Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»

У Чон Су А нет времени на мечты - две работы, долги отца и несчастная мать. Единственная радость - крошечный сад на крыше старого дома, где она выращивает мяту и лимонное дерево.
Однажды сосед сверху крадёт её лимон.
Этот молчаливый странный мужчина не похож на других: он заживляет ожоги за несколько дней, поднимает тяжести одной рукой и говорит загадками. Он ищет что-то, вот уже шестьсот лет.
И почему-то он смотрит на неё так, будто она - самое настоящее чудо.
«Лимонный вор» - история о бедной девушке и бессмертном воине, который устал от вечности. Их встреча пахнет мятой, лимонами и первой грозой.

Три моих железных правила: не спать с коллегами. Не спорить с начальством. Не верить красивым мужикам, которые говорят комплименты пышкам вроде меня.

Новый главврач Артём Волков заставил меня нарушить все три.

Он холоден как скальпель и красив как грех. Он смотрит на меня так, что плавится позвоночник. Он целует меня в своём кабинете, пока за дверью идёт планёрка.

Я знаю, чем заканчиваются такие сказки для девушек с пятьдесят вторым размером. Но, кажется, я уже не могу остановиться.

Она — «пышка». Уютная, добрая, с идеальным рабочим голосом и вечными комплексами. Он — пилот санавиации, красивый, высокомерный и колкий, привыкший измерять женщин идеальными параметрами. Между ними — служебные перепалки, взаимное раздражение и запретное притяжение. Но когда его борт падает в грозу, именно её голос становится для него единственной нитью к жизни. После аварии он — сломанный мужчина, который заново учится ходить, а она — единственная, кто видит в нем не героя, а человека. Эта история не о том, как «стройная» женщина находит любовь. Это история исцеления любовью. О том, как можно полюбить себя, когда тебя любят по-настоящему. И о том, что настоящая красота — не в форме, а в способности быть живым.

Он схватил меня за локоть и развернул к себе.
— Что это за хрен? — прорычал он.
— Какая тебе разница? — я вырвала руку. — Мы в разводе, Алекс! Ты сам подал документы! Ты сейчас здесь со своей секретаршей!
— Это деловой ужин! — он почти кричал. — А у тебя — свидание! Я вижу разницу!
— С каких пор тебя это волнует?!
— С тех пор, как я снова сделал тебя своей! — он прижал меня к стене, упираясь ладонями в стену по обе стороны от моей головы. Его дыхание обжигало лицо. — Ты думаешь, я могу просто отпустить тебя после того, что было?
— А что было, Алекс? — я смотрела ему прямо в глаза, чувствуя, как внутри закипает злость. — Хороший секс? У нас всегда был хороший секс! Но этого мало! Ты слышишь меня? Этого недостаточно!

— Я хочу свободы, Ника. Но разводиться не собираюсь.

В нашу годовщину муж положил передо мной конверт. Внутри были правила нового брака.

Ему — другая женщина и личная жизнь.
Мне — молчание, улыбка на семейных встречах и роль удобной жены.

Кирилл был уверен, что я не уйду. Что слишком привыкла быть его женой. Что сохраню семью ради вида, статуса и привычной жизни.

Он ошибся.

Я подписала не его правила. Я выбрала развод.

Теперь мне придётся заново учиться жить, работать, дышать и смотреть на себя без его фамилии. А Кириллу — понять, что свобода, которую он так хотел, однажды может стать концом его власти надо мной.

Потому что если я свободна, значит — больше не твоя.

— Уходи, Лиза. Я не хочу тебя видеть.
Я стояла у алтаря в белом платье, сжимая в руках букет и надежду. А он смотрел на меня с холодом, показывая фотографии, которых я никогда не видела. Он не поверил мне. Он ушёл, даже не дав сказать те два слова, которые могли всё изменить — «я беременна».

Шесть лет я училась жить заново. Шесть лет я растила нашу дочь, которую он никогда не знал. Я справилась, я стала сильной, я перестала ждать. А он вернулся — с извинениями, с болью, с желанием всё исправить. Но я боюсь не того, что он снова разобьёт мне сердце. Я боюсь, что он узнает правду: шесть лет назад он бросил не только меня. Он бросил нас.

