Книги по тегу «беременность»: ""
Он сбил её вора, она упала в его запах. Москва. Грязь. Дождь. Мотоцикл. Две полоски. И ужин, после которого её жизнь разделится на «до» и «после». Остросюжетная, слезоточивая и невероятно тёплая история о том, как девочка из Кореново покорила Москву и сердце богатого наследника — без денег, но с достоинством.
На годовщину нашей свадьбы я хотела сказать мужу, что беременна.
После долгих лет ожидания, врачей и слёз в моей сумочке лежал тест с двумя полосками. Я думала, это станет самым счастливым вечером в нашей семье.
Но Дмитрий пришёл не один.
Он привёл молодую женщину, взял её за руку и сказал:
— Это Алина. Она ждёт моего ребёнка. Сына.
А потом попросил меня не устраивать сцен. Развестись спокойно. Подумать о дочери. Понять его.
Я поняла.
Только не то, на что он рассчитывал.
В ту ночь я забрала дочь, документы и ушла из дома, который строила для нашей семьи. Дмитрий был уверен, что я вернусь. Что без него не справлюсь. Что он сможет купить моё молчание, мою боль и моё место в его жизни.
Но он не знал главного.
Я тоже беременна.
И когда он поймёт, кого на самом деле потерял, будет уже поздно.
Потому что он потерял не жену.
Он потерял семью.
После долгих лет ожидания, врачей и слёз в моей сумочке лежал тест с двумя полосками. Я думала, это станет самым счастливым вечером в нашей семье.
Но Дмитрий пришёл не один.
Он привёл молодую женщину, взял её за руку и сказал:
— Это Алина. Она ждёт моего ребёнка. Сына.
А потом попросил меня не устраивать сцен. Развестись спокойно. Подумать о дочери. Понять его.
Я поняла.
Только не то, на что он рассчитывал.
В ту ночь я забрала дочь, документы и ушла из дома, который строила для нашей семьи. Дмитрий был уверен, что я вернусь. Что без него не справлюсь. Что он сможет купить моё молчание, мою боль и моё место в его жизни.
Но он не знал главного.
Я тоже беременна.
И когда он поймёт, кого на самом деле потерял, будет уже поздно.
Потому что он потерял не жену.
Он потерял семью.
Алиса считала, что контролирует свою жизнь, пока не оказалась в долгу перед людьми, чьи имена шепчут с опаской в самых высоких кабинетах города. Чтобы спасти свою семью от разорения, она соглашается стать «игрушкой» в элитном закрытом клубе «Тринити», где правят три брата: Арес, Кай и Леон. Они – закон, они – насилие, упакованное в безупречные костюмы, и они требуют полного подчинения. Но самое страшное «правило трёх» гласит: если один из них выбрал тебя, ты принадлежишь всем троим.
— Нет, ты действительно не понимаешь, что я родила от Игоря? Ты что глухая? — злилась Вероника, с удивлением наблюдая, как Лера снимает блокировку с телефона. — Ты что делаешь?
— Как что? — впервые заговорила Валерия, сверкнув улыбкой. — Звоню мужу, разумеется. Хочу сообщить ему благую весть, что он стал папой. Пусть порадуется.
Впрочем, широкая улыбка на лице Леры сейчас больше напоминала оскал. Выдержать хладнокровную игру было непросто. Ситуация складывалась весьма неприятная, но она отказывалась идти на поводу эмоций, просто потому что именно этого от неё ожидала Вероника. Самое последнее дело — помогать врагу в его подрывной деятельности.
— Зачем? — тупой вопрос бывшей подруги Игоря только продемонстрировал Лере, что она применила правильную тактику.
— Как зачем? Если ребенок от Игоря, он должен знать об этом досадном факте, — хмыкнула Валерия, — чтобы при необходимости предпринять нужные действия. Как думаешь, как он отреагирует?
— Как что? — впервые заговорила Валерия, сверкнув улыбкой. — Звоню мужу, разумеется. Хочу сообщить ему благую весть, что он стал папой. Пусть порадуется.
Впрочем, широкая улыбка на лице Леры сейчас больше напоминала оскал. Выдержать хладнокровную игру было непросто. Ситуация складывалась весьма неприятная, но она отказывалась идти на поводу эмоций, просто потому что именно этого от неё ожидала Вероника. Самое последнее дело — помогать врагу в его подрывной деятельности.
