Книги по тегу «беременная героиня»: ""
— Я бесплоден, — спокойно говорит мой муж.
В нашу брачную ночь.
Смотрю на Рустама и не верю собственным ушам.
— У меня не может быть детей, — повторяет он, — Но мне нужен наследник. Ты ляжешь в постель с моим старшим братом. И родишь от него.
— Я не хочу...
— Меня это не волнует, — отрезает он, — Шамиль сделает тебя беременной. Будь покорной. Учти, у него уже более десяти лет не было женщины...
***
В первую брачную ночь мой муж отдал меня своему брату, чтобы я родила от него ребенка.
От угрюмого отшельника, который презирает женщин...
В нашу брачную ночь.
Смотрю на Рустама и не верю собственным ушам.
— У меня не может быть детей, — повторяет он, — Но мне нужен наследник. Ты ляжешь в постель с моим старшим братом. И родишь от него.
— Я не хочу...
— Меня это не волнует, — отрезает он, — Шамиль сделает тебя беременной. Будь покорной. Учти, у него уже более десяти лет не было женщины...
***
В первую брачную ночь мой муж отдал меня своему брату, чтобы я родила от него ребенка.
От угрюмого отшельника, который презирает женщин...
- Я подаю на развод! - сиплю едва слышно в то время, как мой муж лишь кривит свои четко очерченные губы и спустя мучительную паузу цедит непреклонно:
- Нет.
- Нас все равно разведут, - отвечаю упрямо, а сама умираю медленно. Горечь от предательства мужа горчит, стирая все то хорошее, что было между нами.
- Я. Сказал. НЕТ! – рыком и неожиданно муж делает шаг ко мне, отсекая все пути к отступлению:
- Тебе нужно время, чтобы остыть. Я понял. Я тебе его дам!
Качаю отрицательно головой.
- Рана от твоего предательства не заживет так скоро, шрамы останутся навсегда.
- Я тебя не отпущу. Даже не думай. Скажи, что ты хочешь, Мила?!
Запрокидываю голову и хохочу до слез, до истерики.
- Ты хочешь меня купить, Исаев?!
- Думай как хочешь, - рычит зло, красивые ноздри раздуваются, явно демонстрируя, что мой муж в ярости.
А у меня в груди лишь битое стекло… и ответ, наполненный отчаянной решимостью:
- Мне от тебя ничего не нужно, Булат! Только дай мне уйти!
- Нет.
- Нас все равно разведут, - отвечаю упрямо, а сама умираю медленно. Горечь от предательства мужа горчит, стирая все то хорошее, что было между нами.
- Я. Сказал. НЕТ! – рыком и неожиданно муж делает шаг ко мне, отсекая все пути к отступлению:
- Тебе нужно время, чтобы остыть. Я понял. Я тебе его дам!
Качаю отрицательно головой.
- Рана от твоего предательства не заживет так скоро, шрамы останутся навсегда.
- Я тебя не отпущу. Даже не думай. Скажи, что ты хочешь, Мила?!
Запрокидываю голову и хохочу до слез, до истерики.
- Ты хочешь меня купить, Исаев?!
- Думай как хочешь, - рычит зло, красивые ноздри раздуваются, явно демонстрируя, что мой муж в ярости.
А у меня в груди лишь битое стекло… и ответ, наполненный отчаянной решимостью:
- Мне от тебя ничего не нужно, Булат! Только дай мне уйти!
Смотрю на фотографию в глянцевом журнале и перестаю дышать. Там мой Юра… Тот самый случайный покупатель, подошедший ко мне на кассу в канун Нового года и попросивший о помощи.
Я поверила ему и приютила… Мы провели вместе сказочное время, а потом он уехал из нашего тихого городишки, напоследок пообещав, что не забудет и заберет…
И вот, он снова смотрит на меня, теперь со страниц глянца. А под фото подпись «Известный российский медиамагнат Юрий Кривов на презентации шоу в компании молодой актрисы»…
Перед глазами все расплывается, а к горлу подступает тошнота, как каждое утро уже последние две недели…
Я поверила ему и приютила… Мы провели вместе сказочное время, а потом он уехал из нашего тихого городишки, напоследок пообещав, что не забудет и заберет…
И вот, он снова смотрит на меня, теперь со страниц глянца. А под фото подпись «Известный российский медиамагнат Юрий Кривов на презентации шоу в компании молодой актрисы»…
Перед глазами все расплывается, а к горлу подступает тошнота, как каждое утро уже последние две недели…
– Нет, – качаю я головой так резко, что в шее стреляет болью. – Нет, я не буду... Это мой ребенок!
– Это проблема, которую нужно решить, – поправляет она ледяным тоном. – И решить немедленно.
– Я не дам вам убить моего ребенка! – кричу я, и голос срывается на визг.
– Видишь ли, дорогая, – говорит она, глядя на ночную Москву за окном, – у меня есть связи. Очень много связей. И влияние. Больше, чем ты можешь себе представить.
