Книги в жанре «Современная проза» по тегу «predatelstvo»
— Тая, нам надо поговорить, — сказал муж, пока я стягивала окровавленные перчатки после операции у ротвейлера.
Я подняла на него глаза и замерла.
— Говори.
Он отвёл взгляд, а потом добил спокойно:
— У меня другая женщина.
Я только что спасла чужую собаку, а свой брак в тот вечер спасти уже не смогла. Я — ветеринар, привыкла зашивать раны, вытаскивать с того света и держать себя в руках. Но к тому, что муж не просто изменит, а приведёт в мой дом любовницу и полезет в мою клинику, я готова не была. Он решил, что раздавит меня деньгами, связями. Только он ошибся. Я не отступлю. И очень скоро ему придётся узнать, как больно бывает, когда добычей становится не жена, а хищница.
Я подняла на него глаза и замерла.
— Говори.
Он отвёл взгляд, а потом добил спокойно:
— У меня другая женщина.
Я только что спасла чужую собаку, а свой брак в тот вечер спасти уже не смогла. Я — ветеринар, привыкла зашивать раны, вытаскивать с того света и держать себя в руках. Но к тому, что муж не просто изменит, а приведёт в мой дом любовницу и полезет в мою клинику, я готова не была. Он решил, что раздавит меня деньгами, связями. Только он ошибся. Я не отступлю. И очень скоро ему придётся узнать, как больно бывает, когда добычей становится не жена, а хищница.
— С квартирой решу быстро. Главное, чтобы Оля сейчас не дёргалась… — я вслух читаю сообщение с его телефона и поднимаю на него глаза.
Он резко тянется за телефоном.
— Отдай.
Я не двигаюсь.
— «Мать поможет с ребёнком… к родам уже будешь в моей квартире», — продолжаю тихо. — Это ты кому писал?
Он сжимает челюсть, смотрит тяжело.
— У меня есть еще одна семья…
Я — жена майора. Та самая, которая ждала, верила, закрывала долги и молчала, когда он «на службе». А оказалось — у него давно другая семья. И не одна.
Он уверен, что всё разрулит. Квартиру — продаст. Ребёнка — заберёт. Меня — отодвинет.
Только он не учёл одного. Я больше не буду той, которая будет терпеть.
Он резко тянется за телефоном.
— Отдай.
Я не двигаюсь.
— «Мать поможет с ребёнком… к родам уже будешь в моей квартире», — продолжаю тихо. — Это ты кому писал?
Он сжимает челюсть, смотрит тяжело.
— У меня есть еще одна семья…
Я — жена майора. Та самая, которая ждала, верила, закрывала долги и молчала, когда он «на службе». А оказалось — у него давно другая семья. И не одна.
Он уверен, что всё разрулит. Квартиру — продаст. Ребёнка — заберёт. Меня — отодвинет.
Только он не учёл одного. Я больше не буду той, которая будет терпеть.
— Я ребёнка потеряла, — сказала я, держась за край стола. — А теперь узнаю, что у тебя любовница и ты решил украсть мои деньги.
Он отвёл взгляд.
— Ты сейчас не в состоянии всё понять.
Дверь открылась.
Она вошла спокойно, остановилась рядом с ним и посмотрела на меня без стеснения.
— Подпишешь — всем будет проще.
Я не устроила сцену. Просто поняла: меня уже списали. Пока я лежала в больнице, он жил с ней, крутил мои деньги в своих делах и уже делил нашу жизнь без меня.
Он думал, я сломаюсь. А я собираюсь в суд. Подниму всё, что он прятал. И заставлю его ответить — за каждую подпись, за каждую ложь, за всё.
Он отвёл взгляд.
— Ты сейчас не в состоянии всё понять.
Дверь открылась.
Она вошла спокойно, остановилась рядом с ним и посмотрела на меня без стеснения.
— Подпишешь — всем будет проще.
Я не устроила сцену. Просто поняла: меня уже списали. Пока я лежала в больнице, он жил с ней, крутил мои деньги в своих делах и уже делил нашу жизнь без меня.
Он думал, я сломаюсь. А я собираюсь в суд. Подниму всё, что он прятал. И заставлю его ответить — за каждую подпись, за каждую ложь, за всё.
— Ты же понимаешь, что развод мне не нужен.
— А мне нужен.
— Ты никуда не уйдёшь. У тебя дети. Подумай головой.
Он сказал это спокойно. Как приказ.
Генерал. Привык, что его слушаются. Дома — так же. У него всё должно быть под контролем: работа, семья… и любовница.
Он не собирался уходить. Ему было удобно жить на два фронта. Жена — для дома. Другая — для себя.
И он был уверен, что я промолчу. Только я не стала. По его правилам не будет. И я уйду от него красиво.
***
Все герои и события в этом произведении вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, именами или обстоятельствами случайны. Сюжет является фантазией автора.
— А мне нужен.
— Ты никуда не уйдёшь. У тебя дети. Подумай головой.
Он сказал это спокойно. Как приказ.
Генерал. Привык, что его слушаются. Дома — так же. У него всё должно быть под контролем: работа, семья… и любовница.
