Книги в жанре «Мелодрама» по тегу «razvod»
— Завтра в девять все будет готово к нашему разводу, — вдруг произносит муж.
Мне кажется, я ослышалась.
— Адвокаты уже подготовили соглашение. Тебе останется подписать, и ты свободная женщина, можешь вернуть себе свою фамилию.
Каждое его слова бьет, словно камнем по сердцу.
— Рустам... что за шутки?
— Никаких шуток. Наш брак подошел к своему логическому концу.
Он смотрит на меня тяжелым взглядом.
— Вчера утром все было нормально, а сегодня ты сообщаешь, что нас разводят. Объясни хотя бы почему.
— Потому что брак был ошибкой. Ты это знаешь. Я знаю.
— Я не знаю!
Я думала, ты ко мне привык. Думала, мы влюбились друг в друга. Думала, мы строим семью.
— Завтра в девять. Не опаздывай. Нам нужно это закончить, Тася.
От его ласкового произношения моего имени, внутри все сжимается.
— Рустам...
Он останавливается, но не оборачивается.
— Ты что-то хотела сказать?
Всего два слова.
Я беременна.
— Нет.
Мне кажется, я ослышалась.
— Адвокаты уже подготовили соглашение. Тебе останется подписать, и ты свободная женщина, можешь вернуть себе свою фамилию.
Каждое его слова бьет, словно камнем по сердцу.
— Рустам... что за шутки?
— Никаких шуток. Наш брак подошел к своему логическому концу.
Он смотрит на меня тяжелым взглядом.
— Вчера утром все было нормально, а сегодня ты сообщаешь, что нас разводят. Объясни хотя бы почему.
— Потому что брак был ошибкой. Ты это знаешь. Я знаю.
— Я не знаю!
Я думала, ты ко мне привык. Думала, мы влюбились друг в друга. Думала, мы строим семью.
— Завтра в девять. Не опаздывай. Нам нужно это закончить, Тася.
От его ласкового произношения моего имени, внутри все сжимается.
— Рустам...
Он останавливается, но не оборачивается.
— Ты что-то хотела сказать?
Всего два слова.
Я беременна.
— Нет.
Анечкины красные сапоги шлепают по лужам, поднимая брызги. Она так звонко смеётся, что я не сразу замечаю, как от старого высохшего дерева отделяется тень.
По спине пробегают мурашки, когда слышу голос бывшего:
— Лиза, мы едем домой. Я позабочусь о тебе и твоей дочке.
Вскидываю взгляд.
Твоей…
Да. Аня только моя. Быть частью нашей семьи Гордей сам отказался. А теперь появился и командует?
Так не пойдёт.
— Да, мы едем домой. К себе. А ты к себе.
— Ты едешь со мной. Я без тебя подыхаю… — звучит отрывисто, хрипло.
Мурашки ускоряют свой бег.
Гордей и правда выглядит неважно. Осунулся, скулы стали более выражены.
Но даже если, как он выразился, он “подыхает без меня”, мне плевать. Это три года назад я старалась быть лучшей, самой удобной женой. Но теперь меня заботит только дочь. И она моя. Только моя. Гордей сам так решил. Пусть не жалуется.
По спине пробегают мурашки, когда слышу голос бывшего:
— Лиза, мы едем домой. Я позабочусь о тебе и твоей дочке.
Вскидываю взгляд.
Твоей…
Да. Аня только моя. Быть частью нашей семьи Гордей сам отказался. А теперь появился и командует?
Так не пойдёт.
— Да, мы едем домой. К себе. А ты к себе.
— Ты едешь со мной. Я без тебя подыхаю… — звучит отрывисто, хрипло.
Мурашки ускоряют свой бег.
Гордей и правда выглядит неважно. Осунулся, скулы стали более выражены.
Но даже если, как он выразился, он “подыхает без меня”, мне плевать. Это три года назад я старалась быть лучшей, самой удобной женой. Но теперь меня заботит только дочь. И она моя. Только моя. Гордей сам так решил. Пусть не жалуется.
