Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «izmena»
– Я тебя не люблю. У меня давно другая женщина. Я подаю на развод, – слова мужа звучат, как самый жестокий приговор.
Рука опускается на живот, хранящий тайну. Я шла в кабинет мужа, чтобы рассказать о беременности.
– Что ты такое говоришь? Кто она? – голос срывается, а на глаза наворачиваются горькие слёзы.
– Я не буду отвечать на этот вопрос. Будет лучше, если ты сама её увидишь.
Сразу же после этого в кабинете моего мужа появляется она. Моя лучшая подруга, которой я час назад рассказала о беременности.
– Что, не ожидала? – смеётся она. – Да, я сплю с твоим мужем уже полгода! Первый раз мы переспали на вашей свадьбе. Пока ты крутилась перед зеркалом в белом платье, Виктор жёстко имел меня в соседнем номере в отеле.
Они спят полгода… Полгода из шести месяцев нашего брака! Как больно!
– Это правда? – обращаюсь к мужу, едва стоя на ногах.
– Да, – чеканит он. – Надеюсь, у тебя хватит мозгов не препятствовать бракоразводному процессу.
Рука опускается на живот, хранящий тайну. Я шла в кабинет мужа, чтобы рассказать о беременности.
– Что ты такое говоришь? Кто она? – голос срывается, а на глаза наворачиваются горькие слёзы.
– Я не буду отвечать на этот вопрос. Будет лучше, если ты сама её увидишь.
Сразу же после этого в кабинете моего мужа появляется она. Моя лучшая подруга, которой я час назад рассказала о беременности.
– Что, не ожидала? – смеётся она. – Да, я сплю с твоим мужем уже полгода! Первый раз мы переспали на вашей свадьбе. Пока ты крутилась перед зеркалом в белом платье, Виктор жёстко имел меня в соседнем номере в отеле.
Они спят полгода… Полгода из шести месяцев нашего брака! Как больно!
– Это правда? – обращаюсь к мужу, едва стоя на ногах.
– Да, – чеканит он. – Надеюсь, у тебя хватит мозгов не препятствовать бракоразводному процессу.
– Ваш муж ранен. Вам нужно приехать. Срочно. Записывайте адрес госпиталя.
Голос чужой женщины обескураживает.
– Ранен... – повторяю я одними губами. – Глеб... он жив? Скажите мне, он жив?
– Жив. Вы записываете адрес или нет?
– Да! Да, записываю...
Бросив все, я еду в госпиталь, чтобы замереть у приоткрытой двери и услышать приглушенный женский голос:
– Погоди… тебе нельзя столько… слышишь? Швы разойдутся, – говорит женский голос там, за дверью, с придыханием. – Лежи. Ну лежи же ты смирно, горе мое… я все сама… сделаю…
❤️ ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ❤️
Голос чужой женщины обескураживает.
– Ранен... – повторяю я одними губами. – Глеб... он жив? Скажите мне, он жив?
– Жив. Вы записываете адрес или нет?
– Да! Да, записываю...
Бросив все, я еду в госпиталь, чтобы замереть у приоткрытой двери и услышать приглушенный женский голос:
– Погоди… тебе нельзя столько… слышишь? Швы разойдутся, – говорит женский голос там, за дверью, с придыханием. – Лежи. Ну лежи же ты смирно, горе мое… я все сама… сделаю…
❤️ ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ❤️
Мужчина моей мечты сделал мне предложение! И я, конечно, сказала «да».
А ночью услышала, как мой жених смеётся надо мной в компании своей любовницы:
— Машка такая дура! Буквально сидит на мешке с баблом, но не пользуется этим. Типа гордая, типа всего хочет добиться сама. Дура. Но какая полезная дура!
Они использовали меня. Вместе. Мужчина, которого я любила, и женщина, которую я считала сестрой.
Но теперь ничего хорошего их не ждёт. Я позабочусь об этом.
А ночью услышала, как мой жених смеётся надо мной в компании своей любовницы:
— Машка такая дура! Буквально сидит на мешке с баблом, но не пользуется этим. Типа гордая, типа всего хочет добиться сама. Дура. Но какая полезная дура!
Они использовали меня. Вместе. Мужчина, которого я любила, и женщина, которую я считала сестрой.
Но теперь ничего хорошего их не ждёт. Я позабочусь об этом.
— Катя беременна от меня, — буднично произнёс муж.
— Ты только что лез ко мне целоваться, — мой голос дрожал.
— Хотел напоследок побыть с тобой, — пожимает плечами.
