Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
За автоматчиками выходит четвëртый бандит, и у меня невольно проясняется в голове.
Ему лет сорок, он высок и атлетически сложен, настоящий гигант. В каждом его шаге, в каждом - даже самом скупом движении чувствуется целеустремлённость, мощь и крутизна.
Мужчина подходит к нашему микроавтобусу, заглядывает внутрь. Я встречаюсь с ним взглядом и тону в его светло-голубых, как лëд, глазах: а он командует - властно, с красивой хрипотцой, от которой - несмотря на всю жуть происходящего - у меня приятно тянет внизу живота.
- Всех - в наш микрик, а - эту...
Он кивает на меня.
- ...ко мне в машину! Сегодня ночью она будет расплачиваться со мной за спасение!
Ему лет сорок, он высок и атлетически сложен, настоящий гигант. В каждом его шаге, в каждом - даже самом скупом движении чувствуется целеустремлённость, мощь и крутизна.
Мужчина подходит к нашему микроавтобусу, заглядывает внутрь. Я встречаюсь с ним взглядом и тону в его светло-голубых, как лëд, глазах: а он командует - властно, с красивой хрипотцой, от которой - несмотря на всю жуть происходящего - у меня приятно тянет внизу живота.
- Всех - в наш микрик, а - эту...
Он кивает на меня.
- ...ко мне в машину! Сегодня ночью она будет расплачиваться со мной за спасение!
— Ты моя на целый месяц! — влажное дыхание мужчины дрожью отзывается в моем теле. — Будешь послушной девочкой! — гладит по волосам, как куклу. — Беспрекословное подчинение, — пальцы смыкаются на шее под волосами. Всё внутри меня протестующе орёт. Но я сижу не шелохнувшись.
— Я буду брать тебя везде! — хищно выдыхает на ухо, и дрожь в озноб переходит. Унять невозможно. — Когда и где захочу! — плотно обхватывает бедро. Не двигаюсь. — И если мне все понравится, через месяц я тебя отпущу. В твою серую жизнь.
Сглатываю ком в горле и смотрю в холодные глаза мужчины.
— А если откажусь? — нижняя губа предательски трясется.
— Тогда будет по-плохому!
***
Моего отца подставили. Он должен крупную сумму денег бывшему лучшему другу.
Теперь новый хозяин элитного клуба делает меня своей игрушкой... за долги.
— Я буду брать тебя везде! — хищно выдыхает на ухо, и дрожь в озноб переходит. Унять невозможно. — Когда и где захочу! — плотно обхватывает бедро. Не двигаюсь. — И если мне все понравится, через месяц я тебя отпущу. В твою серую жизнь.
Сглатываю ком в горле и смотрю в холодные глаза мужчины.
— А если откажусь? — нижняя губа предательски трясется.
— Тогда будет по-плохому!
***
Моего отца подставили. Он должен крупную сумму денег бывшему лучшему другу.
Теперь новый хозяин элитного клуба делает меня своей игрушкой... за долги.
Она сводит меня с ума!
Мы, то сходимся, то расстаёмся.
Но отпустить её я не могу.
Она моя горячка! Своенравная и резкая, и самая лучшая!
Но как удержать её рядом и не свихнуться от ревности.
Он сводит меня с ума.
Мы, то сходимся, то расстаёмся.
Он стремится стать ближе, а по факту пропадает на своей работе.
Мой бывший муж всегда говорил, что за моей внешностью аристократки, скрывается быдлячий характер, и просто мастерское умение ковырять ложечкой его мозг.
Ну что ж?
Вперёд майор Громов, попытай удачу.
Мы, то сходимся, то расстаёмся.
Но отпустить её я не могу.
Она моя горячка! Своенравная и резкая, и самая лучшая!
Но как удержать её рядом и не свихнуться от ревности.
Он сводит меня с ума.
Мы, то сходимся, то расстаёмся.
Он стремится стать ближе, а по факту пропадает на своей работе.
Мой бывший муж всегда говорил, что за моей внешностью аристократки, скрывается быдлячий характер, и просто мастерское умение ковырять ложечкой его мозг.
Ну что ж?
Вперёд майор Громов, попытай удачу.
Я кайфовала, лежа в джакузи. Наслаждалась прикосновениями мужчины, от которого сходила с ума, и подводными струйками, щекочущими кожу.
