Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
— Ч-что вы задумали, Волгин? — шепчу я, ибо мой нормальный голос забился глубоко в горло, когда я вижу эту надвигающуюся лавину в человеческом облике.
— А ты как думаешь, преподша? — ухмыляется мой студент, продолжая наступать.
Я натыкаюсь бёдрами на угол стола.
Всё. Конец. Бежать некуда.
Сердце совершает акробатические кульбиты в грудной клетке.
— Я знаю, почему тебя вышвырнули с прошлой работы, — тихим грудным баритоном говорит он, прилипая взглядом к моим губам. — Знаю, что дело замяли. Но мне ничего не стоит поднять эту историю и выдать её ректору со всеми грязными подробностями…
— Замяли, потому что я была невиновна, — цежу я сквозь зубы, борясь со срывающимся дыханием.
Волгин наклоняется к моему уху и касается его губами, заставляя меня крупно вздрогнуть.
— Похрен, если честно. Плакать будешь перед начальством. Но если хочешь этого избежать… — Он ловит мой подбородок и задирает лицо к своему. — Ты будешь слушаться…
— А ты как думаешь, преподша? — ухмыляется мой студент, продолжая наступать.
Я натыкаюсь бёдрами на угол стола.
Всё. Конец. Бежать некуда.
Сердце совершает акробатические кульбиты в грудной клетке.
— Я знаю, почему тебя вышвырнули с прошлой работы, — тихим грудным баритоном говорит он, прилипая взглядом к моим губам. — Знаю, что дело замяли. Но мне ничего не стоит поднять эту историю и выдать её ректору со всеми грязными подробностями…
— Замяли, потому что я была невиновна, — цежу я сквозь зубы, борясь со срывающимся дыханием.
Волгин наклоняется к моему уху и касается его губами, заставляя меня крупно вздрогнуть.
— Похрен, если честно. Плакать будешь перед начальством. Но если хочешь этого избежать… — Он ловит мой подбородок и задирает лицо к своему. — Ты будешь слушаться…
Кристина три года была примерной женой Тимура Орлова — пока не поняла, что их брак превратился в холодную пустыню. Муж не смотрит на неё, свекровь унижает, а врачи разводят руками: детей нет. Отчаявшись, она записывается на приём к лучшему гинекологу города — и в кабинете встречает мужчину, от взгляда которого у неё подкашиваются колени.
Артур Орлов. Её свёкор. Отец её мужа.
Он старше, опаснее и властнее любого мужчины, которого она знала. Один его взгляд — и Кристина забывает, зачем пришла. Одно прикосновение — и рушится всё, во что она верила. Артур не просто соблазняет её — он заявляет на неё права. И когда Кристина пытается бороться с запретным влечением, он произносит слова, которые меняют всё:
«Ты не пешка. Ты моя королева. И я не отпущу тебя. Никогда».
Но за спиной Артура стоит его жена — холодная, мстительная Зарема, которая скорее уничтожит всех, чем отдаст своё. А за спиной Кристины — слабый, инфантильный Тимур, который и не заметил, как потерял жену.
Артур Орлов. Её свёкор. Отец её мужа.
Он старше, опаснее и властнее любого мужчины, которого она знала. Один его взгляд — и Кристина забывает, зачем пришла. Одно прикосновение — и рушится всё, во что она верила. Артур не просто соблазняет её — он заявляет на неё права. И когда Кристина пытается бороться с запретным влечением, он произносит слова, которые меняют всё:
«Ты не пешка. Ты моя королева. И я не отпущу тебя. Никогда».
Но за спиной Артура стоит его жена — холодная, мстительная Зарема, которая скорее уничтожит всех, чем отдаст своё. А за спиной Кристины — слабый, инфантильный Тимур, который и не заметил, как потерял жену.
Стаканчик кофе, который изменил всё. Ну вот, возьми и выброси его, но нет — я оскорбилась. Теперь прячусь от парня, с которым не стоило даже говорить. Но кто мог знать, что он настолько сумасшедший псих?
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ТОЛЬКО СЕЙЧАС ❤️
— Да вы кушайте, кушайте! — голос официантки звучит почти ласково, но я сразу прекращаю жевать.
— А ты в курсе, что глагол "кушать" используют только по отношению к детям, старикам и животным? — интересуюсь как можно равнодушнее.
— Конечно, в курсе. Ну, на ребенка или старика вы не похожи, а вот на животное — очень даже, — прилетает в ответ.
