Книги по тегу «встреча через время»: ""
— И как ты вообще додумалась скрыть от меня моего же ребенка? Я даже на руках ее не держал!
— Создашь свою семью и подержишь.
— Конечно, подержу, Ми. Когда ещё двоих как минимум родишь мне.
___________________
Моя жизнь разрушилась, когда я узнала, что парень, в которого я по уши влюбилась, поспорил на то, что переспит со мной в течении месяца.
Я сбежала от него, скрыв свою беременность. Теперь у меня девятнадцатилетняя дочь и… он, решивший вернуться в мою жизнь. Вот только удастся ли сбежать снова? Особенно когда сердце кричит - останься.
— Создашь свою семью и подержишь.
— Конечно, подержу, Ми. Когда ещё двоих как минимум родишь мне.
___________________
Моя жизнь разрушилась, когда я узнала, что парень, в которого я по уши влюбилась, поспорил на то, что переспит со мной в течении месяца.
Я сбежала от него, скрыв свою беременность. Теперь у меня девятнадцатилетняя дочь и… он, решивший вернуться в мою жизнь. Вот только удастся ли сбежать снова? Особенно когда сердце кричит - останься.
— Коля, какой аборт? Мы же так ждали нашего малыша, а ты… — я дрожала всем телом, когда смотрела на напряженную спину мужа.
— Мне не нужен этот ребенок! Избавься от него! — холодным тоном приказал он.
В подарок мужу я приготовила торт с подписью “Ты станешь папой!”. Но он отказался от меня и нашего ребенка. Я гордо ушла, уверенная в том, что никогда его больше не встречу. Но, спустя год он пришел сам, чтобы вернуть нас.
— Мне не нужен этот ребенок! Избавься от него! — холодным тоном приказал он.
В подарок мужу я приготовила торт с подписью “Ты станешь папой!”. Но он отказался от меня и нашего ребенка. Я гордо ушла, уверенная в том, что никогда его больше не встречу. Но, спустя год он пришел сам, чтобы вернуть нас.
— Не меня ждала, полагаю, — горько сказал он. — Друга моего. Брата.
— Нет, — мотнула головой, но тут же замолкла, осознав, что он все знает.
— Что же ты за баба такая, Аня? — склонил голову, будто изучая меня. — И хочу тебя, не могу, и убить бы тебя, — прижал меня к стене и накрыл ладонью мою шею. — Удавить, как змею неверную. За то, что сбежать посмела. Что ребенка моего забрала. Да не могу. Смотрю на тебя и не могу.
Поцеловал. Властно. Жестко. Впился в мой рот поцелуем, не давая возможности ни оттолкнуть его, ни пошевелиться.
— Нет, — мотнула головой, но тут же замолкла, осознав, что он все знает.
— Что же ты за баба такая, Аня? — склонил голову, будто изучая меня. — И хочу тебя, не могу, и убить бы тебя, — прижал меня к стене и накрыл ладонью мою шею. — Удавить, как змею неверную. За то, что сбежать посмела. Что ребенка моего забрала. Да не могу. Смотрю на тебя и не могу.
Поцеловал. Властно. Жестко. Впился в мой рот поцелуем, не давая возможности ни оттолкнуть его, ни пошевелиться.
Это что за дела, мать меня под Лепса родила!
Захожу в свой новый кабинет, а за моим дорогим столом сидит мелочь пузатая, сок попивает и говорит важным голосом:
- Мущщинка, вы на собеседование? Почему без пиложных? Без них на лаботу не возьму!
- Это мой кабинет, - говорю грозно, - и я тут на работу принимаю! А ты кто такая?
- Даха-обаяха я, - ничуть не пугается малая, - а возьмите меня на лаботу, я мультилжачная, ой, мультизадачная.
Пока я присматриваюсь к малой и думаю, что её лицо мне знакомо, она выдаёт:
- А лучше возмите мою маму Златонастю на лаботу, ей нузны денюшки, чтобы кледиты платить...
Хочу согнать малую со своего места, но замираю.
- Погоди... как зовут твою маму?
Мама этой малой едва не разрушила мою жизнь, а сейчас они вернулись вдвоём с дочерью, чтобы снова превратить мою жизнь в кошмар... или спасти меня от большой беды?
