Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «izmena-i-predatelstvo»
– Ты сегодня во сколько вернешься? - спрашиваю мужа, накладывая блинчики на завтрак.
– Маш! Ты же понимаешь, как твой отец нагружает всякими отчетами ...
– Маша? Леша, я Юля. Твою жену зовут Юля, - внутри все холодеет.
Муж замирает на мгновение с вилкой в руках.
– Юля ... - повторяет он, - конечно, Юля.
– А кто такая Маша? - срывается с языка.
– Маш! Ты же понимаешь, как твой отец нагружает всякими отчетами ...
– Маша? Леша, я Юля. Твою жену зовут Юля, - внутри все холодеет.
Муж замирает на мгновение с вилкой в руках.
– Юля ... - повторяет он, - конечно, Юля.
– А кто такая Маша? - срывается с языка.
— Тимур, кто она и что она делает в моём доме?
— Успокойся, Лейла. Это Наиля. Теперь она — моя вторая жена. За неё нам дали участок в центре.
— Серьёзно? Двадцать лет вместе — и ты променял меня на кусок земли?
В наш дом зашла та самая девушка, у которой я принимала роды. Тогда ребёнка у неё забрали — тихо, по чьему-то велению. За этим молчанием стояла фамилия, которую в городе произносят шепотом. Тогда я промолчала. Сейчас же моя семья рушилась, и я не собиралась терпеть. Я дала себе слово, что открою эту тайну, пусть даже она обернётся для меня опасностью.
— Успокойся, Лейла. Это Наиля. Теперь она — моя вторая жена. За неё нам дали участок в центре.
— Серьёзно? Двадцать лет вместе — и ты променял меня на кусок земли?
В наш дом зашла та самая девушка, у которой я принимала роды. Тогда ребёнка у неё забрали — тихо, по чьему-то велению. За этим молчанием стояла фамилия, которую в городе произносят шепотом. Тогда я промолчала. Сейчас же моя семья рушилась, и я не собиралась терпеть. Я дала себе слово, что открою эту тайну, пусть даже она обернётся для меня опасностью.
— Вика, не истери...
— Не истери?! Ты врал мне каждый день! А сам в это время...
— Хватит! — рявкает он. — Да, я сплю с Кристиной. И что? Это меняет что-то?
— Это меняет всё! Как ты мог? Я строила с тобой этот бизнес с нуля!
— И я благодарен за это. Но Вика, это было шесть лет назад. Люди меняются. Потребности меняются.
— Потребности? — я чувствую, как слезы текут по щекам, но мне плевать.
— Хорошо, давай начистоту. У тебя есть два варианта. Первый — ты продолжаешь жить как раньше. Красивый дом, достаточно денег, статус жены успешного предпринимателя. Я буду осторожнее с Кристиной, не стану выставлять это напоказ. А ты продолжаешь вести бухгалтерию — ты же у нас незаменимый специалист.
— Ты серьезно предлагаешь мне смириться с любовницей? Делать вид, что ничего не происходит?
— А что ты предлагаешь? Развод? Этого не будет! Иначе ты пожалеешь!
Муж ставит ультиматум: стерпеть любовницу или лишиться всего!
Остаться в достатке или выбрать месть?
— Не истери?! Ты врал мне каждый день! А сам в это время...
— Хватит! — рявкает он. — Да, я сплю с Кристиной. И что? Это меняет что-то?
— Это меняет всё! Как ты мог? Я строила с тобой этот бизнес с нуля!
— И я благодарен за это. Но Вика, это было шесть лет назад. Люди меняются. Потребности меняются.
— Потребности? — я чувствую, как слезы текут по щекам, но мне плевать.
— Хорошо, давай начистоту. У тебя есть два варианта. Первый — ты продолжаешь жить как раньше. Красивый дом, достаточно денег, статус жены успешного предпринимателя. Я буду осторожнее с Кристиной, не стану выставлять это напоказ. А ты продолжаешь вести бухгалтерию — ты же у нас незаменимый специалист.
— Ты серьезно предлагаешь мне смириться с любовницей? Делать вид, что ничего не происходит?
— А что ты предлагаешь? Развод? Этого не будет! Иначе ты пожалеешь!
Муж ставит ультиматум: стерпеть любовницу или лишиться всего!
Остаться в достатке или выбрать месть?
— Умар, кто это?
— Марьям. Теперь она тоже моя жена.
— Ты серьёзно? Двадцать лет со мной, а теперь вот так?
— Так решили. Смирись.
— Смирись? — я горько усмехнулась. — Нет, Умар. Это не я должна смириться. Это ты однажды пожалеешь, что предал меня.
