Книги в жанре «New adult» по тегу «ot-nenavisti-do-lyubvi»

— Пусти, — шепчет она.
— А что будет, если нет? — я наклоняюсь ближе, почти касаясь губами её уха. — Позовёшь на помощь? Устроишь сцену? Или…
Я не договариваю. Её вторая рука ложится поверх моей. Не чтобы оттолкнуть. А просто… ложится. Тепло от её ладони проходит по моей коже, заставляя меня замереть.
— Или я просто дам тебе по морде, скажу всем, что Попов бегает за мной, как щеночек, и все в универе будут ржать над тобой до конца семестра, — тихо, но очень чётко говорит она. — Выбор за тобой, Попов, — и взглядом показывает на видеокамеру в библиотеке.
_____________________________________________
Я бросила вызов самому главному виновнику всех споров в универе. Но почему мне кажется, что победителей не будет?

История Макса Зарецкого и Ксюши https://litmarket.ru/books/spor-s-mazhorom-podygray-mne

— Ты же не думала, что я такой наивный, чтобы поверить в твой спектакль?
— Ты… ты совсем спятил? — в шоке я. — Это что вообще такое?
Ведь моя нога не просто прикована наручниками, она прикована не к дивану даже, а к ноге Ярослава! Это что за…
— Ну, раз ты решила поиграть в кошки-мышки, — спокойно так говорит, издевательски. — То играть будем по моим правилам.
Он вернулся, чтобы испортить мне не только восемнадцатилетие, но и всю жизнь. Не на ту напал! Я больше не та неженка, которую он сам же защищал от хулиганов. Нашей дружбе конец.

Пришла смс-ка: «Требуется спутница для публичных мероприятий. Девушка 20-25 лет, умная, образованная, с чувством юмора и стрессоустойчивая. Гонорар обсудим. Резюме на почту...»
Алиса уставилась на экран.
- Это что? Завуалированное предложение на вакансию содержанки со всеми вытекающими? Ты с ума сошла, Кать!
- Да подожди ты… Там в требованиях есть пункт «способность вести интеллектуальную беседу и парировать провокации».
***
- Вы... по вакансии? - спросил он, обратив внимание, наконец, на Алису.
- Возможно. А вы - тот самый менеджер, который будет оценивать мою способность к интеллектуальной беседе? - парировала Алиса, с вызовом подняв подбородок. - Поздравляю. Первый тест на стрессоустойчивость пройден. Ваша рубашка принесла себя в жертву науке.
- Алиса Пирожкова, - едва заметно споткнувшись на фамилии Алисы, продолжил Вронский, - ваше собеседование, считайте, началось.
Если б я тогда могла себе только представить, чем это собеседование для меня обернётся...

– Итак, Вероника Андреевна. Линия «Вишневое наслаждение» запущена? Все ли идет по плану?
– Да, Герман Илларионович. На этой ленте у нас темный шоколад, там молочный, а правее белый. Формовка и упаковка будут закончены сегодня к вечеру.
– Могу попробовать?
– Конечно. – Я отступила, давая ему пройти к конвейеру.
Он взял одну конфетку и положил в рот. Пошевелил губами, смакуя. А потом лицо его внезапно исказилось, будто он проглотил лимон, и он выплюнул шоколад в ведерко, кем-то услужливо подставленное.
По рядам сотрудников прошел испуганный шепоток. А я просто обомлела, потому что не представляла, что могло вызвать у него такую реакцию.
– Что это такое? – вопросил он, злобно таращась на меня.
– Это конфеты из темного шоколада с вишней сорта «Пионер» и с добавлением итальянского ликера «Кампари», – спокойно ответила я.
– Нет, Вероника Андреевна. Это не итальянский ликер. Это какая-то сивуха!

– Он первый начал.
– Она на моем месте сидела!
Егор ставит передо мной стакан.
– Слушайте, а ведь эта энергия взаимного уничтожения – страшная сила. Ее в мирное русло надо. Вы про Хэллоуин-Бал в курсе?
Мы оба молча смотрим на него. Приз – годовая стипендия. Я в шоке от суммы, Лика – от самого факта ее существования.
– Участвовать можно только парами, – продолжает Егор, наслаждаясь моментом. – И знаете, что я предлагаю? Самой ядреной паре нашего универа... сыграть в любовь.

