Книги в жанре «Жесткая эротика» по тегу «vlastnyy-geroy»
Они предложили мне самый бесстыдный способ спастись от приступа клаустрофобии. Бывший и его друзья-кавказцы требуют полного подчинения их желаниям. И я не смогла сказать «нет». Этот порочный способ стал моим спасением от безумия в тесной кабине. Я приняла их условия, не подозревая, куда меня это приведёт.
На что только не пойдешь, чтобы спасти увядающий брак 🔥 Вот я и решилась прийти в офис собственного мужа в новом и весьма неожиданном для нас обоих амплуа...
В тексте есть:
💔 Брак на грани развода
🌶️ Очень горячие, откровенные сцены
❤️🔥 Муж, который заново открывает в жене женщину
💍 И обязательный хэппи-энд, в котором страсть вспыхивает с новой силой
Читать, когда хочется чего-то жаркого, эмоционального и с красивым финалом ✨
В тексте есть:
💔 Брак на грани развода
🌶️ Очень горячие, откровенные сцены
❤️🔥 Муж, который заново открывает в жене женщину
💍 И обязательный хэппи-энд, в котором страсть вспыхивает с новой силой
Читать, когда хочется чего-то жаркого, эмоционального и с красивым финалом ✨
— Скажи «нет», — хрипит Горелов. — Скажи, и я уйду.
Я смотрю в его глаза, них — боль, голод, отчаяние.
Он целует меня без нежности, не спрашивая, грубо и жадно вгрызается в мои влажные губы, как зверь.
Его язык по-хозяйски врывается в мой рот, и я чувствую вкус виски и мяты.
Его руки сжимают мои бёдра, притягивают к себе так, что я чувствую что он более чем в таком же нетерпении.
И на секунду, всего на секунду, я отвечаю.
Мои пальцы впиваются в его плечи, я притягиваю его ближе, моё тело выгибается навстречу.
Его пальцы задирают мою футболку.
Он хочет большего.
Он хочет взять, не спросив, не дождавшись моего «да».
Я вырываюсь со всей силы, на которую способна, отталкиваю его.
Он шатается словно пьяный, ослеплённый похотью.
— Нет, — произношу громко и чётко.
— Вера…
— Нет, Горелов, ты не имеешь права.
Он тянется ко мне, и я замахиваюсь.
Как выстрел в тишине раздаётся пощёчина...
Я смотрю в его глаза, них — боль, голод, отчаяние.
Он целует меня без нежности, не спрашивая, грубо и жадно вгрызается в мои влажные губы, как зверь.
Его язык по-хозяйски врывается в мой рот, и я чувствую вкус виски и мяты.
Его руки сжимают мои бёдра, притягивают к себе так, что я чувствую что он более чем в таком же нетерпении.
И на секунду, всего на секунду, я отвечаю.
Мои пальцы впиваются в его плечи, я притягиваю его ближе, моё тело выгибается навстречу.
Его пальцы задирают мою футболку.
Он хочет большего.
Он хочет взять, не спросив, не дождавшись моего «да».
Я вырываюсь со всей силы, на которую способна, отталкиваю его.
Он шатается словно пьяный, ослеплённый похотью.
— Нет, — произношу громко и чётко.
— Вера…
— Нет, Горелов, ты не имеешь права.
Он тянется ко мне, и я замахиваюсь.
Как выстрел в тишине раздаётся пощёчина...
Я ехала на море впервые в жизни и думала, что меня ждут только песок, солнце и свобода.
Вместо этого я оказалась зажатой между двумя мужчинами. Мой парень пил, ревновал и замахивался, а они просто ждали.
Они смотрели на меня так, будто знали, чего я хочу. Хотя я еще не поняла этого сама.
На диком пляже я наконец перестала сопротивляться тому, что горело во мне всё это время.
Они взволновали мое море не до легких волн, а до настоящего цунами.
🔥 По плану один сплошной пожар!
🔥 Всех благодарю за Звезду и Библиотеку, вы самые лучшие!
