Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «luchshee»
— А что я себе позволил? Это просто моя секретарша, — сказал он таким тоном, словно речь шла о погоде, а не о другой женщине на его рабочем столе.
— Мы разведемся, — ответила я твердо, удивляясь собственной решимости.
Юра смерил меня холодным взглядом — таким же холодным, каким смотрят на надоевшую вещь.
— По миру пойдешь, — неожиданно сказал он. — Мои адвокаты даже половину тебе не отпишут. Так что будь благоразумной. Забери Милану из школы и отправляйся домой. И жди меня.
Больше двадцати лет брака, две дочери и другая женщина в жизни мужа. Такого я точно не ожидала от своего "счастливого" брака.
— Мы разведемся, — ответила я твердо, удивляясь собственной решимости.
Юра смерил меня холодным взглядом — таким же холодным, каким смотрят на надоевшую вещь.
— По миру пойдешь, — неожиданно сказал он. — Мои адвокаты даже половину тебе не отпишут. Так что будь благоразумной. Забери Милану из школы и отправляйся домой. И жди меня.
Больше двадцати лет брака, две дочери и другая женщина в жизни мужа. Такого я точно не ожидала от своего "счастливого" брака.
Стихотворная история одного зачерствевшего одиного сердца и его нежной птицы текстом и в авторской начитке.
- Ты хочешь, чтобы я притворилась служанкой в нашем же доме? В доме, который я обустраивала шесть лет?
- Это только слова! - Ахмет впервые кричал на меня, сжимая мои пальцы на своей груди. - Только на несколько дней! Пока родители не уедут! Клянусь тебе, для меня ты - всё! Ты - моя жена перед Богом! Но по нашим законам… они не поймут!
- А перед людьми? Перед твоими родителями я буду прислугой.
Шесть лет назад я полюбила кавказского мужчину Ахмеда, мы стали жить вместе и все эти годы мы были счастливы. Одно немного омрачало нашу жизнь - он никогда не знакомил меня со своей роднёй...
Сегодня его родители звонят из аэропорта и говорят, что через час приедут, а любимый хочет, чтобы я притворилась прислугой в собственном доме...
- Это только слова! - Ахмет впервые кричал на меня, сжимая мои пальцы на своей груди. - Только на несколько дней! Пока родители не уедут! Клянусь тебе, для меня ты - всё! Ты - моя жена перед Богом! Но по нашим законам… они не поймут!
- А перед людьми? Перед твоими родителями я буду прислугой.
Шесть лет назад я полюбила кавказского мужчину Ахмеда, мы стали жить вместе и все эти годы мы были счастливы. Одно немного омрачало нашу жизнь - он никогда не знакомил меня со своей роднёй...
Сегодня его родители звонят из аэропорта и говорят, что через час приедут, а любимый хочет, чтобы я притворилась прислугой в собственном доме...
- Зайдешь? – спросил мужчина, дернув уголком губ в своей странной улыбке, и подвинулся, освобождая дверной проем.
- З-зачем заходить? – я нервно сглотнула.
Он прищурился и лениво протянул:
- Ты ведь для чего-то постучала в мою дверь.
- Никуда я не стучала. – я вспыхнула и сделала шаг назад. – А ты всегда открываешь дверь голый?
Он не отвечал и просто смотрел, слегка наклонив голову. Затем очень серьезно спросил:
- Разве тебе не понравилось?
Ответить я не могла, потому что знала - эти слова сломают всю мою жизнь...
- З-зачем заходить? – я нервно сглотнула.
Он прищурился и лениво протянул:
- Ты ведь для чего-то постучала в мою дверь.
- Никуда я не стучала. – я вспыхнула и сделала шаг назад. – А ты всегда открываешь дверь голый?
Он не отвечал и просто смотрел, слегка наклонив голову. Затем очень серьезно спросил:
- Разве тебе не понравилось?
Ответить я не могла, потому что знала - эти слова сломают всю мою жизнь...
Он принёс меня не в мою комнату. Он принёс меня в свою.
Его спальня была такой же, как он сам – строгой, минималистичной, с огромной кроватью, застеленной тёмным шёлком. Он осторожно опустил меня на прохладную ткань и навис сверху, опираясь на руки.
— Последний шанс, Вера, — прошептал он, его взгляд прожигал меня насквозь. — Скажи «нет», и я уйду. Кровь хлынула мне в лицо. Я отвела взгляд, чувствуя себя глупо и по-детски. Я лишь едва заметно качнула головой.
