Книги в жанре «Женский роман» по тегу «ochen-emotsionalno»

— Владусь… ты серьёзно? — слышу в трубке голос подруги. —Ты реально собираешься на свадьбу своего бывшего мужа?
Я стою у зеркала и застёгиваю пуговицу на рукаве желтой блузки.
Смешно, да?
— Реально, — отвечаю. — Собираюсь.
— Ты что… — Аня делает паузу. — Ты что, его до сих пор любишь?
Я медленно выдыхаю. Внутри будто кто-то взял и перетянул мне душу ремнём.
— Ань, мы… мы не чужие люди, — говорю тихо. — Мы сохранили дружеские отношения между собой. Он пригласил — я иду. Всё.
— Я тебя не об этом спрашиваю, — резко перебивает она. — Я спрашиваю: любишь ли ты Игоря?
Тишина такая, что её можно на язык положить и ощутить горечь.
— Я помню, как ты по нему плакала, — говорит Аня уже совсем другим тоном. — Влад…
Я смотрю на себя в зеркало. Губы ровные. Лицо спокойное. А глаза… глаза всегда сдают меня с потрохами.
— Я буду всю жизнь по нему плакать, — произношу я и удивляюсь своему откровению.
Аня молчит секунду, две.
— Что вам мешало быть вместе? — вздыхает подруга.

Домой приезжаю раньше обычного. Открываю дверь тихо, чтобы не разбудить, если он спит.
– Олег? – негромко зову. – Ты дома?
Тишина. Но в прихожей мужские туфли – его. И рядом... женские лодочки на высоком каблуке. Красные!
Иду по коридору, прислушиваясь. Из спальни доносятся приглушенные звуки. Голоса. Смех.
Женский смех.
Делаю еще несколько шагов к спальне. И я вижу.
Мой муж. В нашей кровати. С женщиной.
Она сидит сверху. Смеется. Олег гладит ее и говорит что-то, от чего она смеется еще громче.
– Ты невероятная, Кристина, – слышу я его голос. – С тобой я чувствую себя снова молодым.
Время останавливается.
Олег резко поворачивает голову. Видит меня.
– Ира! Ты... ты же должна была...
– В ресторане быть? – Мой голос звучит удивительно спокойно. – На нашем романтическом ужине в честь семилетней годовщины?

Глядя на то, что лежит на моей прикроватной тумбочке, я понимаю – пока я спасала чужого ребенка, мой собственный мир рассыпался на части.
Серьги. Изящные, дорогие серьги с бриллиантами, которых я никогда в жизни не видела. Они лежат прямо на моей стороне кровати, словно кто-то нарочно хотел, чтобы я их заметила.

***
– Как дела, солнце? – он наклоняется, чтобы поцеловать меня, но я отстраняюсь. – Что случилось?
Я встаю, беру серьги из кармана и кладу на журнальный столик между нами.
– Объясни мне, что это такое, – говорю я ровным голосом.
Дмитрий смотрит на серьги.
– Серьги, – констатирует он. – Красивые. А что с ними?
– Я нашла их в нашей спальне. На моей тумбочке. В понедельник, когда вернулась с операции.
– Понедельник... – Дмитрий трогает подбородок, изображая глубокую задумчивость. – А, точно! Валера заходила. Мы обсуждали новый контракт.

— Я вернулся, Лилия.
Агаев, как всегда, собран, спокоен. В черном смокинге, который сидит на нем так, как ни на одном другом мужчине. Русые волосы, аккуратная бородка, под которой скрываются самые нежные и чувственные губы. И этот взгляд, от которого сбивается мое дыхание.
— Я приехал за тобой…
Два года назад мой супруг совершил предательство, и я приняла решение разорвать отношения. Я не желала слушать его оправдания, которых он даже не пытался предоставить. В тот момент, когда я уходила, Агаев не пытался меня остановить, но теперь он снова здесь и просит прощения. Однако я не могу ему доверять… Или не хочу?
В книге есть:
Встреча через время 🕐 
Очень эмоционально 🔥 Присутствует мягкий мат, пара слов на всю книгу))

Вместо радостных известий о поле малыша - видео с изменой моего мужа на огромном экране. И это видели все гости, включая свекровь после инсульта, с которой я занималась реабилитацией почти год.
- Вырубай! – кричит, покрасневший от злости Сеня, а я отшатываюсь от него, словно меня ударили током.

- Ты что творишь? - сразу начинает шипеть Арсений, как только утаскивает в соседнюю комнату. Голос злой, сдавленный, будто я - причина всех его проблем. - Ты вообще соображаешь, что сейчас устроила? – его трясёт от гнева и эмоций.
Он не оправдывается, не просит прощения, не объясняется, а нападает, словно именно я во всём виновата.
- Я устроила? – спрашиваю с горечью.
- Да! Это семейное, понимаешь? Семейное, Валя! Такие вещи не выносят на люди. Можно было промолчать, сделать вид, что шутка.
*****
В детском доме я мечтала о крепкой семье и выжила только благодаря подругам. Чтобы потом, спустя несколько лет, одна из них забрала у меня мужа…
Но я сильнее бо

