Книги в жанре «Жесткая эротика» по тегу «erotika»
Свёкор. Миллиардер. Мужчина, который смотрел на меня три года — молча, с другого края стола, пока его сын изменял мне в нашей же постели. В тот вечер, под дождём, он остановил машину и сказал одно слово: «Садись». Я села. Потому что за этим голосом было безопасно — впервые в жизни.
Он не обещал вечность, как Максим. Он не клялся, не оправдывался, не смывал в душе чужой запах. Он просто делал. И предупредил сразу: нежным не будет.
Я знала, что это разрушит его семью. Знала, что моё имя вываляют в грязи. И осталась.
Он застал меня у окна — мокрый, с чужими ключами, которые его отец забыл забрать.
— Ты правда его любишь? — спросил Максим. — Или играешь, чтобы мне отомстить?
— Люблю, — сказала я. — Я тебе это уже говорила.
— Тогда почему ты не ушла? Почему осталась в его постели?
— Тебя это больше не касается.
Он не обещал вечность, как Максим. Он не клялся, не оправдывался, не смывал в душе чужой запах. Он просто делал. И предупредил сразу: нежным не будет.
Я знала, что это разрушит его семью. Знала, что моё имя вываляют в грязи. И осталась.
Он застал меня у окна — мокрый, с чужими ключами, которые его отец забыл забрать.
— Ты правда его любишь? — спросил Максим. — Или играешь, чтобы мне отомстить?
— Люблю, — сказала я. — Я тебе это уже говорила.
— Тогда почему ты не ушла? Почему осталась в его постели?
— Тебя это больше не касается.
— Возьми, — сказал кавказец и протянул мне ножницы.
— Зачем... — прошептала я.
— Отрежь свою косу. Она делает тебя слишком невинной. Мне это не нравится.
Я стала пленницей в его доме. Спустя множество унижений и требований, ломавших меня изнутри, я уже практически смирилась со своей новой жизнью. Пока ночью не почувствовала, как чья-то рука начала нежно гладить мои волосы.
— Зачем... — прошептала я.
— Отрежь свою косу. Она делает тебя слишком невинной. Мне это не нравится.
Я стала пленницей в его доме. Спустя множество унижений и требований, ломавших меня изнутри, я уже практически смирилась со своей новой жизнью. Пока ночью не почувствовала, как чья-то рука начала нежно гладить мои волосы.
Два года тишины на сицилийском обрыве. Алесса и бывший инквизитор Доминик почти стали людьми — пока из прошлого не явилась она.
Сестра Изабель де Монфор. Женщина, которая годы желала святого и ненавидела себя за это желание. Женщина, которая приехала не судить, а забрать.
Ревность, которая жжёт сильнее плети.
И момент, когда добыча перестаёт быть добычей.
Он снова падёт.
Она будет смотреть.
А третья… третья уже не уйдёт живой.
Сестра Изабель де Монфор. Женщина, которая годы желала святого и ненавидела себя за это желание. Женщина, которая приехала не судить, а забрать.
Ревность, которая жжёт сильнее плети.
И момент, когда добыча перестаёт быть добычей.
Он снова падёт.
Она будет смотреть.
А третья… третья уже не уйдёт живой.
Мир Нади рушится в один вечер: отчисление, изгнание из дома и унизительный ужин в чужом доме. Но вместо поддержки её ждёт холодный металл и жёсткие правила, которые переворачивают всё, что она знала о себе. Эта история — о том, как далеко может зайти человек, когда привычная жизнь исчезает за захлопнувшейся дверцей.
🔥 ЖЕСТКАЯ ЭРОТИКА 18+++
🔥БДСМ
🔥Властные мужчины с жесткими требованиями
🔥 ЖЕСТКАЯ ЭРОТИКА 18+++
🔥БДСМ
🔥Властные мужчины с жесткими требованиями
До него я ничего не знала о мужчинах. После него — знаю слишком много.
Он был двумя людьми в одном теле: то ласковым до слёз, то холодным до дрожи. Я списывала это на характер, на усталость, на что угодно — лишь бы не признавать, что мне страшно рядом с тем, кого я люблю.
И всё-таки я осталась. И всё-таки позволила.
А когда правда открылась, я поняла самое унизительное: меня не любили.
На меня охотились, играючи.
И им обоим было весело.
