Книги в жанре «Романы о неверности»
– Я её люблю, – говорит он тихо, но твёрдо. – Понимаешь? Люблю. По-настоящему. Так, как давно уже не люблю тебя.
Эти слова убивают. Окончательно. Бесповоратно. Я стою и чувствую, как внутри что-то ломается с треском.
– Когда? – спрашиваю я сквозь слёзы. – Когда ты разлюбил меня?
Он молчит, отводит взгляд.
– Скажи! Я имею право знать!
– Не знаю, – признаётся он. – Это случилось постепенно. Год за годом. Ты стала другой. Замкнутой, зацикленной на детях, на быте. Мы перестали разговаривать о чём-то, кроме счетов и родительских собраний. Я пытался возродить искру, но ты всегда была занята или усталая.
– Я растила твоих детей! – кричу я. – Пока ты строил карьеру, не спала ночами, лечила простуды! Я отдала тебе всю себя! А ты говоришь, что я стала другой?
– Да! Стала! Ты перестала быть женщиной. Стала только матерью. А мне нужна была женщина.
Я смотрю на него и не узнаю. Кто этот человек? Неужели я прожила с ним десять лет и не знала, кто он на самом деле?
Эти слова убивают. Окончательно. Бесповоратно. Я стою и чувствую, как внутри что-то ломается с треском.
– Когда? – спрашиваю я сквозь слёзы. – Когда ты разлюбил меня?
Он молчит, отводит взгляд.
– Скажи! Я имею право знать!
– Не знаю, – признаётся он. – Это случилось постепенно. Год за годом. Ты стала другой. Замкнутой, зацикленной на детях, на быте. Мы перестали разговаривать о чём-то, кроме счетов и родительских собраний. Я пытался возродить искру, но ты всегда была занята или усталая.
– Я растила твоих детей! – кричу я. – Пока ты строил карьеру, не спала ночами, лечила простуды! Я отдала тебе всю себя! А ты говоришь, что я стала другой?
– Да! Стала! Ты перестала быть женщиной. Стала только матерью. А мне нужна была женщина.
Я смотрю на него и не узнаю. Кто этот человек? Неужели я прожила с ним десять лет и не знала, кто он на самом деле?
– Ты не единственная, кто заслуживает подарков, дорогая…– говорит муж с холодом в глазах. – А твоя лучшая подруга очень убедительно просила меня купить эту диадему именно ей. И я согласился с ее доводами.
Мои пальцы сами сминают яркий буклет его подарка – путевку в СПА.
– И чем же заслужила Карина такой подарок, Игнат? – отчаяние и обида наполняют легкие горьким ядом.
Муж смотрит с разочарованием:
– Ты еще не догадалась? Я думал, ты умнее, Фая.
Мой сороковой день рождения превратился в кошмар… Подарок, который я так хотела получить от мужа, достался его любовнице… он даже не пытался оправдаться.
И после двадцати лет брака я подала на развод… не из-за диадемы. Из-за предательства.
Мои пальцы сами сминают яркий буклет его подарка – путевку в СПА.
– И чем же заслужила Карина такой подарок, Игнат? – отчаяние и обида наполняют легкие горьким ядом.
Муж смотрит с разочарованием:
– Ты еще не догадалась? Я думал, ты умнее, Фая.
Мой сороковой день рождения превратился в кошмар… Подарок, который я так хотела получить от мужа, достался его любовнице… он даже не пытался оправдаться.
И после двадцати лет брака я подала на развод… не из-за диадемы. Из-за предательства.
❗️ЗАВЕРШЕННАЯ ИСТОРИЯ. ПРИЯТНАЯ ЦЕНА❗️
— С ума сошла?! Звонить ей… Встречаться?! Лида?! — орет муж. — Кто ты и кто она…
— Интересно, Иван. У тебя вторая семья, а я сошла с ума…
— Это ничего не значит! Это ошибка! — хмыкает муж, словно просто вазу разбил.
— Ошибка — это ключ в замок вставить неправильно. А ты называешь ошибкой параллельную жизнь с другой женщиной и с ребенком, — говорю, морщась.
— А тебе что, плохо жилось?! Дом, деньги, статус! Ты могла и дальше не знать ничего! Зачем тебе понадобилась эта... правда?!
— Твои слова — чушь! Мы разводимся, Иван, — произношу четко, понимая, что иного решения нет.
— Да?! Разводимся?! Так вот, Лидия… Запомни раз и навсегда. Развода не будет. А станешь настаивать, останешься с фиговым листом…
— С ума сошла?! Звонить ей… Встречаться?! Лида?! — орет муж. — Кто ты и кто она…
— Интересно, Иван. У тебя вторая семья, а я сошла с ума…
— Это ничего не значит! Это ошибка! — хмыкает муж, словно просто вазу разбил.