Нормальный ход?
— Совсем уже охренела, сопля хромоногая? — моментально вскипаю я.
— Знаете, уж лучше иметь хромую ногу, чем хромую душу.
* * *
Филомена Макарова — воплощение всего, что меня отталкивает в телках. Маленького роста, невзрачная, с дурацким именем. Да еще и хромая.
Однако эта дефективная сопля, работающая официанткой в отстойном гадюшнике, с какого-то перепугу ведет себя со мной как гребаная принцесса.
Именно поэтому я с ней все-таки пересплю.
И брошу.
— Да вы кушайте, кушайте! — голос официантки звучит почти ласково, но я сразу прекращаю жевать.
— А ты в курсе, что глагол "кушать" используют только по отношению к детям, старикам и животным? — интересуюсь как можно равнодушнее.
— Конечно, в курсе. Ну, на ребенка или старика вы не похожи, а вот на животное — очень даже, — прилетает в ответ.
Нормальный ход?
— Совсем уже охренела, сопля хромоногая? — моментально вскипаю я.
— Знаете, уж лучше иметь хромую ногу, чем хромую душу.
* * *
Филомена Макарова — воплощение всего, что меня отталкивает в телках. Маленького роста, невзрачная, с дурацким именем. Да еще и хромая.
Однако эта дефективная сопля, работающая официанткой в отстойном гадюшнике, с какого-то перепугу ведет себя со мной как гребаная принцесса.
Именно поэтому я с ней все-таки пересплю.
И брошу.
Моя история стара как мир и отзовется в сердце каждой женщины, которая хоть раз любила по-настоящему: он оказался несвободен, а я узнала об этом последней.
Наивно думала, я любимая.
На самом деле была обычным увлечением.
Девушкой на замену, пока великая чемпионка покоряет пьедесталы и готовится стать его женой.
Мир в один момент обрушился, а мои чувства превратились в грязь, через которую Костя хладнокровно переступил. Три месяца я собираю себя по частям и воспаленными от своих же зубов губами дую на содранную заживо кожу, чтобы отпустило.
Вот только прежней мне уже не стать, так как у нашей связи появились последствия
Наивно думала, я любимая.
На самом деле была обычным увлечением.
Девушкой на замену, пока великая чемпионка покоряет пьедесталы и готовится стать его женой.
Мир в один момент обрушился, а мои чувства превратились в грязь, через которую Костя хладнокровно переступил. Три месяца я собираю себя по частям и воспаленными от своих же зубов губами дую на содранную заживо кожу, чтобы отпустило.
Вот только прежней мне уже не стать, так как у нашей связи появились последствия
Он — лучший друг моего брата. Опасный, дерзкий и запретный.
Для всех он — разбойник, от которого стоит держаться подальше.
Для меня — мужчина, способный одним взглядом заставить забыть обо всех правилах.
Я не должна была приближаться к нему.
И уж точно не должна была влюбляться.
Когда тайны его прошлого выходят наружу, человек, которого он когда-то называл отцом, находит его единственное слабое место — меня.
Он угрожает, надеясь снова подчинить того, кого давно считает своей собственностью.
Но он не знает главного.
Я не просто сестра его лучшего друга.
Не игрушка.
Не слабость.
Я — его одержимость.
И теперь мой разбойник сожжёт этот мир дотла, но никому не позволит тронуть свою принцессу.
Для всех он — разбойник, от которого стоит держаться подальше.
Для меня — мужчина, способный одним взглядом заставить забыть обо всех правилах.
Я не должна была приближаться к нему.
И уж точно не должна была влюбляться.
Когда тайны его прошлого выходят наружу, человек, которого он когда-то называл отцом, находит его единственное слабое место — меня.
Он угрожает, надеясь снова подчинить того, кого давно считает своей собственностью.
Но он не знает главного.
Я не просто сестра его лучшего друга.
Не игрушка.
Не слабость.
Я — его одержимость.
И теперь мой разбойник сожжёт этот мир дотла, но никому не позволит тронуть свою принцессу.
Спасая младшую дочь, мой отец заключил сделку с дьяволом, взамен пообещав ему старшую… И имя дьявола – Тимур Бесадзе. Он – БЕС, бенефициар преступного мира. И его имя произносят шепотом. Его слово – закон. Он презирает желания, покупает души. Я стала его собственностью… или фатальной ошибкой.