Он был двумя людьми в одном теле: то ласковым до слёз, то холодным до дрожи. Я списывала это на характер, на усталость, на что угодно — лишь бы не признавать, что мне страшно рядом с тем, кого я люблю.
И всё-таки я осталась. И всё-таки позволила.
А когда правда открылась, я поняла самое унизительное: меня не любили.
На меня охотились, играючи.
И им обоим было весело.
Брат исчез, оставив мне свой долг — пятнадцать тысяч долларов и двоих мужчин на пороге. Один тёмный и тяжёлый, другой светлый и живой, но не мягче. Платить было нечем. Кроме себя.
— Одна ночь. С нами. Вместо долга.
— Да.
— Не для галочки. Телом согласна. Головой. Целиком.
— Да.
Я думала, что просто закрою чужой счёт и вернусь к своей серой жизни. Но за одну ночь в чужом доме что-то во мне сдвинулось — тихо, необратимо. И когда долг закрыли и мне сказали «ты свободна», уходить я не захотела.
Москва девяносто шестого. Три дня, которые не были расплатой. И выбор, которого я боялась больше всего.
— Одна ночь. С нами. Вместо долга.
— Да.
— Не для галочки. Телом согласна. Головой. Целиком.
— Да.
Я думала, что просто закрою чужой счёт и вернусь к своей серой жизни. Но за одну ночь в чужом доме что-то во мне сдвинулось — тихо, необратимо. И когда долг закрыли и мне сказали «ты свободна», уходить я не захотела.
Москва девяносто шестого. Три дня, которые не были расплатой. И выбор, которого я боялась больше всего.
Лето у матери и её нового мужа Влада заранее записала в потерянные. Самир старше, молчалив и не тратит слов впустую. В первый же вечер он говорит ей то, на что не решилась бы даже мать:
— Тебе здесь не место.
— Что?
— Не переспрашивай. Не место. Но раз уж приехала — не прячься.
Она и не прячется. Ночью она спускается на кухню за водой, и через минуту он стоит в дверях.
У него одно правило: мать не узнает никогда. У неё — ни одного. А у дома из тёмного дерева и стекла очень хорошая слышимость.
— Тебе здесь не место.
— Что?
— Не переспрашивай. Не место. Но раз уж приехала — не прячься.
Она и не прячется. Ночью она спускается на кухню за водой, и через минуту он стоит в дверях.
У него одно правило: мать не узнает никогда. У неё — ни одного. А у дома из тёмного дерева и стекла очень хорошая слышимость.
Самая большая космическая станция в обитаемом секторе. Сотни кораблей, торговля, сделки, снующие туда-сюда контрабандисты. Аристократы из разных миров и отъявленные мерзавцы. Многие не хотят быть узнанными. Но лишь одно имя почти невозможно поймать. Мадам Ария. Женщина, о которой не расскажут ничего. Потому что каждое слово потянет за собой тёмную тайну, историю о слабостях, пороках и страстях. Но Догар Мирадалис видел мужчин, знавших её, до встречи и после. И не узнавал старых врагов и друзей. Сначала появилось имя, затем, как её найти. Лицо стало последней находкой. И он шагнул в неприметную каюту на космической станции, чувствуя себя почти победителем. Если бы не безмятежные глаза и обжигающие руки женщины, которую он искал. Если бы не самолюбие и похоть...
💥 Горячие сцены 18+
💥 Женское доминирование, которое не совсем то, что кажется
💥 Противостояние характеров
💥 Элементы БДСМ
💥 Объяснение зачем это ему было нужно?
💥 Горячие сцены 18+
💥 Женское доминирование, которое не совсем то, что кажется
💥 Противостояние характеров
💥 Элементы БДСМ
💥 Объяснение зачем это ему было нужно?
Я вернулась в больницу, чтобы забыть то, что было, — но тело помнило всё, и однажды телефон снова зазвонил. Теперь я сама открываю двери, которые раньше боялась, и иду туда, где нет места серой жизни. Это история о том, как я перестала быть жертвой — и стала той, кто выбирает.
Я — Аня, обычная хостес с пышными формами и разбитым сердцем, которая однажды встретила троих мужчин, способных исполнить любое желание. Они научили меня любить своё тело, принимать боль и удовольствие, и я стала их общей женщиной — добровольно, со всей страстью. Но когда я узнала их тайны, я поняла: это не они выбрали меня, а я держу в руках их будущее.
Подборка жесткой эротики
Выберите полку для книги