Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «razvod»
- Ты не будешь встречать с нами новый год. - Катя не спрашивала. Она констатировала факт.
Я, мягко говоря, удивилась.
- Почему это? - спросила я.
- Потому что ты больше не жена Андрея, - сообщила она, как будто это что-то объясняло.
- Ну и что?
- Да ничего, Вера. Нафига ты нужна там, где мы оба будем? Хочешь испортить всем праздник снова? В прошлом году тебе было мало?
От ее жестоких вопросов я ощутила мощный флешбек. Словно опять стою посреди гостиной, и муж сообщает, что хочет развестись.
Продираясь через паническую атаку, я с трудом сообразила.
- Ты и Андрей? Вы вместе?
- Конечно, - ответила Катя, не задумываясь ни на секунду. - Как будто ты не знала.
В прошлом году перед боем Курантов со мной случилось все самое ужасное. Я с трудом восстановилась после выкидыша и развода. Пора начать новую жизнь, но моя подруга оказалась резко против.
И что мне теперь делать? Уйти в сторону, чтобы не мешать счастью Кати и Андрея?
Как бы не так!
Я, мягко говоря, удивилась.
- Почему это? - спросила я.
- Потому что ты больше не жена Андрея, - сообщила она, как будто это что-то объясняло.
- Ну и что?
- Да ничего, Вера. Нафига ты нужна там, где мы оба будем? Хочешь испортить всем праздник снова? В прошлом году тебе было мало?
От ее жестоких вопросов я ощутила мощный флешбек. Словно опять стою посреди гостиной, и муж сообщает, что хочет развестись.
Продираясь через паническую атаку, я с трудом сообразила.
- Ты и Андрей? Вы вместе?
- Конечно, - ответила Катя, не задумываясь ни на секунду. - Как будто ты не знала.
В прошлом году перед боем Курантов со мной случилось все самое ужасное. Я с трудом восстановилась после выкидыша и развода. Пора начать новую жизнь, но моя подруга оказалась резко против.
И что мне теперь делать? Уйти в сторону, чтобы не мешать счастью Кати и Андрея?
Как бы не так!
Судебный зал. Чужой, холодный, с высокими окнами, через которые пробивался блеклый дневной свет. Есения стояла у длинного стола и чувствовала себя странно — словно пришла сюда без подготовки, без понимания правил игры.
Рядом был Сергей. Уверенный, собранный, сосредоточенный. Он выглядел так, будто давно всё решил и просто ждал формальности. Он не смотрел на неё — его взгляд был устремлён вперёд, туда, где стояла другая женщина.
Молодая. Аккуратная. Слишком спокойная для человека, который якобы оказался здесь случайно.
Судья читал решение монотонным голосом, и слова, падая в воздух, резали слух:
— …имущество переходит супругу.
— …гражданка Сергеева добровольно отказалась от своей доли.
Есения опустила глаза — и увидела документы.
Белые листы.
Чёткий текст.
И подписи внизу.
Её подписи.
Она попыталась сказать, что это ошибка. Что она ничего не подписывала. Что она не соглашалась. Но голос не слушался, будто её слова теряли смысл, не успев родиться.
Сергей наклонился к ней и пр
Рядом был Сергей. Уверенный, собранный, сосредоточенный. Он выглядел так, будто давно всё решил и просто ждал формальности. Он не смотрел на неё — его взгляд был устремлён вперёд, туда, где стояла другая женщина.
Молодая. Аккуратная. Слишком спокойная для человека, который якобы оказался здесь случайно.
Судья читал решение монотонным голосом, и слова, падая в воздух, резали слух:
— …имущество переходит супругу.
— …гражданка Сергеева добровольно отказалась от своей доли.
Есения опустила глаза — и увидела документы.
Белые листы.
Чёткий текст.
И подписи внизу.
Её подписи.
Она попыталась сказать, что это ошибка. Что она ничего не подписывала. Что она не соглашалась. Но голос не слушался, будто её слова теряли смысл, не успев родиться.
Сергей наклонился к ней и пр
— Я тебя не люблю.
Он сказал это спокойно. Холодно.
— А кого любишь? Её?
— Да. Твою сестру.
Восемнадцать лет брака обрываются одной фразой. Без скандалов, без объяснений, без попыток спасти хоть что-то. Муж выбирает не просто другую женщину — он выбирает предательство, от которого не отмахнуться и не пережить со временем.
Я ухожу молча. С болью. С пустотой внутри. И очень быстро понимаю: измена — лишь начало. За «любовью» скрываются расчёт, ложь и чужая игра, в которой меня давно списали со счетов.
Я не буду прощать. И я не останусь удобной. Потому что после измены жизнь не заканчивается. Иногда она только начинается.
Он сказал это спокойно. Холодно.
— А кого любишь? Её?
— Да. Твою сестру.
Восемнадцать лет брака обрываются одной фразой. Без скандалов, без объяснений, без попыток спасти хоть что-то. Муж выбирает не просто другую женщину — он выбирает предательство, от которого не отмахнуться и не пережить со временем.
