Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР»

Глупое пари между двумя друзьями: кто быстрее заставит её улыбнуться, тот и выигрывает. Она — новая стажёрка, тихая, собранная, не из тех, кто ведётся на обаяние. От лица героя, который привык выигрывать: сначала это просто игра, потом — азарт, потом — что-то, от чего становится тяжело дышать. Друг не играет грязно, но он делает то, чего герой не умеет: слушает. И чем ближе ночь, тем яснее: он не хочет выигрывать. Он хочет, чтобы она выбрала его не из-за пари, а потому что не может иначе. Это было просто пари. Пока не стало единственной ставкой в его жизни...

Его руки медленно легли на её талию. Его пальцы сжали ткань, притягивая её ближе. Алиса почувствовала тепло его тела, твёрдость его груди. Это не было частью хореографии. Это было нечто реальное, осязаемое и пугающе притягательное. Она открыла глаза и встретилась с его взглядом. В его серых глазах больше не было холодной оценки хореографа. Там горел тёмный, ненасытный огонь.
Марк медленно провёл рукой по её шее, его большой палец коснулся пульсирующей вены на её горле. Алиса судорожно вздохнула, её тело отозвалось на это прикосновение непредсказуемым жаром. Она знала, что должна отстраниться, что это нарушает все профессиональные границы, но её ноги словно приросли к льду.
Ты чувствуешь это? спросил он, и его губы оказались опасно близко к её уху. Его дыхание обожгло её кожу.
Да, прошептала она, и это слово прозвучало как признание в поражении. Он наклонился и поцеловал её. Это не был нежный или робкий поцелуй. Это был поцелуй, полный накопленного напряжения, требований и обещаний..

Гурам не отпускает Яну. Ему нужны мои клубы, моя подпись, моя жизнь. У Яны в руках информация, способная уничтожить обоих. Она не сломалась — и я не имею права сломаться тоже, потому что впервые мне есть ради кого выживать.

Я умею убивать, но теперь мне нужно научиться спасать. Её. Себя. Нас.

Что окажется важнее — отомстить или спасти?

«Ты боишься не смерти, Нора. Ты боишься совершить ошибку. Ты боишься меня».
Нора знает правила выживания в элитном закрытом клубе «Порок»: смотреть в пол, улыбаться уголками губ и никогда, слышишь, никогда не смотреть в глаза владельцу.
Винсент Блэквуд — мажор в третьем поколении, циник и хищник, которому смертельно скучно. Он привык, что ему отдают всё без слов.
Но одна ошибка меняет всё.
Один неверный шаг — и Нора оказывается не в том месте, став свидетельницей того, что видит лишь мертвец.
Он не убивает её. Винсент предлагает сделку: её молчание в обмен на подчинение. Но это не просто сделка. Это жестокая психологическая игра, где он устанавливает правила, а она должна играть по ним, чтобы не сойти с ума.
Он будет ломать её. Проверять на прочность. Заставлять дрожать от одного своего взгляда.
Но Винсент не знает одного: даже у самой покорной игрушки есть свой предел. И когда Нора перестанет бояться, он поймет, что в этой игре у него нет ни единого шанса на победу.

Мой муж променял меня на силиконовую блондинку. Которая оказалась дочерью его босса.

Того самого Матвея Волкова. Владельца корпорации и мужчины, от которого у женщин отключаются мозги. А у меня, судя по всему, ещё и инстинкт самосохранения.

Я планировала страдать и проклинать всех мужиков. Но подруга подлила коньяка и выдала гениальный план: лучшая месть бывшему — переспать с его боссом.

Безумие? Согласна. Особенно если учесть, что Волков — тот, кого я когда-то попросила забыть. И, кажется, он не забыл.

Он предлагает сделку: я играю его идеальную девушку, чтобы позлить дочь и бывшего, а он помогает мне с разводом. Всё просто. Кроме одного — он знает обо мне то, что я сама стёрла из памяти.

И когда тайна вспыхнет, мне придётся выбрать: снова сбежать или впервые остаться.