Захожу в свой новый кабинет, а за моим дорогим столом сидит мелочь пузатая, сок попивает и говорит важным голосом:
- Мущщинка, вы на собеседование? Почему без пиложных? Без них на лаботу не возьму!
- Это мой кабинет, - говорю грозно, - и я тут на работу принимаю! А ты кто такая?
- Даха-обаяха я, - ничуть не пугается малая, - а возьмите меня на лаботу, я мультилжачная, ой, мультизадачная.
Пока я присматриваюсь к малой и думаю, что её лицо мне знакомо, она выдаёт:
- А лучше возмите мою маму Златонастю на лаботу, ей нузны денюшки, чтобы кледиты платить...
Хочу согнать малую со своего места, но замираю.
- Погоди... как зовут твою маму?
Мама этой малой едва не разрушила мою жизнь, а сейчас они вернулись вдвоём с дочерью, чтобы снова превратить мою жизнь в кошмар... или спасти меня от большой беды?
- У тебя ребёнок? – он смотрит на меня в упор. – От кого?
- Тебя это не касается. Твоя семейка сделала всё, чтобы мы расстались.
Вспоминаю, как его мать и сестра пытались сжить меня со свету и ладони непроизвольно сжимаются в кулаки.
Но Высоцкий меня будто не слышит. Короткий и резкий смешок слетает с губ, взгляд становится жёстче.
- Касается, Даша, ведь по документам ты всё ещё моя жена.
- Тебя это не касается. Твоя семейка сделала всё, чтобы мы расстались.
Вспоминаю, как его мать и сестра пытались сжить меня со свету и ладони непроизвольно сжимаются в кулаки.
Но Высоцкий меня будто не слышит. Короткий и резкий смешок слетает с губ, взгляд становится жёстче.
- Касается, Даша, ведь по документам ты всё ещё моя жена.
Посреди приемной обнаружилась пожилая женщина в очках. Рядом с ней стояла девочка лет пяти в голубом платье. И свистела в свисток.
— Не свисти, а то у папы денег на алименты не будет, — сказала женщина.
— Что? — спросил я.
— Руслан Сергеевич, это ваша дочь, — ответила женщина. — Мама-то у нас чуток приболела. Придется вам пока о Василисе позаботиться.
— Что? — спросил я.
— Это твой папа, Василиса, — обратилась женщина к девочке. — Папа очень рад с тобой познакомиться. Постарайся его не расстраивать и сильно не обижать.
— Уж как получится… — засомневалась Василиса.
— Не свисти, а то у папы денег на алименты не будет, — сказала женщина.
— Что? — спросил я.
— Руслан Сергеевич, это ваша дочь, — ответила женщина. — Мама-то у нас чуток приболела. Придется вам пока о Василисе позаботиться.
— Что? — спросил я.
— Это твой папа, Василиса, — обратилась женщина к девочке. — Папа очень рад с тобой познакомиться. Постарайся его не расстраивать и сильно не обижать.
— Уж как получится… — засомневалась Василиса.
Поднимаю голову и резко замираю.
Парализует. Прошивает током. Резко откидывает на 5 лет назад.
Я вижу знакомые темные глаза, которые встречаются с моими.
Мы схлёстываемся взглядами. Даже на расстоянии улицы чувствуется дикое напряжение.
Буров Александр Вениаминович.
Мэр города и мой бывший муж.
***
5 лет назад мы развелись. С болью, с предательством и разрушенными мечтами.
Сейчас же я вынуждена обратиться к нему за помощью.
А он…
Он хочет опять. Меня. Себе.
Обязательно ХЭ!
В книге есть нецензурная брань и постельные сцены.
Парализует. Прошивает током. Резко откидывает на 5 лет назад.
Я вижу знакомые темные глаза, которые встречаются с моими.
Мы схлёстываемся взглядами. Даже на расстоянии улицы чувствуется дикое напряжение.
Буров Александр Вениаминович.
Мэр города и мой бывший муж.
***
5 лет назад мы развелись. С болью, с предательством и разрушенными мечтами.
Сейчас же я вынуждена обратиться к нему за помощью.
А он…
Он хочет опять. Меня. Себе.
Обязательно ХЭ!
В книге есть нецензурная брань и постельные сцены.
- Значит, у нас дочь.
- У меня дочь, Тимур. У меня.
- Я же не слепой, вижу, что ты от меня родила.
- И что дальше? – вскидываю бровь. – По условиям контракта больше никто никому ничего не должен.
