Книги по тегу «горячо и откровенно»: ""
💚ЗАВЕРШЕНА💚
– Ты уедешь…
– Далеко смотришь, Сонь. Я не принц, и прогулки под луной не для меня. Но сейчас я здесь, с тобой.
– Сможешь остаться?
– А ты поехать со мной?.. Вот видишь, не так просто ответить.
– Я тебя не забуду, Серёжа. Никогда.
– Забудешь. Выйдешь замуж за местного хорошего мужика, нарожаешь ему кучу детей и забудешь.
– Нет…
***
Бывают ли бывшие мажоры?
Когда амбиции не отпускают, а настойчиво стучат в сердце, напоминая о том, кем бы он мог стать.
Когда нереализованные мечты гонят вперёд, а поиски удачи могут завести даже в сибирскую глухомань…
Как знать? Возможно, именно там он отыщет своё настоящее золото.
***
– Ты уедешь…
– Далеко смотришь, Сонь. Я не принц, и прогулки под луной не для меня. Но сейчас я здесь, с тобой.
– Сможешь остаться?
– А ты поехать со мной?.. Вот видишь, не так просто ответить.
– Я тебя не забуду, Серёжа. Никогда.
– Забудешь. Выйдешь замуж за местного хорошего мужика, нарожаешь ему кучу детей и забудешь.
– Нет…
***
Бывают ли бывшие мажоры?
Когда амбиции не отпускают, а настойчиво стучат в сердце, напоминая о том, кем бы он мог стать.
Когда нереализованные мечты гонят вперёд, а поиски удачи могут завести даже в сибирскую глухомань…
Как знать? Возможно, именно там он отыщет своё настоящее золото.
***
— Ты вся дрожишь! — порочно шепчет на ушко один из боссов, но я даже не могу разобрать, кто именно, ведь крепко зажмуриваюсь.
Горячие сильные руки прикасаются ко мне с удивительной нежностью.
— Неужели ты так нас боишься? — раздаётся низкий голос с другой стороны, а щёку обжигает горячее дыхание. — Мы тебя не съедим. Но это не точно...
***
За несколько часов до Нового года Дед Мороз решил исполнить моё желание найти себе мужчину и запер меня в лифте с двумя горячими боссами, при виде которых дрожат колени, а внизу живота разгорается пожар. Они считают, что я буду лёгкой добычей, но ошибаются. Эти хищники узнают, что и у меня есть зубки.
Горячие сильные руки прикасаются ко мне с удивительной нежностью.
— Неужели ты так нас боишься? — раздаётся низкий голос с другой стороны, а щёку обжигает горячее дыхание. — Мы тебя не съедим. Но это не точно...
***
За несколько часов до Нового года Дед Мороз решил исполнить моё желание найти себе мужчину и запер меня в лифте с двумя горячими боссами, при виде которых дрожат колени, а внизу живота разгорается пожар. Они считают, что я буду лёгкой добычей, но ошибаются. Эти хищники узнают, что и у меня есть зубки.
Потребовался год, чтобы справится с последствиями той новогодней ночи.
И еще один, чтобы начать жить заново.
Я переехала, сменила имя и постаралась забыть случившееся.
Но они вернулись и считают, что я все еще принадлежу им.
И еще один, чтобы начать жить заново.
Я переехала, сменила имя и постаралась забыть случившееся.
Но они вернулись и считают, что я все еще принадлежу им.
Снежный капкан. Стая волков. И дом, в котором лучше было бы не просыпаться.
Ника и её друзья искали укрытия от стихии, но попали во владения существа, чья сила не знает границ.
Он вежливый, гостеприимный, но его доброта имеет весьма горький привкус.
Он спас друзей от когтей хищников, но кто спасет Нику от него самого?
В качестве оплаты за спасение он заберет самое ценное.
И это не жизнь.
Ника и её друзья искали укрытия от стихии, но попали во владения существа, чья сила не знает границ.
