Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «skachat-fb2»
— Зачем ты мне больно делаешь, Давыдов? Ты клялся, что любишь меня...
— Так и есть. Голову от тебя сносило капитально, Дюймовочка! — усмехается муж дерзко. Так, что хочется залепить ему пощёчину, вспоминая о том, кто ходил по нашей спальни в прозрачном халате. С его одобрения.
— Тогда зачем ты её привёз? И поселил в нашем доме! С животом. С сыном. С твоим, да?!
— Я не виноват, что это случилось. Будешь заботиться о них, пока я там! Своих не бросают. Так меня обязали.
— Никогда! Только развод!
Звук сообщения. Матвей посмотрел на экран. И его лицо стало холоднее льда.
Она, наверное, пишет. Хвастается очередными кружевными чулками.
И вдруг муж резко произносит:
— Раз такая характерная, кольцо сюда давай!
— Что?
— Обручальное. Живо!
Распахивает дверь и буквально выталкивает меня на дорогу.
— Что ты делаешь? Бросишь меня прямо во время тревоги?!
Страшный гул совсем близко.
Моё сердце пропускает удар.
Внедорожник резко срывается с места.
И гремит взрыв…
— Так и есть. Голову от тебя сносило капитально, Дюймовочка! — усмехается муж дерзко. Так, что хочется залепить ему пощёчину, вспоминая о том, кто ходил по нашей спальни в прозрачном халате. С его одобрения.
— Тогда зачем ты её привёз? И поселил в нашем доме! С животом. С сыном. С твоим, да?!
— Я не виноват, что это случилось. Будешь заботиться о них, пока я там! Своих не бросают. Так меня обязали.
— Никогда! Только развод!
Звук сообщения. Матвей посмотрел на экран. И его лицо стало холоднее льда.
Она, наверное, пишет. Хвастается очередными кружевными чулками.
И вдруг муж резко произносит:
— Раз такая характерная, кольцо сюда давай!
— Что?
— Обручальное. Живо!
Распахивает дверь и буквально выталкивает меня на дорогу.
— Что ты делаешь? Бросишь меня прямо во время тревоги?!
Страшный гул совсем близко.
Моё сердце пропускает удар.
Внедорожник резко срывается с места.
И гремит взрыв…
— После того, как она прислала тебе видео, я с ней не останусь. Жена — это святое и ее трогать нельзя. Если она этого не понимает, то до свидания… — зарычал муж, поднимая меня с пола.
— Ты мне изменил... После этого уже я с тобой не останусь, — захлебываясь слезами, призналась я.
И ушла.
Но жизнь в разводе полетела к чертям, когда я с подозрением на климакс пошла к гинекологу.
— Лия, — прокричал муж мне вслед, когда я попыталась сесть в машину, держа на руках нашего трехмесячного ребенка. — Лия, твою мать!
Муж догнал он меня, развернул к себе. Пренебрежительным взглядом прошелся по малышу, прежде чем зло посмотреть на меня.
— И когда ты собиралась мне сообщить, что оказывается мы развелись не из-за моей измены, а из-за твоей?
— Ты мне изменил... После этого уже я с тобой не останусь, — захлебываясь слезами, призналась я.
И ушла.
Но жизнь в разводе полетела к чертям, когда я с подозрением на климакс пошла к гинекологу.
— Лия, — прокричал муж мне вслед, когда я попыталась сесть в машину, держа на руках нашего трехмесячного ребенка. — Лия, твою мать!
Муж догнал он меня, развернул к себе. Пренебрежительным взглядом прошелся по малышу, прежде чем зло посмотреть на меня.
— И когда ты собиралась мне сообщить, что оказывается мы развелись не из-за моей измены, а из-за твоей?
— Ты не пойдёшь с ним! — рычит он.
Я поднимаю взгляд на друга отца.
— Запрещаете?
— Предупреждаю.
— А если я не послушаюсь? — дерзко заявляю я.
— Буду наказывать! — зло отвечает он и хватает меня за талию. Рывком прижимает к себе.