Я ухожу молча. С болью. С пустотой внутри. И очень быстро понимаю: измена — лишь начало. За «любовью» скрываются расчёт, ложь и чужая игра, в которой меня давно списали со счетов.
Я не буду прощать. И я не останусь удобной. Потому что после измены жизнь не заканчивается. Иногда она только начинается.
Он поклялся, что это было всего один раз. Она поверила... и совершила самую большую ошибку в своей жизни.
Кажется, рушится всё. Даже то, во что ты верила больше всего.
Идеальный брак Ксении рассыпался, как карточный домик, от одного чудовищного признания. Предательство мужа Антона оказалось двойным ударом. В порыве отчаяния, поверив слезам и клятвам, она решает дать ему второй шанс. Но как заставить свое сердце забыть его предательство? Как склеить осколки доверия, когда боль тихо разъедает изнутри?
И теперь в её руках оказывается ключ к еще одной правде, которая страшнее самой измены.
Стоило ли прощать? И как снова научиться жить, когда сердце разбито вдребезги?
Кажется, рушится всё. Даже то, во что ты верила больше всего.
Идеальный брак Ксении рассыпался, как карточный домик, от одного чудовищного признания. Предательство мужа Антона оказалось двойным ударом. В порыве отчаяния, поверив слезам и клятвам, она решает дать ему второй шанс. Но как заставить свое сердце забыть его предательство? Как склеить осколки доверия, когда боль тихо разъедает изнутри?
И теперь в её руках оказывается ключ к еще одной правде, которая страшнее самой измены.
Стоило ли прощать? И как снова научиться жить, когда сердце разбито вдребезги?
— Успокоилась? Теперь можем поговорить? — произносит он ровным, почти будничным тоном, словно мы обсуждаем планы на выходные. В его голосе ни тени раскаяния — лишь лёгкая усталость человека, вынужденного разбираться с «незначительной» проблемой.
Я медленно поворачиваюсь к нему. В глазах ещё стоят слёзы, но внутри уже зреет холодная решимость — как лёд, сковывающий бурю. Каждое слово даётся с трудом, но я заставляю себя говорить чётко, без дрожи:
— Нам не о чем говорить. Я подам на развод. Живи как хочешь.
Он проводит рукой по влажным волосам, откидывает их назад. Капли воды срываются с кончиков и падают на паркет, оставляя тёмные пятна. На лице — ни тени волнения, лишь лёгкая досада, будто я капризничаю, как ребёнок, не получивший желаемую игрушку.
— Наташа, тебе почти сорок, — говорит он, и в его голосе звучит та самая снисходительная интонация, от которой внутри всё сжимается. — Кому ты будешь нужна после развода, ничего не имея за душой?
Я медленно поворачиваюсь к нему. В глазах ещё стоят слёзы, но внутри уже зреет холодная решимость — как лёд, сковывающий бурю. Каждое слово даётся с трудом, но я заставляю себя говорить чётко, без дрожи:
— Нам не о чем говорить. Я подам на развод. Живи как хочешь.
Он проводит рукой по влажным волосам, откидывает их назад. Капли воды срываются с кончиков и падают на паркет, оставляя тёмные пятна. На лице — ни тени волнения, лишь лёгкая досада, будто я капризничаю, как ребёнок, не получивший желаемую игрушку.
— Наташа, тебе почти сорок, — говорит он, и в его голосе звучит та самая снисходительная интонация, от которой внутри всё сжимается. — Кому ты будешь нужна после развода, ничего не имея за душой?
— Ой, а тут мило! — она заглядывает в гостиную. — Елочка какая! Ванечка, смотри, какая елочка красивая! С игрушками!
Я наконец обретаю голос:
— Подождите. Кто вы? Что происходит?
Женщина оборачивается и смотрит на меня как на дурочку.
— Так Вадим не предупредил? Типично. Вечно он так. — Она закатывает глаза. — Я Люба. Мы с Ванечкой приехали Новый год встречать. По-семейному.
— По-семейному? — эхом повторяю я.
— Ну да. Ребенок тоже конфет хочет, елку хочет, подарки от папы хочет!
— Какого... папы? — выдавливаю наконец.
— Ну как какого? Вадима, конечно. Ванечка — его сын. Пять лет скоро. А ты что, правда не знала?
Я загадала желание: пусть любовь меня найдет.
А нашла меня Люба — любовница моего мужа.
Это и есть моя "любовь"?
Или та, в которую я влечу на полной скорости...
Я наконец обретаю голос:
— Подождите. Кто вы? Что происходит?
Женщина оборачивается и смотрит на меня как на дурочку.
— Так Вадим не предупредил? Типично. Вечно он так. — Она закатывает глаза. — Я Люба. Мы с Ванечкой приехали Новый год встречать. По-семейному.
— По-семейному? — эхом повторяю я.
— Ну да. Ребенок тоже конфет хочет, елку хочет, подарки от папы хочет!
— Какого... папы? — выдавливаю наконец.
— Ну как какого? Вадима, конечно. Ванечка — его сын. Пять лет скоро. А ты что, правда не знала?
Я загадала желание: пусть любовь меня найдет.
А нашла меня Люба — любовница моего мужа.
