Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «skachat-fb2»
— Кто ты, прекрасная незнакомка?
— Правду хотите знать?
— О да… Очень хочу!
— Я - старая дева, врач, которая всю жизнь лечит чужие сопли и сердца, а свое разбить так и не решилась.
— Ты никогда не была замужем, ангел?
— Никогда!
И тут он – мужчина мечты! Высокий, сильный, плечистый, с выправкой, как будто только что со службы. У нас была одна ночь, а после наши судьбы разошлись. Плюс ко всему, меня уволили. Я оказалась в Проделкино – наказание за честность и неподкупность.
Мы с ним снова встретились. Он смотрит на меня, я на него, взгляд чуть ниже…
— О, да, герой, у меня для тебя новости!
— Правду хотите знать?
— О да… Очень хочу!
— Я - старая дева, врач, которая всю жизнь лечит чужие сопли и сердца, а свое разбить так и не решилась.
— Ты никогда не была замужем, ангел?
— Никогда!
И тут он – мужчина мечты! Высокий, сильный, плечистый, с выправкой, как будто только что со службы. У нас была одна ночь, а после наши судьбы разошлись. Плюс ко всему, меня уволили. Я оказалась в Проделкино – наказание за честность и неподкупность.
Мы с ним снова встретились. Он смотрит на меня, я на него, взгляд чуть ниже…
— О, да, герой, у меня для тебя новости!
— Я ухожу, — говорит Николай.
— Куда уходишь? — переспрашиваю я. Слова рассыпаются во рту, как мел.
— От тебя. Совсем. Я так больше не могу, Таня.
— Почему? — спрашиваю я. Голос чужой. Тонкий и хрупкий, будто не мой.
— Я не могу объяснить, Тань. Не сейчас. Просто... так будет лучше. Для нас обоих.
— Для нас обоих? — повторяю медленно. — Или для тебя?
— Часть своих вещей я уже забрал, пока ты была на работе. Ключи оставлю на тумбочке.
Он проходит мимо. Я слышу, как он снимает куртку с вешалки. Как щёлкает замок.
Как закрывается дверь.
Тихо. Аккуратно. Без хлопка.
Я сижу на кухне одна. И только сейчас я понимаю: он не ответил. Ни на один мой вопрос. Ни «почему». Ни «что случилось».
***
Мой муж не просто ушел от меня, от детей. Он не только ушел из нашей жизни, он буквально исчез из города. Я думала, что хуже уже и быть не может, но один звонок в дверь перевернул мою жизнь ещё раз...
— Куда уходишь? — переспрашиваю я. Слова рассыпаются во рту, как мел.
— От тебя. Совсем. Я так больше не могу, Таня.
— Почему? — спрашиваю я. Голос чужой. Тонкий и хрупкий, будто не мой.
— Я не могу объяснить, Тань. Не сейчас. Просто... так будет лучше. Для нас обоих.
— Для нас обоих? — повторяю медленно. — Или для тебя?
— Часть своих вещей я уже забрал, пока ты была на работе. Ключи оставлю на тумбочке.
Он проходит мимо. Я слышу, как он снимает куртку с вешалки. Как щёлкает замок.
Как закрывается дверь.
Тихо. Аккуратно. Без хлопка.
Я сижу на кухне одна. И только сейчас я понимаю: он не ответил. Ни на один мой вопрос. Ни «почему». Ни «что случилось».
***
Мой муж не просто ушел от меня, от детей. Он не только ушел из нашей жизни, он буквально исчез из города. Я думала, что хуже уже и быть не может, но один звонок в дверь перевернул мою жизнь ещё раз...
Две полоски. Одна ночь. Пять лет лжи.
ОДНОТОМНИК Мирослава думала, что Дамир Арденский вычеркнул ее из жизни. Она растила сына одна, пока он жил в другом мире — с деньгами, властью и другой женщиной. Но когда она переступает порог его дома, тайна рушится.
Он узнает о сыне. Он требует правды. И не отступит.