- По условиям контракта ты не должна была беременеть.
Я лишь приподнимаю бровь и растягиваю губы в улыбке.
- А ты не должен был со мной спать. Но тебя же это не остановило, Лазарев?
Хочу уйти, но внезапно крепкие пальцы обхватывают мою руку и рывком притягивают обратно. А твёрдый жёсткий голос, который, я помню, может быть нежным и ласковым, многообещающе произносит:
- Меня и сейчас ничто не остановит, Вера.
- У меня дочь, Тимур. У меня.
- Я же не слепой, вижу, что ты от меня родила.
- И что дальше? – вскидываю бровь. – По условиям контракта больше никто никому ничего не должен.
- По условиям контракта ты не должна была беременеть.
Я лишь приподнимаю бровь и растягиваю губы в улыбке.
- А ты не должен был со мной спать. Но тебя же это не остановило, Лазарев?
Хочу уйти, но внезапно крепкие пальцы обхватывают мою руку и рывком притягивают обратно. А твёрдый жёсткий голос, который, я помню, может быть нежным и ласковым, многообещающе произносит:
- Меня и сейчас ничто не остановит, Вера.
- Наши отношения окончены.
- Но почему? - Голос срывается, превращается в хрип. - Что я сделала не так? Что изменилось?
Встаю, делаю шаг к нему, но он отступает. Этот жест больнее любых слов.
- Нет. - Теперь он смотрит на меня, и в темных глазах читается боль. - Ты была... идеальна.
- Тогда почему? - Подхожу ближе, пытаюсь найти в его лице привычную теплоту. - Влад, объясни мне! Что произошло за эти два дня?
- У меня изменились обстоятельства.
- Какие обстоятельства? - Голос становится еле слышен, но не могу с собой справиться.
- Я женюсь.
Мир останавливается. Кровь отливает от лица, в ушах звенит оглушительная тишина.
***
Два месяца счастья закончились так же внезапно, как начались.
Но я переживу. Обязательно переживу.
- Но почему? - Голос срывается, превращается в хрип. - Что я сделала не так? Что изменилось?
Встаю, делаю шаг к нему, но он отступает. Этот жест больнее любых слов.
- Нет. - Теперь он смотрит на меня, и в темных глазах читается боль. - Ты была... идеальна.
- Тогда почему? - Подхожу ближе, пытаюсь найти в его лице привычную теплоту. - Влад, объясни мне! Что произошло за эти два дня?
- У меня изменились обстоятельства.
- Какие обстоятельства? - Голос становится еле слышен, но не могу с собой справиться.
- Я женюсь.
Мир останавливается. Кровь отливает от лица, в ушах звенит оглушительная тишина.
***
Два месяца счастья закончились так же внезапно, как начались.
Но я переживу. Обязательно переживу.
— Агния, свадьбы не будет.
Сначала мне кажется, что я ослышалась.
— Что? Что ты сказал? — но потом до меня доходит смысл его слов. — Почему, Адам? Что случилось, милый?
— Я женился на другой. Уже женился, — холодно и ровно звучит его голос через километры от меня. Еще никогда мы не были так далеки друг от друга. И чтобы добить меня, он добавляет: — Поэтому и не выходил на связь — мы гуляли свадьбу.
Мы?.. Мы — это кто?
— Женился на своей, да?
— На своей, да. Мы больше не увидимся. Никогда. Прощай, — холодно и отстраненно он добивает меня.
Он ушёл, но оставил мне под сердцем своего ребёнка. Маленькую искру жизни, о которой даже не подозревал.
Сначала мне кажется, что я ослышалась.
— Что? Что ты сказал? — но потом до меня доходит смысл его слов. — Почему, Адам? Что случилось, милый?
— Я женился на другой. Уже женился, — холодно и ровно звучит его голос через километры от меня. Еще никогда мы не были так далеки друг от друга. И чтобы добить меня, он добавляет: — Поэтому и не выходил на связь — мы гуляли свадьбу.
Мы?.. Мы — это кто?
— Женился на своей, да?
— На своей, да. Мы больше не увидимся. Никогда. Прощай, — холодно и отстраненно он добивает меня.
Он ушёл, но оставил мне под сердцем своего ребёнка. Маленькую искру жизни, о которой даже не подозревал.
Выберите полку для книги