Это и есть моя "любовь"?
Или та, в которую я влечу на полной скорости...
Новогодняя ночь. Время волшебства и исполнения желаний.
Идеальный дом, любимый муж, весёлые гости, смех детей — всё, о чём я мечтала, собранное в одну сияющую картину.
Но это все было до той секунды, пока я… не увидела мужа со своей сестрой в нашей спальне.
В одну ночь рушится всё: любовь, доверие, семья. Новогодние огни гирлянд теперь освещают лишь лицемерие и боль. Но когда мир рассыпается на осколки, появляется выбор: сломаться под тяжестью предательства или собрать себя заново.
Идеальный дом, любимый муж, весёлые гости, смех детей — всё, о чём я мечтала, собранное в одну сияющую картину.
Но это все было до той секунды, пока я… не увидела мужа со своей сестрой в нашей спальне.
В одну ночь рушится всё: любовь, доверие, семья. Новогодние огни гирлянд теперь освещают лишь лицемерие и боль. Но когда мир рассыпается на осколки, появляется выбор: сломаться под тяжестью предательства или собрать себя заново.
— Ты мне надоела. Я ухожу, — произносит муж за считанные дни до Нового года.
— Что? — выдыхаю я.
— Ты все слышала. У меня другая, я завел себе молодую любовницу, — продолжает он тем же ровным, бесстрастным тоном.
— И как давно?
— Уже почти год.
Пауза.
— Ей двадцать пять, и она недавно родила мне ребенка. Я поехал. Не жди меня в Новый год, дорогуша!
***
Двадцать лет брака рухнули за один ужин. В канун Нового года я узнала, что муж мне целый год, и думала, что хуже быть не может. Но настоящий удар ждал позже, когда к нам пришла дочь моей лучшей подруги.
— Ну, зачем же вы так, Диана Сергеевна? Вы же сами год назад выгнали человека совсем без вещей на холод. Он бедный, замерзший. Пришлось Витю отогревать у меня под одеялом всю ночь.
— Ты… любовница моего мужа?!
— А что такого? Мы взрослые люди. Он несчастен был. Вы его не понимали, не ценили. А я… я просто дала ему то, чего ему не хватало. Вы ведь так и не смогли дать ему ребенка. Зачем вы ему такая старая и бесполезная?
— Что? — выдыхаю я.
— Ты все слышала. У меня другая, я завел себе молодую любовницу, — продолжает он тем же ровным, бесстрастным тоном.
— И как давно?
— Уже почти год.
Пауза.
— Ей двадцать пять, и она недавно родила мне ребенка. Я поехал. Не жди меня в Новый год, дорогуша!
***
Двадцать лет брака рухнули за один ужин. В канун Нового года я узнала, что муж мне целый год, и думала, что хуже быть не может. Но настоящий удар ждал позже, когда к нам пришла дочь моей лучшей подруги.
— Ну, зачем же вы так, Диана Сергеевна? Вы же сами год назад выгнали человека совсем без вещей на холод. Он бедный, замерзший. Пришлось Витю отогревать у меня под одеялом всю ночь.
— Ты… любовница моего мужа?!
— А что такого? Мы взрослые люди. Он несчастен был. Вы его не понимали, не ценили. А я… я просто дала ему то, чего ему не хватало. Вы ведь так и не смогли дать ему ребенка. Зачем вы ему такая старая и бесполезная?
— У тебя любовница?
— Давай после Нового года…
— Отличная идея, — вмешивается свекровь. — А лучше — после развода.
Я нарезаю салаты, жду гостей и даже не догадываюсь, что муж решил встретить Новый год сразу в нескольких ролях. Муж. Любовник. Врунишка года.
Подруги на кухне шепчутся, муж путается в показаниях, а свекровь внезапно оказывается единственным человеком с холодной головой и острым языком.
— Все не так! Это ошибка!
— Нет, сынок, — усмехается она. — Это подлость. И за подлость нужно платить.
Новый год пошёл не по плану. С изменой, семейными разборками и моментом, когда я поняла: назад как было, точно не вернусь.
— Давай после Нового года…
— Отличная идея, — вмешивается свекровь. — А лучше — после развода.
Я нарезаю салаты, жду гостей и даже не догадываюсь, что муж решил встретить Новый год сразу в нескольких ролях. Муж. Любовник. Врунишка года.
Подруги на кухне шепчутся, муж путается в показаниях, а свекровь внезапно оказывается единственным человеком с холодной головой и острым языком.
— Все не так! Это ошибка!
— Нет, сынок, — усмехается она. — Это подлость. И за подлость нужно платить.
Новый год пошёл не по плану. С изменой, семейными разборками и моментом, когда я поняла: назад как было, точно не вернусь.
В мире, где брак кажется вечным, одна женщина решает изменить свою жизнь. Развод — это не конец, а начало. История о смелости, любви и новом счастье, которое ждет за горизонтом. Когда прошлое уходит, будущее открывает двери к настоящей страсти и свободе. Захватывающий роман о том, как найти себя и обрести любовь заново.
Подборка коротких любовных романов о разводе
Выберите полку для книги