Наступила тишина. Такая густая, что её, казалось, можно было потрогать.
— Чёрт, — выдохнул он. Это прозвучало не как ругательство, а как молитва. — Девочка… моя.
_________________
Когда Маша попросила меня присмотреть за её квартирой, я и представить не могла, что окажусь в одной клетке с хищником. Его зовут Олег Зарецкий. Он — отец моей лучшей подруги. Властный, холодный и дьявольски привлекательный мужчина, для которого я — лишь досадное недоразумение, глупая девчонка под его крышей.
Его спальня была такой же, как он сам – строгой, минималистичной, с огромной кроватью, застеленной тёмным шёлком. Он осторожно опустил меня на прохладную ткань и навис сверху, опираясь на руки.
— Последний шанс, Вера, — прошептал он, его взгляд прожигал меня насквозь. — Скажи «нет», и я уйду. Кровь хлынула мне в лицо. Я отвела взгляд, чувствуя себя глупо и по-детски. Я лишь едва заметно качнула головой.
Наступила тишина. Такая густая, что её, казалось, можно было потрогать.
— Чёрт, — выдохнул он. Это прозвучало не как ругательство, а как молитва. — Девочка… моя.
_________________
Когда Маша попросила меня присмотреть за её квартирой, я и представить не могла, что окажусь в одной клетке с хищником. Его зовут Олег Зарецкий. Он — отец моей лучшей подруги. Властный, холодный и дьявольски привлекательный мужчина, для которого я — лишь досадное недоразумение, глупая девчонка под его крышей.
«Не смей умирать! Ты должен жениться на мне, подлец!»
— Обжалуем… в постели…
Ее жизнь превратилась в кошмар после одной ночи с незнакомцем в клубном туалете. Его жизнь — в ад после того, как он нарушил все служебные инструкции ради нее. Теперь они связаны чем-то большим, чем страсть и наручники. Их связывает тайна, за которую готовы убить.
Он — опавший полицейский с темным прошлым. Она — его главная ошибка и единственное спасение.
Это история о любви, которая родилась там, где ей не место. Среди грязи, лжи и полицейских наручников.
Вас ждет:
🔥 Взрывная химия и острые диалоги
Жестокие словесные дуэли, где фразы «Ты любишь играть с риском» и «Обжалуем в постели» звучат страстнее признаний в любви.
💋 Страстные и откровенные сцены
💘 Хэппи-энд, после которого хочется верить в чудеса
Когда вместо заслуженной тюрьмы вас ждет совместное детективное
— Обжалуем… в постели…
Ее жизнь превратилась в кошмар после одной ночи с незнакомцем в клубном туалете. Его жизнь — в ад после того, как он нарушил все служебные инструкции ради нее. Теперь они связаны чем-то большим, чем страсть и наручники. Их связывает тайна, за которую готовы убить.
Он — опавший полицейский с темным прошлым. Она — его главная ошибка и единственное спасение.
Это история о любви, которая родилась там, где ей не место. Среди грязи, лжи и полицейских наручников.
Вас ждет:
🔥 Взрывная химия и острые диалоги
Жестокие словесные дуэли, где фразы «Ты любишь играть с риском» и «Обжалуем в постели» звучат страстнее признаний в любви.
💋 Страстные и откровенные сцены
💘 Хэппи-энд, после которого хочется верить в чудеса
Когда вместо заслуженной тюрьмы вас ждет совместное детективное
Открываю шкаф и вижу в углу аккуратный красный пакет с бантиком. Улыбаюсь — давно Демид не делал мне сюрпризов! Достаю содержимое и ахаю: внутри лежит платье, но размер настолько крошечный, что мне больно его держать.
Когда дверь хлопает, я даже не сразу понимаю, что это Демид вернулся.
— Это что? - спрашиваю хрипло.
— Платье, — спокойно отвечает он.
— Для кого?
— Ну, раз ты все поняла, то да, оно явно не для тебя. Ты ведь в него не влезешь.
— Как ты можешь? — выдавливаю я. — Если бы не эти дурацкие гормоны, я была бы стройной.
— Гормоны? — он криво усмехается. — Лада, а торты по ночам — это тоже гормоны? Я хочу семью и детей. Я хочу, чтобы рядом со мной была красивая стройная женщина.