Он вежливый, гостеприимный, но его доброта имеет весьма горький привкус.
Он спас друзей от когтей хищников, но кто спасет Нику от него самого?
В качестве оплаты за спасение он заберет самое ценное.
И это не жизнь.
Время для моего ежедневного ритуала. Я открыл папку «Сегодня». Кадры с её камер ноутбука, смартфона, даже со Smart TV в её новой московской квартире — всё стекалось сюда.
Она выбирала платье на завтрашнюю премьеру. Первый большой московский концерт. Крутилась перед камерой. Стройная, гибкая, живая.
Мой палец замер на клавише принтскрина. Она остановилась, подошла близко к экрану ноутбука, будто всматриваясь в своё отражение. И улыбка с её лица исчезла. Сползла, как маска. Осталось пустое, усталое выражение. А потом она произнесла шёпотом, глядя прямо в объектив, прямо, как мне казалось, на меня:
— До тошноты скучно.
В комнате стих даже гул систем. Сердце ударило один раз, тяжело и глухо, как молот. Она не знала. Не могла знать. Но это был первый за десять лет наш настоящий диалог. Она говорила со мной. Со своей тоской. С тем, что прятала от всех.
— Скоро станет интересно, — прошептал я в тишину, и мои губы сами растянулись в улыбку. — Обещаю.
Она выбирала платье на завтрашнюю премьеру. Первый большой московский концерт. Крутилась перед камерой. Стройная, гибкая, живая.
Мой палец замер на клавише принтскрина. Она остановилась, подошла близко к экрану ноутбука, будто всматриваясь в своё отражение. И улыбка с её лица исчезла. Сползла, как маска. Осталось пустое, усталое выражение. А потом она произнесла шёпотом, глядя прямо в объектив, прямо, как мне казалось, на меня:
— До тошноты скучно.
В комнате стих даже гул систем. Сердце ударило один раз, тяжело и глухо, как молот. Она не знала. Не могла знать. Но это был первый за десять лет наш настоящий диалог. Она говорила со мной. Со своей тоской. С тем, что прятала от всех.
— Скоро станет интересно, — прошептал я в тишину, и мои губы сами растянулись в улыбку. — Обещаю.
— Ты выглядишь потрясающе в этом платье, Диана, — говорит он, его пальцы случайно касаются моей руки, и от этого прикосновения по коже бежит жар, словно от открытого огня камина, который потрескивает в углу комнаты, бросая пляшущие тени на стены.
«Это неправильно, он мой свекр, и я замужем за его сыном», — думаю я, борясь с собой, но воспоминания о его объятиях на прошлых праздниках возвращаются, как эхо в пустой комнате: как он прижимал меня, помогая дотянуться до верхних веток елки, и я чувствовала силу его тела, его запах — смесь табака, древесной смолы и легкого одеколона, который всегда ассоциировался у меня с безопасностью и возбуждением одновременно.
«Это неправильно, он мой свекр, и я замужем за его сыном», — думаю я, борясь с собой, но воспоминания о его объятиях на прошлых праздниках возвращаются, как эхо в пустой комнате: как он прижимал меня, помогая дотянуться до верхних веток елки, и я чувствовала силу его тела, его запах — смесь табака, древесной смолы и легкого одеколона, который всегда ассоциировался у меня с безопасностью и возбуждением одновременно.
Я рискую вылететь с первого курса академии, если не сдам основы чар. Только я их не сдам... без помощи старшекурсника. Он согласился помочь в обмен на мою невинность. И... у меня нет выбора. Мы договорились встретиться в пустой аудитории во время новогоднего бала. Он будет в костюме волка. Или дракона? Ох, он обещал БОЛЬШОЙ сюрприз, но я даже не подозревала, НАСКОЛЬКО
Дверь в спальню была приоткрыта, и оттуда был слышен до боли знакомый скрип нашего матраса.
Надежда, что это какая-то ошибка, и в спальне не Петя, а кто-то из его друзей, вечно у нас ошивающихся, разбилась вдребезги.
