя мачеха бесстыдно любят друг друга прямо у меня на глазах...
– Я не знаю, сколько еще выдержу эту игру, – звякает пряжка ремня, и сердце мое замедляет ритм. - Иногда мне кажется, что, если бы не ее наследство и не этот дурацкий бизнес, я бы не выдержал и месяца рядом с ней. Ее вечные разговоры о любви, о семье... Тошнит.
– Пять лет мы скрывались от ее отца, — прозвучал сладкий, ядовитый голос в ответ. — Пять долгих лет я терпела прикосновения этого старика, лежа рядом с ним и мечтая о тебе. Мы дождались своего часа. Старик наконец-то отправился в гроб, где ему и место. А мы с тобой…
Я больше не могу это терпеть. Боль была такой острой, такой всепоглощающей, что я резко шагаю вперед, толкаю приоткрытую дверь. О чем сразу же жалею…
Мой муж и моя мачеха бесстыдно любят друг друга прямо у меня на глазах...
Она была звездой литературного мира – её книги раскупались за считанные дни, а критики рассыпались в комплиментах. Ева Орловская – талантливая писательница, чьё имя гремело на всю страну. Но её новая рукопись обернулась катастрофой: в черновиках нашли поразительные совпадения с недавно вышедшим романом некой Л. Д.
Не дав Еве объясниться, издательство обнародовало «доказательства» плагиата. Сенсация взорвала соцсети: поклонники отвернулись, агенты расторгли контракты, критики растоптали репутацию. Её имя стало синонимом обмана.
Теперь ей предстоит доказать свою невиновность и вырваться из ловушки, куда она попала по чужой воле.
Не дав Еве объясниться, издательство обнародовало «доказательства» плагиата. Сенсация взорвала соцсети: поклонники отвернулись, агенты расторгли контракты, критики растоптали репутацию. Её имя стало синонимом обмана.
Теперь ей предстоит доказать свою невиновность и вырваться из ловушки, куда она попала по чужой воле.
Выберите полку для книги