Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «ochen-emotsionalno»
— Ты никчемная, бесполезная, бесплодная обуза, которая прячется за чужими детьми, потому что не может родить своих! Ты высосала из меня пять лет жизни, обещая будущее, которого не будет никогда!
Рука для пощечины взлетает сама, но муж перехватывает запястье. Сжимая так, что пальцы немеют.
— Не смей! Даже не думай поднимать на меня руку. Ты не имеешь права злиться на меня за то, что твоё тело не работает!
— Отпусти... Больно...
— Больно? А мне не больно знать, что женился на дефектной женщине, которая играет в святую, спасая чужих детей, вместо того чтобы дать мне своих?
— Что ты сказал?..
— Я ухожу к другой. Она ждёт от меня ребёнка. Через четыре месяца родится мой сын. А ты дальше играй в учительницу-мученицу, которая отдаёт всю себя чужим семьям. Может, там тебя оценят. Здесь ты никому не нужна.
Рука для пощечины взлетает сама, но муж перехватывает запястье. Сжимая так, что пальцы немеют.
— Не смей! Даже не думай поднимать на меня руку. Ты не имеешь права злиться на меня за то, что твоё тело не работает!
— Отпусти... Больно...
— Больно? А мне не больно знать, что женился на дефектной женщине, которая играет в святую, спасая чужих детей, вместо того чтобы дать мне своих?
— Что ты сказал?..
— Я ухожу к другой. Она ждёт от меня ребёнка. Через четыре месяца родится мой сын. А ты дальше играй в учительницу-мученицу, которая отдаёт всю себя чужим семьям. Может, там тебя оценят. Здесь ты никому не нужна.
- Крис, подожди! Давай всё обсудим! - голос Макса звучит где-то позади, но я уже не оборачиваюсь.
- Что, Макс? Что обсуждать? - голос срывается на крик, хотя я изо всех сил стараюсь держать себя в руках.
Прижимаю к груди маленькую дочку.
- Ты… Вы… - Макс запинается, и я вижу краем глаза, как он проводит рукой по лицу, пытаясь прийти в себя. Волосы взъерошены, рубашка расстёгнута, на шее… Господи, на шее след от губной помады.
- Что, не должны были вернуться? - выплёвываю. - И увидеть ЭТО?
Я обвожу взглядом то, что ещё два месяца назад было моим домом. Моим уютным, чистым, наполненным любовью гнёздышком. А сейчас… все разрушено окончательно.
- Что, Макс? Что обсуждать? - голос срывается на крик, хотя я изо всех сил стараюсь держать себя в руках.
Прижимаю к груди маленькую дочку.
- Ты… Вы… - Макс запинается, и я вижу краем глаза, как он проводит рукой по лицу, пытаясь прийти в себя. Волосы взъерошены, рубашка расстёгнута, на шее… Господи, на шее след от губной помады.
- Что, не должны были вернуться? - выплёвываю. - И увидеть ЭТО?
Я обвожу взглядом то, что ещё два месяца назад было моим домом. Моим уютным, чистым, наполненным любовью гнёздышком. А сейчас… все разрушено окончательно.
– Всё, Ир. Хватит. Я устал.
Вот как бывает. Без измен, без предательств – он просто прожил со мной двадцать пять лет и понял, что устал.
18+ за мат!
Главы от него и от неё
Вот как бывает. Без измен, без предательств – он просто прожил со мной двадцать пять лет и понял, что устал.
18+ за мат!
Главы от него и от неё
ПОЛНЫЙ ТЕКСТ 🔥
— Я беременна. Ты рад?
— Чего? Я не готов к детям, — говорит он резко, отчеканивая каждое слово. — Я вообще влюбился в другую и собираюсь на ней жениться, а твой ребенок только все испортит…
Моя улыбка меркнет.
Вместо радости на лице мужа возникает злость, а я узнаю, что у моего мужа есть любовница.
— Ты сделаешь аборт, чтобы мне перед Каришей стыдно не было…
Кариша?..
