Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «izmena-i-predatelstvo»
‼️СКОРО ФИНАЛ‼️— Не стой столбом, Люд, — муж подталкивает меня плечом. — Лучше покажи дом Алисе. Она будет жить здесь.
— А я, Саш? — ошеломленно выдавливаю из себя. — Что со мной будет?
— А что с тобой может быть? — недоумевает предатель. — Будешь жить, как жила: готовить, стирать, следить за домом. Переедешь в комнату сына, а мы — в спальню. Никто тебя не выгоняет. Да и куда тебе с копеечной зарплатой библиотекаря?
— Ты предлагаешь мне обслуживать тебя и твою пассию?
— А что остается? Кому ты нужна в сорок пять? Когда-то была цветущей розой, а теперь от тебя остались лишь колючки да воспоминания. А мне свежих ромашек хочется.
В свой день рождения я ждала семейного ужина и добрых слов. Вместо этого получила набор половников и молодую любовницу мужа, с которой он изменяет мне уже семь месяцев.
Уходить от нее Саша не собирается. Отказываться от удобной жены, судя по всему, тоже.
Только муж еще не понял, что и мне под силу разрушить его удобный мир.
— А я, Саш? — ошеломленно выдавливаю из себя. — Что со мной будет?
— А что с тобой может быть? — недоумевает предатель. — Будешь жить, как жила: готовить, стирать, следить за домом. Переедешь в комнату сына, а мы — в спальню. Никто тебя не выгоняет. Да и куда тебе с копеечной зарплатой библиотекаря?
— Ты предлагаешь мне обслуживать тебя и твою пассию?
— А что остается? Кому ты нужна в сорок пять? Когда-то была цветущей розой, а теперь от тебя остались лишь колючки да воспоминания. А мне свежих ромашек хочется.
В свой день рождения я ждала семейного ужина и добрых слов. Вместо этого получила набор половников и молодую любовницу мужа, с которой он изменяет мне уже семь месяцев.
Уходить от нее Саша не собирается. Отказываться от удобной жены, судя по всему, тоже.
Только муж еще не понял, что и мне под силу разрушить его удобный мир.
— Развода тебе не видать, Ань, — муж захлопывает дверь за спиной и тащится вперед.
Я отступаю, пока не упираюсь в стену. Его ладонь ложится на меня, отрезая путь к бегству.
— Убери руки, Вить! — шиплю я, глядя ему в лицо. — После всех своих измен ты еще смеешь ко мне прикасаться?
Он наклоняется ниже. Слишком близко. Слишком нагло.
— Ты моя жена. И останешься моей.
Смотрю в глаза мужчине, которому отдала двадцать лет жизни, и впервые не чувствую ничего, кроме злобы и ненависти.
— Слишком долго я была паинькой. Надоело.
Финита ля комедия, милый. Маски сорваны. Лимит попыток сохранить семью исчерпан.
Не хочешь давать мне развод? Хорошо.
Тогда за каждую ложь, за каждую измену, которыми ты растоптал меня, придется заплатить.
Дорого заплатить.
Я отступаю, пока не упираюсь в стену. Его ладонь ложится на меня, отрезая путь к бегству.
— Убери руки, Вить! — шиплю я, глядя ему в лицо. — После всех своих измен ты еще смеешь ко мне прикасаться?
Он наклоняется ниже. Слишком близко. Слишком нагло.
— Ты моя жена. И останешься моей.
Смотрю в глаза мужчине, которому отдала двадцать лет жизни, и впервые не чувствую ничего, кроме злобы и ненависти.
— Слишком долго я была паинькой. Надоело.
Финита ля комедия, милый. Маски сорваны. Лимит попыток сохранить семью исчерпан.
Не хочешь давать мне развод? Хорошо.
Тогда за каждую ложь, за каждую измену, которыми ты растоптал меня, придется заплатить.
Дорого заплатить.
— Я видела сегодня твоё фото в телефоне другой женщины. Подписано «Пусик». Может, объяснишь, кто она?
— Ну… Раз уж ты узнала… Да, я изменял. Уже полгода как с Лизой.
Воздух вылетает из лёгких.
— Почему?..
— Потому что ты достала, Маша! — голос его вдруг взрывается. — Со своими тестами, с календарями, со своим маниакальным “надо забеременеть”! Мне не нужны дети! Мне жена нужна! Живая! Которая хочет меня просто потому что хочет, а не по расписанию!
— Если тебя что-то не устраивало, можно было сказать.
