Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «luchshee»
Агата получает шокирующую новость: через год она потеряет возможность иметь детей. Времени почти нет — и она принимает отчаянное решение: за двенадцать месяцев найти идеального мужчину, который станет отцом её будущего ребёнка.
Шесть кандидатов. Шесть свиданий. Шесть шансов изменить судьбу.
Но сможет ли холодный расчёт победить непредсказуемость чувств? И что, если «тот самый» появится тогда, когда его совсем не ждёшь?
Шесть кандидатов. Шесть свиданий. Шесть шансов изменить судьбу.
Но сможет ли холодный расчёт победить непредсказуемость чувств? И что, если «тот самый» появится тогда, когда его совсем не ждёшь?
❤️РОМАН ЗАВЕРШЕН И ПО САМОЙ ПРИВЛЕКАТЕЛЬНОЙ ЦЕНЕ❤️
– Кирюш, мальчик мой, подвези Алису до дома.
– Мам, прекрати сводничать. С меня хватило семейной жизни.
***
Успешный бизнесмен Кирилл Сафин живёт ради сына и работы. Ему не нужны отношения – хватает проблем с бывшей женой. Но случайная встреча с тихой девушкой Алисой переворачивает всё. Она не охотится за его деньгами, не строит глазки. Она просто согревает его сердце и дарит надежду на счастливое будущее.
Вот только прошлое не спешит его отпускать. Сможет ли мужчина, наученный горьким опытом, снова распахнуть сердце навстречу любви? Или страх новых ран заставит его отказаться от шанса на настоящее счастье?
– Кирюш, мальчик мой, подвези Алису до дома.
– Мам, прекрати сводничать. С меня хватило семейной жизни.
***
Успешный бизнесмен Кирилл Сафин живёт ради сына и работы. Ему не нужны отношения – хватает проблем с бывшей женой. Но случайная встреча с тихой девушкой Алисой переворачивает всё. Она не охотится за его деньгами, не строит глазки. Она просто согревает его сердце и дарит надежду на счастливое будущее.
Вот только прошлое не спешит его отпускать. Сможет ли мужчина, наученный горьким опытом, снова распахнуть сердце навстречу любви? Или страх новых ран заставит его отказаться от шанса на настоящее счастье?
✅КНИГА ПОЛНОСТЬЮ ЗАВЕРШЕНА!
✅САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ТОЛЬКО ПЕРВЫЕ ДНИ!
— Ты себя в зеркало видела, махина? — любовница моего мужа брезгливо сморщила идеальный носик. — Матвею нужна хрупкая, красивая девушка, а не баба-конь.
Проваливай из нашей квартиры!
Я перевела взгляд на мужа, с которым мы прожили семь лет. С которым мы начинали с нуля.
— Вик, ну не устраивай драму, — Матвей устало закатил глаза, по-хозяйски обнимая эту крашеную куклу за тонкую талию. — Настя права. Ты слишком... огромная. С тобой даже в люди выйти стыдно. Оставь ключи на тумбочке и освободи помещение. Нам еще матрас после тебя менять.
Меня вышвырнули на улицу в старых кроссовках. Растоптали самооценку, обесценили мою любовь и жестоко высмеяли мое тело.
Они праздновали победу, уверенные, что такая «толстушка - неудачница» просто пойдёт на дно.
Как же они ошибались...
✅САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ТОЛЬКО ПЕРВЫЕ ДНИ!
— Ты себя в зеркало видела, махина? — любовница моего мужа брезгливо сморщила идеальный носик. — Матвею нужна хрупкая, красивая девушка, а не баба-конь.
Проваливай из нашей квартиры!
Я перевела взгляд на мужа, с которым мы прожили семь лет. С которым мы начинали с нуля.
— Вик, ну не устраивай драму, — Матвей устало закатил глаза, по-хозяйски обнимая эту крашеную куклу за тонкую талию. — Настя права. Ты слишком... огромная. С тобой даже в люди выйти стыдно. Оставь ключи на тумбочке и освободи помещение. Нам еще матрас после тебя менять.