Муж достает из кармана деньги.
— Вот! Этих денег хватит на клинику.
— Нет, я не сделаю этого…
— Ты что, совсем не слышишь меня?! Я не буду с тобой из-за ребёнка! Что я Карише скажу?! — взрывается он. — И вообще: тебе еще нужно доказать, что это мой ребенок! Нагуляла, а на меня хочешь повесить.
— Ты пожалеешь о своих словах, — тихо говорю я. — Ты захочешь нас вернуть, но будет поздно.
— Ха-ха! — смеется муж, презрительно скривившись. — Насмешила. Кому ты теперь нужна, с прицепом?
— Я беременна. Ты рад?
— Чего? Я не готов к детям, — говорит он резко, отчеканивая каждое слово. — Я вообще влюбился в другую и собираюсь на ней жениться, а твой ребенок только все испортит…
Моя улыбка меркнет.
Вместо радости на лице мужа возникает злость, а я узнаю, что у моего мужа есть любовница.
— Ты сделаешь аборт, чтобы мне перед Каришей стыдно не было…
Кариша?..
Муж достает из кармана деньги.
— Вот! Этих денег хватит на клинику.
— Нет, я не сделаю этого…
— Ты что, совсем не слышишь меня?! Я не буду с тобой из-за ребёнка! Что я Карише скажу?! — взрывается он. — И вообще: тебе еще нужно доказать, что это мой ребенок! Нагуляла, а на меня хочешь повесить.
— Ты пожалеешь о своих словах, — тихо говорю я. — Ты захочешь нас вернуть, но будет поздно.
— Ха-ха! — смеется муж, презрительно скривившись. — Насмешила. Кому ты теперь нужна, с прицепом?
— Вера… — я едва выдыхаю.
Хочу спросить «доченька, как ты могла?», но слова застревают. Потому что я смотрю на неё — и вижу не девочку, которую поднимала по утрам в школу, спасала от подростковых истерик, укрывала ночью. Я вижу женщину, которая перешагнула через меня.
Она не отводит взгляд.
— Ну что ты так, мам? — морщит лоб, как будто я перегибаю. — Мы взрослые. Это… случилось.
Случилось. Слово падает на пол, как что-то липкое и мерзкое.
Игорь встаёт с кровати, тянется, будто после долгого сна. Улыбается.
— Ань, — он произносит спокойно. Как будто я застала его не за изменой, а за тем, что он ел из кастрюли прямо ложкой. — Хватит смотреть так, будто мир рухнул. Ты сама виновата.
#предательство
#новая любовь
#ХЭ
График через день
Хочу спросить «доченька, как ты могла?», но слова застревают. Потому что я смотрю на неё — и вижу не девочку, которую поднимала по утрам в школу, спасала от подростковых истерик, укрывала ночью. Я вижу женщину, которая перешагнула через меня.
Она не отводит взгляд.
— Ну что ты так, мам? — морщит лоб, как будто я перегибаю. — Мы взрослые. Это… случилось.
Случилось. Слово падает на пол, как что-то липкое и мерзкое.
Игорь встаёт с кровати, тянется, будто после долгого сна. Улыбается.
— Ань, — он произносит спокойно. Как будто я застала его не за изменой, а за тем, что он ел из кастрюли прямо ложкой. — Хватит смотреть так, будто мир рухнул. Ты сама виновата.
#предательство
#новая любовь
#ХЭ
График через день
Мой муж Роман уезжает в очередную командировку.
– Евгения Олеговна, вам курьер принёс пакет. Лично в руки.
– Какой пакет?
– Не знаю. Он сказал – срочно. Распишитесь здесь.
Я вскрываю конверт. Фотографии. Целая стопка. Я вытаскиваю первую. На фотографии – Роман. Он лежит на кровати, в расстёгнутой рубашке. Рядом с ним – девушка. Молодая, не больше двадцати пяти. Длинные светлые волосы рассыпаны по подушке. Она в чёрном кружевном белье. Роман обнимает её за талию. Его глаза закрыты, на лице – расслабленное выражение.
