Книги в жанре «Современная проза» по тегу «razvod»
- Кирилл, пожалуйста... Это в последний раз, клянусь. Твоя жена ничего не узнает… — её голос звучит глухо, но мне кажется, я слышу его прямо у себя в голове. Я стою у двери подсобки, застыв от неожиданности. Мой муж — Кирилл, и женщина, с которой он мне изменил, не замечают меня.
- Это безумие, Рита, — отвечает Кирилл, его голос тихий, почти шепот, но в нём слышны нотки дрожания. — Мы больше не можем…
Я не могу поверить своим ушам. Мозг отказывается воспринимать услышанное, а сердце готово выпрыгнуть из груди.
Я чувствую, как ноги подкашиваются, но стою, не двигаясь. Это не может быть правдой. Мой муж, которого я всегда считала верным, которого люблю, пойман с поличным с другой женщиной.
❕ВО ИЗБЕЖАНИЕ СПОЙЛЕРОВ КОММЕНТАРИИ ВРЕМЕННО ЗАКРЫТЫ
- Это безумие, Рита, — отвечает Кирилл, его голос тихий, почти шепот, но в нём слышны нотки дрожания. — Мы больше не можем…
Я не могу поверить своим ушам. Мозг отказывается воспринимать услышанное, а сердце готово выпрыгнуть из груди.
Я чувствую, как ноги подкашиваются, но стою, не двигаясь. Это не может быть правдой. Мой муж, которого я всегда считала верным, которого люблю, пойман с поличным с другой женщиной.
❕ВО ИЗБЕЖАНИЕ СПОЙЛЕРОВ КОММЕНТАРИИ ВРЕМЕННО ЗАКРЫТЫ
Племянница и её подруга, совсем юная, с длинными чёрными волосами и слишком яркой помадой, сидят на кровати. Между ними рассыпаны фотографии. Распечатанные, глянцевые, живые…
Успеваю рассмотреть кое-что, пока они не сгребают их в кучу.
Сердце ухает вниз.
— Сколько тебе лет? — слышу собственный голос, словно со стороны. Он, становится плоским, безжизненным, чужим.
Девчонка удивлённо поднимает на меня бровь.
— Двадцать. Вы пришли готовить еду и на мой праздник тоже. Мы родились с Зариной в один день. Это наш первый совместный праздник.
Закрываю глаза.
Двадцать. Моей дочери сейчас тоже двадцать. Я вдруг вспомнила, что видела эту девочку у нас дома. Мой муж взял в жёны подругу собственной дочери?
Успеваю рассмотреть кое-что, пока они не сгребают их в кучу.
Сердце ухает вниз.
— Сколько тебе лет? — слышу собственный голос, словно со стороны. Он, становится плоским, безжизненным, чужим.
Девчонка удивлённо поднимает на меня бровь.
— Двадцать. Вы пришли готовить еду и на мой праздник тоже. Мы родились с Зариной в один день. Это наш первый совместный праздник.
Закрываю глаза.
Двадцать. Моей дочери сейчас тоже двадцать. Я вдруг вспомнила, что видела эту девочку у нас дома. Мой муж взял в жёны подругу собственной дочери?
Он видит меня. На секунду замирает. В его глазах мелькает что-то быстрое, неуловимое. Я не успеваю понять, что это. Удивление? Страх?
Нет. Это досада.
Досада, что я вернулась не вовремя. Завтра утром меня ждал бы другой сюрприз, не настолько шокирующий.
Я стою в бордовом кружеве, в туфлях, с распущенными волосами, и чувствую себя идиоткой на чужом празднике жизни. В декорациях, которые сама создавала десять лет.
— Олег, — голос запрограммированного на вежливость робота. — Что здесь происходит?
Муж молчит. Смотрит на меня, потом на Алину, потом снова на меня. Его челюсть напряжена. Желваки ходят под кожей.
— Полина, — начинает он, — Это не то, что ты думаешь...
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!
Нет. Это досада.
Досада, что я вернулась не вовремя. Завтра утром меня ждал бы другой сюрприз, не настолько шокирующий.
Я стою в бордовом кружеве, в туфлях, с распущенными волосами, и чувствую себя идиоткой на чужом празднике жизни. В декорациях, которые сама создавала десять лет.
— Олег, — голос запрограммированного на вежливость робота. — Что здесь происходит?
Муж молчит. Смотрит на меня, потом на Алину, потом снова на меня. Его челюсть напряжена. Желваки ходят под кожей.
— Полина, — начинает он, — Это не то, что ты думаешь...
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!
