Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «goryacho-i-otkrovenno»

Вера привыкла быть невидимкой для собственного мужа — Кирилл давно не смотрит на неё, не трогает, не замечает. Летняя поездка к его отцу обещает лишь душную комнату и недели безвылазного быта. Но дом свёкра хранит совсем другую атмосферу: здесь двое мужчин смотрят на неё так, как Кирилл не смотрел никогда. Вере предстоит узнать, что чувствовать себя красивой порой опаснее, чем быть одинокой.

– Боишься меня, блондиночка?
– Мечтай, двуногий скот. Я таких, как ты, объезжаю по встречной.
Матвей Яров усмехается, и мне впервые приходит в голову, что хищники тоже умеют улыбаться. Особенно перед тем, как вцепиться человеку в горло.
Он – Ворон, предводитель «Мятежа». Жестокий, опасный, непредсказуемый. Его люди носят черного ворона на спине, его байк слышно раньше, чем появляется он сам, а в Нордвейке достаточно произнести его имя, чтобы умные люди перестали задавать вопросы.
Мне стоило держаться от него подальше.
Вместо этого я снова оказываюсь рядом.
– Еще раз полезешь в мой мир, назад я тебя уже не выпущу.
Серые глаза лезут под кожу. В них дождь, разлука…
– Это угроза?
Матвей подходит ближе и медленно проводит большим пальцем по моей нижней губе.
– Нет, Яна. Это единственное предупреждение, которое ты от меня получишь.
Он еще не знает, кто я на самом деле.
А когда узнает, захочет уже не поцеловать меня, а уничтожить.

— Двести тысяч в месяц...за то, что будешь принадлежать мне на публике, — он отталкивается от своего бронебойного джипа.
— Засунь свои двести тысяч себе в бардачок, Лисовский, — иду прочь от него.
— Ты сама ко мне придешь, Святоша, — долетает мне в спину.

Он — холодный, циничный мажор, элита нашего универа.
Ради спасения репутации и статуса наследника ему понадобилась идеальная девушка. А когда я отказалась, он методично стер мою жизнь в порошок.
За одно утро он лишил меня бюджета, стипендии и крыши над головой, отрезав все пути к отступлению.
Теперь мы делим один лофт, одну кровать и одну жгучую, всепоглощающую ненависть друг к другу.

Главное правило нашей сделки — никаких чувств.
Но что делать, если границы между игрой и реальностью начнут стираться?

– Тебя сейчас подготовят. Тебя никто не узнает, лицо закроют. А ты закроешь свой рот! И через несколько часов на свадьбе скажешь «да», все ясно?
– Нет!
– Девочка, ты что, не поняла еще, куда попала? Может, мне приказать навестить твою мать с братишкой? Хочешь ухо своего братца в качестве подарка на свадьбу?
----
Я думала, что это ошибка. Меня просто перепутали и отдают замуж за незнакомого мне горца. Что он все поймет и отправит меня домой. Но... На кону оказалась не только моя свобода, но самое ценное – моя жизнь.

— Простыня чистая, — его голос звучит холодно. — А ты — нет.
Я сжимаюсь в комок, понимая: это конец. Руслан узнал мою тайну в первую же брачную ночь. По традициям нашего аула ему можно убить меня. Или вернуть родителям с позором.
— Кто? — рычит он. — Скажи имя!
Но я не могу. Год назад меня изнасиловали. Я молчала из страха. А теперь вышла замуж, зная, что правда всё равно откроется. Я шла на эту свадьбу, как на казнь.
— Ты сама хотела? — спрашивает Руслан, и в его голосе появляется что-то новое. — Или тебя взяли силой?
Я не успеваю ответить — слёзы душат меня. Но он понимает и без слов.
И делает выбор, который изменит нашу жизнь навсегда.

Двери купе открывались, люди опасливо выглядывали и прятались обратно. За мной уже стояла очередь из пяти человек, которую я пропустила, прижимаясь спиной к стеночке. Пусть идут, если им не страшно. Мне чуть не отдавили ноги, затем чуть не пришибли баулом прямо по животу, но люди всё-таки пролезли через полицейских и нарушителя. Проводнице было совсем не до билетов. Она всхлипывала и пыталась вытолкать пьяницу из вагона, упирая руки ему в спину.
Все движения прекратились в миг, когда дверь купе в метре от возни открылась. Гора мышц в белой майке и синих джинсах пробасила так, что у меня кровь застыла в жилах.
— Я же просил по-человечески не будить меня, — гул мужского голоса отозвался испугом даже в глазах полицейских. Правой рукой брюнет, почти касающийся макушкой потолка, взял за ....

— Никто не должен знать, что между нами было. Если не хочешь проблем, — его голос холоден, как сталь.
— Ты… угрожаешь мне?
— Предупреждаю, — бросает он. — Я получил свое. На этом всё. У тебя — своя жизнь. У меня — своя.

Он — брат подруги.
Сильный, влиятельный, безжалостный.
Он стал моим первым мужчиной… и самым жестоким уроком.

Я думала, что всё кончено. Но он вернулся.
Чтобы снова заставить меня принадлежать ему.
И если тогда я молчала, то теперь — он пожалеет, что научил меня сопротивляться.

Осторожно я расстегнула верхнюю пуговку кардигана, затем вторую.
– Снимай скорее этот кардиган, – сказал Павел.
Ох. Что он делал со мною одним своим голосом? А уж когда я видела его губы, которые произносили слова так близко, в сознание снова врывались слишком неприличные фантазии. Например, сейчас, Павел помогал мне снимать кардиган, я хотела, чтобы его губы коснулись оголившихся участков кожи. Плеч. Ключиц. Шеи.
– Катерина! – вмешался Дмитрий склоняясь над моим ухом, когда кардиган уже был снят. – Ладно кардиган, но почему вы под платье надели ещё и бабушкин лифчик?
– Это мой, – тихо пролепетала, не смея глаз поднять.
Пышногрудая девица слева от нас залилась громким смехом. Горячее дыхание явно недовольного Дмитрия опалило мне шею.
– Всё пошли! – рыкнул Павел. – Надеюсь, ты этот цирк хорошо отработаешь.
– Какой цирк? – спросила я. – Но конечно, я всё отработаю. Я буду очень прилежной!
Под руку Павел вывел меня из зала. Сколько отчётов мне придётся сделать? Отчётов ли?

— Мне лучше уйти, — шепчу я стараясь не дёргаться.
— Нет уж, — он смотрит на меня, как на кусок мяса. — Я не привык отказываться от таких подарков.
— Я не подарок, — отвечаю резко. — Повторяю, я здесь по ошибке.
— Это я проверю после того, как узнаю тебя поближе…
***
Я ехал, чтобы отдохнуть в тишине, но тишина мне только снится, а вот неожиданная гостья, вполне реальная. Можно было бы сразу её отпустить и даже сделать вид будто не видел, но все её действия сами за себя сказали.
А я не привык отпускать тех, кто пробуждает во мне инстинкты охотника.

- Ты кое-что у меня украла, малая.
Его горячая ладонь ложится на мой еще плоский живот. Головой мотаю. Он не может знать. Не должен был узнать.
- Будешь послушной, оставлю в качестве няни, - вздрагиваю от его холодного тона. - Если нет, то ты горько пожалеешь, что скрыла от меня беременность.
***
Я спасла его, а он бросил мне пачку денег, оставив под сердцем напоминание о себе. Сейчас он решил, что имеет право вернуться. Я больше не позволю сломать себя. Тем более, отнять моего ребенка!