Я не могу дышать. Смотрю на фото, и в голове белый шум. Это не может быть правдой. Это ошибка. Монтаж. Чья-то жестокая шутка.
Беру вторую фотографию. Они целуются. Его рука зарылась в её волосы. Третья. Она сидит на нём верхом, смеётся. Четвёртая. Они лежат под одеялом, её голова на его груди.
Всего двенадцать фотографий. Двенадцать – как наши годы вместе.
В правом нижнем углу каждой – дата. Двадцать третье декабря. День когда он прилетел в Санкт-Петербург!
– Евгения Олеговна, вам курьер принёс пакет. Лично в руки.
– Какой пакет?
– Не знаю. Он сказал – срочно. Распишитесь здесь.
Я вскрываю конверт. Фотографии. Целая стопка. Я вытаскиваю первую. На фотографии – Роман. Он лежит на кровати, в расстёгнутой рубашке. Рядом с ним – девушка. Молодая, не больше двадцати пяти. Длинные светлые волосы рассыпаны по подушке. Она в чёрном кружевном белье. Роман обнимает её за талию. Его глаза закрыты, на лице – расслабленное выражение.
Я не могу дышать. Смотрю на фото, и в голове белый шум. Это не может быть правдой. Это ошибка. Монтаж. Чья-то жестокая шутка.
Беру вторую фотографию. Они целуются. Его рука зарылась в её волосы. Третья. Она сидит на нём верхом, смеётся. Четвёртая. Они лежат под одеялом, её голова на его груди.
Всего двенадцать фотографий. Двенадцать – как наши годы вместе.
В правом нижнем углу каждой – дата. Двадцать третье декабря. День когда он прилетел в Санкт-Петербург!
Я зажмуриваюсь. Глубоко выдыхаю. Стучу в дверь .
За дверью — шорох, шаги. И его голос, уже ближе, обращенный не ко мне:
— Олечка, я сейчас! Это, наверное, наше шампанское принесли.
— Олечка???
Меня выворачивает наизнанку. Нашел любовницу с моим именем.
Дверь открывается.
На пороге — он. Дима. Взъерошенные волосы и наспех накинутый халат явно говорит, о его преступлении по отношению к нашему браку.
— Оля?
Его глаза округляются. В них вспыхивает настоящий ужас. Он бледнеет, будто увидел призрак.
— Оля, — констатирую я, и мой голос звучит чужим. Я с силой отталкиваю дверь, проходя мимо него, как сквозь пустое место. Мне нужно видеть, на кого он меня променял.
Мой взгляд падает на большую кровать. На ней лежит она. Я скольжу взглядом по ее телу — стройному, знакомому до боли. Потом поднимаю глаза на лицо.
И мир переворачивается с ног на голову.
Нет. Это не может быть.
Я смотрю на свое собственное лицо. Точь-в-точь. Светлые волосы,голубые глаза, смотрящие на меня любопытством
За дверью — шорох, шаги. И его голос, уже ближе, обращенный не ко мне:
— Олечка, я сейчас! Это, наверное, наше шампанское принесли.
— Олечка???
Меня выворачивает наизнанку. Нашел любовницу с моим именем.
Дверь открывается.
На пороге — он. Дима. Взъерошенные волосы и наспех накинутый халат явно говорит, о его преступлении по отношению к нашему браку.
— Оля?
Его глаза округляются. В них вспыхивает настоящий ужас. Он бледнеет, будто увидел призрак.
— Оля, — констатирую я, и мой голос звучит чужим. Я с силой отталкиваю дверь, проходя мимо него, как сквозь пустое место. Мне нужно видеть, на кого он меня променял.
Мой взгляд падает на большую кровать. На ней лежит она. Я скольжу взглядом по ее телу — стройному, знакомому до боли. Потом поднимаю глаза на лицо.