Швыряю платье на пол и начинаю его топтать ногами.
— Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе! – резко смотрю на Демида и добавляю: - Мы разводимся.
Когда дверь хлопает, я даже не сразу понимаю, что это Демид вернулся.
— Это что? - спрашиваю хрипло.
— Платье, — спокойно отвечает он.
— Для кого?
— Ну, раз ты все поняла, то да, оно явно не для тебя. Ты ведь в него не влезешь.
— Как ты можешь? — выдавливаю я. — Если бы не эти дурацкие гормоны, я была бы стройной.
— Гормоны? — он криво усмехается. — Лада, а торты по ночам — это тоже гормоны? Я хочу семью и детей. Я хочу, чтобы рядом со мной была красивая стройная женщина.
Швыряю платье на пол и начинаю его топтать ногами.
— Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе! – резко смотрю на Демида и добавляю: - Мы разводимся.
– Ксюша?! – на пороге стоит Влад.
Он удивлен встрече не меньше, чем я.
Рядом с Владом стоит наша дочь, о которой он не должен ничего знать.
– Мам, не ругайся на дядю. Он хороший. Он мне самокат починил.
Влад предал меня, растоптал чувства. Я узнала об измене в тот день, когда тест показал две полоски. Мне пришлось собрать все вещи и уехать в поселок к родне.
А теперь он хочет снести дом культуры, в котором я работаю.
Но я не дам ему это сделать. Как и не отдам дочь.
Он удивлен встрече не меньше, чем я.
Рядом с Владом стоит наша дочь, о которой он не должен ничего знать.
– Мам, не ругайся на дядю. Он хороший. Он мне самокат починил.
Влад предал меня, растоптал чувства. Я узнала об измене в тот день, когда тест показал две полоски. Мне пришлось собрать все вещи и уехать в поселок к родне.
А теперь он хочет снести дом культуры, в котором я работаю.
Но я не дам ему это сделать. Как и не отдам дочь.
— Это что?
— Просто переписка.
— Просто? Ты называешь «скучаю, хочу тебя» — просто?
— Марин… не устраивай допрос.
— А ты не устраивай спектакль.
Он замолчал. Всегда молчал, когда не было, чем оправдаться. И в этой тишине я впервые поняла: то, что я считала семьёй, давно стало декорацией.
Никаких криков. Никаких угроз. Только короткое — «я всё поняла» и шаг в сторону, откуда уже не возвращаются.
А дальше — началась игра. Холодная, точная, с участием того, кто умеет бить без шума.
Мой начальник. Он не спрашивал, что случилось. Он просто посмотрел на моего мужа — и сказал тихо: «Теперь страдать будет он.»
И да… он сдержал слово.
— Просто переписка.
— Просто? Ты называешь «скучаю, хочу тебя» — просто?
— Марин… не устраивай допрос.
— А ты не устраивай спектакль.
Он замолчал. Всегда молчал, когда не было, чем оправдаться. И в этой тишине я впервые поняла: то, что я считала семьёй, давно стало декорацией.
Никаких криков. Никаких угроз. Только короткое — «я всё поняла» и шаг в сторону, откуда уже не возвращаются.
А дальше — началась игра. Холодная, точная, с участием того, кто умеет бить без шума.
Мой начальник. Он не спрашивал, что случилось. Он просто посмотрел на моего мужа — и сказал тихо: «Теперь страдать будет он.»
И да… он сдержал слово.
— Ты меня совсем не жалеешь?
— После того, что ты сделал? Нет.
— Я был дураком…
— Был? — усмехнулась я. — Нет, Тимур. Ты просто показал, кто ты есть.
Он ушёл к моей сестре. В одну ночь — разрушил дом, доверие, меня. А потом вернулся — будто ничего не случилось. Снова слова, обещания, жалкие попытки вернуть то, что сгорело. Что я сделаю? Уже решила. Но он ещё не знает — на этот раз больно будет не мне.
— После того, что ты сделал? Нет.
— Я был дураком…
— Был? — усмехнулась я. — Нет, Тимур. Ты просто показал, кто ты есть.
Он ушёл к моей сестре. В одну ночь — разрушил дом, доверие, меня. А потом вернулся — будто ничего не случилось. Снова слова, обещания, жалкие попытки вернуть то, что сгорело. Что я сделаю? Уже решила. Но он ещё не знает — на этот раз больно будет не мне.
Выберите полку для книги