Война за ребенка, за прошлое и за будущее только началась. И каждый удар может стать последним.
ОДНОТОМНИК Мирослава думала, что Дамир Арденский вычеркнул ее из жизни. Она растила сына одна, пока он жил в другом мире — с деньгами, властью и другой женщиной. Но когда она переступает порог его дома, тайна рушится.
Он узнает о сыне. Он требует правды. И не отступит.
Война за ребенка, за прошлое и за будущее только началась. И каждый удар может стать последним.
— Вадим, помоги! У меня нога сломана, я не могу встать! — я задыхалась в густом, едком дыму, протягивая руки к мужу.
— Ты же сильная, Лена, ты выберешься! — рявкнул Вадим, даже не взглянув на меня. — А Алине еще ребеночка растить! Я должен спасти ее!
Он вырвал свою руку из моих пальцев и бросился к выходу, бережно неся на руках мою родную сестру.
Мой муж. Человек, которому я отдала шесть лет жизни, оставил меня сгорать заживо. Ради той, кого я считала самым близким человеком.
Они думали, что я сгорела. Думали, что перепишут на себя бизнес моего отца, заберут деньги и будут праздновать победу на моих костях.
Но они не учли одного.
В операционную, где мое сердце едва билось, вошел хирург, пропавший семь лет назад. Мой бывший муж, сбежавший без объяснений.
— Ты выживешь, Лена, — прошептал Сергей, сжимая мою слабую ладонь, пока его глаза темнели от ярости.
— Ты же сильная, Лена, ты выберешься! — рявкнул Вадим, даже не взглянув на меня. — А Алине еще ребеночка растить! Я должен спасти ее!
Он вырвал свою руку из моих пальцев и бросился к выходу, бережно неся на руках мою родную сестру.
Мой муж. Человек, которому я отдала шесть лет жизни, оставил меня сгорать заживо. Ради той, кого я считала самым близким человеком.
Они думали, что я сгорела. Думали, что перепишут на себя бизнес моего отца, заберут деньги и будут праздновать победу на моих костях.
Но они не учли одного.
В операционную, где мое сердце едва билось, вошел хирург, пропавший семь лет назад. Мой бывший муж, сбежавший без объяснений.
— Ты выживешь, Лена, — прошептал Сергей, сжимая мою слабую ладонь, пока его глаза темнели от ярости.
Сорок семь сотрудников хотят его увольнения. Моя работа — решить, правы ли они.
Марк Ветлин — генеральный директор, мой новый начальник и человек, которого я ставлю первым в списке управленческих рисков.
Он не пытается остановить проверку. Наоборот: дает мне тридцать дней, полный доступ к компании и обещает сам вынести вопрос о своем увольнении на голосование, если я докажу, что главная проблема — он.
Я ожидала увидеть самоуверенного тирана. Вместо этого нахожу компанию, где чужие слова меняются по дороге, решения доходят до сотрудников в другой версии, а слишком многим нужен один удобный виновник.
Теперь мне предстоит понять, кого действительно нужно убрать из компании.
И почему мужчина, которого я обязана оценивать беспристрастно, с каждым днем становится для меня все менее беспристрастной темой.
Марк Ветлин — генеральный директор, мой новый начальник и человек, которого я ставлю первым в списке управленческих рисков.
Он не пытается остановить проверку. Наоборот: дает мне тридцать дней, полный доступ к компании и обещает сам вынести вопрос о своем увольнении на голосование, если я докажу, что главная проблема — он.
Я ожидала увидеть самоуверенного тирана. Вместо этого нахожу компанию, где чужие слова меняются по дороге, решения доходят до сотрудников в другой версии, а слишком многим нужен один удобный виновник.
Теперь мне предстоит понять, кого действительно нужно убрать из компании.
И почему мужчина, которого я обязана оценивать беспристрастно, с каждым днем становится для меня все менее беспристрастной темой.
Арина?!