— Переспать, поесть и уйти к беременной бывшей?! — крик эхом ударил по стенам.
— Так бывает. Ты же не совсем чужая… Столько лет прожили под одной крышей.
— И как давно ты с ней? — вырвалось само.
— Я и не переставал с ней быть, — спокойно бросил он. — Её всё устраивало. Это ты вечно со своими принципами.
— Никогда больше не трогай меня! Убирайся!
— Ты слишком драматична, — хмыкнул он, беря ключи.
— Для меня всё закончилось. Прямо сейчас, — прошептала я спокойно и ушла.
Эта ночь для меня стала роковой. Муж ушёл к другой, в городе стало слишком опасно, а в госпиталь ко мне поступил с ранением мой бывший… Его жизнь была в моих руках. Но он даже не догадывался, что нашему сыну уже целых семь лет и он — вылитый он…
— Ты только что лез ко мне целоваться, — мой голос дрожал.
— Хотел напоследок побыть с тобой, — пожимает плечами.
— Переспать, поесть и уйти к беременной бывшей?! — крик эхом ударил по стенам.
— Так бывает. Ты же не совсем чужая… Столько лет прожили под одной крышей.
— И как давно ты с ней? — вырвалось само.
— Я и не переставал с ней быть, — спокойно бросил он. — Её всё устраивало. Это ты вечно со своими принципами.
— Никогда больше не трогай меня! Убирайся!
— Ты слишком драматична, — хмыкнул он, беря ключи.
— Для меня всё закончилось. Прямо сейчас, — прошептала я спокойно и ушла.
Эта ночь для меня стала роковой. Муж ушёл к другой, в городе стало слишком опасно, а в госпиталь ко мне поступил с ранением мой бывший… Его жизнь была в моих руках. Но он даже не догадывался, что нашему сыну уже целых семь лет и он — вылитый он…
- Оль…, Оля, я даже не знаю, как тебе сказать, - наконец-то через две недели неадекватного поведения Борис сам начал разговор.
- Ну уж говори, как есть, не первый год вместе живём, уж пойму.
Сидит за столом, голову вниз опустил, в глаза не смотрит, да что там случилось-то…
- Я влюбился, Ольк, как пацан влюбился и теперь не знаю, как с вами двумя быть… и от тебя уходить не хочу, и без неё не могу!
Ничего себе признание… руки о фартук вытерла и, ничего не говоря, ушла в спальню.
…Тридцать лет вместе, трое взрослых детей, трое внуков, а он в другую влюбился?
И ещё теперь, между нами, выбрать не может?
Ну так я помогу тебе выбор сделать, дорогой!
Откуда только силы взялись, скидала его вещи в большую сумку и вынесла в коридор.
- Оль, ты чего? Да подожди, я ведь ещё не решил ничего, - спокойно лежит на диване телевизор смотрит. – Может ещё всё обойдётся!
- Да нет, дорогой, не обойдётся! Вот твои вещи, свободен на все четыре стороны!
- Ну уж говори, как есть, не первый год вместе живём, уж пойму.
Сидит за столом, голову вниз опустил, в глаза не смотрит, да что там случилось-то…
- Я влюбился, Ольк, как пацан влюбился и теперь не знаю, как с вами двумя быть… и от тебя уходить не хочу, и без неё не могу!
Ничего себе признание… руки о фартук вытерла и, ничего не говоря, ушла в спальню.
…Тридцать лет вместе, трое взрослых детей, трое внуков, а он в другую влюбился?
И ещё теперь, между нами, выбрать не может?
Ну так я помогу тебе выбор сделать, дорогой!
Откуда только силы взялись, скидала его вещи в большую сумку и вынесла в коридор.
- Оль, ты чего? Да подожди, я ведь ещё не решил ничего, - спокойно лежит на диване телевизор смотрит. – Может ещё всё обойдётся!
- Да нет, дорогой, не обойдётся! Вот твои вещи, свободен на все четыре стороны!
— Кир, я сегодня задержусь, — говорит муж по телефону. — Тут отчёт горит, сама понимаешь.
— Снова?
Слышу женский смех на заднем плане. Или мне кажется? Я нахожу в соцсетях секретаршу Леру — фото букета белых роз на фоне кожаного салона его «Мерседеса» и еду в офис. Из-за двери кабинета пробивается интимный свет и медленная музыка.
Лера сидит у него на коленях, обхватив ногами:
— Егорушка, скажи, что я лучше неё. Что она холодная как рыба, а я горячая.