Вместо этого я оказалась зажатой между двумя мужчинами. Мой парень пил, ревновал и замахивался, а они просто ждали.
Они смотрели на меня так, будто знали, чего я хочу. Хотя я еще не поняла этого сама.
На диком пляже я наконец перестала сопротивляться тому, что горело во мне всё это время.
Они взволновали мое море не до легких волн, а до настоящего цунами.
🔥 По плану один сплошной пожар!
🔥 Всех благодарю за Звезду и Библиотеку, вы самые лучшие!
Я проснулась в одной постели с ними обоими, и мой бывший парень застал нас такими. Я думала, что умру от стыда, но вместо этого почувствовала странное облегчение.
Теперь я сама выбираю, с кем мне спать и кого любить, даже если весь мир скажет, что это неправильно. И я готова попробовать жить на троих — потому что впервые за долгое время я не боюсь, а хочу.
🔥 По плану один сплошной пожар!
🔥 Всех благодарю за Звезду и Библиотеку, вы самые лучшие!
Теперь я сама выбираю, с кем мне спать и кого любить, даже если весь мир скажет, что это неправильно. И я готова попробовать жить на троих — потому что впервые за долгое время я не боюсь, а хочу.
🔥 По плану один сплошной пожар!
🔥 Всех благодарю за Звезду и Библиотеку, вы самые лучшие!
Он поднялся, обошёл стол, присел рядом со мной на корточки. Его ладонь легла на мою щеку, большим пальцем он смахнул слезу.
— Тихо. Не плачь. Или плачь, но только потом, когда я сделаю так, что ты забудешь, как тебя зовут.
Я вскочила, едва не опрокинув стул. Сердце колотилось где-то в горле.
— Я не могу. Я боюсь себя. Вас. Того, что если я начну, то не смогу остановиться. Что вы увидите меня без одежды и… вам не понравится.
Он выпрямился во весь рост. Секунду смотрел на меня — и я видела, как он сдерживает что-то первобытное, готовое вырваться наружу.
— Я буду прикасаться к тебе сегодня. Только прикасаться. Если ты скажешь «стоп» — я уйду. Но если не скажешь — завтра ты придёшь ко мне сама.
— Это жестоко.
— Я знаю. Я жестокий, когда чего-то хочу. А я хочу тебя, Дарья, так, что у меня руки трясутся.
Он протянул мне руку. Я посмотрела на его ладонь — большую, надёжную. И вложила в неё свою.
— Тихо. Не плачь. Или плачь, но только потом, когда я сделаю так, что ты забудешь, как тебя зовут.
Я вскочила, едва не опрокинув стул. Сердце колотилось где-то в горле.
— Я не могу. Я боюсь себя. Вас. Того, что если я начну, то не смогу остановиться. Что вы увидите меня без одежды и… вам не понравится.
Он выпрямился во весь рост. Секунду смотрел на меня — и я видела, как он сдерживает что-то первобытное, готовое вырваться наружу.
— Я буду прикасаться к тебе сегодня. Только прикасаться. Если ты скажешь «стоп» — я уйду. Но если не скажешь — завтра ты придёшь ко мне сама.
— Это жестоко.
— Я знаю. Я жестокий, когда чего-то хочу. А я хочу тебя, Дарья, так, что у меня руки трясутся.
Он протянул мне руку. Я посмотрела на его ладонь — большую, надёжную. И вложила в неё свою.
— Ты дрожишь. Боишься?
— Да. Но не вас. Я боюсь, что если сейчас уйду — больше никогда не решусь вернуться.
— А если останешься — испугаешься себя?
— Уже испугалась. Но это не останавливает.
— Знаешь, Лиза, мы не хотели этого. Не планировали. Но ты смотришь на нас так, будто мы — единственные, кто видит тебя настоящую.
— А вы видите?
— Мы видим, что ты перестала быть просто секретаршей. Стала нашей тайной. Нашей слабостью. И нашей силой.
— И что теперь?
— Теперь выбирай: вернуться в свою безопасную жизнь или остаться с двумя мужчинами, которые готовы перевернуть для тебя всё.