А потом…
Я выросла на его глазах. Всегда была для него «маленькой девочкой». Но теперь друг отца смотрит на меня иначе…
Я поднимаю взгляд на друга отца.
— Запрещаете?
— Предупреждаю.
— А если я не послушаюсь? — дерзко заявляю я.
— Буду наказывать! — зло отвечает он и хватает меня за талию. Рывком прижимает к себе.
А потом…
Я выросла на его глазах. Всегда была для него «маленькой девочкой». Но теперь друг отца смотрит на меня иначе…
- Ваш рыжий кот у нас в заложниках, дядя бандит!
Какого ху...тора тут происходит?
На пороге моего загородного домика стоят две близняшки и угрожают мне, смотрящему за посёлком!
- Мы вернём вам кота, если на коленях извинитесь перед нашей мамой за то, что довели её до слёз!
Я просто в ах... каком удивлении с этих бандиток в колготках!
Не помню, чтобы чью-то маму доводил до слёз.
Но за Барсика любые колготы порву!
- Кто ваша мама, - спрашиваю в ярости, - идём, сейчас устрою ей разбор полётов!
Вот только я никак не ожидал, что вместо кота мне придётся спасать разведёнку, которую бывший муж пытается выкинуть из дома вместе с детьми... стопэ, какого хумуса этот бывший муж пытается похитить ещё и моего кота???
Какого ху...тора тут происходит?
На пороге моего загородного домика стоят две близняшки и угрожают мне, смотрящему за посёлком!
- Мы вернём вам кота, если на коленях извинитесь перед нашей мамой за то, что довели её до слёз!
Я просто в ах... каком удивлении с этих бандиток в колготках!
Не помню, чтобы чью-то маму доводил до слёз.
Но за Барсика любые колготы порву!
- Кто ваша мама, - спрашиваю в ярости, - идём, сейчас устрою ей разбор полётов!
Вот только я никак не ожидал, что вместо кота мне придётся спасать разведёнку, которую бывший муж пытается выкинуть из дома вместе с детьми... стопэ, какого хумуса этот бывший муж пытается похитить ещё и моего кота???
БЕСПЛАТНО ДО 26.05 В жизни ветеринара Веры хватает забот: ночь, дождь, работа, ипотека и домашние звери. Но всё меняется, когда на пороге её ветклиники появляется раненый незнакомец — опасный, молчаливый, с пулей в боку. Оказавшись втянутой в чужие проблемы, Вера сталкивается с испытанием, которое перевернёт её устоявшийся мир… и, возможно, подарит новый шанс на счастье.
Мой муж целует другую женщину в нашей постели.
Я стою в дверях собственной спальни и не чувствую ни боли, ни ярости. Только холод.
— Кира… — Вадим произносит моё имя так, будто пробует незнакомое слово. Будто вспоминает, что оно значит.
Девчонка поворачивается. Она оценивает меня быстро, цепко, снизу вверх. Она не вскакивает. Не прячется.
Она улыбается.
— А вы, наверное, жена, — говорит она. И в её голосе ни капли страха.
Я улыбаюсь в ответ. Медленно, спокойно, одними уголками губ. Той самой улыбкой, от которой мужчины теряют бдительность, а женщины сон.
***
Я могла уйти. Хлопнуть дверью, поплакать в подушку и начать новую жизнь. Но мне нужно, чтобы они потеряли свою. И я сыграю свой королевский гамбит.
Я стою в дверях собственной спальни и не чувствую ни боли, ни ярости. Только холод.
— Кира… — Вадим произносит моё имя так, будто пробует незнакомое слово. Будто вспоминает, что оно значит.
Девчонка поворачивается. Она оценивает меня быстро, цепко, снизу вверх. Она не вскакивает. Не прячется.
Она улыбается.
— А вы, наверное, жена, — говорит она. И в её голосе ни капли страха.
Я улыбаюсь в ответ. Медленно, спокойно, одними уголками губ. Той самой улыбкой, от которой мужчины теряют бдительность, а женщины сон.