***
Десять лет назад мне пришлось бросить единственного мужчину, которого любила. Бросила, будучи беременной от него. Исчезла без объяснений, чтобы он никогда меня не нашел.
Спустя десять лет судьба приготовила для нас встречу. Он успешный врач, я — мать девятилетнего мальчика, о существовании которого Артем не подозревает.
Как объяснить, что когда-то у меня не было выбора? Как рассказать ему правду? Может, это наш шанс исправить ошибки прошлого?
– Это проблема, которую нужно решить, – поправляет она ледяным тоном. – И решить немедленно.
– Я не дам вам убить моего ребенка! – кричу я, и голос срывается на визг.
– Видишь ли, дорогая, – говорит она, глядя на ночную Москву за окном, – у меня есть связи. Очень много связей. И влияние. Больше, чем ты можешь себе представить.
***
Десять лет назад мне пришлось бросить единственного мужчину, которого любила. Бросила, будучи беременной от него. Исчезла без объяснений, чтобы он никогда меня не нашел.
Спустя десять лет судьба приготовила для нас встречу. Он успешный врач, я — мать девятилетнего мальчика, о существовании которого Артем не подозревает.
Как объяснить, что когда-то у меня не было выбора? Как рассказать ему правду? Может, это наш шанс исправить ошибки прошлого?
– Лена... – его голос сорвался. – Лена, я сейчас всё тебе объясню.
– А что тут объяснять? – я собрала всю свою волю в кулак, и мой голос прозвучал на удивление ровно. – Всё и так предельно ясно. Ты скоро станешь отцом. Поздравляю.
– Вов, да что ты за ней таскаешься? – голос его любовницы донёсся из-за его спины, а затем она демонстративно встала рядом с ним. – Посмотри на неё, она за столько лет так и не смогла забеременеть, а у нас с тобой всё с первого раза получилось.
Я думала, что мы с мужем были счастливы.
А оказалось, что всего одной ночи хватило, чтобы всё это перечеркнуть.
Он скоро станет отцом чужого ребёнка.
А я сделаю всё, чтобы он не узнал о тайне, которую я теперь скрываю под сердцем.
– А что тут объяснять? – я собрала всю свою волю в кулак, и мой голос прозвучал на удивление ровно. – Всё и так предельно ясно. Ты скоро станешь отцом. Поздравляю.
– Вов, да что ты за ней таскаешься? – голос его любовницы донёсся из-за его спины, а затем она демонстративно встала рядом с ним. – Посмотри на неё, она за столько лет так и не смогла забеременеть, а у нас с тобой всё с первого раза получилось.
Я думала, что мы с мужем были счастливы.
А оказалось, что всего одной ночи хватило, чтобы всё это перечеркнуть.
Он скоро станет отцом чужого ребёнка.
А я сделаю всё, чтобы он не узнал о тайне, которую я теперь скрываю под сердцем.
Меня зовут Вера, и в свои девятнадцать я оказалась в руках похитителей из-за долгов отчима. Они привезли меня в дом человека по прозвищу Север. Я думала — конец. Но Александр Ветров прогнал бандитов и заявил, что я останусь у него. «Ты в беде, девочка, — сказал он. — Если отпущу — не дойдёшь до ворот». Он предложил сделку: месяц полного послушания, и он закроет все долги. Я ненавидела его за холодность и власть, но с каждым днём всё сильнее чувствовала, как лёд в его глазах тает. Что скрывается за его маской? И зачем я на самом деле нужна ему?
У моего мужа на коленях женщина. Красивая. Молодая.
- Если твоя Катька узнает, чем ты занят, тебе капец, - смеется его друг.
- Не-а, не капец. Я ж мужик, и у меня праздник. Не с женой же быть? У нас деловой брак, никакой розовой фигни и никаких пелёнок. Катька у меня удобная, вот. Желаю всем холостякам хорошую, удобную Катьку.
- И красивую, как твоя, - добавляет кто-то.
- Ну… ей тридцать скоро, стареть будет. Раньше была как орех, а теперь местами... обмякла.
Муж жестикулирует, намекая на части моего тела, которые больше не имеют консистенцию ореха.
Зажмуриваюсь с такой силой, что под веками звездочки. Обмякла я, видите ли.
Я в шоке. Ноги не слушаются, не могу сдвинуться с места. Ничего... Если идти не смогу, то выползу отсюда. Съеду вниз по лестнице на моем обмякшем тыле.
Какой же ты гад, Даня!
А я дура. Обмякшая.
- Если твоя Катька узнает, чем ты занят, тебе капец, - смеется его друг.
- Не-а, не капец. Я ж мужик, и у меня праздник. Не с женой же быть? У нас деловой брак, никакой розовой фигни и никаких пелёнок. Катька у меня удобная, вот. Желаю всем холостякам хорошую, удобную Катьку.
- И красивую, как твоя, - добавляет кто-то.
- Ну… ей тридцать скоро, стареть будет. Раньше была как орех, а теперь местами... обмякла.
Муж жестикулирует, намекая на части моего тела, которые больше не имеют консистенцию ореха.