— Зачем? — тупой вопрос бывшей подруги Игоря только продемонстрировал Лере, что она применила правильную тактику.
— Как зачем? Если ребенок от Игоря, он должен знать об этом досадном факте, — хмыкнула Валерия, — чтобы при необходимости предпринять нужные действия. Как думаешь, как он отреагирует?
Я не верила в любовь с первого взгляда. До тех пор, пока не встретила его.
Ден появился в моей жизни неожиданно и очень быстро стал тем человеком, рядом с которым я чувствовала себя особенной.
Он смотрел на меня так, будто я была самым важным человеком в его мире. Он умел заботиться, умел удивлять и умел делать так, чтобы я улыбалась.
Рядом с ним мне казалось, что я наконец-то нашла ту самую любовь, о которой мечтала.
Только иногда мы слишком сильно хотим поверить в счастливый конец.
Настолько сильно, что перестаём замечать то, что происходит прямо перед глазами.
«Любить нельзя уйти».
Ден появился в моей жизни неожиданно и очень быстро стал тем человеком, рядом с которым я чувствовала себя особенной.
Он смотрел на меня так, будто я была самым важным человеком в его мире. Он умел заботиться, умел удивлять и умел делать так, чтобы я улыбалась.
Рядом с ним мне казалось, что я наконец-то нашла ту самую любовь, о которой мечтала.
Только иногда мы слишком сильно хотим поверить в счастливый конец.
Настолько сильно, что перестаём замечать то, что происходит прямо перед глазами.
«Любить нельзя уйти».
События в этой книге разворачиваются спустя год после знакомства Алисии с эльфом Инеком. В борьбу за мужчину вступает темпераментная Дженасса...
===
Дженасса сидела на высоком троне, закинув ногу на ногу, и смотрела на вошедшего Инекa с хищной улыбкой. На ней было тонкое шёлковое платье цвета тёмной вишни, которое подчёркивало её прекрасную фигуру, а также тонкая корона. Рядом слуга держал посох. Загорелая кожа блестела в полумраке, как тёмный мёд, налитый в золотую чашу.
🌸 ЧИТАЙТЕ продолжение в моей книге!
===
Дженасса сидела на высоком троне, закинув ногу на ногу, и смотрела на вошедшего Инекa с хищной улыбкой. На ней было тонкое шёлковое платье цвета тёмной вишни, которое подчёркивало её прекрасную фигуру, а также тонкая корона. Рядом слуга держал посох. Загорелая кожа блестела в полумраке, как тёмный мёд, налитый в золотую чашу.
🌸 ЧИТАЙТЕ продолжение в моей книге!
— Мне нужен развод, — коротко потребовала я.
— Лен, не надо, — выдохнул он потрясенно.
— Что именно не надо? Мне не нужен этот брак. Он исчерпал себя полностью. Он исчерпал меня.
И это была абсолютная правда. Я чувствовала себя раздавленной. Какая может быть наполненность у вещи, которую раздавили всмятку? Правильно, никакой…
— Сейчас в тебе говорит обида и злость, но… — по лицу мужа пробежала судорога боли.
— Сейчас во мне говорит здравый смысл, Никит, — ровным голосом ответила я. — Я тут лишняя. В твоей семье, в этом городе. С самого начала так было. Я держалась за этот брак только потому, что думала, что ты меня любишь. Что я нужна тебе…
— Ты мне нужна! — заявил он уверенно.
Я лишь усмехнулась и покачала головой.
— Не уверена, иначе прошлой ночью ты был б со мной, а не с Аллой. Кстати, вы были вместе? Она своего добилась? Хотя, впрочем, ничего не говори. Это уже неважно. Как бы то ни было, развод случится.
— Лен, не надо, — выдохнул он потрясенно.
— Что именно не надо? Мне не нужен этот брак. Он исчерпал себя полностью. Он исчерпал меня.
И это была абсолютная правда. Я чувствовала себя раздавленной. Какая может быть наполненность у вещи, которую раздавили всмятку? Правильно, никакой…
— Сейчас в тебе говорит обида и злость, но… — по лицу мужа пробежала судорога боли.
— Сейчас во мне говорит здравый смысл, Никит, — ровным голосом ответила я. — Я тут лишняя. В твоей семье, в этом городе. С самого начала так было. Я держалась за этот брак только потому, что думала, что ты меня любишь. Что я нужна тебе…
— Ты мне нужна! — заявил он уверенно.
