Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «ochen-emotsionalno»

- Саш, а почему именно этот ресторан? С твоими деньгами, связями, возможностями... Ты мог бы купить любое заведение в Москве. Любое! Но ты выбрал именно этот, - чеканю каждое слово, - Почему?
- Что ты хочешь услышать? - он откидывается на спинку кресла, изучая меня насмешливым взглядом. - Что я его выбрал из-за тебя?
- Да, - выпрямляю плечи. - Я не просто так думаю, Саш. Я знаю. Я уверена.
- Да, - отрезает. - Ты права. Теперь я хочу поиздеваться над тобой, как ты когда-то издевалась надо мной.
***
Мой бывший муж - новый владелец ресторана, в котором я работаю. Мы не виделись с ним пять лет, а теперь он вновь ворвался в мою жизнь чтоб снова меня уничтожить.
Но он не знает моего секрета, который может изменить его жизнь…

...Я попыталась вырваться, но это было слабое, театральное движение. Его пальцы слегка сжали мои плечи.
— Прекратите. Сейчас же.
— Что прекратить? Я ничего не делаю. Я просто стою. И смотрю на вас. Вы невероятно красивы. Знаете об этом? Или муж уже перестал говорить вам такие вещи?
Это было как удар ниже пояса. Потому что Алексей и правда не говорил. Давно.
— Уходите, Даниил. Или я вышвырну вас с работы за сексуальные домогательства.
Он медленно, с преувеличенной почтительностью отпустил меня и отступил на шаг. Но улыбка не исчезла.
— Вы не сделаете этого. Вам интересно. До завтра, Анна.

– Как ты посмела? – голос мужа срывается на крик, лицо искажается от ярости. – Как ты посмела встречаться за моей спиной с моей матрью, хотя я запретил это! Ты врала. Каждый день смотрела в глаза и врала.
– Не смей! – перебиваю, чувствуя, как внутри поднимается волна гнева. – Не смей меня обвинять! Не смей перекладывать на меня вину после того, что сделал ты! После того, что я видела своими глазами!
– Ты знала, но все равно решила воткнуть мне нож в спину.
– Это не одно и то же...
– Не одно и то же, это хуже.
– Хуже? Я встретилась с твоей матерью несколько раз! А ты завёл любовницу! Врал про совещания и командировки, может, месяцами! Ты изменял мне, понимаешь?
– Ты не понимаешь!
– Так это я виновата?! Я виновата в том, что случилось тогда?! В том, что всё пошло не так? И теперь ты мстишь мне, согревая свою постель с другой?
– Я не собираюсь это обсуждать, – отрезает холодно, отворачиваясь.

Оказывается, не только у меня были секреты.

— Милая, ты помнишь нашу свадьбу?
— Конечно, а что? Ты куда-то уходил, а вернулся растрепанный…
Он сглатывает.
— Да, потому что я тебе тогда изменил. Прямо на свадьбе… Я думал, что это останется ошибкой.
Он опускает глаза.
— Но Алиса забеременела. Она родила дочь.
— У тебя есть дочь… — повторяю я.
— Ей три месяца. Я взял ее на руки и понял, что люблю ее так, как даже не знал, что умею любить.
В дверь раздается звонок, а на пороге стоит она — с девочкой на руках. Аккурат трех месяцев.
— Вот мы и познакомились, женушка, — она ухмыляется.
— Вон из моей квартиры! — говорю я.
— Пока еще из твоей, — она по-хозяйски оглядывается. — Но скоро будет нашей. Нам с малышом так-то нужнее!
— Ого, — тянет она. — И кровать ничего. Нам с Романом точно будет хорошо! Да, Ромашка?
Муж стоит, опустив голову, а любовница останавливается и говорит:
— Так что давай, освободи нам квартиру да побыстрее! Если постараешься, то успеешь прямо сейчас! А мы с Ромашкой поможем!

— Папа! Ты вернулся!
К нам бежит девочка лет шести — безумно похожая на моего мужа. Она несётся к нам, а потом врезается в его объятия.
— Папочка, ты теперь будешь жить со мной и с мамой? — а потом переводит взгляд на меня. — Ой, а кто эта тетя?
За спиной девочки появляется женщина — высокая и стройная. Её хищный взгляд «врезается» в моего мужа…
Саша смотрит на неё — и я вижу, что он ее узнает.
— Привет, Саш, — она горько усмехается.
— Ты не говорила, что ты собираешься приехать, — говорит он и поворачивается ко мне. — Это Вика, моя бывшая…
Вика брезгливо кивает в мою сторону.
— Ты любил её? — вопрос вырывается сам, хриплый, чужой.
— Это было давно, — говорит он. — Я думал, что всё осталось в прошлом, но видимо нет…
— Любимый, эта девочка… твоя дочь? — спрашиваю я.
— Да… — выдыхает мой муж.
Его бывшая прижимает к себе дочь и надменно улыбается:
— Признайся ей, что ты любишь меня до сих пор, а на ней женился в отместку мне. Теперь она знает о дочери, и мы станем семьей.