— Ты лучше, Лерочка, — голос Егора хриплый. — Ты самая красивая. А она как вешалка, ни груди, ни попы. Что в ней хорошего?
— Тогда почему я сижу и жду, когда ты соизволишь бросить свою мымру!
Это слово — «мымра» — вонзается мне в солнечное сплетение.
— И когда ты скажешь своей сушёной вобле, что уйдёшь к настоящей женщине?
Пятнадцать лет брака. Чудесная лапочка-дочка. Все рухнуло.
Я распахиваю дверь:
— Значит, ты считаешь меня «сушёной воблой»?
Я не прощу. Я не смолчу. Я стану той женщиной, которая грудью отстоит за всех.
— Снова?
Слышу женский смех на заднем плане. Или мне кажется? Я нахожу в соцсетях секретаршу Леру — фото букета белых роз на фоне кожаного салона его «Мерседеса» и еду в офис. Из-за двери кабинета пробивается интимный свет и медленная музыка.
Лера сидит у него на коленях, обхватив ногами:
— Егорушка, скажи, что я лучше неё. Что она холодная как рыба, а я горячая.
— Ты лучше, Лерочка, — голос Егора хриплый. — Ты самая красивая. А она как вешалка, ни груди, ни попы. Что в ней хорошего?
— Тогда почему я сижу и жду, когда ты соизволишь бросить свою мымру!
Это слово — «мымра» — вонзается мне в солнечное сплетение.
— И когда ты скажешь своей сушёной вобле, что уйдёшь к настоящей женщине?
Пятнадцать лет брака. Чудесная лапочка-дочка. Все рухнуло.
Я распахиваю дверь:
— Значит, ты считаешь меня «сушёной воблой»?
Я не прощу. Я не смолчу. Я стану той женщиной, которая грудью отстоит за всех.
Где же мой жених? Может случилось что?
Выглядываю в коридор и прислушиваюсь. Вроде тихо, двери в комнаты закрыты, все спят. Может быть, Саша решил не искушать судьбу и лег на диване внизу?
Босыми ногами, я тихонько спускаюсь по лестнице в гостиную. Так темно… и на улице тоже. Делаю три шага к дивану, но резко останавливаюсь. Странный звук из кухни настораживает и пугает. Будто кто-то плачет.
Словно черная тень, я вхожу в помещение, едва освещаемое лунным светом из окон. Дыхание перехватывает, я зажимаю рот обеими руками, чтобы не закричать. Два отчетливых силуэта сплетаются на кухонном острове. По короткой стрижке и контуру фигуры, я узнаю Сашу. Его руки лежат на теле… Оли.
Я убежала от неверного жениха, нырнув в море с обрыва, лишь бы подальше. Меня спас он... красивый мужчина на лодке. У него получилось спасти мою жизнь, но выйдет ли спасти мое раненное сердце?
Выглядываю в коридор и прислушиваюсь. Вроде тихо, двери в комнаты закрыты, все спят. Может быть, Саша решил не искушать судьбу и лег на диване внизу?
Босыми ногами, я тихонько спускаюсь по лестнице в гостиную. Так темно… и на улице тоже. Делаю три шага к дивану, но резко останавливаюсь. Странный звук из кухни настораживает и пугает. Будто кто-то плачет.
Словно черная тень, я вхожу в помещение, едва освещаемое лунным светом из окон. Дыхание перехватывает, я зажимаю рот обеими руками, чтобы не закричать. Два отчетливых силуэта сплетаются на кухонном острове. По короткой стрижке и контуру фигуры, я узнаю Сашу. Его руки лежат на теле… Оли.
Я убежала от неверного жениха, нырнув в море с обрыва, лишь бы подальше. Меня спас он... красивый мужчина на лодке. У него получилось спасти мою жизнь, но выйдет ли спасти мое раненное сердце?
Муж и моя подруга детства уединились за сценой прямо на нашей годовщине.
Сначала Кирилл выходит из-за стола, следом за ним поднимается моя подруга. Никто, кроме меня, не обращает на это внимания.
Спустя время я встаю, беру в руки микрофон и обвожу взглядом собравшихся.
— Дорогие гости! Прошу минуту внимания.
Зал постепенно умолкает. Поворачиваются головы. Замолкают разговоры.
— В честь нашей годовщины я приготовила для Кирилла особенный подарок.
Я оборачиваюсь к сцене, где все еще висит тяжелый бордовый занавес.
— А вот и мой подарок. Давайте посмотрим на моего дорогого мужа и на мою подругу.
