Книги в жанре «Современная проза» по тегу «silnaya-geroinya»
— Давно ты спишь со своей подчинённой?
— Года полтора, - Эдик неопределённо пожимает плечами. – А что?
— Тебе совсем не стыдно? – поражаюсь цинизму мужа.
— С чего это мне должно быть стыдно? Стыдно, Катя, должно быть тебе! Ты раскабанела, обабилась!
— Я никогда не была худой! Ты не видел, на ком женился?
— Я женился на девушке с аппетитными формами, а не на жирухе, помешанной на кексиках. Ты в зеркало давно смотрелась? Поставь себя рядом с Яной и спроси любого мужика, кого из вас двоих он захочет. Поверь, детка, не тебя.
— Года полтора, - Эдик неопределённо пожимает плечами. – А что?
— Тебе совсем не стыдно? – поражаюсь цинизму мужа.
— С чего это мне должно быть стыдно? Стыдно, Катя, должно быть тебе! Ты раскабанела, обабилась!
— Я никогда не была худой! Ты не видел, на ком женился?
— Я женился на девушке с аппетитными формами, а не на жирухе, помешанной на кексиках. Ты в зеркало давно смотрелась? Поставь себя рядом с Яной и спроси любого мужика, кого из вас двоих он захочет. Поверь, детка, не тебя.
— Ты с ней спишь?
— Вера…
— Просто скажи. Я шесть лет мыла твою мать, пока ты гладил чужие бёдра. Я заслужила ответ.
— Я не виноват. Мне стало тяжело. Всё вокруг — болезнь, дом, ты…
— А я? Я стала мебелью? Или просто той, кто не жалуется?
Я ушла. Без истерик. Без шанса на «поговорим потом».
И впервые за много лет спросила себя: а чего хочу я — и почему до сих пор молчала?
— Вера…
— Просто скажи. Я шесть лет мыла твою мать, пока ты гладил чужие бёдра. Я заслужила ответ.
— Я не виноват. Мне стало тяжело. Всё вокруг — болезнь, дом, ты…
— А я? Я стала мебелью? Или просто той, кто не жалуется?
Я ушла. Без истерик. Без шанса на «поговорим потом».
И впервые за много лет спросила себя: а чего хочу я — и почему до сих пор молчала?
— Это вообще что за сообщение у тебя в телефоне? «Пять минут — и я у тебя. Только бы не спалиться»
Он молчит. А у меня в ушах звенит.
Муж и моя младшая сестра. Втайне. За спиной. Месяцами.
Всё, что я строила — рухнуло в один день.
Но я не закричала. Не бросалась с кулаками.
Я сделала хуже — стала той, с кем лучше не играть. И отвечает предателям не словами, а действиями.
Он молчит. А у меня в ушах звенит.
Муж и моя младшая сестра. Втайне. За спиной. Месяцами.
Всё, что я строила — рухнуло в один день.
Но я не закричала. Не бросалась с кулаками.
Я сделала хуже — стала той, с кем лучше не играть. И отвечает предателям не словами, а действиями.
— Это твоя ночнушка?
— Да. А что такого?..
— Она была в стиральной машине. С его рубашками.
— Ань, ты опять накручиваешь. Просто совпало.
Я не накручивала. Я чувствовала.
Потом — отпечаток помады на его воротнике.
Потом — телефон. Переписка. Фото. Видео.
Стена спальни на фоне. Мой плед. Его руки. Её смех.
Сестра. Муж. В моей постели.
Они надеялись, что я закрою глаза. Что проглочу. Что сломаюсь. Они плохо меня знали.
Я не плакала. Я встала — и ударила первой. Сильно. Точно. До крови.
— Да. А что такого?..
— Она была в стиральной машине. С его рубашками.
— Ань, ты опять накручиваешь. Просто совпало.
Я не накручивала. Я чувствовала.
Потом — отпечаток помады на его воротнике.
Потом — телефон. Переписка. Фото. Видео.
Стена спальни на фоне. Мой плед. Его руки. Её смех.
Сестра. Муж. В моей постели.
Они надеялись, что я закрою глаза. Что проглочу. Что сломаюсь. Они плохо меня знали.
Я не плакала. Я встала — и ударила первой. Сильно. Точно. До крови.
— Я не думал, что всё зайдёт так далеко. Да, я специально стал встречаться с тобой. Думал, твоя сестра вернётся, как только узнает. Она разозлилась, но осталась в Париже. И я продолжил игру, — бросил на меня виноватый взгляд. — Потом она вышла замуж, и…
— И ты женился на мне в отместку? — горько закончила я. — Если бы она родила, ты бы и со мной завёл ребёнка — просто чтобы отомстить?
Муж и сестра втянули меня в любовный треугольник и превратили семь лет моей жизни в глупый фарс.
Я думала, жизнь разрушена.
Но брат мужа напомнил: условия счастья обновляются в 30.
— И ты женился на мне в отместку? — горько закончила я. — Если бы она родила, ты бы и со мной завёл ребёнка — просто чтобы отомстить?
Муж и сестра втянули меня в любовный треугольник и превратили семь лет моей жизни в глупый фарс.
Я думала, жизнь разрушена.
Но брат мужа напомнил: условия счастья обновляются в 30.
— Это кольцо для меня?
— Нет. Для Марины. У неё сегодня день рождения.
— Ты же понимаешь, что она работает у тебя благодаря мне?
— Инесса, не усложняй. Мы с тобой всегда знали. У нас — формальный союз.
— Формальный?..
— Ты — всегда была для стабильности. А сейчас я захотел яркости.
Я думала, у нас семья. А это был расчёт.
