Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «izmena-i-predatelstvo»
Три года я лечилась от бесплодия, которого у меня не было.
Мой муж, который всё знал, держал меня за руку в коридорах, где пахло спиртом и чужой надеждой, и говорил, что мы справимся.
Правду я нашла не в переписке и не в гостиничном номере. Я нашла её в стопке его анализов, разложенных на полу гостиной, — в бланках, которые отличались друг от друга шрифтом заголовка и высотой печати. В клинике мне сказали: пациент был у нас дважды. Три года назад. А врач, чья подпись стоит на последнем заключении, уволился полтора года назад — после проверки по врачебной этике.
Он сделал вазэктомию тайно. За три с половиной года до того дня, когда я произнесла это вслух в кафе и услышала: «Потому что я никогда не хотел детей. А развестись было невыгодно — у тебя связи и репутация, которые открывали двери, недоступные мне».
Мой муж, который всё знал, держал меня за руку в коридорах, где пахло спиртом и чужой надеждой, и говорил, что мы справимся.
Правду я нашла не в переписке и не в гостиничном номере. Я нашла её в стопке его анализов, разложенных на полу гостиной, — в бланках, которые отличались друг от друга шрифтом заголовка и высотой печати. В клинике мне сказали: пациент был у нас дважды. Три года назад. А врач, чья подпись стоит на последнем заключении, уволился полтора года назад — после проверки по врачебной этике.
Он сделал вазэктомию тайно. За три с половиной года до того дня, когда я произнесла это вслух в кафе и услышала: «Потому что я никогда не хотел детей. А развестись было невыгодно — у тебя связи и репутация, которые открывали двери, недоступные мне».
ЗАВЕРШЕНО!
- Разводиться не будем. Просто хочу пожить с ней некоторое время, попробовать, как это.
Муж говорил так спокойно и рассудительно, словно не признался только что в измене и в том, что, будучи женатым, собрался сожительствовать с другой.
С женщиной, которую любил когда-то. И, видимо, до сих пор не отпустил.
- Ты в своём уме? Я не буду это терпеть. Не буду ждать, когда ты нагуляешься!
- Лана, не дури. Просто пойми… я всю жизнь ее любил. Я должен с ней попытаться. И если мне не понравится, если ничего не выйдет – я вернусь к тебе и будем жить, как раньше.
- Не будем, Денис. Потому что я не запасной аэродром. Не игрушка, которой можно вертеть, как хочется. Бросать, а потом подбирать. Это развод, предатель.
Мы развелись. А спустя время он и впрямь прибежал назад, рассчитывая, что я приму и прощу…
- Разводиться не будем. Просто хочу пожить с ней некоторое время, попробовать, как это.
Муж говорил так спокойно и рассудительно, словно не признался только что в измене и в том, что, будучи женатым, собрался сожительствовать с другой.
С женщиной, которую любил когда-то. И, видимо, до сих пор не отпустил.
- Ты в своём уме? Я не буду это терпеть. Не буду ждать, когда ты нагуляешься!
- Лана, не дури. Просто пойми… я всю жизнь ее любил. Я должен с ней попытаться. И если мне не понравится, если ничего не выйдет – я вернусь к тебе и будем жить, как раньше.
- Не будем, Денис. Потому что я не запасной аэродром. Не игрушка, которой можно вертеть, как хочется. Бросать, а потом подбирать. Это развод, предатель.
Мы развелись. А спустя время он и впрямь прибежал назад, рассчитывая, что я приму и прощу…
– Если будешь так же хорошо "работать", конечно поедешь со мной в головной офис. Мне нужна будет секретарша и хорошенькая девочка рядом – смеётся Витя, а я замираю перед закрытой дверью.
– Вы такой горячий – игриво смеётся она самая, секретарша моего Вити.
То, что Витю пригласят работать в головной офис, мы знали. Только взять с собой он должен был меня, а не стройную, но жутко тупую лань из-за стойки ресепшена.
Я этого так не оставлю.
Оглядываюсь по сторонам в поисках чего-то тяжёлого и глаз сам собой падает на пожарный щиток.
Ну держись «горячий босс», сейчас потушу.
***
Жених решил, что можно за моей спиной иметь трепетную лань, которая весит в два раза меньше меня. Что же, вперед. Только я немного остужу пыл любовничков, ну и займу то место, которое принадлежит мне по праву! Ведь именно я помогала бывшему построить карьеру....
– Вы такой горячий – игриво смеётся она самая, секретарша моего Вити.
То, что Витю пригласят работать в головной офис, мы знали. Только взять с собой он должен был меня, а не стройную, но жутко тупую лань из-за стойки ресепшена.