Зажмуриваюсь с такой силой, что под веками звездочки. Обмякла я, видите ли.
Я в шоке. Ноги не слушаются, не могу сдвинуться с места. Ничего... Если идти не смогу, то выползу отсюда. Съеду вниз по лестнице на моем обмякшем тыле.
Какой же ты гад, Даня!
А я дура. Обмякшая.
🦋ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!🦋
— Я хочу родить ребенка! Почему вы мне отказываете в ЭКО? — я практически бегу по коридору за врачом-репродуктологом.
— Потому что вы и сами можете родить, — вздыхает доктор.
— Но, не получается уже пять лет. Я боюсь, что муж со мной разведется!
— Значит плохой муж вам попался. Найдите себе другого. Тем более, что вы совершенно здоровая женщина.
— Тогда почему у нас нет детей? Вы же и мужа моего проверяли и меня… — голос срывается, я почти плачу, шагая за врачом.
Она резко останавливается. Так резко, что я едва не врезаюсь ей в спину.
Поворачивается и тихо говорит:
— Потому что, проблема не в вас с мужем.
— А в чем?..
— Понятия не имею, — разводит руками. — Возможно, в высших силах.
Сердце делает резкий, болезненный удар и я медленно оседаю на стул у стены.
— Надежды совсем нет?..
— Ну, почему же… надежда есть всегда.
Врач отворачивается и уходит.
— Я хочу родить ребенка! Почему вы мне отказываете в ЭКО? — я практически бегу по коридору за врачом-репродуктологом.
— Потому что вы и сами можете родить, — вздыхает доктор.
— Но, не получается уже пять лет. Я боюсь, что муж со мной разведется!
— Значит плохой муж вам попался. Найдите себе другого. Тем более, что вы совершенно здоровая женщина.
— Тогда почему у нас нет детей? Вы же и мужа моего проверяли и меня… — голос срывается, я почти плачу, шагая за врачом.
Она резко останавливается. Так резко, что я едва не врезаюсь ей в спину.
Поворачивается и тихо говорит:
— Потому что, проблема не в вас с мужем.
— А в чем?..
— Понятия не имею, — разводит руками. — Возможно, в высших силах.
Сердце делает резкий, болезненный удар и я медленно оседаю на стул у стены.
— Надежды совсем нет?..
— Ну, почему же… надежда есть всегда.
Врач отворачивается и уходит.
— Катя… Это мой сын? — переводит он взгляд на меня.
Мурашки бегут по коже. Я не ожидала этой встречи.
Аслан — главврач в больнице, куда я привела Максимку.
— Вы ошиблись, извините. — я теряюсь и тут же разворачиваюсь в сторону выхода.
Нет уж. Это мой сын и ничей больше.
Семь лет прошло.
Семь лет, как я научилась жить заново, не оглядываясь на наше прошлое.
Семь лет, как не сказала главного, что у нас будет ребенок.
Я утаила этот секрет под сердцем, спрятала глубже, чем страх быть матерью одиночкой, глубже, чем обиду от его предательства.
Он бросил меня у всех на виду, опозорил на весь университет, сказав, что женится на другой.
И ушел.
А я осталась стоять, ощутив, что такое настоящий крах.
И вот теперь… спустя долгие годы, в этой гребанной больнице он стоит напротив меня, пытаясь докопаться до той истины, которая все это время ему была не нужна.
— Стой же, ответь! — слышу его голос за спиной.
— Это не твой сын.
Мурашки бегут по коже. Я не ожидала этой встречи.
Аслан — главврач в больнице, куда я привела Максимку.
— Вы ошиблись, извините. — я теряюсь и тут же разворачиваюсь в сторону выхода.
Нет уж. Это мой сын и ничей больше.
Семь лет прошло.
Семь лет, как я научилась жить заново, не оглядываясь на наше прошлое.
Семь лет, как не сказала главного, что у нас будет ребенок.
Я утаила этот секрет под сердцем, спрятала глубже, чем страх быть матерью одиночкой, глубже, чем обиду от его предательства.
Он бросил меня у всех на виду, опозорил на весь университет, сказав, что женится на другой.
И ушел.
А я осталась стоять, ощутив, что такое настоящий крах.
И вот теперь… спустя долгие годы, в этой гребанной больнице он стоит напротив меня, пытаясь докопаться до той истины, которая все это время ему была не нужна.
— Стой же, ответь! — слышу его голос за спиной.
— Это не твой сын.
Он все еще прижимал меня к стеклу многоэтажки, стирая все грани между нами.
— Ты моя, — сказал он одними губами, не произнося ни звука, — Но только на этот момент. Мне понравилось, но теперь ты мне не нужна.
Через месяц я стояла в туалете и смотрела на аптечный тест. Две полоски...
— Ты моя, — сказал он одними губами, не произнося ни звука, — Но только на этот момент. Мне понравилось, но теперь ты мне не нужна.
Через месяц я стояла в туалете и смотрела на аптечный тест. Две полоски...
Выберите полку для книги