Книги по тегу «героиня 40+»: ""

– Не прикасайся ко мне, предатель! – шиплю.
– Катя, пожалуйста, – страдальчески просит муж. – Прохорова для меня ничего не значит. Я сказал, что всё, что было на практике, остаётся на практике, а она…
– Ты с ней спал, – усмехаюсь. – Классно было, да? Это ваша походно-полевая жена?
– Нет. Я был у неё первым.
– Какой ты подонок! – шепчу. – Изгадил девушку.
– Что ты меня мучаешь? – отгрызается. – Я был верен тебе десять лет! Даже не смотрел ни на кого, не думал. Неужели это ничего не значит? Все мужики изменяют. Такова природа. Я заслужил шанс!
Тряпка падает у меня из рук. Такая оговорочка по Фрейду.
– Десять лет, – повторяю. – А мы в браке шестнадцать.

Я узнала об измене мужа от родителей его молодой любовницы. Они обвинили меня в том, что я плохо следила за своим «кобелём», который соблазнил их «принцессу».
Муж утверждает, что любит меня, но я не верю.
Я хочу уйти с детьми, но всё оказывается сложнее, чем мне представлялось.
Потому что родные люди порой хуже врагов.

В день тридцатилетия нашего брака муж заявляет о любовнице и желании жить на две семьи. На мой отказ и желание развестись негодяй заявляет, что готов оставить меня ни с чем. Впереди меня ждет много чего неизвестного. Не знаю как, но я получу развод и не останусь в роли второй, нелюбимой жены.
***
— Что ты хочешь, Вить? Развода?
— Развод? Нет. Это не имеет смысла в нашем возрасте и с нашим состоянием. Это лишняя суета.
— Тогда что? Ты приведешь ее сюда? В наш дом? В нашу постель?
— Нет. Я предлагаю тебе остаться моей женой. А любовницей… — он делает паузу, и его следующая фраза взрывает мой мир окончательно, — Ты будешь, когда я буду тебя навещать…

— Вика, милая, ну что ты? Не вешай нос. Ерунда всё это! Кому нужная эта Карина? Мирон не дурак, не променяет тебя на чужую жену. У вас шестеро детей. У Карины две девчонки. Просто бизнес, отдых, светская тусовка. Ты же знаешь, как журналюги любят приврать.
Медленно поднимаю на подругу глаза. Во рту пересохло.
— Он был в Швейцарии три недели назад. Говорил, что на переговорах в Цюрихе.
Ольга замолкает. Её уверенности приходит конец.
— Ну… может, переговоры и были… А это так, после…
Перевожу взгляд на огромное окно, за которым простирается наш ухоженный сад. Всё здесь — его. Этот дом, эта земля, эта жизнь. И я — часть этого интерьера. Удобная, красивая, но… заменяемая.

– Привет! Поздравь меня! – голос мужа радостный, мажорный, как фанфары.

– Поздравляю, – машинально. – А с чем?

– У меня сын родился! – выстреливает он с восторгом, которого я не слышала давным-давно.

Я замираю. Смотрю на себя в зеркало… У меня слуховые галлюцинации? Я с ума сошла?

– У кого сын родился? – цежу сквозь зубы.

– У меня, Настя! У меня!
____

В моей жизни было очень много мужчин: настоящих, преданных, умных. Они были со мной в разное время и одновременно: это и Пушкин, и Толстой, и, конечно же, Чехов. Окружали меня и поддерживали в трудные минуты.
Но даже Лермонтов не может помочь мне сейчас, когда мне уже за сорок, и я мечтаю стать мамочкой... Родить хотя бы для себя.
Потому что в жизни таких мужчин не существует. Или всё-таки они есть?

***
— Проходите, раздевайтесь, ложитесь, — слышу мужской голос с порога.
— А где Зинаида Павловна? — хочется сразу убежать.
— На пенсии Зинаида Павловна. Я ваш новый гинеколог, — поднимает на меня глаза, и меня пронзает их холодным небесным блеском.
Кончики пальцев холодеют, а по спине бегут мурашки.