Я этого так не оставлю.
Оглядываюсь по сторонам в поисках чего-то тяжёлого и глаз сам собой падает на пожарный щиток.
Ну держись «горячий босс», сейчас потушу.
***
Жених решил, что можно за моей спиной иметь трепетную лань, которая весит в два раза меньше меня. Что же, вперед. Только я немного остужу пыл любовничков, ну и займу то место, которое принадлежит мне по праву! Ведь именно я помогала бывшему построить карьеру....
- Анют, хватит уже, что с тобой происходит? Ты всегда была нормальная? Весёлая, заводная… Давай уже, прекращай!
- Что прекращать?
- Вот это всё, унылое… А то сначала сами превращаются в зануд-истеричек, а потом плачутся, что им мужья изменяют.
Я не собиралась плакаться. Нет.
Я собиралась отпустить его спокойно.
- Слав, я завтра соберу вещи и уйду. Подам на развод сама.
- Что? Аня, ты…
- Не надо. Всё нормально, Слав.
- Ань, это несерьёзно.
Да, это несерьёзно. Особенно, когда моего мужа и его любовницу показывают по телевизору, на всю страну. И мои дочери рядом.
А еще несерьёзно то, что мне на это плевать.
Ну почти.
Потому что всё это ерунда, когда у тебя на руках приговор…
- Что прекращать?
- Вот это всё, унылое… А то сначала сами превращаются в зануд-истеричек, а потом плачутся, что им мужья изменяют.
Я не собиралась плакаться. Нет.
Я собиралась отпустить его спокойно.
- Слав, я завтра соберу вещи и уйду. Подам на развод сама.
- Что? Аня, ты…
- Не надо. Всё нормально, Слав.
- Ань, это несерьёзно.
Да, это несерьёзно. Особенно, когда моего мужа и его любовницу показывают по телевизору, на всю страну. И мои дочери рядом.
А еще несерьёзно то, что мне на это плевать.
Ну почти.
Потому что всё это ерунда, когда у тебя на руках приговор…
- Опять сына грудью кормишь? - с пренебрежением бросает муж, глядя на то, как я кормлю трехмесячного сына грудью. – Прикрывай этот молокозавод…
- Назар, он еще совсем кроха, - не знаю зачем напоминаю мужу об этом.
- Сын не мешает тебе выглядеть как человек, - он бросает на кровать визитку. - Вот, сходи к Лиде. Она сделает из тебя человека. И с грудным вскармливанием завязывай. Переходи на смесь. Мне нужна жена, а не новотельная корова.
- Лида… Твоя школьная любовь?
- Да, а заодно фитнес-тренер и мать моего четырехмесячного сына… - слова жестоким ударом прилетают в сердце.
- И твоя будущая новая жена? – не могу промолчать от боли разрывающей душу на куски.
- Отличное предложение. Но тебе советую остаться. Будешь полы нам мыть, а мы детей людьми воспитаем, ведь ты не адекватная мать, опасная для них. Справку я куплю, не волнуйся.
Но волноваться мне было некогда. Муж уехал к ней, а меня запер дома с грудничком и пятилетней дочкой, забрав телефон, чтобы не натворила глупостей.
- Назар, он еще совсем кроха, - не знаю зачем напоминаю мужу об этом.
- Сын не мешает тебе выглядеть как человек, - он бросает на кровать визитку. - Вот, сходи к Лиде. Она сделает из тебя человека. И с грудным вскармливанием завязывай. Переходи на смесь. Мне нужна жена, а не новотельная корова.
- Лида… Твоя школьная любовь?
- Да, а заодно фитнес-тренер и мать моего четырехмесячного сына… - слова жестоким ударом прилетают в сердце.
- И твоя будущая новая жена? – не могу промолчать от боли разрывающей душу на куски.
- Отличное предложение. Но тебе советую остаться. Будешь полы нам мыть, а мы детей людьми воспитаем, ведь ты не адекватная мать, опасная для них. Справку я куплю, не волнуйся.
Но волноваться мне было некогда. Муж уехал к ней, а меня запер дома с грудничком и пятилетней дочкой, забрав телефон, чтобы не натворила глупостей.
ЗАВЕРШЕНО!
- Я тебя не люблю, - сказал вдруг муж.
На нашем празднике, в присутствии кучи гостей.
Из моих рук выпала и разбилась тарелка. На множество осколков, как и сердце.
- Что?.. – переспросила растерянно.
- Разлюбил, - пояснил он устало, но без всякого чувства вины. – Прости, не хочу продолжать этот цирк.