Он привёл в дом девчонку двадцати лет и назвал это «правильным браком».
А я узнала, что под моим именем подписаны бумаги, которых я никогда не видела.
Сделка, долги, чужая выгода — всё построено на моем молчании.
Но я не красивая мебель, которую можно задвинуть в темный угол.
Я женщина, которой хватит сил выстоять против лжи, долгов и «совета старших».
И если муж думал, что я смирюсь, он ещё не знает, как выглядит женская месть.
— Марьям. Теперь она тоже моя жена.
— Ты серьёзно? Двадцать лет со мной, а теперь вот так?
— Так решили. Смирись.
— Смирись? — я горько усмехнулась. — Нет, Умар. Это не я должна смириться. Это ты однажды пожалеешь, что предал меня.
Он привёл в дом девчонку двадцати лет и назвал это «правильным браком».
А я узнала, что под моим именем подписаны бумаги, которых я никогда не видела.
Сделка, долги, чужая выгода — всё построено на моем молчании.
Но я не красивая мебель, которую можно задвинуть в темный угол.
Я женщина, которой хватит сил выстоять против лжи, долгов и «совета старших».
И если муж думал, что я смирюсь, он ещё не знает, как выглядит женская месть.
— Я подал на развод.
Эти слова бьют наотмашь, и я забываю, как дышать. Только комкаю растерянно фартук и молчу. Не верю, что мужчина, которого я когда-то любила, может вот так просто выкинуть нас с сыном из своей жизни.
— А как же Даник?
— Я устал, Оля. От алиментов не отказываюсь. Буду брать сына на выходные, когда мой быт наладится.
Значит, никогда.
Он прячет взгляд и уходит.
— Трус! — хочется мне крикнуть ему в спину, но рядом сын, поэтому шепчу едва слышно.
Ради сына я должна быть сильной.
Эти слова бьют наотмашь, и я забываю, как дышать. Только комкаю растерянно фартук и молчу. Не верю, что мужчина, которого я когда-то любила, может вот так просто выкинуть нас с сыном из своей жизни.
— А как же Даник?
— Я устал, Оля. От алиментов не отказываюсь. Буду брать сына на выходные, когда мой быт наладится.
Значит, никогда.
Он прячет взгляд и уходит.
— Трус! — хочется мне крикнуть ему в спину, но рядом сын, поэтому шепчу едва слышно.
Ради сына я должна быть сильной.
Я толкаю дверь. Она бесшумно подается внутрь.
Дима стоит спиной ко мне, у мини-бара. Вика лежит в отельной постели. Натягивает на голое тело его белую рубашку.
— Вера? — его голос — не больше, чем хриплый выдох.
Я делаю шаг назад. Потом еще один.
— Вера, подожди! Ради бога, это не то, что ты думаешь! — его голос доносится до меня, как сквозь толщу воды, глухой и бессмысленный.
Не то? Это не то? Это он, полуголый. Это она, в его рубашке, в этой постели. Это я, стоящая здесь, с разбитым вдребезги сердцем. Что же еще это может быть? Репетиция новой пьесы?
И тогда, сквозь шок и боль, до меня доходит. Холодной, стальной иглой. Меня не случайно подловили. Меня подставили.
***
Я разбита. Но я уже знаю. Это только начало моего ада.
Дима стоит спиной ко мне, у мини-бара. Вика лежит в отельной постели. Натягивает на голое тело его белую рубашку.
— Вера? — его голос — не больше, чем хриплый выдох.
Я делаю шаг назад. Потом еще один.
— Вера, подожди! Ради бога, это не то, что ты думаешь! — его голос доносится до меня, как сквозь толщу воды, глухой и бессмысленный.
Не то? Это не то? Это он, полуголый. Это она, в его рубашке, в этой постели. Это я, стоящая здесь, с разбитым вдребезги сердцем. Что же еще это может быть? Репетиция новой пьесы?
И тогда, сквозь шок и боль, до меня доходит. Холодной, стальной иглой. Меня не случайно подловили. Меня подставили.
***
Я разбита. Но я уже знаю. Это только начало моего ада.
На юбилей их свадьбы он подарил ей измену.
– Ну что, Верунь? Как тебе? - самодовольно спросил Дмитрий и взглядом указал на молодую любовницу, словно хвастаясь.
А Вера ощутила, как земля уходит у неё из-под ног.
– Ну что, Верунь? Как тебе? - самодовольно спросил Дмитрий и взглядом указал на молодую любовницу, словно хвастаясь.
А Вера ощутила, как земля уходит у неё из-под ног.
— Ты слышала? Твоего мужа видели с молодой.
— Где?
— На площади. Он сказал, она будет его женой. Второй.