— Я остаюсь.
— Да. Но не вас. Я боюсь, что если сейчас уйду — больше никогда не решусь вернуться.
— А если останешься — испугаешься себя?
— Уже испугалась. Но это не останавливает.
— Знаешь, Лиза, мы не хотели этого. Не планировали. Но ты смотришь на нас так, будто мы — единственные, кто видит тебя настоящую.
— А вы видите?
— Мы видим, что ты перестала быть просто секретаршей. Стала нашей тайной. Нашей слабостью. И нашей силой.
— И что теперь?
— Теперь выбирай: вернуться в свою безопасную жизнь или остаться с двумя мужчинами, которые готовы перевернуть для тебя всё.
— Я остаюсь.
– Так как мы ее поделим? – спрашивает мой бывший отчим и новый босс.
– Решим во время переговоров, – отвечает мой бывший и тоже босс.
– Я уверен, что она останется со мной, – вставляет свои пять копеек Адам, идеальный мужчина.
***
Теперь у меня три босса: бывший, отчим и просто идеальный мужчина. Каждый мечтает заполучить меня себе.
– Решим во время переговоров, – отвечает мой бывший и тоже босс.
– Я уверен, что она останется со мной, – вставляет свои пять копеек Адам, идеальный мужчина.
***
Теперь у меня три босса: бывший, отчим и просто идеальный мужчина. Каждый мечтает заполучить меня себе.
– Не думал, что у моего креативного отдела по рекламе так мало творческих мыслей, – хмыкнул директор.
– Значит, «затюканный и нервный»? – вкрадчиво произнес его заместитель, останавливаясь в опасной близости. – Интересное у вас восприятие своего руководства.
– Это... это просто традиция, – выдохнула я жалобно, пятясь назад. – Я последняя в списке, я должна была...
– Вы оступились и должны искупить вину, – властно произнёс босс. – С кого начнете? С Предупреждаю, я очень не люблю, когда мои птички замолкают слишком быстро.
Я смотрела на них – двух властных мужчин, которые явно не собирались отпускать меня просто так. Они забавлялись моей растерянностью, наслаждались своим превосходством, и это пугало и будоражило одновременно.
– Ну же, – прошептал его коллега. – Покажите нам, на что ещё способна аутсайдер этого года. Или нам самим выбрать для вас первое... наказание?
– Значит, «затюканный и нервный»? – вкрадчиво произнес его заместитель, останавливаясь в опасной близости. – Интересное у вас восприятие своего руководства.
– Это... это просто традиция, – выдохнула я жалобно, пятясь назад. – Я последняя в списке, я должна была...
– Вы оступились и должны искупить вину, – властно произнёс босс. – С кого начнете? С Предупреждаю, я очень не люблю, когда мои птички замолкают слишком быстро.
Я смотрела на них – двух властных мужчин, которые явно не собирались отпускать меня просто так. Они забавлялись моей растерянностью, наслаждались своим превосходством, и это пугало и будоражило одновременно.
– Ну же, – прошептал его коллега. – Покажите нам, на что ещё способна аутсайдер этого года. Или нам самим выбрать для вас первое... наказание?
После свадьбы я вынуждена жить под одной крышей с тем, кто меня ненавидит и хочет. Мой несостоявшийся жених, а теперь пасынок, смотрит на меня всегда, везде, тяжело, сально, раздевая глазами. А еще трогает, когда муж не видит. Шепчет грязное, когда мы остаёмся одни.
А я не могу никому рассказать — потому что мужу придётся выбирать между мной и кровью, и его сын это отлично знает.
Как жить, когда твой дом превращается в клетку, а пасынок — в охотника, который ждёт твоей слабости?
А я не могу никому рассказать — потому что мужу придётся выбирать между мной и кровью, и его сын это отлично знает.
Как жить, когда твой дом превращается в клетку, а пасынок — в охотника, который ждёт твоей слабости?
Подборка жесткой эротики с властным героем
Выберите полку для книги