И теперь, когда он пытается войти в нашу жизнь, я должна решить: дать ему шанс или навсегда закрыть дверь.

Я вошла без стука. Алиса сидела за столом в приёмной — в дорогой блузке, с золотым браслетом на запястье, и смотрела на меня так, словно это я здесь лишняя. Наши взгляды встретились. Она не вздрогнула. Только губы чуть дрогнули в усмешке.

— Вы к Вадиму? У него встреча. Могу записать.

Я поставила коробку с пирожными на её стол — аккуратно, так, чтобы чашка с кофе покачнулась и содержимое выплеснулось на бумаги. Алиса отшатнулась.

— Ой, простите. Какая я неловкая.

Она подняла на меня глаза, полные холодной, неприкрытой ненависти. А я смотрела на неё и думала: «Ты ещё не знаешь, с кем связалась, девочка. Но скоро узнаешь». Я улыбнулась самой тёплой улыбкой, на какую была способна, и протянула ей руку:

— Мы ведь не знакомы? Я Злата. Жена Вадима.

Он резко выдохнул, будто эти слова жгли ему горло. И вдруг, вместо того чтобы снова начать крутить удобную версию про «случайность», он сорвался:
— Да, Насть, я сплю с Алиной. Потому что мне надо хоть где-то выдохнуть! А ты… ты сама виновата! Если бы ты могла родить мне наследника, я бы и не смотрел по сторонам! Ты столько лет обещала, что вот-вот, ещё немного, и у нас всё получится… А в итоге ты оказалась бесплодной! Что мне оставалось?!
Каждое слово падало, как камень. Я пошатнулась, будто от удара в грудь. Я знала, что он может быть жестоким, знала, что в ссорах он бьёт по самому больному, но услышать это вот так, прямо, без маскировки под «рабочие моменты» — было хуже, чем я могла себе представить.
И тогда я тихо, почти шёпотом, сказала то, что должно было всё перевернуть:
— Вообще-то, я беременна.
Слова повисли между нами, тяжёлые, как туча. Кирилл замер.
— Что… что ты сказала?
— Я беременна, — повторила я, уже твёрже. — Только теперь это уже не имеет значения. Для тебя.

Полина Ордынцева приезжает подписать развод и понимает: муж уже всё решил за неё. Где она будет жить. Когда увидит детей. Как красиво они назовут разрушенный брак “общим решением”.

Но в тот же вечер пятнадцатилетняя Аглая присылает матери сообщение:

“Мама, не ищи меня у папы. Я ушла раньше тебя.”

Дочь исчезает, оставляя за собой письма, старые семейные тайны и страшную правду: дети видели гораздо больше, чем взрослые хотели признать.

Теперь Полине придётся не просто найти Аглаю. Ей придётся впервые выбрать себя, услышать сына, перестать бояться мужа и понять, можно ли построить новый дом там, где раньше все молчали.

История о разводе, материнской вине, властном мужчине, детской боли и любви, которая начинается не с красивых слов, а с правды.

— Вик, прости… У меня сегодня совещание с партнёрами. Отец сам его назначил, я не могу не пойти. Это важно.
«Важно». Это слово теперь звучало как приговор. Важнее примерки платья невесты. Важнее моего «хочу, чтобы ты был рядом».
— Ладно, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Ничего. Я всё понимаю.
— Правда? — в его голосе было столько облегчения, что мне стало горько. Он был благодарен за то, что я «поняла». — Я тебе потом всё расскажу, там такая тема… А насчёт платья… Просто скинь фото, ладно? Я посмотрю.
«Скинь фото». Как будто это платье — это товар на маркетплейсе, а не самый важный наряд в моей жизни.
— Хорошо, — отчеканила я. — Обязательно.
Мы попрощались, и я положила телефон. Пальцы ощущались ледяными, хотя в комнате было тепло.