— Ошибка — это ключ в замок вставить неправильно. А ты называешь ошибкой параллельную жизнь с другой женщиной и с ребенком, — говорю, морщась.
— А тебе что, плохо жилось?! Дом, деньги, статус! Ты могла и дальше не знать ничего! Зачем тебе понадобилась эта... правда?!
— Твои слова — чушь! Мы разводимся, Иван, — произношу четко, понимая, что иного решения нет.
— Да?! Разводимся?! Так вот, Лидия… Запомни раз и навсегда. Развода не будет. А станешь настаивать, останешься с фиговым листом…
— Тебе не надо было приходить сегодня, — шепчет девчонка, и я слышу шорох из-за закрытой двери. — Мне страшно смотреть ей в глаза. Она же… она же добрая. Она с твоей мамой…
— Перестань, — в голосе Ильи звякает металл.
Мой любимый муж и двадцатилетняя дочь подруги. Это сон или я в бреду?
— Не переживай о ней. Я сколько раз тебе говорил и повторю снова: мы с ней давно живем как соседи, женился, потому что мать насела тогда с ответственностью, поступком мужчины… Хватит.
— И что дальше? — Аллочка всхлипывает. — Ты так и будешь к нам приходить с ней под руку? Мне тяжело!
— По залету женился, по любви разведусь. — произносит, чеканя слова, мой муж.
Мой Илья говорит это!
Хорошо, дорогой. Я устрою тебе развод по любви!
— Перестань, — в голосе Ильи звякает металл.
Мой любимый муж и двадцатилетняя дочь подруги. Это сон или я в бреду?
— Не переживай о ней. Я сколько раз тебе говорил и повторю снова: мы с ней давно живем как соседи, женился, потому что мать насела тогда с ответственностью, поступком мужчины… Хватит.
— И что дальше? — Аллочка всхлипывает. — Ты так и будешь к нам приходить с ней под руку? Мне тяжело!
— По залету женился, по любви разведусь. — произносит, чеканя слова, мой муж.
Мой Илья говорит это!
Хорошо, дорогой. Я устрою тебе развод по любви!
Муж уехал вчера вечером в Санкт-Петербург на какую-то важную медицинскую конференцию по кардиохирургии.
А мы с детьми в выходной решили отправиться в кино.
– Мам, ну пойдём быстрее! – Максим тянет меня за руку. – Мультик начнётся через двадцать минут!
Мы получаем попкорн и соки, и я веду детей к нужному залу. Народу много – суббота, утренний сеанс, полно семей с детьми. Проходим мимо зала номер три, потом четыре, и я машинально оглядываюсь по сторонам, наблюдая за людьми.
И тут я его вижу.
Это какая-то ошибка, галлюцинация, случайное сходство. Не может быть. Он же в Петербурге.
Но нет.
Это Дмитрий. Мой муж. В джинсах и серой толстовке. Он стоит возле зала номер пять, держа за руку маленького мальчика лет пяти.
– Он мой сын, – тихо произносит Дмитрий, и эти три слова разбивают мой мир на осколки. – Данила – мой сын.
А мы с детьми в выходной решили отправиться в кино.
– Мам, ну пойдём быстрее! – Максим тянет меня за руку. – Мультик начнётся через двадцать минут!
Мы получаем попкорн и соки, и я веду детей к нужному залу. Народу много – суббота, утренний сеанс, полно семей с детьми. Проходим мимо зала номер три, потом четыре, и я машинально оглядываюсь по сторонам, наблюдая за людьми.
И тут я его вижу.
Это какая-то ошибка, галлюцинация, случайное сходство. Не может быть. Он же в Петербурге.
Но нет.
Это Дмитрий. Мой муж. В джинсах и серой толстовке. Он стоит возле зала номер пять, держа за руку маленького мальчика лет пяти.
– Он мой сын, – тихо произносит Дмитрий, и эти три слова разбивают мой мир на осколки. – Данила – мой сын.
— Ой, какая же я растяпа! — слышу незнакомый, игривый голос, — Простите меня, Сергей Петрович!
Сергей Петрович? Кто в нашем доме называет моего мужа по имени-отчеству?
— Да ничего страшного, Машенька! — заботливо звучит голос Сергея. — Главное, не обожглись? Сейчас все вытрем!
Я останавливаюсь. И не могу в это поверить.
Посреди кухни стоит молодая девица лет двадцати. Вся, полностью, до пояса, залитая темной жидкостью. Чаем, судя по запаху. Ткань насквозь промокла и под ней ничего нет. Совсем ничего.
— Мам! — Катя соскакивает со стула, но в ее голосе нет ни капли смущения. — А ты чего так рано?