18+ Внутри: дерзкий юмор, чёрная пошлость, босс, который умеет ждать, и месть, от которой у бывшего отвалится не только челюсть.

Её отправляют в горы — формально на лето к дальнему родственнику, по факту — продать в жёны человеку, которого она никогда не видела. Он живёт один в укреплённом доме на перевале, не спускается в город, не разговаривает с людьми. В деревне его называют «зверем». Она приезжает и обнаруживает не чудовище, а мужчину, который сломался после войны и запер себя в добровольной клетке. Она не боится его молчания — и именно это ломает его стену быстрее, чем любые слова. Но у него есть брат, который приходит с проверки и который смотрит на неё так, что у неё перехватывает дыхание.
Она приехала как пленница. Осталась как единственная, кто смог приручить зверя. А потом пришёл его брат...

Она стояла прямо, словно по струнке. Тёмные волосы были собраны в строгий пучок. На ней было простое, но безупречно сидящее чёрное платье-футляр и белый передник с кружевной отделкой — униформа, которую я потребовал от агентства. Её глаза, тёмные, почти чёрные, смотрели на меня с вызовом, который она тщетно пыталась скрыть за профессиональной вежливостью.
— Добрый вечер, Александр Ильич, — её голос был ровным, но я уловил едва заметную дрожь. Она чувствовала мою ауру. Мои сабмиссивы всегда чувствовали.
— Добрый вечер, Елизавета. Проходите.
Она переступила порог, и я закрыл дверь. Щелчок замка прозвучал в тишине пентхауса как выстрел.
— Вы знаете, какие правила я устанавливаю в этом доме? — спросил я, не предлагая ей сесть.
— Я ознакомилась с контрактом, — ответила она, опустив глаза на мой галстук. Хороший знак. Прямой зрительный контакт с Доминантом на первой встрече — это привилегия, которую нужно заслужить. — Поддержание идеального порядка, полная конфиденциальность, немедленно

Двое друзей-архитекторов участвуют в одном тендере, и ставки неожиданно становятся личными: победитель получает не только контракт, но и право быть с ней. Она об этом не знает, а они делают вид, что это просто работа. От лица амбициозного героя: для него это очередной трофей, пока он не замечает, как она смотрит на его друга — с тем доверием, которого у неё к нему нет. Теперь тендер — это не про деньги, а про то, сможет ли он выиграть не только проект, но и её взгляд.

Вероника устраивается личным ассистентом к владельцу IT-корпорации Владиславу — социопату и перфекционисту, увольняющему людей за опечатки в письмах. В контракте мелким шрифтом прописан пункт о «личном сопровождении», который включает в себя его специфические методы снятия стресса после провалов сделок. Когда корпорация оказывается на грани поглощения рейдерами, именно их тайные игры во власть и подчинение становятся главным оружием против совета директоров.

Он перелез через низкий забор, разделяющий их участки, и подошёл ближе. От него пахло машинным маслом, табаком и чем-то ещё — мужским, терпким запахом силы.
— Давай я помогу, — сказал он просто. — У меня как раз время свободное. Трактор сломался, жду запчасть.
Алина колебалась. Принимать помощь от незнакомого мужчины? В Москве она бы отказала сразу. Но здесь, в этой глуши, правила были другими. Здесь помощь была валютой, а одиночество — роскошью, которую мало кто мог себе позволить.
— Спасибо, — сказала она наконец. — Но у меня нет денег платить.
Дмитрий рассмеялся, и смех его был низким, вибрирующим.
— Деньги мне не нужны. Мне скучно одному. А компания у тебя хорошая.
Он взял у неё из рук лопату. Его пальцы случайно коснулись её руки, и Алина почувствовала лёгкий электрический разряд. Она отдёрнула руку, но Дмитрий уже копал.
Его движения были экономными и мощными. Лопата входила в землю легко, будто та сама поддавалась ему. Алина наблюдала за ним, заворожённая. Он снял рубашку