Я нажимаю кнопку на маленьком пульте, зажатом в ладони. Раздается щелчок — и тяжелая ткань с шумом падает вниз, открывая то, что находится за ней.
За сценой на диванчике застыли двое. Кирилл, мой муж, с расстегнутой рубашкой и приспущенными брюками, и Лариса, моя лучшая подруга детства, в красном платье. И ее красное лицо, искаженное ужасом, медленно поворачивается к залу.
Сначала Кирилл выходит из-за стола, следом за ним поднимается моя подруга. Никто, кроме меня, не обращает на это внимания.
Спустя время я встаю, беру в руки микрофон и обвожу взглядом собравшихся.
— Дорогие гости! Прошу минуту внимания.
Зал постепенно умолкает. Поворачиваются головы. Замолкают разговоры.
— В честь нашей годовщины я приготовила для Кирилла особенный подарок.
Я оборачиваюсь к сцене, где все еще висит тяжелый бордовый занавес.
— А вот и мой подарок. Давайте посмотрим на моего дорогого мужа и на мою подругу.
Я нажимаю кнопку на маленьком пульте, зажатом в ладони. Раздается щелчок — и тяжелая ткань с шумом падает вниз, открывая то, что находится за ней.
За сценой на диванчике застыли двое. Кирилл, мой муж, с расстегнутой рубашкой и приспущенными брюками, и Лариса, моя лучшая подруга детства, в красном платье. И ее красное лицо, искаженное ужасом, медленно поворачивается к залу.
-Я позволю любовнице родить. Моя измена не страшнее, чем твое бесплодие, - ледяной тон мужа режет без ножа. -Я мужчина, мне нужно продолжение рода. А ты - пустая, Оливия.
Эти слова убили меня быстрее, чем само предательство.
Пять лет я проходила через ад обследований и бесконечных процедур, виня себя в нашей беде. А он просто нашел мне «полноценную» замену.
Любовница мужа не собирается сдаваться, она уже сделала много, чтобы разрушить наш брак и мою жизнь до основания…
Сердце покрылось трещинами. В глазах защипало от горьких слез.
-Уходи, — шепчу ему в спину, сдирая обручальное кольцо с пальца. - Я тебя не прощу. Я подаю на развод, Шахов!
-Мы семья, Оливка. Успокойся и забудь о разводе, - не меняя интонации, выдает мне предатель
Муж меня предал, мои родители его поддержали, но в один миг случилось то, что навсегда изменило нашу жизнь….
Эти слова убили меня быстрее, чем само предательство.
Пять лет я проходила через ад обследований и бесконечных процедур, виня себя в нашей беде. А он просто нашел мне «полноценную» замену.
Любовница мужа не собирается сдаваться, она уже сделала много, чтобы разрушить наш брак и мою жизнь до основания…
Сердце покрылось трещинами. В глазах защипало от горьких слез.
-Уходи, — шепчу ему в спину, сдирая обручальное кольцо с пальца. - Я тебя не прощу. Я подаю на развод, Шахов!
-Мы семья, Оливка. Успокойся и забудь о разводе, - не меняя интонации, выдает мне предатель
Муж меня предал, мои родители его поддержали, но в один миг случилось то, что навсегда изменило нашу жизнь….
— Дорогие гости! Сегодня, в этот прекрасный день, свой семейный союз заключают Андрей и Полина! - вещает регистратор.
— Папочка!!! – кричит мой сын и несётся через весь торжественный зал к жениху.
Музыка спотыкается. Двести голов поворачиваются одновременно.
Сёмка добегает и обнимает отцовскую ногу — как обнимал тысячу раз, встречая с вахты.
— Пап, а ты разве не уехал?
— Это чей ребёнок? Уберите отсюда! — Андрей брезгливо отцепляет от себя Сёмкины руки. — Мальчик, ты ошибся. Я не твой папа.
А я не Полина. И мой муж, с которым мы прожили шесть лет, оказывается, вовсе не вахтовик…
— Папочка!!! – кричит мой сын и несётся через весь торжественный зал к жениху.
Музыка спотыкается. Двести голов поворачиваются одновременно.
Сёмка добегает и обнимает отцовскую ногу — как обнимал тысячу раз, встречая с вахты.
— Пап, а ты разве не уехал?
— Это чей ребёнок? Уберите отсюда! — Андрей брезгливо отцепляет от себя Сёмкины руки. — Мальчик, ты ошибся. Я не твой папа.
А я не Полина. И мой муж, с которым мы прожили шесть лет, оказывается, вовсе не вахтовик…
Подборка коротких любовных романов об измене
Выберите полку для книги