Два года назад любимый муж выставил меня из дома с новорождённым сыном на руках. Его слова до сих пор горят в памяти огнём:
— Ты будешь жить здесь. Эта квартира твоя. Деньги… я буду переводить тебе алименты, пока суд не признает, что я не отец твоему ребёнку.
У меня перехватывает дыхание и пол уходит из-под ног.
— Да что ты такое говоришь, Захар? Арсюша — твой сын!
Голос срывается на шёпот, полный отчаяния. Муж лишь холодно усмехается, и в его глазах я впервые вижу не любовь, а ненависть.
— Хватит. Хватит делать из меня дурака, Света. Я всё знаю.
Он не приехал на выписку. Ни разу не посмотрел на сына. А теперь он ворвался в нашу с Арсением жизнь снова. Преуспевающий Захар, способный вдохнуть жизнь в руины, но разрушивший наше счастье до основания. Он смотрит на меня, и в его глазах — буря из прошлого, обиды и… смятения? Но как простить предательство? И как впустить обратно того, кто вычеркнул нас из своей жизни?
— Ты будешь жить здесь. Эта квартира твоя. Деньги… я буду переводить тебе алименты, пока суд не признает, что я не отец твоему ребёнку.
У меня перехватывает дыхание и пол уходит из-под ног.
— Да что ты такое говоришь, Захар? Арсюша — твой сын!
Голос срывается на шёпот, полный отчаяния. Муж лишь холодно усмехается, и в его глазах я впервые вижу не любовь, а ненависть.
— Хватит. Хватит делать из меня дурака, Света. Я всё знаю.
Он не приехал на выписку. Ни разу не посмотрел на сына. А теперь он ворвался в нашу с Арсением жизнь снова. Преуспевающий Захар, способный вдохнуть жизнь в руины, но разрушивший наше счастье до основания. Он смотрит на меня, и в его глазах — буря из прошлого, обиды и… смятения? Но как простить предательство? И как впустить обратно того, кто вычеркнул нас из своей жизни?
— Привет, — коварно улыбается девушка, ни с того ни с сего оказавшаяся на пороге нашего с мужем дома.
— Здравствуйте… — лепечу.
— Пустишь? — спрашивает она и без проса проходит в дом.
— У меня муж скоро придёт… — отвечаю, глядя на свои руки, перепачканные в муке.
— Гаяр не придёт к тебе сегодня, — заявляет она, — положенные семь дней после свадьбы прошли. Не жди его в эту ночь.
— Что? — произношу ничего не понимая.
Но в сердце начинает грызть неведомый монстр с такими же как у неё ядовитыми зелёными глазами.
— Учись его делить, Малика. Ты вторая жена. Считай, что наложница. Всегда доступная личная шармута. И всегда будешь подчиняться. И ему, и мне. Гаяр сам мне сказал, что ты теперь моя служанка, если захочу, будешь и меня развлекать и ублажать. И только попробуй слово против вякни.
— Здравствуйте… — лепечу.
— Пустишь? — спрашивает она и без проса проходит в дом.
— У меня муж скоро придёт… — отвечаю, глядя на свои руки, перепачканные в муке.
— Гаяр не придёт к тебе сегодня, — заявляет она, — положенные семь дней после свадьбы прошли. Не жди его в эту ночь.
— Что? — произношу ничего не понимая.
Но в сердце начинает грызть неведомый монстр с такими же как у неё ядовитыми зелёными глазами.
— Учись его делить, Малика. Ты вторая жена. Считай, что наложница. Всегда доступная личная шармута. И всегда будешь подчиняться. И ему, и мне. Гаяр сам мне сказал, что ты теперь моя служанка, если захочу, будешь и меня развлекать и ублажать. И только попробуй слово против вякни.
- Артём, и давно ты ждёшь ребёнка от другой женщины?
Муж резко бьёт по тормозам, останавливает машину посреди пустой трассы.
