Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «izmena-i-predatelstvo»

— Ну Ром, я хочу именно Порше, — мурлычет любовница мужа. — Черный. Красивый. Чтобы все девчонки завидовали.
Он смеется за дверью так громко, что хочется войти раньше времени и испортить идиллию.
— Порше надо заслужить.
— Я стараюсь.
— Пока средне.
— Не вредничай.
— А ты не торопись.
Потом его голос, ближе, тише:
— Если будешь послушной девочкой...
— Буду, — мягко отвечает она.
— Если будешь делать все, что я скажу...
— Буду, котя.
— Тогда у тебя будет Порше.

Я стою за дверь кабинета мужа и слышу, как его любовница выклянчивает Порше. Мои догадки о том, что у него есть другая, подтвердились.
Он разрушил наш брак, нашу семью, мою любовь.
Я отвечу тем же — отниму самое дорогое.

— Толя, — сказала я негромко, но отчётливо, — выходи. Я знаю, что ты там.
Тишина. Ни звука, ни шороха. Только где-то за спиной что-то тихо говорила мать ребёнка.
Я повернула голову и посмотрела на неё — она стояла в коридоре и смотрела на меня огромными влажными глазами.
— Откройте дверь, — сказала я уже ей, кивнув на комнату. — Не доводите до греха.
***
Я лечила чужих детей, а своих родить так и не смогла. Муж обещал быть рядом, но однажды на вызове к чужому ребёнку я нашла его куртку в прихожей, услышала его голос из дальней комнаты и увидела в кроватке его дочь…

Я стою у ограждения аэродрома и смотрю, как его истребитель выруливает на взлётную полосу. Телефон всё ещё прижат к уху.
— Аня, ты не смогла родить мне ребёнка. Пятнадцать лет. У меня династия. Мне нужен сын. Наследник. Карина беременна. Уже четвёртый месяц. Она молодая, здоровая, она сможет родить мне сына.
— Ты поэтому был с ней? Из-за ребёнка?
— Не только. Она понимает меня. Она восхищается мной. А ты смотрела на меня с вечной печалью в глазах.
— Я смотрела на тебя с печалью, потому что переживала за нас!
— Вот именно. А я задыхался. Прощай, Аня.
Гудки.
А потом происходит взрыв. Меня отбрасывает взрывной волной, и последнее, что я вижу перед темнотой, — его самолёт, уходящий в небо.

Двенадцатое декабря. Двадцать один пятьдесят две.

Я лежала на полу в ванной, теряла нашего ребёнка и звонила ему. Одиннадцать раз. Он не взял ни одного.

Утром сказал, что разрядился телефон. Я поверила и пять лет извинялась за то, что стала после этого другой.

А сегодня он забыл дома второй ноутбук — тот, который не оставлял никогда. В папке «Документы» лежала ещё одна.

«Награды».

Пять папок по годам. Пять женщин. Пять ночей после премии в одном и том же номере.

И последняя измена оказалась самой грязной: на этот раз он выбрал жену своего начальника.

Он изменял не от страсти. Он изменял по регламенту. Я была не соперницей и даже не помехой — я была строчкой в расписании.

Сегодня ему снова вручат «Руководителя года». А днём позвонила нотариус: она получила скан доверенности на мою долю в компании. Подписанной сегодня. Моей рукой.

Он уверен, что я подпишу. Я всегда подписывала.

— Виктория? — мое имя прогремело на всю парковку.

Медленно оборачиваюсь. Но уже знаю, кого увижу перед собой.

Мой бывший муж.. Собственной персоной.

Его холёная физиономия преследовала меня два года в страшных снах.

— Даже не поздороваешься? — бархатным голосом спрашивает Давыдов, а его губы расплываются в улыбке.

— Здравствуй! — снисходительно произношу и отворачиваюсь к своей машине. Пытаюсь открыть дверцу ключом. Но замок заело.

— Помочь? — от голоса бывшего побежали мурашки по затылку.

Вот как ему это удается? В 45 лет готов соблазнять всё, что видит в радиусе метра.

— Справлюсь! —не оборачиваюсь, надеюсь, что он свалит... сразу в преисподнюю

— Да ладно... Давай помогу, — Давыдов подходит ближе. — Я точно знаю, как ремонтировать "старушек"... — хохочет над собственным остроумием.

— Миш, ты наверняка куда-то спешил! — смотрю прямо в его наглые и очень красивые глаза.

— Я весь твой, Викуся, — тянет с улыбочкой бывший. — Ведь я развожусь!