Вот так я узнала о предательстве. Не от него. От чужих людей, от шёпота аула, где новости разносятся быстрее ветра.
Я стояла посреди рынка с корзиной яблок и понимала: всё, что я строила двадцать лет, рушится.
Род уже решил за меня. Свекровь давит, сестра мужа злорадствует. А девчонка едва двадцать лет — смотрит на меня дерзко и улыбается, будто я здесь лишняя.
Но я не позволю превратить себя в тень. И если он выбрал предательство, я выберу борьбу. Правду не спрячешь. А жизнь у меня только начинается.
— Где?
— На площади. Он сказал, она будет его женой. Второй.
Вот так я узнала о предательстве. Не от него. От чужих людей, от шёпота аула, где новости разносятся быстрее ветра.
Я стояла посреди рынка с корзиной яблок и понимала: всё, что я строила двадцать лет, рушится.
Род уже решил за меня. Свекровь давит, сестра мужа злорадствует. А девчонка едва двадцать лет — смотрит на меня дерзко и улыбается, будто я здесь лишняя.
Но я не позволю превратить себя в тень. И если он выбрал предательство, я выберу борьбу. Правду не спрячешь. А жизнь у меня только начинается.
- А ну-ка стоять, я сказал, - останавливая меня, говорит муж, когда я застала его в постели с моей сестрой. - Угомонись, Ева. Не надо здесь строить из себя униженную и оскорбленную особь.
- Пусти меня. Ненавижу, - пытаюсь вырваться, но он держит слишком крепко.
- Ой, давай без драмы, только, Ев. Ты насмотрелась сериалов и говоришь даже так же, как героиня тупых мелодрам. Хватит. Иди домой. Жду твою фирменную индейку на ужин.
Я и ушла. Навсегда, как тупая героиня мелодрам, а через месяц узнала, что ушла не одна и начала новую жизнь без него.
Вот только кто-то там сверху решил, что я легко отделалась и через пять лет прошлое меня настигло в лице бывшего, и теперь он пытается забрать у меня дочь, раз не возвращаюсь к нему добровольно.
- Пусти меня. Ненавижу, - пытаюсь вырваться, но он держит слишком крепко.
- Ой, давай без драмы, только, Ев. Ты насмотрелась сериалов и говоришь даже так же, как героиня тупых мелодрам. Хватит. Иди домой. Жду твою фирменную индейку на ужин.
Я и ушла. Навсегда, как тупая героиня мелодрам, а через месяц узнала, что ушла не одна и начала новую жизнь без него.
Вот только кто-то там сверху решил, что я легко отделалась и через пять лет прошлое меня настигло в лице бывшего, и теперь он пытается забрать у меня дочь, раз не возвращаюсь к нему добровольно.
— Я ухожу от тебя, — он произнес это с ледяным спокойствием, которое было страшнее любого крика. — Я устал. Устал от этой рутины, от этого дома, который стал похож на склеп. От нашего идеального брака, в котором давно нет ничего живого.
Каждый слог был как удар хлыста.
— Но… У тебя… другая?
Он усмехнулся, и эта усмешка была уродливой.
— Да. Я встретил женщину. Женщину, которая меня вдохновляет. Которая живет, дышит, горит! А не… — он обвел ее долгим, уничижительным взглядом, — …тлеет. Посмотри на себя. Ты постарела, Катя. Твои глаза потухли.
Он развернулся и решительно пошел к двери. Хлопок входной двери прозвучал в оглушительной тишине, как выстрел в сердце.
А через минуту в дверь позвонили. На пороге стояла моя лучшая подруга.
— Я всё знаю, подруга… — всхлипнула она, бросаясь мне на шею. — Но не бойся. Я тебя спасу.
Она еще не знала, что спасать нужно было не меня. А себя. От меня.
Каждый слог был как удар хлыста.
— Но… У тебя… другая?
Он усмехнулся, и эта усмешка была уродливой.
— Да. Я встретил женщину. Женщину, которая меня вдохновляет. Которая живет, дышит, горит! А не… — он обвел ее долгим, уничижительным взглядом, — …тлеет. Посмотри на себя. Ты постарела, Катя. Твои глаза потухли.
Он развернулся и решительно пошел к двери. Хлопок входной двери прозвучал в оглушительной тишине, как выстрел в сердце.
А через минуту в дверь позвонили. На пороге стояла моя лучшая подруга.
— Я всё знаю, подруга… — всхлипнула она, бросаясь мне на шею. — Но не бойся. Я тебя спасу.
Она еще не знала, что спасать нужно было не меня. А себя. От меня.
Подборка коротких романов об измене и предательстве
Выберите полку для книги