Он не собирался уходить. Ему было удобно жить на два фронта. Жена — для дома. Другая — для себя.
И он был уверен, что я промолчу. Только я не стала. По его правилам не будет. И я уйду от него красиво.
***
Все герои и события в этом произведении вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, именами или обстоятельствами случайны. Сюжет является фантазией автора.
— Ты серьёзно думаешь, что я вернусь домой после того, как застала тебя с ней?
— Вернёшься, Ника, — холодно отвечает Артём. — Ты моя жена.
— Уже нет. Я подаю на развод.
— Из брака со мной так просто не уходят.
— А изменять мне у тебя просто получилось?
Он молчит. А рядом его любовница улыбается так, будто уже примеряет мою жизнь на себя.
Я снимаю кольцо и кладу его на папку с его грязными договорами.
— Забери. Вместе со своей ложью.
Я думала, что худшее — узнать об измене мужа. Но Артём Горский предал меня глубже: втянул в свои тёмные дела, использовал мою цветочную студию и решил, что я всё стерплю. Он бандит, привыкший владеть всем, что считает своим. Но я выбираю развод. А если он хочет вернуть меня, ему придётся сначала отпустить.
— Вернёшься, Ника, — холодно отвечает Артём. — Ты моя жена.
— Уже нет. Я подаю на развод.
— Из брака со мной так просто не уходят.
— А изменять мне у тебя просто получилось?
Он молчит. А рядом его любовница улыбается так, будто уже примеряет мою жизнь на себя.
Я снимаю кольцо и кладу его на папку с его грязными договорами.
— Забери. Вместе со своей ложью.
Я думала, что худшее — узнать об измене мужа. Но Артём Горский предал меня глубже: втянул в свои тёмные дела, использовал мою цветочную студию и решил, что я всё стерплю. Он бандит, привыкший владеть всем, что считает своим. Но я выбираю развод. А если он хочет вернуть меня, ему придётся сначала отпустить.
Лицо Марка меняется — становится жалким, как у ребёнка.
— Вера, пожалуйста. Я сделаю всё, что скажешь. Уволю Лидию. Больше никаких косяков. Только не дай мне сесть. Прошу.
Громкий звук сирены разрезает воздух. Подъезжает скорая, за ней — полиция. Я слышу шаги, голоса. Люди в форме окружают нас.
— Чья машина. Кто был за рулём? — голос у капитана безразлично бесстрастный. Он видел немало аварий.
Марк выпрямляется. Страх на пьяном лице, сменяет маска возмущённого человека.
— Её машина. Она, — он показывает на меня. — Моя жена, Вера Соболева. За рулём была она.
Подписка и быстрая выкладка в течение дня. ❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЙ ДЕНЬ!
— Вера, пожалуйста. Я сделаю всё, что скажешь. Уволю Лидию. Больше никаких косяков. Только не дай мне сесть. Прошу.
Громкий звук сирены разрезает воздух. Подъезжает скорая, за ней — полиция. Я слышу шаги, голоса. Люди в форме окружают нас.
— Чья машина. Кто был за рулём? — голос у капитана безразлично бесстрастный. Он видел немало аварий.
Марк выпрямляется. Страх на пьяном лице, сменяет маска возмущённого человека.
— Её машина. Она, — он показывает на меня. — Моя жена, Вера Соболева. За рулём была она.
Подписка и быстрая выкладка в течение дня. ❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЙ ДЕНЬ!
— Папа! — маленький мальчик бросается к моему мужу прямо на плацу. — Ты обещал покатать меня на машине!
Я замираю среди гостей праздника части.
— Вадим… — голос срывается. — Это кто?
Муж бледнеет, но быстро берёт себя в руки.
— Кристина, не здесь.
— Отвечай. Кто этот ребёнок?
Беременная женщина из первого ряда вскакивает и тянет мальчика к себе.
— Мирон, иди к маме!
— К маме? — медленно повторяю я и смотрю на округлившийся живот любовницы. — То есть у тебя уже есть сын… и скоро будет ещё один ребёнок?
— Не устраивай сцену, — холодно цедит муж. — Ты жена офицера. Веди себя достойно.
В день части я узнаю, что мой муж-подполковник давно живёт на две семьи. У него есть сын от любовницы, а сама она снова беременна. Но измена оказывается только началом. Вскоре я узнаю, что Вадим не просто предал меня. Он украл у нашей дочери будущее, подделал мою подпись и годами скрывал тайну, из-за которой рухнула не одна жизнь.
Он уверен, что я промолчу ради его карьеры.
Зря.
Я замираю среди гостей праздника части.
— Вадим… — голос срывается. — Это кто?
Муж бледнеет, но быстро берёт себя в руки.
— Кристина, не здесь.
— Отвечай. Кто этот ребёнок?
Беременная женщина из первого ряда вскакивает и тянет мальчика к себе.
— Мирон, иди к маме!
— К маме? — медленно повторяю я и смотрю на округлившийся живот любовницы. — То есть у тебя уже есть сын… и скоро будет ещё один ребёнок?
— Не устраивай сцену, — холодно цедит муж. — Ты жена офицера. Веди себя достойно.