— Вы к кому? — смотрю на незнакомую девчонку.
– Елена, я жду ребёнка, – нагло говорит и протягивает что-то мне. – От вашего мужа.
Я смеюсь — истерически, зло. Вот это шутка.
– Девочка, тебе лет двадцать, и ты явно ошиблась дверью. Развернись и исчезни.
Она качает головой.
– Нет. Его зовут Максим Сергеевич Коршунов. И он обещал уйти к нам. Говорил, что вы для него давно просто привычка. И как только ваш сын женится, он уйдёт.
Я чувствую, как земля уходит из-под ног. Мой Максим… мой муж…
И тут раздаётся звонок. Это он.
Я отвечаю дрожащими руками:
– Максим… тут пришла девушка… говорит, что ждёт от тебя ребёнка.
В трубке тишина. Потом — короткое:
– Лена, всё правда.
И в этот момент я понимаю: назад дороги уже нет.

— Я беременна.
— Только этого не хватало, — он проводит рукой по лицу. — Ты специально забеременела, чтобы меня привязать?
Он обвиняет меня в том, что я забеременела от собственного мужа?
— Ты серьёзно? — мой голос дрожит от едва сдерживаемой ярости.
— А как ещё это объяснить? Именно сейчас, когда всё это... — он машет рукой, не находя слов.
— Я узнала об этом сегодня. После того, как застала тебя с любовницей в твоём кабинете.
— И что ты собираешься делать? — спрашивает он.
— В смысле?
— С беременностью. Ты ведь понимаешь, что сейчас не лучшее время?
— Ты не хочешь от меня ребенка?
— Не драматизируй.
— Нет, — говорю. — Этот ребёнок родится.

Подруга, с которой мы раньше работали в агентстве праздников, заболела и попросила подменить ее на крупном заказе по случаю гендер-пати.
В сценарии жирным шрифтом Оля прописала: “Розовый дым, розовый торт”.
Будет девочка.
Вот и заказчики:
Брюнетка, длинные волосы уложены волной, аккуратный, но уже отчетливо проявляющийся живот. Мужчина стоявший ко мне спиной проходит в гардеробную.
— Вы уверены, что все под контролем? — спрашивает девица капризно. — Мы за это заплатили немалые деньги. Масик, оставь ей еще чай, лишь бы не угробила ничего.
Мужчина возвращается и я вижу его лицо.
Илья.
Мой Илья.
Мой муж.
— Агата?
— “Масик”?
— Илья, кто это?
— Алиса, заткнись, сейчас не время и не место для разборок.
— Нет, сейчас время! Это твоя жена? Ты же сказал, что вы уже все! Что вы чужие люди! Что она тебя не любит, что держит тебя только из-за раздела квартиры! Ты клялся, что у нее никогда не будет детей, что она болеет, и вообще пустоцвет, и поэтому вы расстались!

— Кто она?! — мой голос сорвался. — Кто твоя беременная любовница, Рома?!

— Мозг мне не выноси, — произнёс муж ровным голосом, поправляя воротник перед зеркалом. В отражении наши взгляды встретились. — Ты беременна, пожалей себя. Ещё детей потеряешь из-за своих глупых переживаний.

— Глупых переживаний? — выдохнула я онемевшими губами. — Ром, у тебя будет дочь... дочь от другой женщины, и ты считаешь, что я должна это принять?! Просто заткнуться?!

— Хочешь извинений за то, что у меня любовница в другом городе? Их не будет!

— Так все твои командировки… — мой голос стал тихим и мёртвым. Я больше не кричала. Крик требовал сил, а во мне разрасталась пустота. — Все это было ложью? Ты ездил в другой город к беременной любовнице?

— С этого дня все мои “командировки” заканчиваются, потому что я перевез ее в столицу. — Хмыкнул предатель. — Но тебе не о чем волноваться! Я порядочный мужчина и останусь в семье, но буду и растить дочь от другой!

— Мама не должна узнать, Никита.
Я останавливаюсь на лестнице, прижимая к груди маленький конверт.
Голос мужа доносится из кабинета. Тихий, непривычно усталый.
— Потому что она снова сломается? — спрашивает сын. — Поэтому ты решил, что можешь спать с другой?
— Я всё закончу.
— Ты говорил это месяц назад.
— Не смей повышать на меня голос. щенок.
— А ты не смей заставлять меня врать маме! Я видел вас в гостинице. Она была…
— Хватит!
Наверное, сейчас мне следовало заплакать или войти и потребовать объяснений. Но я стою, сжимая конверт, а внутри такая боль, что дышать трудно.
— Она ничего не узнает, — повторяет муж.
— Уже узнала, — отвечаю я.
Илья оборачивается первым. Никита закрывает глаза, словно именно этого момента боялся больше всего.
— Рита…
— Не надо. Ты прав только в одном: я действительно хотела сделать тебе сюрприз.
Нас больше нет.
А через два месяца наш сын теряет сознание во время тренировки.
Илья резко бледнеет, а я понимаю, что ад только начинается...