— Тимур, спаси мою сестру! Я навсегда останусь с тобой, — вцепилась ему в горло, выдыхая самую едкую ложь. Я люблю свою сестру, но свободу я люблю до безумия. Сильнее ярости, страха. Сильнее ЕГО…
Мой план был прост – сбежать. Но… Он переиграл меня. Бесадзе понял, что по сделке получил не покорную жертву, а КАТАСТРОФУ со стальной волей, сердцем, полным ненависти, и душу, презирающую золотую клетку.
Это история падения, предательства и лжи, которая оказалась единственной правдой. История о сделке, где ставка – не тело, а разодранная душа. Катастрофа против Беса. Кто кого поглотит?
— Тимур, спаси мою сестру! Я навсегда останусь с тобой, — вцепилась ему в горло, выдыхая самую едкую ложь. Я люблю свою сестру, но свободу я люблю до безумия. Сильнее ярости, страха. Сильнее ЕГО…
Мой план был прост – сбежать. Но… Он переиграл меня. Бесадзе понял, что по сделке получил не покорную жертву, а КАТАСТРОФУ со стальной волей, сердцем, полным ненависти, и душу, презирающую золотую клетку.
Это история падения, предательства и лжи, которая оказалась единственной правдой. История о сделке, где ставка – не тело, а разодранная душа. Катастрофа против Беса. Кто кого поглотит?
Пять лет Арсений Северов провёл в тюрьме.
В первый день на свободе его никто не встретил, денег почти нет, телефон не работает, а Москва успела стать чужой.
Добрая незнакомка оплачивает ему билет, разрешает позвонить, смеётся над его шутками и почему-то остаётся рядом дольше, чем стоило бы.
Арс уверен, что это просто удачный день.
Мира уверена, что делает одну маленькую глупость.
Утром всё должно было закончиться.
Но утром Арс узнаёт, с кем провёл ночь. И понимает, что умудрился переспать с женщиной, к которой ему вообще не стоило приближаться.
В первый день на свободе его никто не встретил, денег почти нет, телефон не работает, а Москва успела стать чужой.
Добрая незнакомка оплачивает ему билет, разрешает позвонить, смеётся над его шутками и почему-то остаётся рядом дольше, чем стоило бы.
Арс уверен, что это просто удачный день.
Мира уверена, что делает одну маленькую глупость.
Утром всё должно было закончиться.
Но утром Арс узнаёт, с кем провёл ночь. И понимает, что умудрился переспать с женщиной, к которой ему вообще не стоило приближаться.
— Я просил руки твоей дочери, — голос Казбека вибрирует от злости. — А ты даёшь мне… эту!
Горячий взгляд кавказца проходится по моей пышной фигуре.
Приёмный отец не моргнул глазом:
— Я растил её, как родную.
Показывает рукой на меня.
— Она здоровая, работящая! Посмотри на эти широкие бёдра. Она родит тебе семерых сыновей. Неужели ты оскорбишь меня отказом?
Обстановка накалена до предела. Отказаться — нажить себе врагов!
Казбек медленно кивает.
— Забираю.
***
Меня насильно выдали замуж. Суровый муж ждёт от меня только одного - наследника.
Но я не сломаюсь.
Даже если от ненависти до любви и обратно - всего один шаг!
Горячий взгляд кавказца проходится по моей пышной фигуре.
Приёмный отец не моргнул глазом:
— Я растил её, как родную.
Показывает рукой на меня.
— Она здоровая, работящая! Посмотри на эти широкие бёдра. Она родит тебе семерых сыновей. Неужели ты оскорбишь меня отказом?
Обстановка накалена до предела. Отказаться — нажить себе врагов!
Казбек медленно кивает.
— Забираю.
***
Меня насильно выдали замуж. Суровый муж ждёт от меня только одного - наследника.
Но я не сломаюсь.
Даже если от ненависти до любви и обратно - всего один шаг!
Что делать, если твой враг слишком могущественен и противостоять ему невозможно? Для меня ответ один: всё равно не сдаваться. Я готова поставить на кон всё, даже собственную жизнь, лишь бы стереть его с лица Земли.
Что... Вариант только влюбить его в себя?
Ну что ж... Я ведь поклялась не отступать.
Что... Вариант только влюбить его в себя?
Ну что ж... Я ведь поклялась не отступать.
Подборка самой откровенной романтической эротики
Выберите полку для книги