Меня вышвырнули на улицу в старых кроссовках. Растоптали самооценку, обесценили мою любовь и жестоко высмеяли мое тело.
Они праздновали победу, уверенные, что такая «толстушка - неудачница» просто пойдёт на дно.
Как же они ошибались...
— Настя, что вы здесь делаете? Почему не позвонили? — спокойно спрашивает муж, будто ничего не произошло.
Я молчу, глядя на его мятую рубашку, криво застёгнутые брюки, следы чужих рук. В воздухе стоит сладкий, приторный запах чужих духов — запах предательства.
— Это всё, что ты скажешь?! — голос дрожит. — После того, как я только что застала тебя с другой в нашей постели?!
Он холоден:
— Хватит кричать. Что случилось? Почему приехали без предупреждения?
— Случилось то, что я ухожу от тебя, Петя. Мы разводимся!
Он молчит, потом произносит ровно:
— Не истери. Мы просто с ней переспали — такое бывает. Никакого развода не будет. Ничего страшного не произошло. Я мужчина, ты должна это понимать.
— Нет, Петя! Ты изменил мне. Я беру дочь, и мы уходим!
— Никуда Ева не уйдёт. И ты тоже, — он делает шаг ближе. — Тебе нужно просто поспать. Завтра поговорим спокойно.
Муж решил отобрать у меня нашу дочь после того, как я решила уйти и подала на развод из-за его измен.
Я молчу, глядя на его мятую рубашку, криво застёгнутые брюки, следы чужих рук. В воздухе стоит сладкий, приторный запах чужих духов — запах предательства.
— Это всё, что ты скажешь?! — голос дрожит. — После того, как я только что застала тебя с другой в нашей постели?!
Он холоден:
— Хватит кричать. Что случилось? Почему приехали без предупреждения?
— Случилось то, что я ухожу от тебя, Петя. Мы разводимся!
Он молчит, потом произносит ровно:
— Не истери. Мы просто с ней переспали — такое бывает. Никакого развода не будет. Ничего страшного не произошло. Я мужчина, ты должна это понимать.
— Нет, Петя! Ты изменил мне. Я беру дочь, и мы уходим!
— Никуда Ева не уйдёт. И ты тоже, — он делает шаг ближе. — Тебе нужно просто поспать. Завтра поговорим спокойно.
Муж решил отобрать у меня нашу дочь после того, как я решила уйти и подала на развод из-за его измен.
– Тебе изменяет муж! Я только что видела его с другой женщиной! – в палату родильного отделения влетает моя соседка и кричит едва ли не во всё горло.
– Что? – переспрашиваю.
– Он целовался посреди коридора с какой-то врачихой взасос! Они сейчас в ординаторской.
На негнущихся ногах иду туда, толкаю дверь и вижу их. Моего мужа и моего гинеколога…
Он прижимает любовницу к стене. Её халат распахнут, нога обвивает его бедро. Мой муж вжимается в неё всем телом и целует так, как недавно целовал меня.
Я смотрю на его руку – она зарывается в её чёрные волосы, оттягивает голову назад, открывая шею для жаркого поцелуя.
– Какая же ты… – низким голосом цедит предатель, впившись в шею любовницы губами.
– Такая… – выдыхает она. – Тебя жена совсем не удовлетворяет, да?
В следующий момент схватка скручивает меня так сильно, что складывает пополам от боли.
В глазах темнеет. Ноги подкашиваются, окружающие звуки замолкают, и я погружаюсь во тьму…
– Что? – переспрашиваю.
– Он целовался посреди коридора с какой-то врачихой взасос! Они сейчас в ординаторской.
На негнущихся ногах иду туда, толкаю дверь и вижу их. Моего мужа и моего гинеколога…
Он прижимает любовницу к стене. Её халат распахнут, нога обвивает его бедро. Мой муж вжимается в неё всем телом и целует так, как недавно целовал меня.
Я смотрю на его руку – она зарывается в её чёрные волосы, оттягивает голову назад, открывая шею для жаркого поцелуя.
– Какая же ты… – низким голосом цедит предатель, впившись в шею любовницы губами.
