Книги в жанре «Современная проза» по тегу «luchshee»

Я сбегаю на дачу приятельницы, чтобы пережить предательство и болезненный развод. Там я начинаю писать откровенный, горячий роман, в котором позволяю себе всё, чего никогда не смела просить у мужчин.
Но мое уединение нарушает сын хозяйки дачи. Парень, которому, кажется, совсемя недавно я помогала с экзаменом, превратился в наглого, опасного хищника. Он смотрит на меня, как на добычу. Снисходительно, дерзко, голодно.
Он чинит мой ноутбук. И всё рушится.
Теперь каждый его жест — отражение моих фантазий. Каждое случайное прикосновение — сцена из моей книги. Я пытаюсь убедить себя, что это совпадение, но, когда он шепчет мне на ухо слова, которые я написала прошлой ночью, я перестаю дышать.
Он знает всё. И не собирается останавливаться. А главное — я не хочу, чтобы он останавливался.

Группа «Сектор Газа» названа в честь индустриальной части Левобережного района Воронежа, где жил ее основатель Юрий Хой. Именно здесь обитает Катя – абсолютно лысая, дерзкая девчонка, не бреющая подмышки в знак протеста против гламура. Она любит крепкое матерное словцо и не менее крепкие алкогольные настойки собственного изготовления. Катя гоняет на допотопной «девятке» и монструозной «Яве» по имени «Вальпургий» и считает песни «Сектора Газа» единственной священной истиной в эпоху нейросетей.

Перед вами романоподобный продукт текст, который притворяется романом благодаря объему и неистребимому присутствию мадемуазели Греты. Это истории о девушке, которая упрямо ищет принца на белом коне, а ее впечатлительность и некоторая истеричность превращают любую бытовую чепуху в катастрофу или триумф. В мире Греты все становится поводом для драмы, особенно поведение ее кошки. Книга для тех, кто ценит ироничные детали и готов влюбиться в героиню, живущую на грани анекдота и высокой лирики.

Виктория пережила прилюдное унижение и предательство мужа. На свой день рождения ей сделали подарок. Ролик, который показали всем собравшимся гостям, а на нем муж и его любовница предаются любовным утехам. Конечно же, она подала на развод. Прощать предателя она не собиралась, вот только даже спустя год сердце до сих пор любит предателя.
Так как ей поступить? Начать отношения с хорошим парнем Николаем? Или дать второй шанс предателю?

Семь связанных историй. Женская консультация, роддом, родительский чат, женский ретрит, квартира, где четыре поколения учатся терпеть, и сорок дней после родов. Каждую героиню любят, лечат, воспитывают, спасают — и каждый раз кто-то знает лучше, что ей делать с собственным телом и жизнью.

Вера Егорова в первой части почти незаметна: тихая роженица, «без особенностей». Во второй она остаётся с младенцем, бессонницей, заботливой свекровью и тетрадью старых обрядов, которые почему-то работают. Чем спокойнее становится дом, тем труднее понять, кто теперь принимает решения — и чей голос в нём звучит.

Ася - талантливая художница, чья жизнь казалась идеальной: успешная карьера, любимая мастерская с «северным окном» и пять лет отношений с Максимом, владельцем престижной галереи. Но однажды утром она находит в их квартире чужие туфли и понимает: её мир рухнул.
Вместо скандалов и слез Ася выбирает холодную стратегию выживания. Она забирает кофемашину, кошку и свои незавершенные холсты, оставляя Максима наедине с его объяснениями. Однако контракт с галереей привязывает её к бывшему возлюбленному на три месяца. Три месяца работы под одной крышей, где каждый взгляд — это вызов, а каждое слово может стать оружием.
По мере создания новой серии абстрактных полотен Ася обнаруживает, что её искусство стало исповедью. Охристый цвет, пробивающийся сквозь серые слои краски, рассказывает историю боли, предательства и странного, мучительного притяжения. Максим не пытается оправдаться — он пытается понять себя и свой «рефлекс уходить», когда становится страшно от счастья.

Рост Александры Сергеевны Пушкиной – всего 90 сантиметров, но ее ментальный масштаб подавляет любого. Народная учительница РФ и абсолютный циник, она ломает стереотипы о школьных уроках. Пушкина видит изнанку великих книг и безжалостно препарирует мотивы героев. А ради финального аккорда она прыгает сквозь эпохи, чтобы лично устроить допрос Омару Хайяму, Лермонтову, Линдгрен, Джеку Лондону, Оруэллу, Мандельштаму, Островскому, Маршаку, Маяковскому, Мольеру, Некрасову, Набокову и другим гениям.

Есть тексты, которые не пересказывают – ими заражаются.

Кажется: ну ИИ. Ну еще одно приложение в телефоне. Найти рецепт, набросать мейл, хмыкнуть – и закрыть. Тоже мне угроза.

И тут начинается стендап – наглый, смешной, слишком живой, чтобы прятаться за словом «технология». Провокатор на сцене берет эту модную игрушку, эту удобную кнопку с человеческим голосом – и разворачивает ребром. Глянцевый помощник вдруг отбрасывает тень.

Вчера над ним смеялись. Сегодня он подсказывает. Завтра без него уже никак. Так из мелкой пользы вырастает настоящая власть – не силой, а сервисом и удобством: вот ответ, вот решение, вот мир без острых углов. Устраивайтесь поудобней.

Дерзость обжигает. Ирония бьет наотмашь. Факты летят как битое стекло. Шоу резко взмывает выше – к завтрашнему миру, где правила игры уже исподволь диктует ИИ.

Пред вами злой и умный аттракцион – сарказм, огонь и холодная ясность. Тот самый нерв истории, за который больно, весело и страшно дернуть.

По ту сторону леса. Повесть о взрослении сторожевого волкодава по кличке Пушок. О его противостоянии с "лесными жителями".

Осень 2026 года. Старый дом Павла Лапшина в Вартемягах попадает в полосу изъятия для новой обходной дороги. Решение законно, компенсация назначена, а трасса действительно должна избавить людей от опасного грузового потока. Но Павел не умеет отдать место, в котором прожил жизнь, особенно когда узнаёт, что один из тех, кто выбрал маршрут, - его собственный сын. Пока улица пустеет, дом начинает возвращать голоса разговоров, которые семья когда-то не закончила.