Я не отвечаю. Не могу. Смотрю на Сергея.
— Мам, познакомься это Маша! — Катя, словно не замечая, что атмосфера в кухне накалилась до предела, радостно начинает представлять. — Моя подруга! Из Москвы приехала. Представляешь, ее родители выгнали из дома! Она снимала комнату, но денег больше нет. Она поживет у нас. Папа разрешил, — она поворачивается к Сергею, ища поддержки. — Правда, пап?
Сергей Петрович? Кто в нашем доме называет моего мужа по имени-отчеству?
— Да ничего страшного, Машенька! — заботливо звучит голос Сергея. — Главное, не обожглись? Сейчас все вытрем!
Я останавливаюсь. И не могу в это поверить.
Посреди кухни стоит молодая девица лет двадцати. Вся, полностью, до пояса, залитая темной жидкостью. Чаем, судя по запаху. Ткань насквозь промокла и под ней ничего нет. Совсем ничего.
— Мам! — Катя соскакивает со стула, но в ее голосе нет ни капли смущения. — А ты чего так рано?
Я не отвечаю. Не могу. Смотрю на Сергея.
— Мам, познакомься это Маша! — Катя, словно не замечая, что атмосфера в кухне накалилась до предела, радостно начинает представлять. — Моя подруга! Из Москвы приехала. Представляешь, ее родители выгнали из дома! Она снимала комнату, но денег больше нет. Она поживет у нас. Папа разрешил, — она поворачивается к Сергею, ища поддержки. — Правда, пап?
Женщина засмеялась — легко, уверенно.
— Это так забавно… Она вообще ни о чём не догадывается?
И тут мужской голос сказал фразу, которую мой мозг сначала отказался принять.
— Конечно, нет.
Пауза. Шорох ткани. Ещё один короткий поцелуй — слышно, как будто совсем рядом.
Женский голос:
— А я смогу урвать у тебя завтра ещё пару поцелуев?
И мужской — спокойный, знакомый до боли:
— Сможешь, дорогая.
Мужской голос. Голос моего мужа.
Родиона.
— Это так забавно… Она вообще ни о чём не догадывается?
И тут мужской голос сказал фразу, которую мой мозг сначала отказался принять.
— Конечно, нет.
Пауза. Шорох ткани. Ещё один короткий поцелуй — слышно, как будто совсем рядом.
Женский голос:
— А я смогу урвать у тебя завтра ещё пару поцелуев?
И мужской — спокойный, знакомый до боли:
— Сможешь, дорогая.
Мужской голос. Голос моего мужа.
Родиона.
– Ты изменил мне с уборщицей? – выдыхаю через боль и отрицание.
Муж закатывает глаза, как будто я сморозила глупость. Поворачивается ко мне, поправляя галстук.
– А что, тебе хотелось бы, чтобы в роли моей любовницы была более статусная женщина? Марина беременна. У нас с ней будет тройня… и я, как порядочный мужчина, не брошу в ее в таком положении.
К горлу подкатывает тошнота, а мои ладони становятся влажными:
– Порядочный мужчина не стал бы изменять, Аристарх. Думаешь, жизнь тебя за это не накажет?
– Уже наказала! – раздражается он. – Тобой…
-----------------
После быстрого болезненного развода прошел всего год, и бывший снова появился на моем пороге с шокирующим предложением:
– Марина не справляется с детьми. Помоги ей, ты ведь как раз работаешь с малышнёй, знаешь, как это делается. Поживешь с нами пару месяцев, хоть посмотришь, каково это вообще – жить в дружной любящей семье…
Муж закатывает глаза, как будто я сморозила глупость. Поворачивается ко мне, поправляя галстук.
– А что, тебе хотелось бы, чтобы в роли моей любовницы была более статусная женщина? Марина беременна. У нас с ней будет тройня… и я, как порядочный мужчина, не брошу в ее в таком положении.
К горлу подкатывает тошнота, а мои ладони становятся влажными:
– Порядочный мужчина не стал бы изменять, Аристарх. Думаешь, жизнь тебя за это не накажет?
– Уже наказала! – раздражается он. – Тобой…
-----------------
После быстрого болезненного развода прошел всего год, и бывший снова появился на моем пороге с шокирующим предложением:
– Марина не справляется с детьми. Помоги ей, ты ведь как раз работаешь с малышнёй, знаешь, как это делается. Поживешь с нами пару месяцев, хоть посмотришь, каково это вообще – жить в дружной любящей семье…
❤️РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН! СКИДКА ПРЯМО СЕЙЧАС!❤️
Тимур стоит у стола. Перед ним — она. Молодая, светловолосая, в расстегнутом халате.