– Такая… – выдыхает она. – Тебя жена совсем не удовлетворяет, да?
В следующий момент схватка скручивает меня так сильно, что складывает пополам от боли.
В глазах темнеет. Ноги подкашиваются, окружающие звуки замолкают, и я погружаюсь во тьму…
— Ты опять у плиты?
— А где мне быть?
— Ты вообще себя видела?
Я замерла, держа в руке лопатку.
— Что ты имеешь в виду?
— Да всё то же самое, Марин. — Он развёл руками. — Сколько можно? Ты постоянно ешь. Готовишь, пробуешь, доедаешь. И так каждый день.
Он делает шаг ближе, голос тише, но от этого только хуже:
— Ты разжирела, Марин. Я с тобой рядом как с тёткой живу.
У меня в груди будто что-то проваливается.
— Тогда не живи, — говорю я.
Он усмехается. Коротко, зло.
— Думаешь, не найду, с кем? Уже нашёл.
Я тогда ещё не поняла, насколько всё далеко у нас зашло. Но когда он привёл любовницу в мой дом. Туда, где спит мой сын, я поняла: будет не развод. Будет война.
— А где мне быть?
— Ты вообще себя видела?
Я замерла, держа в руке лопатку.
— Что ты имеешь в виду?
— Да всё то же самое, Марин. — Он развёл руками. — Сколько можно? Ты постоянно ешь. Готовишь, пробуешь, доедаешь. И так каждый день.
Он делает шаг ближе, голос тише, но от этого только хуже:
— Ты разжирела, Марин. Я с тобой рядом как с тёткой живу.
У меня в груди будто что-то проваливается.
— Тогда не живи, — говорю я.
Он усмехается. Коротко, зло.
— Думаешь, не найду, с кем? Уже нашёл.
Я тогда ещё не поняла, насколько всё далеко у нас зашло. Но когда он привёл любовницу в мой дом. Туда, где спит мой сын, я поняла: будет не развод. Будет война.
- То есть, я не спала ночами… Страдала, думая, что моя дочь больна. А ты на самом деле здорова, просто тебе нужно… отдать донорский орган ребенку, которого нажил на стороне твой отец?
Меня ведет, голова кружится. Я только что узнала о предательстве мужа, но это не все.
Моя дочь пошла на ложь ради спасения брата. О нем она знает последние полгода. И они с моим мужем, ее отцом, безбожно врут мне о болезни…
- Мам… он мой брат. И ты бы не позволила мне на это пойти, - бурчит Алена. - Вопрос жизни и смерти, как ты не понимаешь?
Последние полгода я считала, что моя дочь неизлечимо больна. Однако это не так, хотя Алена и стоит на пороге того, чтобы ее покалечили.
Она хочет спасти брата - ребенка своего отца от другой.
А я - единственная, кто может не позволить ей это сделать.
Меня ведет, голова кружится. Я только что узнала о предательстве мужа, но это не все.
Моя дочь пошла на ложь ради спасения брата. О нем она знает последние полгода. И они с моим мужем, ее отцом, безбожно врут мне о болезни…
- Мам… он мой брат. И ты бы не позволила мне на это пойти, - бурчит Алена. - Вопрос жизни и смерти, как ты не понимаешь?
Последние полгода я считала, что моя дочь неизлечимо больна. Однако это не так, хотя Алена и стоит на пороге того, чтобы ее покалечили.
Она хочет спасти брата - ребенка своего отца от другой.
А я - единственная, кто может не позволить ей это сделать.
– Где Максим? – повторяю я, и голос уже совсем откровенно дрожит. – Я… мне нужно его видеть.
Женщина шагает ко мне.
Она медленно вытягивает руку, демонстрируя безупречное обручальное кольцо с огромным бриллиантом. Такое же, как мне Максим подарил.
– О, малышка, – её голос сладко-ядовит. – У Максима странное чувство юмора. И ему иногда нравится… играть чувствами других. Особенно когда становится скучно в командировках.
Изучает меня с головы до ног, словно рассматривая насекомое под микроскопом.