— Ладно, Маша. Хватит. Пора разводиться. Лизка в тысячу раз лучше тебя. И в постели тоже. К тому же… она беременна. Так что собирай монатки. И катись в свой Мухосранск.
Меня накрывает волной злости. Я тоже беременна, вот только теперь он об этом никогда в жизни не узнает.
— С удовольствием, — выпаливаю гордо. Хватаю сумку и…
Закрыв за собой дверь понимаю, что мне на самом деле некуда идти…
— Ну… Раз уж ты узнала… Да, я изменял. Уже полгода как с Лизой.
Воздух вылетает из лёгких.
— Почему?..
— Потому что ты достала, Маша! — голос его вдруг взрывается. — Со своими тестами, с календарями, со своим маниакальным “надо забеременеть”! Мне не нужны дети! Мне жена нужна! Живая! Которая хочет меня просто потому что хочет, а не по расписанию!
— Если тебя что-то не устраивало, можно было сказать.
— Ладно, Маша. Хватит. Пора разводиться. Лизка в тысячу раз лучше тебя. И в постели тоже. К тому же… она беременна. Так что собирай монатки. И катись в свой Мухосранск.
Меня накрывает волной злости. Я тоже беременна, вот только теперь он об этом никогда в жизни не узнает.
— С удовольствием, — выпаливаю гордо. Хватаю сумку и…
Закрыв за собой дверь понимаю, что мне на самом деле некуда идти…
— Ты бросаешь меня после того, как я тебе жизнь спасла? В тот момент, когда я больше всего на свете в тебе нуждаюсь? — сидя на больничной койке, смотрю на мужа, который пришел сообщить мне "новость" о разводе.
— Мне выдался второй шанс на счастье, и я хочу им воспользоваться по полной, — пожимает плечами Лев, в его глазах нет ни капли раскаяния. — Прости, но чахнуть сидя у кровати больной жены, я не собираюсь.
А я ведь "чахла" и даже почку мужу отдала, когда его обе отказали. А он... он отплатил мне изменой.
— Лучше жить полной жизнью с моей племянницей ?
— Ты знаешь? — удивляется он, а потом отмахивается. — Неважно. Да, я влюбился в Кристину, и уверен, мы с ней можем построить что-то стоящее, а ты... ну... не болей.
Десять лет! Десять лет брака закончились тем, что я поняла, что даже самым родным людям доверять нельзя. Но на этом мои испытания не закончились.
— Мне выдался второй шанс на счастье, и я хочу им воспользоваться по полной, — пожимает плечами Лев, в его глазах нет ни капли раскаяния. — Прости, но чахнуть сидя у кровати больной жены, я не собираюсь.
А я ведь "чахла" и даже почку мужу отдала, когда его обе отказали. А он... он отплатил мне изменой.
— Лучше жить полной жизнью с моей племянницей ?
— Ты знаешь? — удивляется он, а потом отмахивается. — Неважно. Да, я влюбился в Кристину, и уверен, мы с ней можем построить что-то стоящее, а ты... ну... не болей.
Десять лет! Десять лет брака закончились тем, что я поняла, что даже самым родным людям доверять нельзя. Но на этом мои испытания не закончились.
- Привет, дорогая. Звонишь позавидовать, что мы здесь, а ты на работе?
- Нет, звоню спросить, какого чёрта твой муж носит на руках какую-то левую бабу?
- Повтори, - прошу вмиг охрипшим голосом.
- Меня тут старшая попросила в гинекологию документы передать. Я прихожу, жду дежурного доктора, когда в отделение вбегает твой муженёк на руках со стонущей от боли девицей.
- А как одета девушка? – осторожно спрашиваю я. – Ваня сказал, у него авария на объекте. Нужно срочно уехать. Может, там была эта девушка. Она, может, одна из пострадавших. А Ваня, он…
- Ириш. Он орал: «Срочно врача! Моей девушке плохо».
- Нет, звоню спросить, какого чёрта твой муж носит на руках какую-то левую бабу?
- Повтори, - прошу вмиг охрипшим голосом.
- Меня тут старшая попросила в гинекологию документы передать. Я прихожу, жду дежурного доктора, когда в отделение вбегает твой муженёк на руках со стонущей от боли девицей.
- А как одета девушка? – осторожно спрашиваю я. – Ваня сказал, у него авария на объекте. Нужно срочно уехать. Может, там была эта девушка. Она, может, одна из пострадавших. А Ваня, он…
- Ириш. Он орал: «Срочно врача! Моей девушке плохо».