- С тех пор, как ты, пустышка, оставила меня без детей.
Слова мужа ранят в самое сердце.
- Артём, не смей… ты отлично знаешь, я не могу иметь детей из-за офицера, который чуть меня не погубил!
Вместо ответа муж открывает дверь машины...
И выкидывает меня прямо на дорогу!
А сам сбегает, как последний трус...
И всё это лишь начало моих проблем.
Совсем скоро мне предстоит столкнуться не только с предательством мужа, но и со своим самым страшным кошмаром.
Тем самым офицером, из-за которого я лишилась шанса на материнство...
Муж резко бьёт по тормозам, останавливает машину посреди пустой трассы.
- С тех пор, как ты, пустышка, оставила меня без детей.
Слова мужа ранят в самое сердце.
- Артём, не смей… ты отлично знаешь, я не могу иметь детей из-за офицера, который чуть меня не погубил!
Вместо ответа муж открывает дверь машины...
И выкидывает меня прямо на дорогу!
А сам сбегает, как последний трус...
И всё это лишь начало моих проблем.
Совсем скоро мне предстоит столкнуться не только с предательством мужа, но и со своим самым страшным кошмаром.
Тем самым офицером, из-за которого я лишилась шанса на материнство...
Любовница мужа хихикнула.
— Твоя жена думает, что ты с партнерами удочки проверяешь?
— Жена сидит дома, жрет десятый кусок торта и долбает своими жирными пальцами по клавиатуре, — Он наклонился к любовнице, и его голос стал тише, но в звенящей тишине коридора каждое слово долетало до меня, как удар хлыста.
— И когда ты ее бросишь и женишься на мне?
— Пойми, она еще нужна. Где еще я найду бесплатную секретаршу и домработницу. Это временные сложности. Но уже скоро эта жирнюха станет мне не нужна. Я наконец-то избавлюсь от необходимости терпеть ее.
— Твоя жена думает, что ты с партнерами удочки проверяешь?
— Жена сидит дома, жрет десятый кусок торта и долбает своими жирными пальцами по клавиатуре, — Он наклонился к любовнице, и его голос стал тише, но в звенящей тишине коридора каждое слово долетало до меня, как удар хлыста.
— И когда ты ее бросишь и женишься на мне?
— Пойми, она еще нужна. Где еще я найду бесплатную секретаршу и домработницу. Это временные сложности. Но уже скоро эта жирнюха станет мне не нужна. Я наконец-то избавлюсь от необходимости терпеть ее.
— Лик, ну посмотри на себя, — муж брезгливо морщится. — Растяжки, целлюлит. От тебя ночным кремом пахнет, меня уже тошнит от него. С ней я мужик, а с тобой … развожусь.
Муж объявил о разводе на юбилее нашей дочери — под аплодисменты, с кольцом для её лучшей подруги в кармане. Мне сорок пять, и по брачному договору мне не досталось ничего: ни дома, ни денег, ни дочери, которая выбрала сторону отца.
Я думала, падать ниже некуда, но когда мне пришлось согласиться на условия нового босса, я поняла, что ошибалась…
Муж объявил о разводе на юбилее нашей дочери — под аплодисменты, с кольцом для её лучшей подруги в кармане. Мне сорок пять, и по брачному договору мне не досталось ничего: ни дома, ни денег, ни дочери, которая выбрала сторону отца.
Я думала, падать ниже некуда, но когда мне пришлось согласиться на условия нового босса, я поняла, что ошибалась…
— По твой вине, Злата, пострадал даже не я, а мои маленькие внучки, — грозно говорит мой новый сосед, генерал Сильницкий, — мало того, что девочки остались без родителей, теперь ещё и дома лишились!
Две рыжих девчушки робко выглядывают из-за ближайшего дерева.
Одна держит в руках плюшевые игрушки, другая – рыжего кота.
А я в ужасе смотрю на сурового мужчину и отвечаю:
— Это не моя вина… я не причастна к тому, что случилось…
Но грозный генерал неумолим.