Я лишь усмехнулась и покачала головой.
— Не уверена, иначе прошлой ночью ты был б со мной, а не с Аллой. Кстати, вы были вместе? Она своего добилась? Хотя, впрочем, ничего не говори. Это уже неважно. Как бы то ни было, развод случится.
В день нашей годовщины Борис поднял бокал и объявил гостям, что уходит к другой. Молодой, красивой, беременной.
— Ты сильная, Майя. Ты справишься, — сказал он так, будто предательство можно подать как комплимент.
Двадцать два года брака, общий бизнес, дом моей бабушки, который я спасала по кирпичику, — всё это он уже мысленно поделил. Ему казалось, что я промолчу. Отдам ключи. Подпишу бумаги. Отступлю, потому что в сорок пять женщине якобы поздно начинать сначала.
Только Борис не знал главного.
В тот же день я собиралась сказать ему, что тоже жду ребёнка.
Но теперь мой ребёнок не станет поводом вернуть мужа, который выбрал чужую жизнь на глазах у всех. Я не буду просить любви. Не буду бороться за мужчину, который вспомнил обо мне только тогда, когда начал терять дом, деньги и власть.
Он выбрал её ребёнка.
А я впервые выберу себя.
— Ты сильная, Майя. Ты справишься, — сказал он так, будто предательство можно подать как комплимент.
Двадцать два года брака, общий бизнес, дом моей бабушки, который я спасала по кирпичику, — всё это он уже мысленно поделил. Ему казалось, что я промолчу. Отдам ключи. Подпишу бумаги. Отступлю, потому что в сорок пять женщине якобы поздно начинать сначала.
Только Борис не знал главного.
В тот же день я собиралась сказать ему, что тоже жду ребёнка.
Но теперь мой ребёнок не станет поводом вернуть мужа, который выбрал чужую жизнь на глазах у всех. Я не буду просить любви. Не буду бороться за мужчину, который вспомнил обо мне только тогда, когда начал терять дом, деньги и власть.
Он выбрал её ребёнка.
А я впервые выберу себя.
Она носила под сердцем его ребёнка. Он приказал ей исчезнуть.
Эни сбегает от Клода, альфы, который предал её из-за грязной лжи. В отчаянии она принимает помощь Дикса — его врага, который давно хочет заполучить и её, и клан.
Теперь она заложница двух альф, двух кланов и собственного сердца. Но она не проиграет. Даже если для победы придётся разрушить их обоих.
Эни сбегает от Клода, альфы, который предал её из-за грязной лжи. В отчаянии она принимает помощь Дикса — его врага, который давно хочет заполучить и её, и клан.
Теперь она заложница двух альф, двух кланов и собственного сердца. Но она не проиграет. Даже если для победы придётся разрушить их обоих.
В день открытия проекта, который я создала сама, муж вывел к гостям другую женщину.
Маркел стоял под стеклянным куполом моего зимнего сада и говорил так, будто всё придумал он. Моё имя исчезло. Моя работа стала его победой. А потом он объявил наш развод со сцены — спокойно, красиво, под вспышки камер.
Он не знал только одного.
Я ждала ребёнка.
Маркел был уверен: я сломаюсь, подпишу отказ от своих прав и вернусь, когда он вспомнит о “нашей семье”. Но ребёнок не станет цепью, которой меня снова привяжут к предателю.
Я уйду. Верну своё имя. Построю сад, где на стекле будет моя подпись.
А когда Маркел поймёт, что потерял не удобную жену, а женщину всей своей жизни, будет слишком поздно.
Маркел стоял под стеклянным куполом моего зимнего сада и говорил так, будто всё придумал он. Моё имя исчезло. Моя работа стала его победой. А потом он объявил наш развод со сцены — спокойно, красиво, под вспышки камер.
Он не знал только одного.
Я ждала ребёнка.
Маркел был уверен: я сломаюсь, подпишу отказ от своих прав и вернусь, когда он вспомнит о “нашей семье”. Но ребёнок не станет цепью, которой меня снова привяжут к предателю.
Я уйду. Верну своё имя. Построю сад, где на стекле будет моя подпись.
А когда Маркел поймёт, что потерял не удобную жену, а женщину всей своей жизни, будет слишком поздно.
Выберите полку для книги