Нет, этого не может быть! Я просто вспоминал её, вот моё воображение и рисует картины маслом. Это просто похожая девушка.
Ее спутника со своего места я видел хорошо. Представительный такой, не молодой, видно, что состоятельный. Вот девушка опять повернулась в мою сторону. Она удивительно похожа на Арину, только совершенно другие манеры, жесты.
И тут девушка встала. Сейчас она пройдёт почти рядом со мной. Стройная, в красивом облегающем красном платье, на шее ожерелье и… Маленькая родинка на плече.
Это Арина! Она шла, как королева. Как снежная королева! Красивая и недоступная. У меня в душе всё перевернулось! Я смотрел ей вслед и понимал, почему я никак не могу найти себе девушку, почему у меня до сих пор нет серьёзных отношений. Видимо, где-то внутри, я сравнивал их всех с ней. С той моей самой первой и до сих пор единственной любовью в жизни.
Нет, этого не может быть! Я просто вспоминал её, вот моё воображение и рисует картины маслом. Это просто похожая девушка.
Ее спутника со своего места я видел хорошо. Представительный такой, не молодой, видно, что состоятельный. Вот девушка опять повернулась в мою сторону. Она удивительно похожа на Арину, только совершенно другие манеры, жесты.
И тут девушка встала. Сейчас она пройдёт почти рядом со мной. Стройная, в красивом облегающем красном платье, на шее ожерелье и… Маленькая родинка на плече.
Это Арина! Она шла, как королева. Как снежная королева! Красивая и недоступная. У меня в душе всё перевернулось! Я смотрел ей вслед и понимал, почему я никак не могу найти себе девушку, почему у меня до сих пор нет серьёзных отношений. Видимо, где-то внутри, я сравнивал их всех с ней. С той моей самой первой и до сих пор единственной любовью в жизни.
— Оля! – Сестра бросается мне в объятия, продолжая реветь с еще большей силой.
— Что стряслось?
— Егор! – Аня подскакивает и падает обратно ко мне в руки. – Он бросил меня.
— И черт с ним! Мы ведь знаем, что они все козлы!
— Я беременна от него! Понимаешь?! – Аня бессильно опускает руки, освобождая меня.
— Боже мой, Аня...
***
Учебный день в разгаре, скоро перерыв на обед. Где-то на столе начинает вибрировать телефон.
— Да?
— Ольга? – незнакомый голос вводит меня в ступор.
— Да. Кто вы?
— Ваша сестра скончалась…
— Это шутка?!
— Это не шутка. Анну госпитализировали с кровотечением. Она умерла на операционном столе. Двадцать минут назад. Мне очень жаль сообщать вам такую новость. Ольга, вы слышите меня?
— Да… — Все плывет перед глазами как в тумане. Я не могу это принять и понять. Что значит умерла?
— Ольга, ребенок жив. Мальчик в плохом состоянии. Сильно недоношен, но шансы есть. Вы готовы его взять под свою опеку?
— Да. – четкий ответ без раздумий...
— Что стряслось?
— Егор! – Аня подскакивает и падает обратно ко мне в руки. – Он бросил меня.
— И черт с ним! Мы ведь знаем, что они все козлы!
— Я беременна от него! Понимаешь?! – Аня бессильно опускает руки, освобождая меня.
— Боже мой, Аня...
***
Учебный день в разгаре, скоро перерыв на обед. Где-то на столе начинает вибрировать телефон.
— Да?
— Ольга? – незнакомый голос вводит меня в ступор.
— Да. Кто вы?
— Ваша сестра скончалась…
— Это шутка?!
— Это не шутка. Анну госпитализировали с кровотечением. Она умерла на операционном столе. Двадцать минут назад. Мне очень жаль сообщать вам такую новость. Ольга, вы слышите меня?
— Да… — Все плывет перед глазами как в тумане. Я не могу это принять и понять. Что значит умерла?
— Ольга, ребенок жив. Мальчик в плохом состоянии. Сильно недоношен, но шансы есть. Вы готовы его взять под свою опеку?