— Лена? Что ты здесь делаешь?
Я подхожу к столу. Мой муж в генеральском кителе сидит рядом с молодой рыжеволосой женщиной. Напротив них — мальчик лет восьми с глазами Игоря и мой сын Кирилл. Они смеются. Они счастливы.
— Это Снежана. И Артем — мой сын, — говорит Игорь. — Ты нужна мне для статуса. А она для души. В этом нет ничего такого.
— Для статуса? — переспрашиваю я. — А я думала, я твоя жена.
— Ты и есть жена. Но Снежану я люблю. Она молодая, веселая. Не то что ты.
Кирилл смотрит на меня и говорит:
— Мам, ну правда, хватит. Снежана классная. А ты просто все усложняешь.
— Завтра я подаю на развод. И заберу все, что мое по закону. А ты, Игорь, узнаешь, каково это — потерять жену, которую считал никем.
Я беру со стола бокал сока и выплескиваю мужу в лицо. Капли стекают по генеральским погонам. В зале тишина. Все знали. Все молчали.
Через два года бывший генерал будет стоять на коленях у ворот моего дома, сжимая в руках розы, и скажет:
— Ты что, меня не ждала?!
Я подхожу к столу. Мой муж в генеральском кителе сидит рядом с молодой рыжеволосой женщиной. Напротив них — мальчик лет восьми с глазами Игоря и мой сын Кирилл. Они смеются. Они счастливы.
— Это Снежана. И Артем — мой сын, — говорит Игорь. — Ты нужна мне для статуса. А она для души. В этом нет ничего такого.
— Для статуса? — переспрашиваю я. — А я думала, я твоя жена.
— Ты и есть жена. Но Снежану я люблю. Она молодая, веселая. Не то что ты.
Кирилл смотрит на меня и говорит:
— Мам, ну правда, хватит. Снежана классная. А ты просто все усложняешь.
— Завтра я подаю на развод. И заберу все, что мое по закону. А ты, Игорь, узнаешь, каково это — потерять жену, которую считал никем.
Я беру со стола бокал сока и выплескиваю мужу в лицо. Капли стекают по генеральским погонам. В зале тишина. Все знали. Все молчали.
Через два года бывший генерал будет стоять на коленях у ворот моего дома, сжимая в руках розы, и скажет:
— Ты что, меня не ждала?!
Шестнадцать лет брака. Четверо любимых детей. Уютная, налаженная жизнь, которая в одночасье обернулась кошмаром.
Узнав о предательстве мужа, Анна думала, что измена — худшее, с чем ей придется столкнуться. Но реальность оказалась куда страшнее: все эти годы её муж Игорь использовал ее как пешку, сделав идеальным «козлом отпущения» в своих грязных криминальных схемах. В случае провала в тюрьму сядет именно она, а дети достанутся ему.
Пытаясь найти выход, Анна с ужасом понимает, что пути к отступлению отрезаны. Полиция куплена, деньги под жестким контролем, а муж готов пойти на крайние и безжалостные меры, чтобы заставить ее молчать. Оказавшись запертой в клетке с монстром, загнанная в угол мать принимает самое страшное решение в своей жизни...
Узнав о предательстве мужа, Анна думала, что измена — худшее, с чем ей придется столкнуться. Но реальность оказалась куда страшнее: все эти годы её муж Игорь использовал ее как пешку, сделав идеальным «козлом отпущения» в своих грязных криминальных схемах. В случае провала в тюрьму сядет именно она, а дети достанутся ему.
Пытаясь найти выход, Анна с ужасом понимает, что пути к отступлению отрезаны. Полиция куплена, деньги под жестким контролем, а муж готов пойти на крайние и безжалостные меры, чтобы заставить ее молчать. Оказавшись запертой в клетке с монстром, загнанная в угол мать принимает самое страшное решение в своей жизни...
Мы - идеальна пара, которая блистает на всех приемах. Он богат и умен, я покорная жена. На свои "карманные" открыла кафе, где могу отдохнуть от искусственной картинки.
Все изменилось, когда любовница мужа забеременела. Теперь они хотят разрушить мой бизнес. Ведь жизнь моя уже в руинах.
Все изменилось, когда любовница мужа забеременела. Теперь они хотят разрушить мой бизнес. Ведь жизнь моя уже в руинах.
— Ты не боишься, что тебя спалят на измене?