Я стояла как истукан, не в силах пошевелиться.
— Петечка, мне было так хорошо сейчас. Хочешь, я останусь у тебя, раз твоя Дианка уехала устраивать для нас праздник?
Я знала, кому принадлежал этот голос.
Вика была бывшей девушкой моего жениха.
Надежда, что это какая-то ошибка, и в спальне не Петя, а кто-то из его друзей, вечно у нас ошивающихся, разбилась вдребезги.
Я стояла как истукан, не в силах пошевелиться.
— Петечка, мне было так хорошо сейчас. Хочешь, я останусь у тебя, раз твоя Дианка уехала устраивать для нас праздник?
Я знала, кому принадлежал этот голос.
Вика была бывшей девушкой моего жениха.
- Выйди немедленно! - выкрикиваю, прикрываясь руками.
- А то что? - спрашивает сын моего мужа, и на его губах расплывается хищная улыбка. - Пожалуешься мужу? Может, ты заодно ему расскажешь, чем мы занимались?
- Остановись! Если кто-то узнает, будет скандал!
- Плевать мне на скандал. Я сказал, ты будешь выполнять мои приказы. А если нет…
Он не заканчивает и делает шаг ко мне, а я понимаю, что бежать некуда.
Циничный, холодный, эгоистичный.
Сын моего мужа - это мое проклятие и самый горячий сон наяву.
Нам нужно остановиться. Прекратить делать то, что мы делаем. Но с каждым днем мы все сильнее погрязаем друг в друге, даже не замечая, что над нами уже сгущаются тучи…
- А то что? - спрашивает сын моего мужа, и на его губах расплывается хищная улыбка. - Пожалуешься мужу? Может, ты заодно ему расскажешь, чем мы занимались?
- Остановись! Если кто-то узнает, будет скандал!
- Плевать мне на скандал. Я сказал, ты будешь выполнять мои приказы. А если нет…
Он не заканчивает и делает шаг ко мне, а я понимаю, что бежать некуда.
Циничный, холодный, эгоистичный.
Сын моего мужа - это мое проклятие и самый горячий сон наяву.
Нам нужно остановиться. Прекратить делать то, что мы делаем. Но с каждым днем мы все сильнее погрязаем друг в друге, даже не замечая, что над нами уже сгущаются тучи…
Меня продали под видом выгодного брака.
Я бежала от жениха, которого никогда не видела.
Говорят, он жесток.
Говорят, слуги его боятся.
Говорят, он старый импотент.
В лесу я замёрзла почти насмерть…
И нашла дом.
Хозяин не назвал имени, только смотрел так, будто видел меня насквозь.
Я назвала его Красавчиком, чтобы не бояться.
– Ты понимаешь, что я не спасаю бесплатно? – его низкий шёпот обжигает мою шею.
– Но у меня совсем нет денег, – взволнованно отвечаю я.
– У тебя есть кое-что другое, – его ладонь скользит по моему бедру, задирая платье.
Его условия были ясны. Плата за спасение – я сама. Моя невинность, отданная не старому монстру в законном браке, а красивому и смертельно опасному хищнику в его лесной чаще.
Я бежала от жениха, которого никогда не видела.
Говорят, он жесток.
Говорят, слуги его боятся.
Говорят, он старый импотент.
В лесу я замёрзла почти насмерть…
И нашла дом.
Хозяин не назвал имени, только смотрел так, будто видел меня насквозь.
Я назвала его Красавчиком, чтобы не бояться.
– Ты понимаешь, что я не спасаю бесплатно? – его низкий шёпот обжигает мою шею.
– Но у меня совсем нет денег, – взволнованно отвечаю я.
– У тебя есть кое-что другое, – его ладонь скользит по моему бедру, задирая платье.
Его условия были ясны. Плата за спасение – я сама. Моя невинность, отданная не старому монстру в законном браке, а красивому и смертельно опасному хищнику в его лесной чаще.
Выберите полку для книги