— Да. – четкий ответ без раздумий...
— Простите, а никто случайно не хочет на мне жениться? — громко спрашиваю я в ЗАГСе.
Меня ждал договорной брак, чтобы объединить капиталы двух семей, но жених сбежал с моей младшей сестрой. И теперь родители заставляют меня выйти замуж за его отца, а я не хочу! Он же старый!
Лучше уж стать женой первого встречного.
Ну и что, что это какой-то странный бородатый мужик, похожий на лесоруба. Это же формальность.
Но оказывается, моего случайного мужа вовсе не устраивает, что наш брак будет фиктивным.
Меня ждал договорной брак, чтобы объединить капиталы двух семей, но жених сбежал с моей младшей сестрой. И теперь родители заставляют меня выйти замуж за его отца, а я не хочу! Он же старый!
Лучше уж стать женой первого встречного.
Ну и что, что это какой-то странный бородатый мужик, похожий на лесоруба. Это же формальность.
Но оказывается, моего случайного мужа вовсе не устраивает, что наш брак будет фиктивным.
— Я сказал ему: хочешь, чтобы я молчал — отправляй ко мне свою жену. Пусть она ляжет под меня так же, как моя жена ложилась под тебя. И он даже не спорил.
Слова Умара режут, словно острое лезвие, лишая меня воздуха. Стою напротив бывшего друга своего мужа и не могу поверить, что меня продали. Без права голоса. Без согласия.
— Ты ведь не думала, что он просто отправил тебя поговорить? — насмешливо спрашивает Умар, подходя ближе.
Нет. Я не думала. Я даже представить не могла, что стану платой за чужие грехи. Что моя честь будет спасать честь мужчины, который первым меня предал.
Слова Умара режут, словно острое лезвие, лишая меня воздуха. Стою напротив бывшего друга своего мужа и не могу поверить, что меня продали. Без права голоса. Без согласия.
— Ты ведь не думала, что он просто отправил тебя поговорить? — насмешливо спрашивает Умар, подходя ближе.
Нет. Я не думала. Я даже представить не могла, что стану платой за чужие грехи. Что моя честь будет спасать честь мужчины, который первым меня предал.
— Одумалась? — бывший муж, как всегда, смотрит на меня с превосходством.
А меня трясёт. Три месяца прошло, но до меня уже дошли слухи, что он взял другую жену.
— Я милостив. Ты возвращаешься, — говорит он, изображая безразличие и вселенское великодушие.
— Куда возвращаюсь? — сглатываю больной ком.
— В мою семью. Или ты не соскучилась по детям? — бьёт по больному он.
У нас три сына, младшему всего два года. И не надо объяснять, КАК я по ним соскучилась.
Муж с позором выгнал меня, не разобравшись в ситуации и обвинив в измене.
А сейчас заявляет, что милостив?
— Что ты хочешь, Дамир? Я не люблю тебя больше!
Как бы я ни хотела, последнее — ложь.
— Нет слова «люблю», есть слово «должна». Хочешь увидеть сыновей, поедешь со мной, Мадина…
А меня трясёт. Три месяца прошло, но до меня уже дошли слухи, что он взял другую жену.
— Я милостив. Ты возвращаешься, — говорит он, изображая безразличие и вселенское великодушие.
— Куда возвращаюсь? — сглатываю больной ком.
— В мою семью. Или ты не соскучилась по детям? — бьёт по больному он.
У нас три сына, младшему всего два года. И не надо объяснять, КАК я по ним соскучилась.
Муж с позором выгнал меня, не разобравшись в ситуации и обвинив в измене.
А сейчас заявляет, что милостив?
— Что ты хочешь, Дамир? Я не люблю тебя больше!
Как бы я ни хотела, последнее — ложь.
— Нет слова «люблю», есть слово «должна». Хочешь увидеть сыновей, поедешь со мной, Мадина…
Выберите полку для книги