***
Я могла уйти. Хлопнуть дверью, поплакать в подушку и начать новую жизнь. Но мне нужно, чтобы они потеряли свою. И я сыграю свой королевский гамбит.
Я думаю, как расскажу ей, что в клинике всё перепутали и я настоящий отец её детей.
И вот в трубке идут гудки, я откашливаюсь, барабаня пальцами по рулю.
И слушаю… слушаю…
И уже собираюсь отключиться, когда наконец раздается женский голос.
— Алло...
Она отвечает так тихо, словно очень устала.
— Таисия?
— Да...
— Меня зовут...
Договорить я не успеваю. Где-то совсем рядом с ней раздается отчаянный детский крик.
— Мама!
Потом второй. Нет… это не игра… и не детская истерика. Голос у ребёнка испуганный. Он будто захлёбывается слезами.
— Мамочка!
Следом слышится какой-то грохот. Женщина резко начинает говорить уже совсем другим голосом, обращаясь к детям.
— Не отходите от меня! Оба ко мне! Быстро!
Потом она вдруг вспоминает про телефон.
— Господи... Кто бы вы ни были... — Голос дрожит. — Если можете... Помогите нам...
И вот в трубке идут гудки, я откашливаюсь, барабаня пальцами по рулю.
И слушаю… слушаю…
И уже собираюсь отключиться, когда наконец раздается женский голос.
— Алло...
Она отвечает так тихо, словно очень устала.
— Таисия?
— Да...
— Меня зовут...
Договорить я не успеваю. Где-то совсем рядом с ней раздается отчаянный детский крик.
— Мама!
Потом второй. Нет… это не игра… и не детская истерика. Голос у ребёнка испуганный. Он будто захлёбывается слезами.
— Мамочка!
Следом слышится какой-то грохот. Женщина резко начинает говорить уже совсем другим голосом, обращаясь к детям.
— Не отходите от меня! Оба ко мне! Быстро!
Потом она вдруг вспоминает про телефон.
— Господи... Кто бы вы ни были... — Голос дрожит. — Если можете... Помогите нам...
– Твой жених всё время изменял тебе! У него другая женщина. Генеральская дочь, она родила ему сына! – произносит моя подруга и смеётся.
– Ч-что? – переспрашиваю шёпотом.
– А то, что твой Саша – мой любовник! Мы спим уже полгода, а ты ни разу ничего не заподозрила!
– Врёшь, – цежу сквозь зубы.
– Не вру! Я родила Саше сына, и каждый раз, когда он говорил тебе, что едет в командировку – он приезжал ко мне! Если не веришь… У Донцова есть шрам на левом плече, и родимое пятно в виде месяца в паху, – сыплет подробностями, которые знаю лишь я!
Господи, я не верю, что мой любимый полковник оказался изменщиком!
Низ живота внезапно простреливает адская боль, и я сворачиваюсь пополам.
– Надо же, как быстро подействовало, – улыбается мерзавка. – В твоём напитке был сильный яд. Ты гарантированно потеряешь ребёнка. Если повезет, то и сама помрёшь!
Ещё вчера я была счастлива – свадьба на носу и беременность. Сейчас же мой мир разрушен. Жених предал. Я и мой малыш можем погибнуть…
– Ч-что? – переспрашиваю шёпотом.
– А то, что твой Саша – мой любовник! Мы спим уже полгода, а ты ни разу ничего не заподозрила!
– Врёшь, – цежу сквозь зубы.
– Не вру! Я родила Саше сына, и каждый раз, когда он говорил тебе, что едет в командировку – он приезжал ко мне! Если не веришь… У Донцова есть шрам на левом плече, и родимое пятно в виде месяца в паху, – сыплет подробностями, которые знаю лишь я!
Господи, я не верю, что мой любимый полковник оказался изменщиком!
Низ живота внезапно простреливает адская боль, и я сворачиваюсь пополам.
– Надо же, как быстро подействовало, – улыбается мерзавка. – В твоём напитке был сильный яд. Ты гарантированно потеряешь ребёнка. Если повезет, то и сама помрёшь!