Он обвел рукой стол, над которым я так трудилась – готовила с самой ночи. Кивнул на гостей, что жадно ловили каждое слово, предвкушая скандал.
А потом встал и пошёл на выход.
Следом за ним вскочила дочь моей сестры и, по-хозяйски вцепившись в его локоть, с торжествующим видом мне улыбнулась.
Теперь мне стало ясно, почему вдруг он меня разлюбил.
А он скоро узнает, как ошибся.
- Я тебя не люблю, - сказал вдруг муж.
На нашем празднике, в присутствии кучи гостей.
Из моих рук выпала и разбилась тарелка. На множество осколков, как и сердце.
- Что?.. – переспросила растерянно.
- Разлюбил, - пояснил он устало, но без всякого чувства вины. – Прости, не хочу продолжать этот цирк.
Он обвел рукой стол, над которым я так трудилась – готовила с самой ночи. Кивнул на гостей, что жадно ловили каждое слово, предвкушая скандал.
А потом встал и пошёл на выход.
Следом за ним вскочила дочь моей сестры и, по-хозяйски вцепившись в его локоть, с торжествующим видом мне улыбнулась.
Теперь мне стало ясно, почему вдруг он меня разлюбил.
А он скоро узнает, как ошибся.
— Тата, не верю, что это ты! — незнакомый мужчина, которому я только что помогла, внезапно обнимает меня посреди ресторана.
Я машинально отталкиваю его.
— Кто вы такой? — делаю шаг назад, но он не намерен отпускать.
— Неужели не помнишь? Мы женаты. Ты пропала три года назад…
Я щурюсь и чувствую, как кружится голова. Память бьёт вспышкой: наша счастливая семья, моя беременность,
видео его измены, моя спешка чтобы увидеть все своими глазами, фары навстречу, резкий удар… и темнота.
— Вообще-то это я ее муж, — надежные руки Артема меня защищают от этого незнакомца.
За месяц до свадьбы, я встречаю своего бывшего мужа о котором не помню ничего. А когда память ко мне возвращается я понимаю, что мне нужно бежать, пока он не узнал мою тайну, тайну, что перевернет мою жизнь вновь . Что у него есть дочь… о которой он знать не достоин.
Я машинально отталкиваю его.
— Кто вы такой? — делаю шаг назад, но он не намерен отпускать.
— Неужели не помнишь? Мы женаты. Ты пропала три года назад…
Я щурюсь и чувствую, как кружится голова. Память бьёт вспышкой: наша счастливая семья, моя беременность,
видео его измены, моя спешка чтобы увидеть все своими глазами, фары навстречу, резкий удар… и темнота.
— Вообще-то это я ее муж, — надежные руки Артема меня защищают от этого незнакомца.
За месяц до свадьбы, я встречаю своего бывшего мужа о котором не помню ничего. А когда память ко мне возвращается я понимаю, что мне нужно бежать, пока он не узнал мою тайну, тайну, что перевернет мою жизнь вновь . Что у него есть дочь… о которой он знать не достоин.
– Ты должна быть красивой и улыбаться, а не задавать ненужные вопросы, – взгляд мужа мрачнеет, и у меня душа уходит в пятки.
И все же повторяю:
– Кто эта женщина, Велес?
– Ответ тебе не понравится, – цедит муж, затем разворачивается и идет к ней, той самой незнакомке, которая недавно вешалась на него на глазах у всех, и при мне, его законной беременной жене.
Теперь я понимаю, почему муж не хотел брать меня на корпоратив.
Теперь я понимаю всё…
-
Пять лет идеального брака закончились заурядным разводом.
Я ушла, несмотря на беременность, потому что не могла иначе.
Переехала, вычеркнув предателя из своей жизни. Думала, что навсегда… но через полтора года он нашел меня, используя свои прокурорские связи.
Мы буквально сталкиваемся с ним на улице. Бывший беспардонно подхватывает мою дочку на руки и смотрит на меня сверху-вниз:
– Я устал отгонять от тебя ухажеров. Ты только моя. Так что возвращаешься и начинаешь отрабатывать всё то время, что я был вынужден готовить себе сам.
И все же повторяю:
– Кто эта женщина, Велес?
– Ответ тебе не понравится, – цедит муж, затем разворачивается и идет к ней, той самой незнакомке, которая недавно вешалась на него на глазах у всех, и при мне, его законной беременной жене.
Теперь я понимаю, почему муж не хотел брать меня на корпоратив.
Теперь я понимаю всё…
-
Пять лет идеального брака закончились заурядным разводом.