- Можем посмотреть фильм или… в эркере за экраном есть классная кушетка. Там мы ещё не пробовали, - в его голосе было столько соблазна.
- Звучит заманчиво, - улыбнулась я. – А сколько времени?
- Должно быть около восьми.
- Как? – подскочила я. – Сейчас твой сын вернётся!
Чмокнув Андрея, я унеслась, как ужаленная в спальню Никитоса. Там быстро оделась и устроилась на подоконнике с книгой, будто весь вечер там и провела. Как раз вовремя, потому что вскоре домой вернулся мой парень.
- Прости, тренер задержал, - пожаловался Никита. – Ты тут, наверно, совсем заскучала без меня?
«Знал бы ты, как сильно я сегодня не скучала с твоим отцом», - промелькнула мысль.
- Можем посмотреть фильм или… в эркере за экраном есть классная кушетка. Там мы ещё не пробовали, - в его голосе было столько соблазна.
- Звучит заманчиво, - улыбнулась я. – А сколько времени?
- Должно быть около восьми.
- Как? – подскочила я. – Сейчас твой сын вернётся!
Чмокнув Андрея, я унеслась, как ужаленная в спальню Никитоса. Там быстро оделась и устроилась на подоконнике с книгой, будто весь вечер там и провела. Как раз вовремя, потому что вскоре домой вернулся мой парень.
- Прости, тренер задержал, - пожаловался Никита. – Ты тут, наверно, совсем заскучала без меня?
«Знал бы ты, как сильно я сегодня не скучала с твоим отцом», - промелькнула мысль.
Натянув предложенное и мельком отметив, что трусов в этом комплекте не наблюдалось, коротко сообщила:
– Я всё.
Сергей повернулся, довольно оглядел меня, прицокнул языком:
– Отлично. А теперь становись вот сюда.
Он указал на массивную колонну, поддерживающую потолок фабрики. Я шагнула к ней. Сергей с верёвкой в руках подошёл ко мне.
– Руки за спину, – скомандовал он.
Я послушалась и почувствовала, как грубая верёвка обхватывает запястья. Ну что ж, не так уж и страшно, подумала я. Сергей старательно связал мои руки за колонной и вновь стал передо мной.
– Я всё.
Сергей повернулся, довольно оглядел меня, прицокнул языком:
– Отлично. А теперь становись вот сюда.
Он указал на массивную колонну, поддерживающую потолок фабрики. Я шагнула к ней. Сергей с верёвкой в руках подошёл ко мне.
– Руки за спину, – скомандовал он.
Я послушалась и почувствовала, как грубая верёвка обхватывает запястья. Ну что ж, не так уж и страшно, подумала я. Сергей старательно связал мои руки за колонной и вновь стал передо мной.
— Мы пришли, чтобы вы отдали для моего младшего сына Дженгиза свою Эльнару. Сыграем свадьбу в ближайшее время и окончательно скрепим существующие узы между нашими семьями раз и навсегда.
Каюсь, до меня не сразу дошло, что именно он имел в виду. И что имя Эльнара — это моё имя. Как и слово “свадьба” тоже относилось ко мне. А когда дошло…
Да ни за что!
Но кто бы меня спрашивал?..
— Таким, как Караджа, не отказывают, Эльнара. И мы не откажем, — стало мне ответом.
И мне ничего не оставалось, как согласиться.
Но это не значит, что я сдамся! Никогда!
Я обязательно найду способ избежать навязанного брака и защитить от него свою младшую сестру!
Каюсь, до меня не сразу дошло, что именно он имел в виду. И что имя Эльнара — это моё имя. Как и слово “свадьба” тоже относилось ко мне. А когда дошло…
Да ни за что!
Но кто бы меня спрашивал?..
— Таким, как Караджа, не отказывают, Эльнара. И мы не откажем, — стало мне ответом.
И мне ничего не оставалось, как согласиться.
Но это не значит, что я сдамся! Никогда!
Я обязательно найду способ избежать навязанного брака и защитить от него свою младшую сестру!
Он проклят и заточен в подземелье.
Каждый месяц ему приводят девственниц, лишь они могут снять проклятье и снова сделать его человеком.
Сегодня ему привели последнюю, двенадцатую. Милая, нежная Адель теперь его игрушка.
Игрушка для Зверя.
Каждый месяц ему приводят девственниц, лишь они могут снять проклятье и снова сделать его человеком.
