Книги в жанре «Женский роман» по тегу «ochen-emotsionalno»

— Я разлюбил тебя, Конфетка, ты мне больше не нужна. Сразу после нашего с тобой развода я женюсь.
Касаюсь своего живота и плачу. Там непривычная пустота.
Ещё недавно малышка активно толкалась, а сейчас... сейчас её нет.
— Ты кувыркался с блондинкой, пока я хоронила нашу дочь. И пересматривала видео, где ты на коленях делаешь ей предложение!
Перед глазами проносятся ужасные кадры его измен и сообщение с моей фотографией, которую он выставил в своем бизнес канале на всеобщее обозрение.
— Спасибо за 8 лет брака. Это был неплохой опыт научиться быть мужем. Лиля, ты была хорошей женой, но я нашёл лучше. Ты была всего лишь тренировкой перед тем как я встречу свою настоящую любовь…
Владислав Градов снимает с моего пальца обручальное кольцо и красиво уходит в закат.
Ненавижу его всем сердцем. Всей душой!
Но через год случится то, что перевернет наши судьбы навсегда.
И тогда он поймёт: я была не тренировкой.
Я была его единственным шансом.
Который он потерял…

— Я спал с твоей сестрой, а думал о тебе… Это, считай, не измена. Мы же семья!
— Что? — мой вопрос звучит тихо, неверяще.
— Не переживай, милая, я тебя не брошу, — тон мужа становится густым, медовым, убеждающим. — Иди на кухню и быстренько сваргань стол, как ты умеешь, пока мы тут… приведем себя в порядок. Встретим новый год нашей дружной семьей, а потом с тобой поговорим. Не сомневаюсь, ты примешь меня таким как есть.
— Приму? — мои брови ползут на лоб.
— Конечно, ты же у меня умничка! Любишь меня, — муж мне подмигивает. — И вообще, учись, Милен, у своей сестры. Вот такой женщиной нужно быть. Лучше может быть, наверное, только ваша мать.

Никакой Новый год мы вместе не справляли!
Я ушла и заново выстроила свою жизнь через боль и предательство родных мне людей.

Но через четыре года все они вернулись в мою жизнь, когда в палате больницы я встретила их… и мать потребовала, чтобы я спасла жизнь сестре-предательнице, у которой от моего бывшего мужа ребенок—ровесник моему сыну

— Учись у моей любовницы, — с уверенностью заявил мой муж, пронзая меня цепким взглядом, будто я была бракованным товаром, не оправдавший ожиданий. — Совсем скоро она осчастливит меня долгожданным сыном.

Я ушла, не желая принимать вторую семью моего супруга. Но тогда, в своем отчаянии, я не знала, что уношу с собой крохотное чудо под сердцем.

Прошло пять и я стерла предателя из памяти. Но он не забыл меня.

Одно короткое мгновение — и Хаджиев Мурад, с беспощадной решимостью, впивается в мою руку, рывком увлекая меня в белом свадебном платье за собой.

- Эй!
Резкое и неприятное ощущение липкого холодного коктейля на моей груди выводит из себя. Дыхание сбивается, я поднимаю шокированный взгляд на внезапную преграду.
Не пойми откуда передо мной стоит мужик в белом платье, еще и обруч на голову надел! Рядом с ним мгновенно появляются два бугая в строгих деловых костюмах, а сзади мелькают такие же в платьях. Ничего себе! Принцесса и её свита, шипы тебе в зад!
Я медленно выравниваю дыхание, глядя прямо в наглые карие глаза. Его черная аккуратная бородка обрамляет губы, которые сейчас растягиваются в снисходительной ухмылке. Взгляд высокомерен, он ждет… молчит и ждет. Чего? Извинений, что столкнулась с его великой персоной? Трепета?
- Я автографы не раздаю, - спокойно, задрав подбородок, выдаю на прекрасном английском, - можете не толпиться. А за платье, вы мне должны.
Махом допиваю остатки коктейля и шагаю прочь, всучив пустой бокал одному из клоунов в крутом костюме Джеймса Бонда. Меня провожают ошарашенные взгляды и полная тишина.

❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ ЗАВЕРШЕНИЯ
- Мариша, котёнок, ты чего напряжена? - наклоняет голову, дебильно ухмыляясь. - Обиделась, что пришлось вчера уйти? Ну прости, дела не ждут. Клиенты...
- Знаю про твоих клиентов, - щурюсь, вспоминая на фото Лизу. - Вернее, клиентку.
- Ты о ком?
И тут Никита не выдерживает.
- Да ты задолбал, бессовестная скотина! Долго еще будешь принимать нас за идиотов? - громко выкрикивает.
Не успеваю опомниться, как Ник со всей дури замахивается на отца и его кулак с нечеловеческой силой влетает в нос Гусева.
- Тварина! - рычит сын. - Я тебя сейчас закопаю! Завтраки ему накрывай! Мы тебе поминальный стол всей семьей организуем!