День как день — казалось бы, в нём нет ничего примечательного. Очередное уголовное дело, очередная проверка, коих в моей жизни было немало. Направляясь с коллегами на обыск крупного предприятия, я никак не ожидала застать там своего мужа в компании его новой любовницы…
«Вика, что ты тут делаешь?» — эти слова мужа разделили мою жизнь на «до» и «после».
«Вика, что ты тут делаешь?» — эти слова мужа разделили мою жизнь на «до» и «после».
Три года назад я поставила точку в браке с Русланом Градовым.
Я начала жизнь заново, скрыв тайну, которая могла все разрушить.
Но теперь он снова здесь — успешный, уверенный и слишком близкий к моему сыну, который так похож на него.
От нового бизнеса Градова зависит моя работа, а его холодные слова снова ранят, как и тогда.
Я готова бороться за своего сына и за свое сердце, но что, если он уже догадался о моей главной слабости?
Я начала жизнь заново, скрыв тайну, которая могла все разрушить.
Но теперь он снова здесь — успешный, уверенный и слишком близкий к моему сыну, который так похож на него.
От нового бизнеса Градова зависит моя работа, а его холодные слова снова ранят, как и тогда.
Я готова бороться за своего сына и за свое сердце, но что, если он уже догадался о моей главной слабости?
— Я поживу у вас до родов, — сказала она и поставила сумку на мой диван.
— В моём доме?
— Тимур решил, что так будет лучше. Мне нельзя нервничать.
— А мне, значит, можно?
В день нашей годовщины я хотела сказать мужу, что он станет отцом. Но он привёл в наш дом другую женщину. Беременную. Уверенную. Уже почти хозяйку.
Он думал, я промолчу. Его мать думала, я тряпка. А любовница решила, что мне просто некуда идти.
Они все ошиблись.
Я ушла в ту же ночь. Без скандала. Без просьб. С мыслью, о том что Тимур ещё пожалеет.
— В моём доме?
— Тимур решил, что так будет лучше. Мне нельзя нервничать.
— А мне, значит, можно?
В день нашей годовщины я хотела сказать мужу, что он станет отцом. Но он привёл в наш дом другую женщину. Беременную. Уверенную. Уже почти хозяйку.
Он думал, я промолчу. Его мать думала, я тряпка. А любовница решила, что мне просто некуда идти.
Они все ошиблись.
Я ушла в ту же ночь. Без скандала. Без просьб. С мыслью, о том что Тимур ещё пожалеет.
Нет ничего опасней закоренелого холостяка, который с чего-то вдруг решил, что ты – его судьба!
А если с ним заодно и его коварный кот, то сбежать от такой компании просто невозможно.
Даже если только вчера ты ушла от мужа-изменщика…
Даже если ты – разочарована в мужчинах и не готова к новым отношениям….
В истории нас ждет:
- Кот-бандит по кличке Псих ( Можно просто – «Сводник») ❤️
- Брутальный и немного вредный герой ( ругается матом) ❤️
- Героиня после развода ❤️
А если с ним заодно и его коварный кот, то сбежать от такой компании просто невозможно.
Даже если только вчера ты ушла от мужа-изменщика…
Даже если ты – разочарована в мужчинах и не готова к новым отношениям….
В истории нас ждет:
- Кот-бандит по кличке Псих ( Можно просто – «Сводник») ❤️
- Брутальный и немного вредный герой ( ругается матом) ❤️
- Героиня после развода ❤️
– Я люблю тебя! – муж говорит по телефону. – Она лишь замена. Копия. А ты – оригинал.
Слова режут, словно осколки стекла. Я стою, как парализованная, не в силах пошевелиться.
Вася поворачивается, замечает меня в дверях.
– Я все слышала... – выдыхаю с горечью.
– Слышала… – муж обреченно опускается на стул. – Что же, так даже лучше.
– Погоди, то есть, все это правда? Ты действительно собираешь вернуть бывшую жену? А я, то есть, уже не нужна? Твоя дочь выросла, зачем теперь нянька в лице дурочки Любы? – грустно усмехаюсь.
Разворачиваюсь и иду к выходу, не желая больше видеть его лица.
Но мужу мало. Он решил добить меня окончательно.
– Если тебя это утешит, я готов компенсировать материально твои услуги воспитателя для моей дочери.
В 35 я оказалась на обочине жизни. Любимый муж предал, вернулся к бывшей, а его дочка, девочка, которую вырастила с пеленок, теперь ненавидит меня.
Кажется, просвета не будет, но на помощь приходит тот, кого когда-то я считала ошибкой юности...
Слова режут, словно осколки стекла. Я стою, как парализованная, не в силах пошевелиться.
Вася поворачивается, замечает меня в дверях.
– Я все слышала... – выдыхаю с горечью.