Мы бесим друг друга, но ввязываемся в спор ради звания Король и Королева Бала. Он - чтобы потешить свое эго, а я ради стипендии. Не представляю, во что это выльется...

Для того, чтобы проживать на «халяву», Лиля вынуждена обманывать хозяйку квартиры, при этом разыгрывать с её неприятным и самовлюбленным сыном «любовь-морковь». Парень с холодным оттенком глаз испытывает к девушке взаимность. Правда, ненависть друг к другу перерастает в противоречивые чувства. Парочка с них до жути невыносимая, никто не уступает, ведь у каждого сложный характер. Но сможет ли им помешать подобное или кто-то из них проиграет в противостоянии нрава?

— Что ты на меня так смотришь? По-твоему, я тебя закинул в бассейн? Или, может, я туда зеленки налил?
— Откуда я знаю? Не удивлюсь, если это был ты!
— А то, что я тебя вытащил и спас? Да я и сам в зеленке искупался, зачем бы?
— Твои намерения мне неизвестны. Выйди из душа, я отмоюсь!
— Ну уж нет! Я тоже зеленый. Потрешь спинку? — спросил Кирилл и стянул с себя мокрую футболку, запульнув на пол.
— Пошел ты! — опомнившись, выпалила и отвернулась.

Этот зеленоглазый мажор вывернул мою душу наизнанку одним только своим взглядом. Я повелась на красивую обложку, даже не подумав, что под ней прогнивший до костей бессовестный, озабоченный, да еще и самовлюбленный гад.
Он лучший друг моего парня, и именно из-за него разрушились наши отношения. Я здесь, конечно, тоже виновата, влюбилась как полнейшая идиотка.
А теперь оба мажора учатся в одной со мной академии. И как мне выжить в стенах альма-матер, если оба вознамерились превратить мою жизнь в ад?

Друг моего парня невзлюбил меня с первого взгляда. Я наивно думала, что ну и ладно, обойдусь без его симпатии. Но ситуация в разы усложнилась, когда однажды я осталась ночевать у него дома...
И нет, Гордей не стал ко мне приставать. Будь это так, я бы справилась с этим в разы легче, чем с тем, что он мне устроил!

— Ай… пусти, что ты делаешь, Ник? — шепчет она, но это не крик, а слабое сопротивление, будто даже она не до конца уверена, чего хочет.

Я ловлю её взгляд. Дышим часто.
Несколько секунд — и я уже не различаю, где злость, где притяжение. Сердце грохочет.

— Показываю тебе, что “любовь” — просто слово, — произношу тихо, почти в ухо.

И прежде чем успеваю подумать, мои губы касаются её — резко, упрямо, с вызовом.

А потом моя рука оказывается у неё под юбкой… Чувствую ее смущение, и губы отрываются от моих.

— Что ты творишь?! Пусти! — глаза мечутся, и она пытается найти отступление.

Я сжимаю челюсть, отворачиваюсь. Сердце колотится так, что слышно в висках.
— Иди отсюда, София. Просто вали, — стараюсь говорить жёстко, но голос срывается. — И не смей мне попадаться на пути, иначе я за себя не ручаюсь!

Эти чувства, что я испытываю к своей сводной, меня уничтожают, но я сделаю всё, чтобы начать её ненавидеть…

Встретить в общаге универа своего старого мучителя, от которого ты избавилась только благодаря тому, что тот ВЫПУСТИЛСЯ ИЗ ШКОЛЫ – это конец.
То есть – ты только начала, но уже закончила. Пока-пока.
Есть еще легонькая, крошечная такая надежда, что этот кретин ее не узнал, и Юля цепляется за нее, медленно поднося полотенце к лицу, чтобы хоть как-то прикрыться, но вдруг слышит:
– Оп-па! Это кто тут у нас?
Ну и все.
Приехали.