– Ты просто его любовница. И судя по твоему виду, не единственная.
***
Три года назад любимый предал меня, а теперь вернулся и требует отдать ему сына.
Женщина шагает ко мне.
Она медленно вытягивает руку, демонстрируя безупречное обручальное кольцо с огромным бриллиантом. Такое же, как мне Максим подарил.
– О, малышка, – её голос сладко-ядовит. – У Максима странное чувство юмора. И ему иногда нравится… играть чувствами других. Особенно когда становится скучно в командировках.
Изучает меня с головы до ног, словно рассматривая насекомое под микроскопом.
– Ты просто его любовница. И судя по твоему виду, не единственная.
***
Три года назад любимый предал меня, а теперь вернулся и требует отдать ему сына.
Пятнадцать лет брака. Я ждала его каждый вечер — сначала с надеждой, потом по привычке, потом уже не ждала вовсе. Он задерживался на работе, пропадал на выходных, переставал замечать мелочи, которые когда-то составляли нашу жизнь. А в тот день я просто перестала ждать и поехала за ним.
И нашла его на парковке. С ней. Как будто я заслужила это унижение. Как будто пятнадцать лет ничего не значат. Всё, что я увидела, разрушает мой мир. Но вместо слёз и истерик внутри рождается нечто другое — холодное, чёткое, неумолимое.
Я не устраиваю сцен. Я не кричу и не прошу. Я вхожу в его двойную жизнь. Я становлюсь её частью. Не чтобы понять — чтобы уничтожить. Теперь у меня есть цель, есть время и есть холодная решимость. Месть, которую подают спустя время, — самая точная. И я её приготовлю сама
И нашла его на парковке. С ней. Как будто я заслужила это унижение. Как будто пятнадцать лет ничего не значат. Всё, что я увидела, разрушает мой мир. Но вместо слёз и истерик внутри рождается нечто другое — холодное, чёткое, неумолимое.
Я не устраиваю сцен. Я не кричу и не прошу. Я вхожу в его двойную жизнь. Я становлюсь её частью. Не чтобы понять — чтобы уничтожить. Теперь у меня есть цель, есть время и есть холодная решимость. Месть, которую подают спустя время, — самая точная. И я её приготовлю сама
— Давай без истерики, хорошо? — говорит мне любовница мужа, заявившись среди ночи, — Я пришла по-человечески попросить. Он тебя не любит, уйди и не мешай.
Я надеюсь, что сейчас из подъезда выскочит кто-то и скажет, что всё это глупый розыгрыш.
Но нет. Передо мной стоит чужая женщина и рушит мой мир почти скучающим тоном.
— Антон со мной уже год, Вера. Не разовая связь. Не случайность. Он должен принять уже решение, но тянет. Поэтому я решила прийти сама.
— Я услышала. Теперь уходи, — повторяю я. — Вон.
Она смотрит на меня секунду-другую. Потом усмехается, но не весело, а как-то брезгливо:
— Ладно. Кстати, Антон вернётся поздно. У нас с ним встреча через двадцать минут. Так что ложись спать, женушка, не жди до утра.
***
Муж изменил и приказал терпеть. Не верит, что я смогу уйти с двумя детьми и без денег.
Но я сильнее, чем он думал.
Я надеюсь, что сейчас из подъезда выскочит кто-то и скажет, что всё это глупый розыгрыш.
Но нет. Передо мной стоит чужая женщина и рушит мой мир почти скучающим тоном.
— Антон со мной уже год, Вера. Не разовая связь. Не случайность. Он должен принять уже решение, но тянет. Поэтому я решила прийти сама.
— Я услышала. Теперь уходи, — повторяю я. — Вон.
Она смотрит на меня секунду-другую. Потом усмехается, но не весело, а как-то брезгливо:
— Ладно. Кстати, Антон вернётся поздно. У нас с ним встреча через двадцать минут. Так что ложись спать, женушка, не жди до утра.
***
Муж изменил и приказал терпеть. Не верит, что я смогу уйти с двумя детьми и без денег.
Но я сильнее, чем он думал.
Выберите полку для книги