— Ты – главная подозреваемая, и понесёшь наказание за то, что случилось, Злата…
Мужчина не успевает закончить, его опережает одна из девчушек.
— В наказание, Звата, ты будещь нащей мамой!
Две рыжих девчушки робко выглядывают из-за ближайшего дерева.
Одна держит в руках плюшевые игрушки, другая – рыжего кота.
А я в ужасе смотрю на сурового мужчину и отвечаю:
— Это не моя вина… я не причастна к тому, что случилось…
Но грозный генерал неумолим.
— Ты – главная подозреваемая, и понесёшь наказание за то, что случилось, Злата…
Мужчина не успевает закончить, его опережает одна из девчушек.
— В наказание, Звата, ты будещь нащей мамой!
Пять лет я выстрадала эти две полоски. Уколы, протоколы, ИКСИ, синяки на животе, надежда — и снова «к сожалению». Пять лет его мать называла меня пустоцветом. Бракованной. Безродной. А он молчал.
В тот день я наконец держала в руках положительный тест. Я заказала торт «Будущему папе», положила тест в конверт и поехала к мужу в офис — сказать, что у нас получилось.
На его столе лежал чужой тест. Тоже с двумя полосками.
— С ней получилось сразу, Варя, — сказал он спокойно, будто о погоде. — А с тобой я пять лет прожил рядом с пустой надеждой.
Он выбрал другую. Отправил меня «собрать вещи». Не спросив, зачем я приезжала. Не зная, что под сердцем у той, которую он назвал пустой надеждой, билось не одно сердце.
А два.
Он выгнал беременную жену ради чужого теста. Что он скажет, когда узнает, чего лишился — и кого потерял?
В тот день я наконец держала в руках положительный тест. Я заказала торт «Будущему папе», положила тест в конверт и поехала к мужу в офис — сказать, что у нас получилось.
На его столе лежал чужой тест. Тоже с двумя полосками.
— С ней получилось сразу, Варя, — сказал он спокойно, будто о погоде. — А с тобой я пять лет прожил рядом с пустой надеждой.
Он выбрал другую. Отправил меня «собрать вещи». Не спросив, зачем я приезжала. Не зная, что под сердцем у той, которую он назвал пустой надеждой, билось не одно сердце.
А два.
Он выгнал беременную жену ради чужого теста. Что он скажет, когда узнает, чего лишился — и кого потерял?
— Почему вы не даете Владу развод? — спросила рыжеволосая девушка, стоя на моем пороге. Она говорила так серьезно, без тени смятения, будто искренне не понимала, почему муж все еще со мной.
— А должна? Кто вы, вообще, такая?
— Мы с Владом встречаемся и живем вместе. Я жду от него ребенка. А вы все не можете его отпустить, чтобы мы могли пожениться.
Это был такой шок…
Теперь все стало ясно с частыми командировками мужа.
Он даже не отрицал.
— Все решаемо, Вероник. Я не хочу с тобой разводиться, — заявил Влад позже.
— Зато я хочу!
Я не смогла простить измену и ушла, еще не зная, что беременна.
Через четыре года мы с Владом встретились вновь в загородном доме у озера, где я оказалась случайно. Бывший муж увидел нашу дочь и, кажется, обо всем догадался.
— А должна? Кто вы, вообще, такая?
— Мы с Владом встречаемся и живем вместе. Я жду от него ребенка. А вы все не можете его отпустить, чтобы мы могли пожениться.
Это был такой шок…
Теперь все стало ясно с частыми командировками мужа.
Он даже не отрицал.
— Все решаемо, Вероник. Я не хочу с тобой разводиться, — заявил Влад позже.
— Зато я хочу!
Я не смогла простить измену и ушла, еще не зная, что беременна.
Через четыре года мы с Владом встретились вновь в загородном доме у озера, где я оказалась случайно. Бывший муж увидел нашу дочь и, кажется, обо всем догадался.
Подборка мелодрам о разводе
Выберите полку для книги