Я думала, что знаю про мужа все, пока однажды ночью в поезде не заглянула в его телефон.
— Поздравляю. За одну ночь ты стал одновременно фиговым мужем и моим личным фигурантом.
— Ты не сделаешь этого!
— Ещё как сделаю.
Через двадцать минут я летела из вагона в ночную тайгу. В пижаме, в тапках и со сломанной ногой.
— Проветрись, — бросил он мне вслед.
Он был уверен, что избавился от меня навсегда.

— ОВЭЦ, — недоуменно произносит босс. — Что?
Мой сын стоит рядом с его машиной и старательно водит пальцем по пыли, перемешанной с мокрым снегом.
— А нечего было нашу маму овцой называть! Сам ты… овэц!
— Во-первых, не овэц, а баран, — поправляю и тут же натыкаюсь на возмущенный взгляд босса. —А во-вторых, никто не называл меня овцой, ты что?
— А вот и называл! — грозно топает ногой и обвинительно машет пальцем в сторону мужчины. — Он по телефону сказал, что его машину какая-то овца задела!
— Наша мамочка не овца, — тоненько пищит дочь.

Я думала, что после того, что учудили мои дети, Богдан Лейтес точно меня уволит, но вместо этого он попросил нас сыграть роль его семьи.
— Если, конечно, их настоящий папа не против…
— Не против, — заверяю поспешно. Мне нужна эта работа. А папа… — Папы у них нет.

День рождения подруги, все женщины…
Девочки начинают визжать.
Я не смотрю. Слышу, как хлопает дверь, как меняется тональность смеха – появляется что-то возбуждённое, игривое.
– Са-аш, ну посмотри, какой красавчик!
Я отрываю взгляд от телефона и застываю.
Мужчина в чёрной маске-полумаске и ковбойской шляпе двигается по расчищенному пространству между диванами. Двигается очень хорошо. Профессионально.
Это Максим… Мой муж.
Потом музыка стихает.
– Девочки, не забываем о традиции! – кричит Катя.
Они идут к нему, достают купюры, засовывают в резинку тех чёрных брюк.
Я жду. Когда последняя из девочек отходит, я встаю.
Иду к нему медленно. Открываю кошелёк. Нахожу сторублёвую купюру.
И засовываю купюру медленно. Смотрю ему прямо в глаза сквозь прорези маски. Маска не скрывает ужаса.
Я поворачиваюсь и иду к столу с напитками.
– Саш, ну ты даёшь! – смеётся кто-то за спиной. – Такая скромная – и туда же!

Мы прожили вместе двадцать счастливых лет. Так я считала.
Пока однажды муж не признался, что когда-то давно у него с моей лучшей подругой “было”.
— Да это ерунда, — отмахивается тут же. — Что ты так остро реагируешь. Столько лет прошло. Ольга давно замужем.
— Ольга развелась год назад, — напоминаю я.
— И что это меняет? — заламывает бровь муж. — Хотя, раз у нас пошел такой откровенный разговор, — окидывает меня оценивающим взглядом, — за эти годы Ольга сильно похорошела. Была простушкой, а сейчас такая фигуристая, сочная, вся на стиле, на спорте. Мужики на неё головы сворачивают. А вот ты у меня что‑то, наоборот, превратилась в домашнюю курочку, расслабилась, пресная стала, скучная.
У меня отпадает челюсть.
— То есть ты хочешь сказать, что Ольга намного лучше меня? А дальше? Ну, давай, продолжай свою мысль. Быть может, ты уже жалеешь, что тогда выбрал меня, а не её?
— Тебе честно ответить? — вдруг усмехается Гордей.
— Конечно, честно!
— Может, и жалею, — убил меня муж.

Я толкаю дверь и вхожу.
В прихожей тихо, свет не горит. Делаю шаг – и через приоткрытую дверь гостиной вижу.
На диване Елены Викторовны, среди подушек с вышивкой, под пледом в серо-голубую клетку – они. Её волосы по его плечам. Тёмно-синий галстук на спинке кресла. Красное платье на полу.
Алексей и Вика.
Они замечают меня.
Вика вскрикивает.
Я ожидаю увидеть на лице мужа стыд, страх, раскаяние. Хоть тень чего-нибудь человеческого – того, что скажет мне: он понимает, что сделал.
Но на его лице – только досада. Такая же, как когда его отвлекают от важного звонка.
Я – помеха. Я мешаю.
– Уйди отсюда, – говорит он. Тихо. Ровно. Тем самым голосом, которым он разговаривает с подрядчиками, когда они приходят без приглашения. Голосом человека, привыкшего, что его слушаются. – Быстро!