Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «razvod»

- Ев… Ева? Ты что здесь делаешь?
- Что я делаю в собственном доме? – спрашиваю с горькой улыбкой. – Да ты смешной, дорогой.
- Отпусти, корова!!!
- Давай, что-то оригинальнее, милочка, - шиплю в лицо соседки.
Да, любовницей мужа оказывается соседка, которая раздражала его своей тупостью и мерзким смехом. Тащу Марту по полу к двери.
- Ева, ты что делаешь? Крыша поехала.
- Поехала, когда такому уроду, как ты доверилась. Хотя меня все предупреждали и отговаривали за тебя замуж выходить.
- Да как будто у тебя выбор был! – бросает вслед Юра.
Соседка продолжает визжать, когда я тащу её по ступеням. Эта шваль в моём доме не останется.

— Чего ты вообще встала? Иди спать, не мешай мне общаться с коллегой, — рявкает муж.
— Я ухожу, делай что хочешь. Мне плевать. Сына ты больше не увидишь.
Лебедев встает с кровати и, слегка покачиваясь, идет ко мне. Глаза бешеные.
— Не надо мне угрожать, — хватает за горло. — Вали в свой мухосранск, если такая дура. Умная бы отвернулась. Я мужик, у меня есть потребности, — рычит он. — Ты же, как баба никакая. Разжирела, за собой не следишь. За киндера своего трясешься. Курица тупая. Слышала выражение: от нормальных баб не гуляют? Это про тебя… Ничего в жизни не можешь, только полы мыть.
Шок. Я не хочу верить в то, что слышу.
Я застала его с другой. Он должен стоять на коленях, оправдываться, умолять о прощении. Но Лебедев втаптывает меня в грязь.
Дверь в прошлую жизнь захлопнулась.
Без денег, собственного жилья, работы и с ребенком на руках.

Я уже списала себя со счетов, но именно в этот момент и открылось второе дыхание.

— Милый, ну когда мне уже привезут Бентли?
— Потерпи, кукла. Все будет. Я же сказал, что будет у тебя Бентли.
— Ты меня балуешь, дорогой.
— А тебя надо баловать, — отвечает он. — Ты у меня роскошная девочка. На тебя Семенов так смотрел, что еще бы пара минут – и слюни потекли.
Она наклоняется к нему и проводит пальцем по его галстуку.
— Хочу белый. С красным салоном. Ты же знаешь.
— Я знаю все, что ты хочешь, — говорит он ей.
И целует.
У моего мужа на столе сидит обнаженная блондинка и выпрашивает дорогущий премиальный автомобиль за двадцать миллионов, пока его жена ездит на обычной Тойоте.
Ну что же, милый, посмотрим, как дорого тебе обойдется иметь любовницу, ведь я прокурор, и терпеть, пока об меня вытирают ноги, не буду!

- Ты меня раздражаешь. Вся такая правильная, хорошая. Не шлепни ее на улице, не обними, не поцелуй. Все только дома под одеялом без света. Вечно это «Что скажут родители учеников? А вдруг жалобу подадут?». А мне жена нужна, ясно тебе? Мне нужна жена. Если бы я хотел робота, я бы лучше остался один, резиновую бабу себе купил, и то было бы толку больше, чем от тебя такой.
- Ты поэтому мне изменил? Поэтому у тебя роман на стороне уже четыре года и трехлетняя дочь? – спрашиваю у мужа, губы дрожат, а сердце разрывает от боли.
- Надо будет, и второй ребенок появится, а ты и дальше будешь на это смотреть, ведь так правильно, ведь так и должно быть.

Но так не должно быть. Я не смирилась, и муж выбросил меня в лесу, беременную, в дождь, без связи, с подвернутой ногой, с дикими схватками и совершенно без сил.

– У меня есть любовница, – сообщает муж буднично за обедом, – и ей срочно необходима твоя помощь.
– Что ты сказал? – приборы выпадают из обессиливших рук и с грохотом ударяются о поверхность стола.
– Ее зовут Арина. Она родила. Ей нужно срочное переливание крови, и ты, как врач, должна понимать…
Сердце делает кульбит, болезненный и неожиданный, словно споткнулось на ровном месте. Слова Саши бьют, как обухом по голове.
– Любовница… роды… ты серьезно? – выплевываю, чувствуя, как во мне закипает ярость, смешанная с дикой, обжигающей болью.
– Я понимаю, что это тяжело принять. Но сейчас важна жизнь Арины. Это не о любви, Наташа. Это о человечности. Ты можешь ее спасти.
– Почему я, Саша? Почему именно я должна ее спасать? – спрашиваю, и в голосе моем слышится отчаяние.
Неужели я настолько предсказуема? Настолько добра и безотказна, что он уверен в моем решении?
– Зачем, Наташ? Зачем тратить время на поиски, если ты есть?

– Сереж, – раздается тягучий голос, – Да скажи ты уже, кто мы друг другу! Чего ты все тянешь и тянешь… Мне уже рожать скоро!