Ещё вчера я была счастлива – свадьба на носу и беременность. Сейчас же мой мир разрушен. Жених предал. Я и мой малыш можем погибнуть…
— Как с ней, мне ни с кем так хорошо не было в постели… — муж посмотрел на меня сверху вниз.
— И тебе плевать на пятнадцать лет нашего брака? — осколки вазы резали ладони.
— Просто я понял, что столько лет тебе изменял и изменяю… Поэтому хочу развода… — безразлично бросил муж и вышел из-за стола.
Развод был быстрым.
Я ничего не просила и не требовала. Только сына забрала.
Но через десять лет нам с бывшим все же пришлось встретиться на свадьбе сына.
— Смотрю брак у тебя новый, и как он? — нахально обнял меня за талию бывший, стреляя глазами в сторону моего второго мужа.
— Слава богу, с твоим уходом у меня с мужчинами все проблемы закончились, — едко выдала и ударила бывшего по руке.
— Аааа нет, родная, — усмешка и шепот на ухо. — Брак новый, а проблемы все те же. Ты бы спросила своего муженька про блондиночку, которую он везде с собой таскает…
— И тебе плевать на пятнадцать лет нашего брака? — осколки вазы резали ладони.
— Просто я понял, что столько лет тебе изменял и изменяю… Поэтому хочу развода… — безразлично бросил муж и вышел из-за стола.
Развод был быстрым.
Я ничего не просила и не требовала. Только сына забрала.
Но через десять лет нам с бывшим все же пришлось встретиться на свадьбе сына.
— Смотрю брак у тебя новый, и как он? — нахально обнял меня за талию бывший, стреляя глазами в сторону моего второго мужа.
— Слава богу, с твоим уходом у меня с мужчинами все проблемы закончились, — едко выдала и ударила бывшего по руке.
— Аааа нет, родная, — усмешка и шепот на ухо. — Брак новый, а проблемы все те же. Ты бы спросила своего муженька про блондиночку, которую он везде с собой таскает…
Мою машину, кажется, угоняют.
Только кто? И как он проник на территорию моего коттеджа?
Водительская дверь открыта.
Мотор работает.
Изнутри доносится какая-то возня и восторженное:
— Давай, газ! Газ жми!
— Да жму я! Жму!
И всё это высокими детскими голосами.
Я действую на автомате — подлетаю, отпихиваю двух мальцов, залезших в мою тачку, запрыгиваю на водительское сиденье, давлю ногой на тормоз, глушу двигатель, хватаю за шиворот того, кто сидит за рулём.
— Какого хрена?! — рявкаю я. — Вы кто такие?!
Мелкий водила, которого я только что стащил с сиденья, даже не плачет. Он поправляет футболку, смотрит на меня с такой наглостью, что у меня челюсть сводит.
— А вы чего руки распускаете? — заявляет он. — Не фиг было ключи в машине оставлять.
— Я сейчас поговорю с вашим папой…
— А у нас только мама. И она очень красивая.
И моя бывшая… как выяснилось
А дети-то тогда чьи?
Только кто? И как он проник на территорию моего коттеджа?
Водительская дверь открыта.
Мотор работает.
Изнутри доносится какая-то возня и восторженное:
— Давай, газ! Газ жми!
— Да жму я! Жму!
И всё это высокими детскими голосами.
Я действую на автомате — подлетаю, отпихиваю двух мальцов, залезших в мою тачку, запрыгиваю на водительское сиденье, давлю ногой на тормоз, глушу двигатель, хватаю за шиворот того, кто сидит за рулём.
— Какого хрена?! — рявкаю я. — Вы кто такие?!
Мелкий водила, которого я только что стащил с сиденья, даже не плачет. Он поправляет футболку, смотрит на меня с такой наглостью, что у меня челюсть сводит.
— А вы чего руки распускаете? — заявляет он. — Не фиг было ключи в машине оставлять.
— Я сейчас поговорю с вашим папой…
— А у нас только мама. И она очень красивая.
И моя бывшая… как выяснилось
А дети-то тогда чьи?
Выберите полку для книги