Потом муж смеется так, что у меня внутри что-то обрывается окончательно.
— Кто? Я? Ты реально серьезно?
Его друг Слава тоже начинает ржать.
— Да ладно, — продолжает муж. — Как она меня спалит? И кто ей расскажет? Ася, она знаешь… как серая мышь, Слав. Серая. Мышь. Точно. Она в ногах у меня будет валяться, только чтобы я не ушел. Куда она денется после всего? Да она за этот брак зубами держаться будет.
— Ну не знаю, — говорит Слава. — Бабы иногда удивляют.
— Ася? — Руслан снова смеется. — Да брось. Она слишком правильная. Слишком удобная. Из тех, кто будет терпеть, лишь бы муж дома был. И если честно, я заслужил.
— Так что, — говорит Слава, — богиня города того стоит?
Мой муж уверен, что жена после неудачного ЭКО становится не человеком с болью и разбитым сердцем, а удобным приложением к семейной ипотеке и его великой мужской значимости.
Но после предательства я обязана его н
Потом муж смеется так, что у меня внутри что-то обрывается окончательно.
— Кто? Я? Ты реально серьезно?
Его друг Слава тоже начинает ржать.
— Да ладно, — продолжает муж. — Как она меня спалит? И кто ей расскажет? Ася, она знаешь… как серая мышь, Слав. Серая. Мышь. Точно. Она в ногах у меня будет валяться, только чтобы я не ушел. Куда она денется после всего? Да она за этот брак зубами держаться будет.
— Ну не знаю, — говорит Слава. — Бабы иногда удивляют.
— Ася? — Руслан снова смеется. — Да брось. Она слишком правильная. Слишком удобная. Из тех, кто будет терпеть, лишь бы муж дома был. И если честно, я заслужил.
— Так что, — говорит Слава, — богиня города того стоит?
Мой муж уверен, что жена после неудачного ЭКО становится не человеком с болью и разбитым сердцем, а удобным приложением к семейной ипотеке и его великой мужской значимости.
Но после предательства я обязана его н
— Кир, я сегодня задержусь, — говорит муж по телефону. — Тут отчёт горит, сама понимаешь.
— Снова?
Слышу женский смех на заднем плане. Или мне кажется? Я нахожу в соцсетях секретаршу Леру — фото букета белых роз на фоне кожаного салона его «Мерседеса» и еду в офис. Из-за двери кабинета пробивается интимный свет и медленная музыка.
Лера сидит у него на коленях, обхватив ногами:
— Егорушка, скажи, что я лучше неё. Что она холодная как рыба, а я горячая.
— Ты лучше, Лерочка, — голос Егора хриплый. — Ты самая красивая. А она как вешалка, ни груди, ни попы. Что в ней хорошего?
— Тогда почему я сижу и жду, когда ты соизволишь бросить свою мымру!
Это слово — «мымра» — вонзается мне в солнечное сплетение.
— И когда ты скажешь своей сушёной вобле, что уйдёшь к настоящей женщине?
Пятнадцать лет брака. Чудесная лапочка-дочка. Все рухнуло.
Я распахиваю дверь:
— Значит, ты считаешь меня «сушёной воблой»?
Я не прощу. Я не смолчу. Я стану той женщиной, которая грудью отстоит за всех.
— Снова?
Слышу женский смех на заднем плане. Или мне кажется? Я нахожу в соцсетях секретаршу Леру — фото букета белых роз на фоне кожаного салона его «Мерседеса» и еду в офис. Из-за двери кабинета пробивается интимный свет и медленная музыка.
Лера сидит у него на коленях, обхватив ногами:
— Егорушка, скажи, что я лучше неё. Что она холодная как рыба, а я горячая.
— Ты лучше, Лерочка, — голос Егора хриплый. — Ты самая красивая. А она как вешалка, ни груди, ни попы. Что в ней хорошего?
— Тогда почему я сижу и жду, когда ты соизволишь бросить свою мымру!
Это слово — «мымра» — вонзается мне в солнечное сплетение.
— И когда ты скажешь своей сушёной вобле, что уйдёшь к настоящей женщине?
Пятнадцать лет брака. Чудесная лапочка-дочка. Все рухнуло.
Я распахиваю дверь:
— Значит, ты считаешь меня «сушёной воблой»?
Я не прощу. Я не смолчу. Я стану той женщиной, которая грудью отстоит за всех.
Подборка романов об измене и предательстве
Выберите полку для книги