– Что? – у меня едва ли не челюсть падает от этих слов, а девушка закрывает дверь авто и подходит ближе. И тут я понимаю, что из-за распахнутого плаща виден округлившийся живот! Она что, беременна от моего мужа?

– Тетушка, – устало произносит, – Пока вы поймете что и как, у меня схватки начнутся, – она кладет руку на живот и начинает его поглаживать, – Вы совсем уж недогадливая, а вроде жизнь прожили.
___

В сорок девять лет я узнаю что у мужа появилась “вторая семья”. Беременная любовница, которая живет в соседнем подъезде…

— Я забодался тебе все время врать. Постоянно что-то выдумывать, выкручиваться, звиздеть, — Георгий прикрывает глаза и устало проводит рукой по трехдневной щетине. — Не могу больше. Да и не хочу. После сорока, знаешь ли, с фантазией уже как-то туговато.
А у меня, наверное, с мозгами, как у него с фантазией.
— Ты о чем? — не совсем понимаю суть его слов.
— Надь, у меня есть женщина, — цинично выплевывает мне в лицо муж. — Точнее, не так. У меня есть женщина и ребенок.
— В смысле? —хлопаю глазами.
Это он что, прикалывается так, а я своими куриными мозгами не догоняю?
— Ты разыгрываешь меня, что ли? — дергается один уголок губ вверх и тут же падает обратно. Моё лицо пытается найти знакомую гримасу, ту самую — когда он очередную глупость несёт или шутит в своей манере. Но ничего не выходит. Щёки немеют, язык становится сухим, как будто я облизываю мел.
— Надежда, — он поднимает глаза. И я понимаю всё по этому взгляду. Он пустой. Спокойный. Как у удава. — Я не шучу.

Моё сердце делает кувырок — смесь нежности, азарта и дикого веселья. Идеальный момент. Просто. Идеальный.
Я делаю уверенный шаг вперёд, в центр комнаты, широко распахиваю полы своей роскошной шубки, обнажая всё великолепие чёрного кружева, и провозглашаю самым игривым, счастливым голосом, на который способна:
— С юбилеем, любимый! А я к тебе с сюрпризом!
Время замирает.
Вопреки моим ожиданиям лицо Лёши не озаряется улыбкой. Не вспыхивает восхищением. Оно… искажается.
Раздаётся хриплый, захлёбывающийся, душераздирающий вой. Звук чистой, животной агонии.
Он изгибается в кресле, будто его ударили током. Его прежде гордая осанка превращается в позу скрюченного червя.
Из-под стола у его ног вылетает, как чёртик из табакерки, Карина, его секретарша...

Наташа вошла в квартиру, поглаживая живот, но вопреки ожидаемой тишине ее встретил чужой женский смех.

- Как ты здорово придумал, отправить свою клушу в отпуск!
- Сегодня можешь остаться со мной до утра, - раздался голос мужа. Ее мужа!
- Только если ты пообещаешь, что до утра мы не будем спать…, - томно прошептала девица.

Она подошла к спальне и резко распахнула дверь!
- Ты что тут делаешь?! - муж дернулся, как от разряда электрошокера.
- Тебя волнует, что я тут делаю? - спросила она тихо. - А что ты тут делаешь, Артём?
Он вздохнул, будто разговор был давно назревшим.
- А что такого? Ну поразвлёкся. А как ты хотела? - его голос стал жёстче. - С тобой же сейчас и поговорить не о чем! Я с тобой задыхаюсь. А с Олесей я живу. Понимаешь?

Наталья хотела что-то ответить, но в эту секунду живот схватила резкая, прожигающая боль.
Пол поплыл. Потолок качнулся.
По ногам потекло что-то горячее, липкое.
И наступила темнота.

Когда на порог ко мне заявилась беременная любовница мужа, я не поверила ей.
Да только Дамиров ничего не стал отрицать.
— Вик, ну ты же ее видела? Настя красивая девка, знает, как доставить удовольствие мужику так, чтобы искры из глаз сыпались. А ты, — кривится он, — десять лет назад ты была звездой, а сейчас… ну, глаз уже так не радуешь, извини. Да и родить сама не можешь.
Конечно, я была в шоке, а Дамиров меня продолжал “успокаивать”:
— Вик, я же от тебя не отказываюсь. Я к тебе привык. Ты знаешь, у меня режим, работа, я люблю порядок во всем, и что-то менять… Это хлопотно. Я не хочу затевать сейчас волокиту с разводом. Это так утомляет, — вздыхает равнодушно.
Но похлопотать Дамирову все же пришлось, наш развод состоялся.
Только почему же полгода спустя его пузатая Настя рыдает у меня на пороге и ищет мужа?
И я бы позлорадствовала, конечно, но эта ненормальная однажды пришла снова, оставила мне ребенка и исчезла!
А потом появился Дамиров и предложил стать его дочке мамой!