— Нашему браку конец, — муж смотрит холодно. — И уже давно. Просто ты предпочла этого не замечать.
— Я… не верю, — мотаю головой, будто меня огрели обухом. — Орлов, мы же через столько с тобой вместе прошли…
— В этом и дело, — бросает он. — У нас лишком много общих тяжёлых воспоминаний. Мне от этого передышка нужна.
— И в качестве передышки ты выбрал мою лучшую подругу? — всхлипнула я.
— Я сама его выбрала, — Наина прижалась к своему любовнику так, будто я пыталась его у неё отобрать. — Тебя, Ирочка, просто любовь твоя беззаветная ослепила.
— Ир, нам пора перестать цепляться за прошлое, — муж прижал Наину к себе. — Пора двигаться дальше. Я свой выбор сделал. Уверен, ты сможешь понять.

– Я беременна от вашего мужа. Совсем скоро у нас будет ребёнок! – заявляет девушка моего сына.
– Что… Что ты такое говоришь? – шепчу дрожащим голосом.
– Ваш сын был моим прикрытием, чтобы почаще появляться в вашем доме!
Мы собрались в ресторане на семейный ужин. Я, мой муж, сын Евгений и его девушка Марина. Я заметила, что муж весь вечер как-то странно пялится на Мариночку, но не придала этому значения.
Видимо, зря.
Двадцать лет брака, двое детей, третья беременность, о которой пока ещё не знает никто, кроме меня.
– Мерзавка, – шепчу и чувствую, как мне становится тяжело дышать.
В горле встаёт ком.
Что со мной?
– Вам уже поплохело, да? В вашем блюде был сильный яд. Хватит вам занимать место рядом с моим мужчиной! Витя давно собирался развестись с вами, но боялся потерять бизнес! В случае вашей смерти делиться имуществом будет не с кем, – шипит ядовитой змеёй.
В следующую секунду ноги подкашиваются, я теряю сознание и прихожу в себя лишь в реанимации.

— Я уже семь лет твоя любовница! Сколько еще это будет продолжаться?! Я больше так не хочу… — раздается раздраженный голос моей сестры.
— Лена, успокойся. Сегодня же праздник… — просит ее мой муж.
— Не успокоюсь. Я поняла: тебе так удобно! Ты не хочешь ничего менять! Но я устала…
— Лена, послушай… Осталось недолго.
— Ты уже так семь лет говоришь. А я хочу, чтобы она наконец-то узнала, что воспитывает не свою дочь, а МОЮ! Нашу с тобой, Мирон. Я хочу, чтобы Кирочка — моя плоть и кровь — узнала правду. Она моя дочь, а не племянница. Она должна это узнать! Я больше не буду молчать!

В международный женский день я узнаю, что у моего мужа семилетний роман с моей младшей сестрой. Но это не самая шокирующая правда… которая хуже измены.

– Я предупреждал тебя, Даша, – продолжает Гордей. – У меня есть ресурсы. Я докажу в суде, что ты хочешь повесить на меня чужого ребёнка!
Срываю с термоса крышку и выплёскиваю воду на бывшего.
– Доказывай!
Вода пропитывает майку и халат. Под тканью проступают рельефные мышцы.
– Не зли меня, – тихо рычит. – Твоя дочь больна. Зачем ты приехала?
– Я не знала, что ты здесь работаешь, – огрызаюсь. – Я не пущу тебя к ней!
– Твою дочь буду оперировать я, – усмехается. – И только от меня зависит, как пройдёт операция.
– Ты не прикоснёшься к ней!
– Я прооперирую твою дочь. – Гордей прижимает меня к стене. – А ты отзовёшь иск. Ты прекрасно знаешь, что она не моя!
– А если не отзову? – смотрю ему в глаза. – Что ты сделаешь? Убьёшь мою дочь на операционном столе?
– Дура! – глаза Гордея темнеют. – Отзови иск!
Вырываюсь.
Он глядит вслед.
Подхожу к палате и…
Алиса спит.
А над её кроваткой стоит жена Гордея и смотрит на мою дочку...

— Это твоя дочь?
— Наша.
Он не сразу понимает. Смотрит сначала на девочку, потом на меня — долго, неподвижно, будто я только что ударила его чем-то тяжёлым.
— Сколько ей?
— Шесть.
— Шесть?..
— Да. Шесть лет, Глеб. Почти столько же, сколько ты счастливо женат на другой.
У него шок.
— Почему ты молчала? Я не знал, что ты беременна.
— Потому что в тот день, когда я собиралась сказать, ты сказал, что устал от меня и от нашей «скучной» любви. И что мне не стоит переживать, нас разведут легко и быстро. А еще, что ты влюбился.
Он делает шаг ко мне, но дочь сильнее прижимается ко мне, и я вижу, как он замечает это. Как понимает: для неё он никто.
— Как её зовут? Я её отец, Дина, — говорит он хрипло.
— Яна. И нет, Глеб. У неё был отец. Настоящий.
Он бледнеет.
И мне бы остановиться. Но семь лет молчания рвут меня изнутри.
— Он умер прошлой зимой, — произношу я тихо. — И знаешь, что самое страшное? Она плакала по нему так, как никогда не заплачет по тебе.