Сегодня ему привели последнюю, двенадцатую. Милая, нежная Адель теперь его игрушка.
Игрушка для Зверя.
— Я так больше не могу! — сглатываю горечь обиды. — Вы меня не цените! Ненавидите! Да ещё и спите с другой!
— Тебя тревожит только последнее? — тёмные брови дёргаются.
— Нет! Мне вообще до этого нет дела!
Вру, как дышу. Не могу признаться, что его флирт с коллегой не оставляет меня равнодушной.
— Тогда чего ты истеришь?
— Хочу уволиться! — кричу, срывая голос. — Теперь уже по-настоящему!
— Нет. Я не отпущу тебя.
***
Теперь я личная помощница Дюжева. Настолько великого и ужасного, что ещё одного такого же лютого и жёсткого начальника не сыскать на белом свете.
И вроде бы я привыкаю к его ругани, претензиям и вечным домогательствам, но всё меняется, когда со мной случается беда. И, как назло, в разгар командировки, где Дюжев, кажется, теряет ко мне интерес!
— Тебя тревожит только последнее? — тёмные брови дёргаются.
— Нет! Мне вообще до этого нет дела!
Вру, как дышу. Не могу признаться, что его флирт с коллегой не оставляет меня равнодушной.
— Тогда чего ты истеришь?
— Хочу уволиться! — кричу, срывая голос. — Теперь уже по-настоящему!
— Нет. Я не отпущу тебя.
***
Теперь я личная помощница Дюжева. Настолько великого и ужасного, что ещё одного такого же лютого и жёсткого начальника не сыскать на белом свете.
И вроде бы я привыкаю к его ругани, претензиям и вечным домогательствам, но всё меняется, когда со мной случается беда. И, как назло, в разгар командировки, где Дюжев, кажется, теряет ко мне интерес!
— Сбежать не получится, —рядом вдруг раздался голос.
Я вздрогнула и оглянулась — за спиной стояла экономка с подносом в руках, на котором был стакан с содержимым белого цвета и соломинкой внутри. Боже, появилась как приведение.
— Можете выкинуть дурь из своей головы, —спокойно произнесла она.
— А я и не собиралась, Вам показалось.
— Вы, милочка, должны быть благодарны, что в такой дом попали, —сказала экономка с презрением как во взгляде, так и в голосе.
— Откуда Вам знать, в каком доме я жила раньше, может, он был и не хуже этого! А то и в разы лучше! —меня задело её такое отношение.
В ответ последовал её скрипучий смех, от которого стало неприятно, если не сказать, противно. Успокоившись, она произнесла:
— Не смешите, ради бога —в тех лохмотьях, в которых Вас привели, тянуло максимум на халупу в деревне.
— Ваш коктейль.
— Благодарю, —ответила холодно.
— Не стоит, это приказ хозяина, белковый коктейль. Вам же нужны силы, — и снова смешок, намекающий на то, что я...
Я вздрогнула и оглянулась — за спиной стояла экономка с подносом в руках, на котором был стакан с содержимым белого цвета и соломинкой внутри. Боже, появилась как приведение.
— Можете выкинуть дурь из своей головы, —спокойно произнесла она.
— А я и не собиралась, Вам показалось.
— Вы, милочка, должны быть благодарны, что в такой дом попали, —сказала экономка с презрением как во взгляде, так и в голосе.
— Откуда Вам знать, в каком доме я жила раньше, может, он был и не хуже этого! А то и в разы лучше! —меня задело её такое отношение.
В ответ последовал её скрипучий смех, от которого стало неприятно, если не сказать, противно. Успокоившись, она произнесла:
— Не смешите, ради бога —в тех лохмотьях, в которых Вас привели, тянуло максимум на халупу в деревне.
— Ваш коктейль.
— Благодарю, —ответила холодно.
— Не стоит, это приказ хозяина, белковый коктейль. Вам же нужны силы, — и снова смешок, намекающий на то, что я...
Мама снова выходит замуж.
И все бы хорошо, я совершенно не против.
Но "в довесок" к отчиму я вдруг получила двух совершенно неуправляемых "братьев". Для которых норма - поспорить на меня.
И все бы хорошо, я совершенно не против.
Но "в довесок" к отчиму я вдруг получила двух совершенно неуправляемых "братьев". Для которых норма - поспорить на меня.
Подборка самой откровенной романтической эротики
Выберите полку для книги