Я должна уйти. Должна развернуться и исчезнуть, пока он не увидел меня. Но не ушла…
Девица замечает меня, застегивает халат и убегает. Я и муж остаемся одни.
— Ты вообще любил меня когда-нибудь? — спрашиваю я, Тимура.
— Ева, —отвечает он жестко. — Ты хочешь поговорить о любви? Сейчас? С твоим диагнозом?
Я замираю. Он знал…
— Я говорю то, что ты не хочешь слышать. — Муж делает шаг ко мне. Не чтобы обнять. Чтобы добить. — Я видел твои анализы. Тебе жить осталось два понедельника. И ты пришла сюда выяснять, люблю я тебя или нет? Лучше напиши на меня завещание, тебе все равно в могилу ничего не забрать. Наследство от отца, имущество, его научные работы. Пока ты еще в состоянии, нужно все оформить.
Тимур стоит у стола. Перед ним — она. Молодая, светловолосая, в расстегнутом халате.
Я должна уйти. Должна развернуться и исчезнуть, пока он не увидел меня. Но не ушла…
Девица замечает меня, застегивает халат и убегает. Я и муж остаемся одни.
— Ты вообще любил меня когда-нибудь? — спрашиваю я, Тимура.
— Ева, —отвечает он жестко. — Ты хочешь поговорить о любви? Сейчас? С твоим диагнозом?
Я замираю. Он знал…
— Я говорю то, что ты не хочешь слышать. — Муж делает шаг ко мне. Не чтобы обнять. Чтобы добить. — Я видел твои анализы. Тебе жить осталось два понедельника. И ты пришла сюда выяснять, люблю я тебя или нет? Лучше напиши на меня завещание, тебе все равно в могилу ничего не забрать. Наследство от отца, имущество, его научные работы. Пока ты еще в состоянии, нужно все оформить.
— Лиля? — выдыхает моя подруга. — Что ты... как ты...
Я смотрю на нее — на любовницу моего мужа, мать его будущего ребенка.
— Привет, Рита, — говорю я ровным голосом.
Она открывает рот, закрывает. Хватается за живот — защитный жест.
— Лиля, я... это не то, что ты думаешь... — начинает она, но голос срывается.
— Не то, что я думаю? — я усмехаюсь. — Рита, я думаю, что ты живешь в квартире моего мужа. Что ты беременна от него. Что вы оба предали меня. Что из этого не то, что я думаю?
Она шатается, хватается за дверной косяк. Лицо серое, в глазах паника.
— Лиля, прошу... дай мне объяснить...
— Объяснить? — я делаю шаг вперед, и она инстинктивно отступает. — Что ты можешь объяснить?
Из глубины квартиры доносится голос:
— Рит, кто там?
Голос моего мужа. Значит он дома.
Я смотрю на нее — на любовницу моего мужа, мать его будущего ребенка.
— Привет, Рита, — говорю я ровным голосом.
Она открывает рот, закрывает. Хватается за живот — защитный жест.
— Лиля, я... это не то, что ты думаешь... — начинает она, но голос срывается.
— Не то, что я думаю? — я усмехаюсь. — Рита, я думаю, что ты живешь в квартире моего мужа. Что ты беременна от него. Что вы оба предали меня. Что из этого не то, что я думаю?
Она шатается, хватается за дверной косяк. Лицо серое, в глазах паника.
— Лиля, прошу... дай мне объяснить...
— Объяснить? — я делаю шаг вперед, и она инстинктивно отступает. — Что ты можешь объяснить?
Из глубины квартиры доносится голос:
— Рит, кто там?
Голос моего мужа. Значит он дома.
Выберите полку для книги
Романы о неверности: истории любви, боли и выбора
Романы о неверности — это эмоциональные книги о людях, которые сталкиваются с предательством, сомнениями, тайнами и последствиями сложных решений. В таких историях измена редко бывает просто сюжетным поворотом: чаще она становится испытанием для чувств, семьи, доверия и самого представления героев о любви.
На Литмаркет собраны книги, в которых отношения показаны без сахарной глазури: с ревностью, обидами, внутренними противоречиями, неожиданными признаниями и непростым выбором. Одни герои пытаются сохранить брак, другие — начинают жизнь заново, третьи понимают, что правда иногда приходит слишком поздно.
Что почитать в жанре романов о неверности
В подборке можно найти современные любовные романы, семейные драмы, истории о вторых шансах, запретных чувствах и отношениях на грани разрыва. Такие книги подойдут читателям, которым важны сильные эмоции, психологическая глубина персонажей и напряжение между «простить», «уйти» и «попробовать снова».
Если вам интересны истории, где любовь проходит проверку предательством, а герои вынуждены честно взглянуть на себя и свои чувства, выбирайте книгу из жанра «Романы о неверности» и читайте онлайн на Литмаркет.