– Слышала… – муж обреченно опускается на стул. – Что же, так даже лучше.
– Погоди, то есть, все это правда? Ты действительно собираешь вернуть бывшую жену? А я, то есть, уже не нужна? Твоя дочь выросла, зачем теперь нянька в лице дурочки Любы? – грустно усмехаюсь.
Разворачиваюсь и иду к выходу, не желая больше видеть его лица.
Но мужу мало. Он решил добить меня окончательно.
– Если тебя это утешит, я готов компенсировать материально твои услуги воспитателя для моей дочери.
В 35 я оказалась на обочине жизни. Любимый муж предал, вернулся к бывшей, а его дочка, девочка, которую вырастила с пеленок, теперь ненавидит меня.
Кажется, просвета не будет, но на помощь приходит тот, кого когда-то я считала ошибкой юности...
– У меня есть другая, – бросает муж с порога.
– То есть, ты мне изменяешь? – поражаюсь собственному спокойствию.
– Не совсем так. Дорогая, это просто апгрейд, – вываливает новость, словно мешок картошки. – Понимаешь, Оленька, ты – проверенная временем «классика», а Марина – это такой, знаешь, «айфон» последней модели. Функционал тот же, но интерфейс свежее. Не будь эгоисткой, не лишай меня возможности насладиться прогрессом!
Мир вокруг начинает вращаться, как старая пластинка на поцарапанном виниле.
Классика? Айфон? Интерфейс?
Он сейчас сравнивает меня с… техникой?
Замечательно! Я устрою ему такой прогресс, какой ему и не снился.
Оставлю ни с чем и посмотрю тогда, кому он будет после этого нужен!
– То есть, ты мне изменяешь? – поражаюсь собственному спокойствию.
– Не совсем так. Дорогая, это просто апгрейд, – вываливает новость, словно мешок картошки. – Понимаешь, Оленька, ты – проверенная временем «классика», а Марина – это такой, знаешь, «айфон» последней модели. Функционал тот же, но интерфейс свежее. Не будь эгоисткой, не лишай меня возможности насладиться прогрессом!
Мир вокруг начинает вращаться, как старая пластинка на поцарапанном виниле.
Классика? Айфон? Интерфейс?
Он сейчас сравнивает меня с… техникой?
Замечательно! Я устрою ему такой прогресс, какой ему и не снился.
Оставлю ни с чем и посмотрю тогда, кому он будет после этого нужен!
Десятая годовщина нашей с Димой свадьбы. Ресторан «Панорама». Серо-зелёные глаза блестят от счастья, от праздника, когда точно знаешь: всё правильно.
— Алинка! — Карина машет мне с противоположного конца стола. — Ты потрясающе выглядишь, и в голосе — странный надлом. Как будто это извинение.
— Ты тоже, — улыбаюсь я.
— Дорогие, — Дима поднимает бокал. — Десять лет назад я сделал лучшее в своей жизни. Я женился на прекрасной женщине. — Пауза. Взгляд на меня. — Алина, ты моя опора, моя гордость. За нас.
— За вас! — подхватывают гости.
Я смотрю на Диму и думаю: как же хорошо. Последние годы были трудными — пять лет ожидания ребёнка, но у нас ничего не получалось. А мы держимся.
— Я тоже хочу сказать, — произносит Карина. — За Диму! — говорит она и смотрит прямо на моего мужа. — Почему ты никому не говоришь, что скоро станешь папой? Поздравляю!
Он смотрит на Карину. Он знает, о чём она говорит.
— За нашу дружбу, — говорю я ровным голосом. Никто ничего не понял, кроме нас троих!
— Алинка! — Карина машет мне с противоположного конца стола. — Ты потрясающе выглядишь, и в голосе — странный надлом. Как будто это извинение.
— Ты тоже, — улыбаюсь я.
— Дорогие, — Дима поднимает бокал. — Десять лет назад я сделал лучшее в своей жизни. Я женился на прекрасной женщине. — Пауза. Взгляд на меня. — Алина, ты моя опора, моя гордость. За нас.
— За вас! — подхватывают гости.
Я смотрю на Диму и думаю: как же хорошо. Последние годы были трудными — пять лет ожидания ребёнка, но у нас ничего не получалось. А мы держимся.
— Я тоже хочу сказать, — произносит Карина. — За Диму! — говорит она и смотрит прямо на моего мужа. — Почему ты никому не говоришь, что скоро станешь папой? Поздравляю!
Он смотрит на Карину. Он знает, о чём она говорит.
— За нашу дружбу, — говорю я ровным голосом. Никто ничего не понял, кроме нас троих!
Подборка романов о разводе
Выберите полку для книги