Я и моя семья помогла ему подняться.
А потом он решил избавиться от меня, как от использованного черновика.
Но есть одна проблема. Я не черновик. Я — огонь, который он сам разжёг.
Теперь пусть ослепнет… или сгорит дотла.
— Нет. Для Марины. У неё сегодня день рождения.
— Ты же понимаешь, что она работает у тебя благодаря мне?
— Инесса, не усложняй. Мы с тобой всегда знали. У нас — формальный союз.
— Формальный?..
— Ты — всегда была для стабильности. А сейчас я захотел яркости.
Я думала, у нас семья. А это был расчёт.
Я и моя семья помогла ему подняться.
А потом он решил избавиться от меня, как от использованного черновика.
Но есть одна проблема. Я не черновик. Я — огонь, который он сам разжёг.
Теперь пусть ослепнет… или сгорит дотла.
– А ну убрал свою колымагу с моего газона!
– Я всегда тут парковался и буду это делать и дальше. Да и ты вообще знаешь, сколько стоит такая машина?? Поуважительнее, милочка!
– Я тебе больше не милочка, мужлан!
Я, Вика Соколова, всегда знала, что переезд дело совсем не простое. Но никак не ожидала, что мне придётся делить свой участок ни с кем иным, как со своим давним заклятым врагом, Артуром Островским!
Чёртов грубиян, подлец, злодей и... и мой бывший!
Но ладно, я девчонка боевая, раз он хочет войны, он её получит! Я ему так отомщу за все его выкрутасы, мало не покажется!
– Я всегда тут парковался и буду это делать и дальше. Да и ты вообще знаешь, сколько стоит такая машина?? Поуважительнее, милочка!
– Я тебе больше не милочка, мужлан!
Я, Вика Соколова, всегда знала, что переезд дело совсем не простое. Но никак не ожидала, что мне придётся делить свой участок ни с кем иным, как со своим давним заклятым врагом, Артуром Островским!
Чёртов грубиян, подлец, злодей и... и мой бывший!
Но ладно, я девчонка боевая, раз он хочет войны, он её получит! Я ему так отомщу за все его выкрутасы, мало не покажется!
— «Ты был чудесен вчера.»
— «Забрала справку.»
— «Я никому не скажу. Но ты должен выбрать.»
Я прочитала эти сообщения рано утром, пока он пил кофе на кухне и целовал меня в висок.
Он не знал, что я уже всё знаю.
Молчал, что его «первая любовь» беременна от него. Что у них будет ребёнок.
Он думал, я буду молчать. Терпеть. Плакать в подушку.
Но я — не из таких.
— «Забрала справку.»
— «Я никому не скажу. Но ты должен выбрать.»
Я прочитала эти сообщения рано утром, пока он пил кофе на кухне и целовал меня в висок.
Он не знал, что я уже всё знаю.
Молчал, что его «первая любовь» беременна от него. Что у них будет ребёнок.
Он думал, я буду молчать. Терпеть. Плакать в подушку.
Но я — не из таких.
– Да, я влюбился! Можешь считать меня козлом, – взрывается муж.
– Саша, а почему ты молчал? Ты… Неужели, я бы не поняла? Зачем столько лжи? – растерянно бормочу я.
– Жалел, Надь. Мне тебя давно просто… жаль… А Лика, она…
– Моложе и краше?
– Она родила мне сына, а ты… Пустышка.
Накануне возвращения мужа из командировки мне сообщают о крушении поезда.
Пока я бегаю по больницам и моргам, оплакивая пропавшего без вести мужа, следствие обнаруживает чудовищную правду — он годами скрывал вторую семью и воспитывал сына на стороне.
Мой путь пересекается с известным в городе адвокатом, а тайная связь моего мужа с любовницей оказывается самым малым из его прегрешений…
– Саша, а почему ты молчал? Ты… Неужели, я бы не поняла? Зачем столько лжи? – растерянно бормочу я.
– Жалел, Надь. Мне тебя давно просто… жаль… А Лика, она…
– Моложе и краше?
– Она родила мне сына, а ты… Пустышка.
Накануне возвращения мужа из командировки мне сообщают о крушении поезда.
Пока я бегаю по больницам и моргам, оплакивая пропавшего без вести мужа, следствие обнаруживает чудовищную правду — он годами скрывал вторую семью и воспитывал сына на стороне.
Мой путь пересекается с известным в городе адвокатом, а тайная связь моего мужа с любовницей оказывается самым малым из его прегрешений…
— Ты хочешь сказать, что Савелий — не твой сын?
— Мой, но я просто не хочу платить аллименты.
— А совесть у тебя есть, Павел?
— Это не про совесть. Это про деньги.
Я молчала долго. Смотрела, как он собирает чемодан, как чужой человек. А потом началось.
Всё, что он пытался провернуть — я раскопала. Всё, что хотел скрыть — вытащила наружу.
Он думал, я прогнусь. А я встала и перешагнула.
Теперь — моя очередь решать, как закончится эта история.
И нет, я не собираюсь уходить тихо.
— Мой, но я просто не хочу платить аллименты.
— А совесть у тебя есть, Павел?
— Это не про совесть. Это про деньги.
Я молчала долго. Смотрела, как он собирает чемодан, как чужой человек. А потом началось.
Всё, что он пытался провернуть — я раскопала. Всё, что хотел скрыть — вытащила наружу.
Он думал, я прогнусь. А я встала и перешагнула.
Теперь — моя очередь решать, как закончится эта история.
И нет, я не собираюсь уходить тихо.
Подборка книг с сильными героинями
Выберите полку для книги