Я ушла, несмотря на беременность, потому что не могла иначе.
Переехала, вычеркнув предателя из своей жизни. Думала, что навсегда… но через полтора года он нашел меня, используя свои прокурорские связи.
Мы буквально сталкиваемся с ним на улице. Бывший беспардонно подхватывает мою дочку на руки и смотрит на меня сверху-вниз:
– Я устал отгонять от тебя ухажеров. Ты только моя. Так что возвращаешься и начинаешь отрабатывать всё то время, что я был вынужден готовить себе сам.
Я стою под дверью квартиры номер пятнадцать. Из-за старой обшитой дерматином двери доносится смех моей дочери — молодой, до боли знакомый.
— Ваня, ну хватит! Ты меня сейчас уронишь!
— Не уроню. Ты легкая, как перышко.
Я нажимаю звонок. Голос Люды звучит настороженно:
— Кто там?
— Доставка суши, — отвечаю я ровно. — Ваш заказ, квартира пятнадцать. Распишитесь, пожалуйста.
Дверь открывается. На пороге — дочь. На ней короткий шелковый халатик — тот самый, который я подарила ей на восемнадцатилетие, и который теперь кажется мне насмешкой. На шее золотой кулон. Она бледнеет, глаза расширяются.
Из глубины выходит Ваня — ее отчим и мой муж, бледный, на ходу застегивает рубашку. Я обвожу взглядом эту убогую квартиру, скомканную постель, разбитую чашку.
— Мама?.. Ты?.. Как ты здесь?..
Я поднимаю руку. Ладонь звонко впечатывается в щеку. Люда отшатывается назад, хватаясь за дверной косяк, и ее глаза наполняются слезами.
— Как ты могла? Ты же моя дочь!
— Ваня, ну хватит! Ты меня сейчас уронишь!
— Не уроню. Ты легкая, как перышко.
Я нажимаю звонок. Голос Люды звучит настороженно:
— Кто там?
— Доставка суши, — отвечаю я ровно. — Ваш заказ, квартира пятнадцать. Распишитесь, пожалуйста.
Дверь открывается. На пороге — дочь. На ней короткий шелковый халатик — тот самый, который я подарила ей на восемнадцатилетие, и который теперь кажется мне насмешкой. На шее золотой кулон. Она бледнеет, глаза расширяются.
Из глубины выходит Ваня — ее отчим и мой муж, бледный, на ходу застегивает рубашку. Я обвожу взглядом эту убогую квартиру, скомканную постель, разбитую чашку.
— Мама?.. Ты?.. Как ты здесь?..
Я поднимаю руку. Ладонь звонко впечатывается в щеку. Люда отшатывается назад, хватаясь за дверной косяк, и ее глаза наполняются слезами.
— Как ты могла? Ты же моя дочь!
Я листаю ленту в соцсетях уже минут сорок, и глаза начинают уставать от бесконечных букетов. Розы, пионы, тюльпаны, какие-то экзотические цветы, названий которых я даже не знаю. Все сливается в один пёстрый калейдоскоп. Кто бы мог подумать, что выбор цветов для подруги превратится в такую пытку?
Я перехожу в очередную группу флористов. Пролистываю фотографии: стандартные композиции, ничего особенного. Вот монобукет из белых роз, вот корзина с хризантемами, вот...
Сердце пропускает удар.
Я замираю, уставившись в экран телефона. Пальцы сами собой увеличивают фотографию, хотя я уже все прекрасно вижу. Более того – я не могу оторвать взгляд.
На фото стоит знакомый мужчина ....
Он улыбается. В руках у него огромный букет – не меньше сотни роз, красных, шикарных, длинностебельных. Таких, какие дарят в кино.
Это Сергей. Мой муж.
Под фотографией подпись: «Сто роз для самой любимой!»
Для самой любимой … но это не для меня.
Я перехожу в очередную группу флористов. Пролистываю фотографии: стандартные композиции, ничего особенного. Вот монобукет из белых роз, вот корзина с хризантемами, вот...
Сердце пропускает удар.
Я замираю, уставившись в экран телефона. Пальцы сами собой увеличивают фотографию, хотя я уже все прекрасно вижу. Более того – я не могу оторвать взгляд.
На фото стоит знакомый мужчина ....
Он улыбается. В руках у него огромный букет – не меньше сотни роз, красных, шикарных, длинностебельных. Таких, какие дарят в кино.
Это Сергей. Мой муж.
Под фотографией подпись: «Сто роз для самой любимой!»
Для самой любимой … но это не для меня.
Подборка романов об измене и предательстве
Выберите полку для книги