Катя смотрит на меня с наглой, торжествующей усмешкой. Она даже не пытается встать с колен моего мужа.
— Ариана? — его голос хриплый. — Что ты здесь делаешь?
Я не могу вымолвить ни слова. Стою на пороге, дрожа всем телом, сжимаю в побелевших пальцах ручку сумки. Внутри меня воет сирена. Громче любого оркестра. Громче грома.
— Я... ты... забыл планшет, — наконец выдавливаю из себя голосом похожим на скрип ржавой двери.
— И что? Ты решила устроить проверку? — он медленно, с преувеличенным спокойствием, поднимается, стряхивая с себя Катю. Та нехотя встаёт, поправляет платье. Её взгляд на мне — смесь презрения и любопытства.
— Ты сказал, что улетаешь в Питер, — шепчу я, и в моём голосе слышны слёзы. Ненавижу себя за эту слабость. — Командировка... с Катей.
— Планы изменились, — отрезает он, его глаза становятся совсем холодными. — И вообще, Ариана, не делай из себя наивную дурочку. Ты всё прекрасно поняла.

– А как же “в болезни и в здравии”, а, Антон? – тихо спрашиваю я.
– Ну что ты заладила? – с ухмылкой отвечает сестра, обнимая моего полуголого мужа. – Никому не нужны инвалиды, Ань. Вернись уже с небес на землю!

И в богатстве и в бедности. И в печали и в радости. Так все и было десять лет, пока графа “в болезни и в здравии” не обнулила нашу жизнь.
У меня отказывают почки, и я осталась совсем одна.
Муж отвернулся и спасовал перед сложностями. Сестра, с которой делилась всем тайным, вонзила нож в спину.
Ну ничего, эти предатели за все заплатят. Я буду не я, если не разрушу их проклятый союз! И поможет мне в этом тот, от кого я меньше всего ждала помощи…

«Меняю одну сорокалетнюю жену на две по двадцать» - именно такую «шутку» я услышала от законного супруга в разговоре с друзьями на семейном празднике. А потом он поведал им, что завел любовницу под носом у законной жены. Любовнице двадцать, ее он собрался вести на Мальдивы, аннулировав наши с ним путевки в лечебный санаторий.
А я с горя решила приютить бездомного пушистого кота. Но я не знала, что у него уже есть хозяин. Да еще какой! Чувствую, придется приютить обоих.

Двадцать пять лет я была примерной женой и матерью.
Приставкой к своему мужу.
Держалась за его богатство и статус.
И вот теперь его нет.
И оказалось, что он мне оставил на прощание не только наследство, но и огромный долг, который я теперь вынуждена отдавать двум хищным и ненасытным красавчикам.
Алику и Булату...

***
Но это всего полбеды: как выяснилось, теперь я - владелица подпольного элитного борделя, которым управлял мой муж! И только я могу придумать, как снова поставить этот очень странный бизнес, в котором я совершенно не разбираюсь...

Они познакомились под дождём на Чистопрудном. Она согласилась на один кофе. Осталась на два часа.
Михаил — мужчина с прошлым, которое не отпускает. Анна — женщина, научившаяся жить без людей так хорошо, что почти поверила: так и надо.
Секреты, которые рано или поздно всплывают. И выбор — отступить или остаться.

«— Я боялась тебя, — сказала Анна, глядя на темную воду. — Не тебя конкретно — всего этого. Снова начинать. Снова кому-то доверять. Я очень хорошо умею строить жизнь, в которой мне ничего ни от кого не нужно. Это безопасно. Но я больше не хочу выбирать "безопасное". Я хочу выбирать настоящее.

Михаил молчал, но в этом молчании не было пустоты. Он просто взял её лицо в ладони — осторожно, будто она была самым хрупким и одновременно самым важным проектом в его жизни.
— Я слышу тебя, — тихо произнес он..."