— Андрей, пожалуйста...
— Что — пожалуйста? — Он отступил. Скривился, как от чего-то неприятного. — Посмотри на себя, Вера. Просто посмотри. Ты серая. Ты никакая. Ты восемнадцать лет ходишь за мной как тень и называешь это любовью. Это не любовь. Это паразитирование.
Мир качнулся. Я схватилась за дверной косяк — не упасть. Не показать, как больно.
— Я всю жизнь любил её. — Его голос изменился. Стал мягче, теплее — но не для меня. Никогда не для меня. — Лиза — это свет. Это воздух. Это всё, чего я хотел. А ты...
Он помолчал. Посмотрел на меня — так, как смотрят на мебель.
— Ты даже не замена. Замена — это когда похоже. Ты не похожа. Ты вообще ничто. Ты просто... просто ты.
Просто я.
Эти слова я буду помнить до конца жизни. Они выжгутся на моём сердце, как клеймо.
Просто ты.
— Я женился на тебе, потому что ты залетела. — Он взял чемодан. — Потому что мать сказала — надо. Я возвращался к тебе каждый вечер восемнадцать лет и мечтал, чтобы на твоём месте была она. Каждый. Вечер.

— Ты не можешь так с нами поступать! Все ошибаются в жизни, и я не исключение. Да! Поддался своим слабостям, но это было только один раз, а ты, если бы меня любила, то поняла бы меня и простила, — говорит он, на полном серьёзе пытаясь меня убедить в своём виденье этого мира.

— Ты сам себя слышишь, Глеб? — спрашиваю я, отходя подальше от него. Мне физически тяжело рядом с ним находиться.

— Света, ты уже не маленькая и должна понять. Все мужчины изменяют, и это нормально! — говорит он, разделяя слова.

— В твоей вселенной, может быть, и да, но не в моей, — отвечаю я, отворачиваясь к окну. В отражении вижу, как он приближается.

— Света, пожалуйста, послушай меня. Мы ещё можем всё исправить. Подумай, хотя бы ради наших детей, — говорит Глеб, и бьёт по больному, напоминая о наших детях.

— Это мои дети, а у тебя другой ребёнок, от другой женщины, — ответила я.

— Это правда? — голос дрожит, но я заставляю себя говорить громко, чётко. Бросаю телефон на стол. Фото — крупным планом, не скрыть.
— Ты о чём? — спрашивает ровным тоном, будто действительно не понимает.
— О твоей невесте! О Вике! Ты думаешь, я не узнаю тебя на фото?
— Да, это правда, — произносит спокойно. — Я собираюсь развестись с тобой.
Слова бьют, как пощёчины. Одна за другой. Я чувствую, как внутри что‑то трескается, рассыпается на осколки.
— Но… почему? — шепчу, и голос ломается. — Что я сделала не так? Я старалась… Я всегда старалась быть хорошей женой, матерью…
Он усмехается. Усмешка горькая, безжалостная.
— Ты? — делает паузу, словно обдумывает ответ. — Ты ничего не сделала. Именно в этом проблема. Ты стала скучной. Предсказуемой. Ты — тень той девушки, в которую я влюбился.
Я отступаю на шаг, будто от удара. В голове — хаос, мысли путаются. Мой мир рушится на части.....

– Заходи, – говорю я подруге, открывая дверь в нашу новую с мужем квартиру, которая куплена на будущее дочери. – Только она пока пустая, полы да стены.
Мы проходим. Включаю свет в комнате – и замираю.
На полу лежит надувной матрас со смятым бельем, рядом остатки ужина на двоих, пластиковые бокалы.
На подоконнике – мужские часы.
Беру их дрожащими руками – кожаный ремешок с той самой потертостью, которую знаю наизусть.
– Лида, что это? – шепчет Ольга за спиной.
Поворачиваюсь к ней, и она вздрагивает от выражения моего лица.
– Это часы Дениса, – говорю еле слышно. – Те самые, которые он «потерял» вчера вечером.
Мир рушится.
Новая квартира, которую мы покупали для будущего дочери, оказывается местом его измен. Руки трясутся, часы выскальзывают и падают на пол со звонким стуком.

Перехожу к прикроватной тумбочке и начинаю вытирать на ней пыль, переставляю фото в рамке, и тут свет меркнет в моих глазах.
На фото — мой Ильдар. Красивый. Неотразимый.
С проседью в волосах.
Стоит, глядя перед собой в камеру, а на шее у него висит эта самая девчонка, клиентка, у которой я сейчас убираюсь в спальне! В спальне, ещё помнящей их жаркий шёпот!

***
— Никакого развода, — я в первый раз вижу своего мужа таким.
Чужим. Жестоким.
— Ты не смогла родить мне сына, и теперь качаешь права?! Твоё место у моих ног, ясно, женщина?