В день части я узнаю, что мой муж-подполковник давно живёт на две семьи. У него есть сын от любовницы, а сама она снова беременна. Но измена оказывается только началом. Вскоре я узнаю, что Вадим не просто предал меня. Он украл у нашей дочери будущее, подделал мою подпись и годами скрывал тайну, из-за которой рухнула не одна жизнь.
Он уверен, что я промолчу ради его карьеры.
Зря.
— Подпиши, Зарина. Без твоего согласия Самиру не примут на лечение.
— Ты отнял их у матери и считаешь это нормальным?
— Я защищал их от женщины, которая продала нашу фамилию.
— Я ничего не продавала, Руслан. Верни мне детей.
— Вернёшься в ущелье — увидишь их завтра. Упрёшься — будешь смотреть на фотографии.
Два месяца назад муж выгнал меня из родового двора, обвинив в предательстве семьи. Он поверил чужим бумагам, но не поверил женщине, с которой прожил девять лет. Дочь и маленький сын остались у него. Я уехала в город без вещей, без имени и без права обнять своих детей.
Теперь Руслан пришёл сам. Говорит, детям нужна мать. Говорит, мне придётся вернуться. Только я возвращаюсь не просить милости. Я возвращаюсь забрать правду, вернуть своё имя и доказать, что мать не вычёркивают из жизни детей одним мужским приказом.
— Ты отнял их у матери и считаешь это нормальным?
— Я защищал их от женщины, которая продала нашу фамилию.
— Я ничего не продавала, Руслан. Верни мне детей.
— Вернёшься в ущелье — увидишь их завтра. Упрёшься — будешь смотреть на фотографии.
Два месяца назад муж выгнал меня из родового двора, обвинив в предательстве семьи. Он поверил чужим бумагам, но не поверил женщине, с которой прожил девять лет. Дочь и маленький сын остались у него. Я уехала в город без вещей, без имени и без права обнять своих детей.
Теперь Руслан пришёл сам. Говорит, детям нужна мать. Говорит, мне придётся вернуться. Только я возвращаюсь не просить милости. Я возвращаюсь забрать правду, вернуть своё имя и доказать, что мать не вычёркивают из жизни детей одним мужским приказом.
— Костик, давай ещё раз. Когда выйдешь на сцену, скажешь: «Спасибо папе и Инге. Она теперь у нас почти мама». Понял?
Я остановилась за стеклянной дверью детского зала и не сразу узнала голос сына. Тихий. Виноватый.
— Но мама у меня есть, — сказал он. — Она просто сегодня на работе.
— Мама всегда на работе, солнышко. А возле папы теперь я.
Инга сказала это мягко. С улыбкой. Так, будто не крала у меня ребёнка, а поправляла ему воротник перед праздником.
Мой муж Роман Белов, главный врач дорогой частной клиники, стоял возле стены и молчал. Он видел меня через стекло. Видел. И всё равно не сказал ни слова.
В тот день я поняла: любовница пришла не только за мужчиной. Она пришла за моим домом, моими детьми, моим местом за семейным столом. Только одно она не учла. Жену можно отодвинуть. Мать — нет.
Я остановилась за стеклянной дверью детского зала и не сразу узнала голос сына. Тихий. Виноватый.
— Но мама у меня есть, — сказал он. — Она просто сегодня на работе.
— Мама всегда на работе, солнышко. А возле папы теперь я.
Инга сказала это мягко. С улыбкой. Так, будто не крала у меня ребёнка, а поправляла ему воротник перед праздником.
Мой муж Роман Белов, главный врач дорогой частной клиники, стоял возле стены и молчал. Он видел меня через стекло. Видел. И всё равно не сказал ни слова.
В тот день я поняла: любовница пришла не только за мужчиной. Она пришла за моим домом, моими детьми, моим местом за семейным столом. Только одно она не учла. Жену можно отодвинуть. Мать — нет.
— Это анализ ДНК, Яна.
— Павел, я только что родила тебе сына.
— Не мне. Он не мой. И домой ты с ним не поедешь.
В день выписки муж бросил меня на крыльце роддома с младенцем на руках и любовницей за плечом. Одна бумага с печатью должна была перечеркнуть всё: наш брак, моего сына, мою жизнь и моё право на правду.
Павел не знал одного: в тот день на крыльце роддома окажется генерал Роман Громов. Мужчина, который не станет спасать красивыми словами. Он просто не позволит им добить женщину, у которой на руках новорождённый ребёнок.
— Павел, я только что родила тебе сына.
— Не мне. Он не мой. И домой ты с ним не поедешь.
В день выписки муж бросил меня на крыльце роддома с младенцем на руках и любовницей за плечом. Одна бумага с печатью должна была перечеркнуть всё: наш брак, моего сына, мою жизнь и моё право на правду.
Павел не знал одного: в тот день на крыльце роддома окажется генерал Роман Громов. Мужчина, который не станет спасать красивыми словами. Он просто не позволит им добить женщину, у которой на руках новорождённый ребёнок.
Подборка романов о предательстве
Выберите полку для книги