И мир переворачивается с ног на голову.
Нет. Это не может быть.
Я смотрю на свое собственное лицо. Точь-в-точь. Светлые волосы,голубые глаза, смотрящие на меня любопытством
Он бросил меня беременную двойней, ничего не сказав, просто исчез из моей жизни и прислал документы на развод, а потом женился на своей бывшей однокласснице, которую якобы любил всю свою жизнь.
Есть такая боль, которая не убивает. Она хуже — она оставляет тебя жить. С дырой в груди, с выжженной пустошью вместо сердца. И ты идёшь. Потому что больше ничего не остаётся. Идешь по осколкам!
А через время я устроилась работать в его фирму...И мы встретились снова. Он не знает, что у него есть два малыша. И не узнает!
Есть такая боль, которая не убивает. Она хуже — она оставляет тебя жить. С дырой в груди, с выжженной пустошью вместо сердца. И ты идёшь. Потому что больше ничего не остаётся. Идешь по осколкам!
А через время я устроилась работать в его фирму...И мы встретились снова. Он не знает, что у него есть два малыша. И не узнает!
— Сюрприз, сюрприз… да здравствует сюрприз!
Напеваю, когда слышу звук открывающегося дверного замка.
Пришел мой любимый!
Замираю в прихожей перед распахнутой входной дверью.
На пороге стоит мой муж, а рядом с ним…
— Сюрприз! — произносит он с каким-то необъяснимым удовлетворением в голосе. И обнимает свой ‟сюрприз” за талию.
Я загадала желание: получить сюрприз, которого по-настоящему достойна.
И муж его "исполнил"!
А может и не он...
Напеваю, когда слышу звук открывающегося дверного замка.
Пришел мой любимый!
Замираю в прихожей перед распахнутой входной дверью.
На пороге стоит мой муж, а рядом с ним…
— Сюрприз! — произносит он с каким-то необъяснимым удовлетворением в голосе. И обнимает свой ‟сюрприз” за талию.
Я загадала желание: получить сюрприз, которого по-настоящему достойна.
И муж его "исполнил"!
А может и не он...
— Ой, а тут мило! — она заглядывает в гостиную. — Елочка какая! Ванечка, смотри, какая елочка красивая! С игрушками!
Я наконец обретаю голос:
— Подождите. Кто вы? Что происходит?
Женщина оборачивается и смотрит на меня как на дурочку.
— Так Вадим не предупредил? Типично. Вечно он так. — Она закатывает глаза. — Я Люба. Мы с Ванечкой приехали Новый год встречать. По-семейному.
— По-семейному? — эхом повторяю я.
— Ну да. Ребенок тоже конфет хочет, елку хочет, подарки от папы хочет!
— Какого... папы? — выдавливаю наконец.
— Ну как какого? Вадима, конечно. Ванечка — его сын. Пять лет скоро. А ты что, правда не знала?
Я загадала желание: пусть любовь меня найдет.
А нашла меня Люба — любовница моего мужа.
Это и есть моя "любовь"?
Или та, в которую я влечу на полной скорости...
Я наконец обретаю голос:
— Подождите. Кто вы? Что происходит?
Женщина оборачивается и смотрит на меня как на дурочку.
— Так Вадим не предупредил? Типично. Вечно он так. — Она закатывает глаза. — Я Люба. Мы с Ванечкой приехали Новый год встречать. По-семейному.
— По-семейному? — эхом повторяю я.
— Ну да. Ребенок тоже конфет хочет, елку хочет, подарки от папы хочет!
— Какого... папы? — выдавливаю наконец.
— Ну как какого? Вадима, конечно. Ванечка — его сын. Пять лет скоро. А ты что, правда не знала?
Я загадала желание: пусть любовь меня найдет.
А нашла меня Люба — любовница моего мужа.
Это и есть моя "любовь"?
Или та, в которую я влечу на полной скорости...
Подборка эмоциональных романов о неверности
Выберите полку для книги